Аокигахара

* -Я надеюсь, случилось что-то действительно важное, что ты призвала меня? Я сразу понимаю, что нахожусь в лесу, недалеко от кладбища. Поднимаю голову вверх и вижу полную красную луну. Сердце пропускает удар. -Пора. -Что пора? Опустив взгляд, вижу недовольную Софию, сложившую руки на груди, и скептически поднявшую бровь. -О,-я хищно улыбаюсь, делаешь шаг вперёд, чувствую, как меня наполняет злость,-что могло случиться важного? Может то, что твой бывший принял меня за тебя? -Гарет?-раздражение на её лице сменяется грустным удивлением,-что он говорил? -Много чего. В своё время, смотрю, ты много дел натворила,-теперь уже я складываю на груди руки. -Не смей судить меня,-теперь слова Софии звучат не так уверенно и надменно,-я любила его. У меня не было другого выбора. -Я и не собиралась,-я удивлённо вскидываю бровь,-к тому же, я вообще не думала, что получится тебя увидеть. -Ты-женщина Судьбы. Конечно, получится. Так что ты хотела? -Мне нужно на место, где тебя...-я осекаюсь, опустив глаза. -Где меня убили,-спокойно говорит София,-называй вещи своими именами-уже не маленькая. Что тебе там надо? -Хочу осмотреть его,-вру я. -Неужели?-девушка вдруг делает несколько шагов вперёд, кладёт руку мне на плечо и смотрит в глаза,-скажи правду. Тебе сейчас не стоит ничего утаивать. Точно не от меня. Я-друг, София, а не враг. Я хочу спасти тебя и весь наш последующий род. Пару секунд я колебаюсь, а затем твёрдо говорю: -Это правда. Если бы я чувствовала опасность-сказала бы тебе. -Очень надеюсь на это,-София вздыхает,-я выполню твою просьбу, если выполнишь мою. -Какую?-удивляюсь я. -Сделай то, о чём просит Гарет. Не заставляй его мучиться. Прошу тебя. -Я не смогу убить человека. -Это легче чем ты думаешь. Тем более тебе просто будут нужны иконы и молитва. Молитвы ведь знаешь? Я киваю. -Замечательно,-из потайного кармана своего платья девушка достаёт небольшую икону и вкладывает её мне в ладонь,-как только закончишь-окажешься на том месте. Точно уверена, что хочешь этого? -Абсолютно,-я делаю глубокий вдох-выдох, прикрывая глаза,-хорошо, я готова. -Умница. * Я просыпаюсь на своём месте, но теперь в руках сжимаю иконку. -Так,-шепчу я, медленно поднимаясь,-если я хочу к Джеймсу, мне просто необходимо сделать это. Тихо я покидаю дом, в попытках не разбудить Ноа. Это получается, но уже на улице я чувствую как возвращается страх от увиденного совсем недавно монстра. Сжав ладони в кулаки, Я почти бегом достигаю дома Гарета и вваливаюсь в него. Обо что-то спотыкаюсь и падаю, вовремя успев выставить руки вперёд. На удивление, в помещении горит свет. -Я знал, что ты придёшь,-подошедший Гарет улыбается и протягивает мне руку, помогая подняться. -Откуда?-удивляюсь я. -Почувствовал,-мужчина переплетает наши пальцы,-я всегда чувствовал тебя, София. -Ты уверен?-я прищуриваюсь, заглядывая прямо в глаза мужчины,-в том, что хочешь добровольно уйти из жизни? -Да,София. Это будет твоим самым главным подарком для меня,-он вдруг встаёт на колени и его, теперь распущенные серебристые волосы, рассыпаются по плечам,-я готов. Я делаю шаг назад, нервно перебирая в руках икону, закусываю губу: -Что мне нужно сделать? -Прочти "Отче наш", выставив икону вперёд. Я буду кричать, София, но ты ни в коем случае не должна останавливаться. После молитвы перекрестись. -Почему ты будешь кричать?-в лёгком ужасе спрашиваю я. -Так выйдет, София,-глаза Гарета и выражение его лица выражают абсолютное спокойствие,-ты ведь сильная. Ты справишься. Давай. Я делаю глубокий вдох. Затем выдох. Выставляю вперёд правую руку, в которой зажата икона. -Отче наш. Гарет опускает голову, словно от удара. -Иже еси на небесех. Мужчину неестественного выкручивает, и он падает на пол. Выражение лица Гарета теперь блестит болью, а губы сжаты в тонкую линию. Глаза словно умоляют продолжать. -Да святится имя Твое. С его губ срывается первый стон. Я закрываю глаза, не в силах видеть как тело мужчины начинает биться в конвульсиях. В горле встаёт комп, но губы, не дрогая, продолжают: -Да придёт царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Стоны Гарета меняются на отчаянные сумасшедшие крики, от которых звенит не только в голове, но и в сердце. -Хлеб наш насущный дождь нам днесь. Чувствую как начинает щипать собственные глаза от выступивших слёз, но я не собираюсь останавливаться. -И остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должникам нашим. Крики мужчины становятся настолько громкими, что я перестаю слышать собственные слова. Они сбивают, и я экстренно пытаюсь вспомнить, какие же слова идут дальше. Вот чёрт. Гарет, кажется, уже находится в агонии, но я не позволяю себе открыть глаза и посмотреть. Вместо этого продолжаю судорожно читать наконец пришедшие, нужные слова: -И не введи нас в искушение, но избави нас от лукавого. Яко твое есть Царство и сила, и Слава, Отца, и Сына, и Святого Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. Дрожащей рукой я крещусь и наконец заставляю себя открыть глаза. Тело Гарета совсем не изменилось, но теперь оно безвольно лежит на полу. -Я люблю тебя, София,-едва слышно шепчет он и рассеивается, словно дымка. А следующий момент я чувствую как нежные руки мягко обвивают меня и уносят в темноту.