Аокигахара

-Ты уверен, что я понравлюсь им?-я надеваю золотые серьги -кольца, смотрясь в зеркало. -Да,-Виктор приобнимает меня сзади, скрепляя пальцы в замок на моём теперь уже чуть выпирающим животе и целуя в шею,-а если вдруг вселенная схлопнется,и что-то пойдёт не так, главное, что ты нравишься мне. Невольно в голове всплывают воспоминания со дня рождения бабушки Джеймса, где всё закончилось не очень хорошо. Интересно, это действительно были его родные или тоже подстроенные люди? Пытаясь отвлечься от этих мыслей, я с ухмылкой смотрю на Виктора через зеркало, накрывая его ладони своими: -Просто нравлюсь? -Ты уже знаешь, что я тебя люблю,-выдыхает мужчина, когда его руками и мягко накрываю свою грудь,-мы так опоздаем. -Это плохо?-я приподнимаю голову, позволяя Виктору целовать мою шею. -Ничего страшного не случится,-он разворачивает меня лицом к себе и целует в губы. -Ну нет,-я отстраняюсь от мужчины и легко выкручиваюсь, смеясь,-я не хочу расстраивать твоих родителей, ещё даже не познакомившись с ними. Виктор усмехается, смотря как я поправляю чуть задравшееся облегающее синее платье без рукавов, длиной выше колена. На шее красуется подаренные мужчины золотое колье, на руках-поблёскивающий перчатки до локтя, а на ногах утеплённые телесные колготки и чёрные замшевые сапоги до колена. Виктор помогает мне накинуть белую шубу и оставляет поцелуй на щеке. -Ты восхитительна. -Благодарю,-я делаю шуточный реверанс, улыбаясь. -Идем,дорогая,-одевшись, мужчина подаёт мне локоть, и мы направляемся к машине. *** Родители Виктора, оказывается, живут в восьмидесятиэтажном доме на Манхэттене. -Вот чёрт,-я нервно прощёлкиваю пальцами, когда мы поднимаемся на лифте, который открывает вид на Нью-Йорк с высоты,-у меня даже подарок нет. -Ты-главный наш подарок,-мужчина берёт мою руку в свою,-если так переживаешь-можешь подарить что-нибудь на рождество. Оно ведь скоро. Когда лифт останавливается, я делаю глубокий вдох и лишь потом выхожу на огромную светлую площадку, украшенную горшками с цветами и фигурой Санты, ростом почти с меня. -Давай сфоткаемся с ним?-предлагаю я Виктору. Он усмехается, но соглашается. Мы становимся рядом с предвестником праздника и делаем совместное селфи. -Ты сфотографировалась впервые за долгое время,-замечает Виктор, когда мы направляемся к нужной квартире,-я рад, что ты становишься прежней. От чего ты его слова вызывает во мне грусть, которую я умела скрываю за искренне натянутой улыбкой, стоит двери открыться. -Привет-привет! Мама Виктора-чуть полноватая блондинка, с короткими волосами и химической завивкой. Её лице буквально мерцает от улыбки зелёные глаза, подчёркиваемые веснушками, разбросанными по румяным щекам. У нее пухлые губы, с ярко-красной помадой. На ней серебристое платье в пол, с рукавами три четверти. На шее массивные серебряное ожерелье, на руках-по несколько колец. От женщины пахнет удушающей сладким парфюмом, но этот запах, на удивление, приятный. -Здравствуйте, уважаемая мама,-с усмешкой протягивает Виктора, запуская меня вперёд и закрывая за нами дверь. -Рада познакомиться, София,-женщина широко улыбается и раскрывает руки для объятий,-какая ты красивая. -Вы тоже выглядите замечательно,-мне приходится чуть согнуться, чтобы быть женщиной более-менее на одном уровне. -Где папа?-Виктор погребает меня к себе, помогая снять верхнюю одежду. -Ушел в магазин. Скоро придёт,-женщина кивает,-проходите-мойте руки. Потом пойдём кушать. -Вот чёрт,-буркаю я, дёргая замок на сапоге, который не двигается. -Не тяни,-Виктор опускается на колени и легко справляется с дурацким замком. -Спасибо,-я улыбаюсь и начинаю осматривать огромную светлую квартиру, всё ещё стоя на месте. -Да ты проходи,-мужчина осторожно подталкивает меня вперёд,-никто тебе не съест. После ванной комнаты мы проходим на кухню, где накрыт стол со всевозможными блюдами. -Вы сами всё это приготовили,-удивляюсь я, смотря как мама Виктора раскладывает на тарелку сервелат. -Конечно,милочка,-она улыбается мне,-могу научить тебя всему этому, если как-нибудь захочешь. -Хорошо,-я приобнимаю себя руками, чувствую себя в таком наряде неуместно в подобной домашней обстановке. -Что не так?-шёпотом спрашивает меня мужчина,-замерзла? -Нет,я...-я прикусываю губу,-мне бы кофту. -Мам, София возьмёт у тебя кофту?-спокойно спрашивает Виктор, а я чувствую укол иглой от... Неловкости? -Конечно,-женщина отправляет кусочек сервелата себе в рот,-возьми, что хочешь. -Идем,-мужчина берёт меня за руку и ведёт в одну из комнат. Над изголовьем кровати висит огромная картина, изображающая водопад. Рядом с кроватью, по обе стороны, белые тумбы, а у стены, во всю ее длину, огромный шкаф. -Почему ты мне не сказал?-я спиной прижимаюсь к нему, нервно смотря на мужчину. -Не сказал что?-он приподнимает бровь. -Что мне не стоило одеваться так. -Не понял,-Виктор садится на кровать, напротив меня запятая и скрепляет пальцы на руках в замок,-как "так"? -Всё,проехали,-раздражённо отмахиваюсь я и открываю шкаф, глазами пробегая по многочисленным вещам, расположенных в основном на вешалках. -Нет, не проехали,-мужчина нервно усмехается,-что не так? -Моя одежда не подходит для подобной обстановки,-я беру белый вязаный кардиган, сразу надевая его. На мне он смотрится супер оверсайз, а длиной едва достаёт до поясницы. В целом, неплохо. -Брось,-Виктор приобнимает меня, носом проводя по волосам,-тебе не обязательно одеваться так, как ты не хотела бы. Сейчас тебе комфортнее? -Пойдет,-я вздыхаю, опуская голову ему на грудь,-ладно, давай вернёмся. -Всё хорошо,-он целует меня в макушку,-ты прекрасна. Посмотри дом, пока папу ждём. Я помогу маме. Выйди из комнаты, я начинаю рассматривать всё в деталях и подмечаю безупречный вкус родителей Виктора. Полы представляет из себя светлый гладкий мрамор, который отражает хрустальные подвески люстры, свисающей с высокого натяжного потолка. На стенах преобладают бежевый мягкий оттенок, переходящий в тёплый кремовый к окнам, где бархатные шторы,цвета игристого, аккуратно прихвачены золотыми кистями. Слева просторная гостиная. Огромные панорамные окна во всю стену открывают вид на Манхэттен, покрытый снегом и замёрзший в предверии чуда. Вдоль окна стоит длинный серо-бежевый диван, со множеством подушек, а над ним-абстрактная картина в золотистой раме. Полки, встроенные в стену, располагают на себе множество книг, несколько фотографий и статуэток. В спальни, у каждой из которых у двери лежат мягкие ковры, я не решаюсь заходить, считаю эти комнаты чем-то сокровенным. В конце осмотра я возвращаюсь к холлу, где открывается входная дверь,и вижу худощавого мужчину, с седыми короткими усами, серыми глазами, с морщинками под ними, и, покрытой такими же мелкими морщинами,чуть смугловатой кожей. -София, верно?-он улыбается, разуваясь и кивая,-рад знакомству. Я - Кейв. -Здравствуйте,-я киваю в ответ,-очень приятно. Виктор на кухне. -Уже чувствую как восхитительно пахнет едой,-мужчина тянет носом,-идём, милая. *** Я с отвращением смотрю на печёную утку, которую мгновение назад уплетало за обе щеки. Последний кусок застрял где-то в горле, и я чувствую желание избавиться от всего, что съела за всё это время. Виктор наклоняется ко мне: -Всё нормально? Я не успеваю ответить-подскакиваю и быстрым шагом направляюсь к туалету. Чёртов токсикоз. Мне не удаётся повернуть на двери замок, потому что я инстинктивно падаю на колени и обнимаю унитаз, когда меня начинает выташнивать. Тело сразу охватывает слабость, но через ещё несколько позывов, я нахожу в себе силы подняться и, прополоскав рот, умываешься, параллельно нажав на смыв. -София,-Виктор стучит в дверь,-войду? Обеими руками я упираюсь в раковину и смотрю на себя в зеркало. На глазах застыли слёзы, на лице образовалась болезненная бледность. -Что ж, малыш,-я касаюсь своего живота, вымученно улыбаясь,-ты такой же вредный как твоя мама. -София,-вошедший Виктор позволяет мне опереться об него, за что я благодарна,-дать таблетку? -Прости,-я устало прикрываю глаза, позволяю мужчине буквально держать меня,-я всё испортила. С самого начала. Чёртово платье, теперь всё это... Мужчина вздыхает: -Не придумывай. Всё в порядке. Давай полежишь немного? Родители за тебя волнуются. -Ты говорил им? -Да. -Они знают, что ребёнок не от тебя?-каждое новое слово даётся более с большим трудом чем предыдущее. -Нет. -Хорошо,-я вздыхаю, понимаю, что такой ответ лучше. -Идем. Приобнимая за предплечье, Виктор провожает меня в одну из спален, где я сразу ложусь на мельчайшую кровать. Мужчина механически поглаживает меня, и я засыпаю. *** -София, ты спишь? Я приоткрываю глаза и вижу вошедшую в комнату маму Виктора. -Чёрт, извините,-я приподнимаюсь, протираю глаза, тем самым пытаясь полностью проснуться. -Извинить за что?-недоумённо спрашивает женщина, садясь на кровать рядом со мной. -За то, что уснула у вас,-я пожимаю плечами,-где Виктор? -Ушел с отцом копаться в машине,-она улыбается,-он не хотел оставлять тебя, но я сказала, что посмотрю за тобой. -Копаться в машине?-я прищуриваюсь,-разве у вас не автомат? -Это они так говорят, дорогуша. На самом деле просто разговаривают о всяком. Знаешь,-женщина вдруг берёт меня за руку, из-за чего я удивляюсь,-когда я была беременна Виктором, у меня тоже был ужасный токсикоз. Мне помогал чай с мятой. Хочешь, я заварю тебе? -Да, спасибо, я бы не отказалась. -Идем, милая. Мы проходим на кухню, где я сажусь за уже пустой стол, за что я безумно благодарна, ведь даже запах еды сейчас мог бы вызвать новый приступ тошноты. -У тебя классный стиль,-подмечает женщина, вытаскивая штепсель чайника из розетки,-ты ведь работала медсестрой, да? -Да,-просто отвечаю я. -А твои родители? Я чувствую лёгкий разряд скорби и осознание, что я всё потеряла. Всех потеряла. Практически в одно время, но, мысленно вздохнув, всё же отвечаю: -Они умерли. Папа был владельцем той больницы, где работали я и Виктор. -Ох, извини, детка,-женщины качает головой, ставя передо мной кружку с заваренным чаем,-Виктор не говорил... -Ничего,-я прощёлкиваю пальцами и немного отпиваю напиток,-я сама не до конца всё осознала. Слишком быстро. Вся моя жизнь слишком быстро и резко полностью поменялась. -Перемены несут за собой изменения,-мама Виктора смотрит на меня с сожалением,-у вас теперь будет ребёнок. Ты ведь хорошо. Я чувствую некоторую вину зато, что женщина считает, что это её внук или внучка. Пусть так. Пока так проще. Я слабо улыбаюсь: -Всё верно. У вас вырос восхитительный сын. -О, милая, это он с тобой так раскрывается. Смотрю на него, и глаз радуется. Тёплые ладони закрывают мои глаза, и теперь моя улыбка становится шире. -Привет,-открыв мне доступ видеть, Виктор оставляет поцелуй на моей щеке,-как ты? -Лучше,-я киваю,-чай твоей мамы помог. -Поедем домой?-предлагает мужчина. Хорошо, что он сам предложил, поэтому я охотно соглашаюсь. -Приходите к нам праздновать рождество,-пока мы одеваемся говорит женщина. Виктор помогает мне застегнуть сапоги, надеть шубу, и лишь потом одевается сам, параллельно отвечая: -Хорошо, мама, мы подумаем. Женщина оставляет лёгкий чмок на моей щеке, отец Виктора легко приобнимает. После прощания мужчины с родителями, мы наконец покидаем квартиру и заходим в лифт. -У тебя прекрасные родители,-честно и серьёзно говорю я. -Спасибо,-Виктор приобнимает меня, с горечью добавляя,-жаль, что я почти не знал твоих. Уверен, они были не хуже. -Несомненно,-я киваю, поджимая губы. -Я люблю тебя,-шепчет мужчина, целуя меня в висок, но я не нахожу в себе сил и желание ответить ему то же самое. В который раз.