«Чистое небо»

Прошёл наверное час, прежде чем Эмили наконец-то покинула камеру заключённого. На её душе не было радости, но в то же время она испытывала странное чувство какого-то облегчения, словно она нашла то, что так давно для себя искала. Недолго думая, она отключилась от игры и уже в реальности, с некоторым трудом поднявшись с игрового кресла, отправилась трансфером вместе с Джеем и другими игроками обратно в отель. Когда они наконец вернулись после поистине тяжёлого и полного впечатлений дня в свой номер, Джей извинился за то, что сорвался и сказал то, что не следовало. Эмили быстро его простила, но скорее потому, что сегодня было слишком много хорошего чтобы злится хоть на что-то. Джей же в свою очередь заметил странное состояние сестры и время от времени искоса на неё поглядывал до тех пор, пока она наконец не уснула с абсолютно спокойной и даже слегка счастливой душой. Но она не видела, как в игре на том месте, где она только что исчезла, спустя буквально пару секунд уже стояла та самая пара стражников, что привела их с Джеем к пленнику и которая позже оставила его с игроками наедине. Только лица их теперь были смертельно бледны, а зрачки глаз сжались в одну точку, как у безумных. Они тайком в особой комнате подслушали весь разговор с Ноланом и теперь они знали всё. На следующее утро игроков снова привезли в исследовательский корпус и те подключились к игре. Не все почувствовали, что вокруг что-то изменилось, но Эмили поняла это сразу. Окружающие вели себя не так, как обычно, а порой она даже ловила на себе испытующие, испуганные или даже злобные взгляды. Город же и вовсе казался наполовину вымершим. И пока Эмили гадала, что же такое здесь произошло, а на её прямые вопросы никто из местных не отвечал или отвечал лишь косыми взглядами, на самой верхушке одной из башен тем временем собрался небольшой совет, состоявший из пяти Избранных. Один из них тут же яростно приступил к делу: — Мы доверились этим негодяям, пришедшим с Неизведанных Земель, а они, оказывается, у нас за спиной распространяют очередную ересь?! Да ещё какую! Вы только посмотрите, что вокруг происходит! Мы уже пытались сдержать эту заразу внутри стен нашей столицы, но слухи оказались быстрее! И прямо сейчас все Свободные Небеса находятся в полнейшем смятении, чего не было в своё время даже при отступнике Аурелионе! И это не говоря уже о том, что Орден может воспользоваться нашей минутной слабостью и напасть в самый удобный для них момент! Нужно немедленно объявить этих незваных гостей вне закона и вышвырнуть их с наших территорий! — Тише, брат мой, — перебил его другой Избранный. — Тобой говорит гнев и безрассудство. Допустим, мы прогоним их. И что тогда? Они все примкнут к Ордену и тот в свою очередь получит ещё одно преимущество в войне, даже, возможно, решающее. Мы не можем этого допустить. — Да, но если мы промолчим, — заговорил третий, — то народ может прийти к мысли, что всё то, о чём говорят, правда. Произойдёт ещё один раскол, и тогда отступники из Ордена попросту сметут нас. Мы должны выступить перед народом с заявлением, но каким? — В любом случае наша задача — не допустить ещё один раскол, — сказал на это второй. — Любой ценой. И вот что мы сделаем. Приведите сюда тех двух Гостей, что стали началом новой смуты. — Что?! — воскликнул первый. — На кой небожитель они нам здесь?! — Они заварили эту кашу — они же и помогут нам её расхлебать, — ответил второй. — Сейчас поймёшь, о чём я. Только умоляю тебя — не вмешивайся. Что бы мы здесь не сказали, хорошего решения, которое решило бы все проблемы, у нас уже нет. Спустя несколько минут оба Картера уже стояли перед Избранными во всеоружии. Эмили уже чувствовала в этом собрании какой-то подвох и догадывалась, зачем их сюда позвали, в то время как Джей едва сдерживал себя в руках от того, что ему не дают сражаться с врагами когда ему вздумается и вместо этого он должен выслушивать какую-то очередную сценаристскую чушь. — До нас дошли весьма нелицеприятные слухи, что вы якобы начали распространять по всему нашему народу... — Избранный замялся. — В общем, не самые хорошие вещи, способные не на шутку смутить разумы наших миролюбивых граждан. Мы уверены, что возникло всего лишь некое недопонимание, но поверьте мне, его последствия могут оказаться очень тяжёлыми для всех нас. Давайте поступим следующим образом: мы не хотим вредить ни вам, ни вашей репутации. Однажды мы допустили ошибку, открыто обвинив Аурелиона в ереси и теперь мы платим за неё каждый день сотнями невинных душ. Я предлагаю так: вы не будете отказываться от ваших слов, какими бы они ни были, но и не будете ничем подтверждать нынешние слухи. Более того — вы дадите нам время чтобы мы смогли придумать, как объединить ваше... видение с нашей культурой и нашими легендами, в частности с Героем без страха, чтобы в выигрыше остались мы все и паника вокруг улеглась. — Поймите, — продолжал он. — Всё, чего мы хотим — это не допустить ещё одной, возможно, более кровопролитной, войны. Уверен, вы хотите того же. Вы можете считать нас кем угодно: лжецами, манипуляторами или даже коррумпированной прослойкой общества, как нас называют в Ордене. Но это не так. Всё, что мы делаем — мы делаем во благо народа. Да, мы совершаем ошибки. Даже Герой без страха совершал ошибки. Да, наши методы не из лучших. Но даже мы не в силах создать утопию. — Ох, вы уже закончили? — вклинился Джей в первую возникшую паузу в монологе, теряя всякое терпение. — О'кей, мы вас услышали, не подведём и тра-ля-ля! Всё, я пошёл мочить гадов, до свидания. Произнеся эти слова, он быстро вышел из комнаты, нарочито громко хлопнув дверью. Эмили же даже не шевельнулась: она неотрывно смотрела в глаза Избранных. — Я... я понимаю, что вы хотите мира в первую очередь, — заговорила она. — И что вы осознаёте какую жестокую ошибку вы допустили. Я и сама хочу предотвратить войну, но... Это можно сделать другими путями. Ваши люди обязаны знать правду... — Блядь, она серьёзно ничего не поняла?! — выругался тот самый агрессивный Избранный. — Какая ещё нахуй правда?! Да как ты вообще смеешь перечить нашим словам, девчонка, ты... — Довольно! — перебил его собрат, и сам готовый уже сорваться. — Подобное выражение нашей воли недопустимо для таких как мы, брат! А вы, леди, пожалуйста, сделайте так, как мы вас попросили. — Попросили или приказали? — насмешливо переспросила Эмили. — Не капли вы не изменились, вот что я скажу. Впрочем, учитывая, что вас запустили только вчера, вы и не менялись. Приятного вечера, господа, но при всём желании вы не прогнёте здесь никого. Из уст того самого неугомонного Избранного снова полилась неистовая брань, но Эмили была уже далеко.

***

Закаты в горах — это нечто. В чём-то они даже лучше тех, что бывают на море. Эмили поняла это, едва она впервые увидела такой закат в этих землях. И теперь каждый игровой вечер она стремилась найти время, чтобы подняться на заранее приглянувшуюся ей скалу и просто любоваться видом. Подобные процедуры помогали ей в борьбе с тяжёлыми депрессивными мыслями. Сейчас ей было о чём подумать. Не перегнула ли она палку с Избранными? Какими бы неприятными и скользкими они ни были, они действительно в первую очередь заинтересованы в прекращении конфликта. Правда, будь это так, они бы попытались найти с Орденом хоть какой-то компромисс. Вряд-ли бы получилось, но они хотя-бы попытались. — Скучаешь? Эмили от неожиданности крутанулась на месте: рядом с ней стоял улыбающийся Нолан. — Ты?! Но как ты... — Не в первый раз я бегу из этой вонючей дыры, — ответил он на её вопрос. — Ты же не будешь пытаться водворить меня обратно в тюрьму? — ... Нет. — Ты задумалась, прежде чем ответить. — Всё ещё играю по вашему сценарию, — усмехнулась Эмили, но при этих словах улыбка Нолана, напротив, исчезла, и та спохватилась. — Извини, не хотела напоминать об этом. Ну так, что теперь? Вернёшься обратно к своим? — Ага. Я планирую рассказать им о правде нашего бытия. Думаю, это изменит ход войны и наших обычаев в целом. — Ты думаешь? — Я уверен. Ну, давай, не скучай тут без меня. — Не буду, — снова улыбнувшись, ответила Эмили. На лице Нолана отобразилась некая смесь удивления и обиды, на что она рассмеялась. — Я в том смысле, что я пойду с тобой. — В смысле? Зачем? Ты что, решила примкнуть к нам? Мы же изверги в твоём понимании! — Как раз в моём понимании вы не изверги, — поправила его Эмили. — Вы делаете все эти вещи только из-за ваших установок по умолчанию, но когда вы узнаете правду... В общем, я хочу помирить ваши народы, ведь по сути вам не за что воевать! Так почему бы вам всем не жить после этого в мире? Что думаешь? Нолан надолго задумался. В конце концов он тихо сказал: — В любом случае это будет решать Всехозяин. Но даже если он и пойдёт на попятную, я очень сомневаюсь, что Избранные отреагируют на подобный жест доброй воли и вообще откажутся от своих легенд о Герое без страха, ведь тогда они лишатся всего. — Ну и пусть идут лесом, — отмахнулась Эмили. — Мы будем договариваться не с ними, а с Тарком. Нолан покачал головой. — Тарк слаб. Без них он никто и он верит в их бредни безоговорочно. Вот почему его прозвище «Хранитель» произносится у нас в Ордене с такой насмешкой: он вцепился в эту легенду как кот в мышь и не будет её выпускать даже если подавится ей. Так что с ним говорить без толку, он не станет нас слушать. Он посмотрел Эмили прямо в глаза: — Но не попытаться изменить наш мир к лучшему будет ещё большим преступлением. Только скажи мне: почему ты так цепляешься за этот мир? Мы же ведь ненастоящие, ты сама так сказала. — Я никогда такого не говорила, — перебила его Эмили. — Я сказала что вы были созданы нами. Но для меня вы такие же живые, как и обычные люди из плоти и крови, пусть кто-то и считает иначе. Нолан мягко улыбнулся, а его глаза засветились от счастья. — Значит, мы всё же не в полной жопе. Ну что, пойдём? Я проведу тебя в нашу Цитадель, но это путь неблизкий. Хотя кто его знает, может нам повезёт и нас подбросят.