Взгляд за грань 1: Дело ведет Утяшева

      Несколько лет назад.       Удар об паркет — и очередная белая тарелка с грохотом рассыпалась на множество осколков.       — Как?! Как ты мог?! — кричала Алёна, выбегая с кухни в коридор. — Что она тебе сделала?! — сквозь слёзы пыталась докричаться она до мужа. Но на лице мужчины красовалась лишь ядовитая ухмылка.       — Лёся, ну ты чего так разнервничалась? Успокойся, родная, — он сделал шаг к ней, но она отпрянула.       — Хватит! Прекрати! Я не собираюсь это больше терпеть! — что есть мочи заверещала Попова, убегая в их общую спальню. Она бросилась к шкафу, рывком раскрыла белоснежные дверцы и застыла на мгновение, будто собираясь с силами. — Ноги моей больше не будет в этом доме! — крикнула она мужу, доставая из шкафа большой красный чемодан и швыряя его на кровать.       Мужчина неторопливо двинулся следом и остановился в дверном проёме. Он облокотился о косяк, скрестил руки на груди и насмешливо произнёс:       — Хах, Алёнка Викторовна, а чего это мы вдруг засуетились ? Тебя же всё устраивало!       — Да как ты ещё смеешь после этого мне в глаза смотреть, а тем более обращаться ко мне ? Подлец! — Алёна схватила с полки первую попавшуюся вещь — фарфоровую статуэтку — и с размаху швырнула в стену. Та разлетелась на куски, оставив на обоях тёмную царапину.       — Как будто бы ничего страшного, — спокойно проговорил мужчина, даже не вздрогнув. — Одной подругой больше, одной меньше…       Алёна замерла, задыхаясь от ярости и боли. Её пальцы вцепились в край чемодана так, что побелели костяшки.       — Ты… ты даже не понимаешь, да ? — её голос дрогнул. — Дело не в том, что ты её убил. Дело в том, что ты лгал мне. Снова и снова. Сколько ещё тайн ты от меня скрываешь? Сколько ещё жертв будет?       Арсений пожал плечами, по-прежнему улыбаясь той самой улыбкой — холодной, чужой.       — А ты что, думала, я всю жизнь буду ходить перед тобой с ангельским личиком? Мир жесток, милая. Иногда приходится принимать… радикальные решения.       — Радикальные решения ? — Алёна горько рассмеялась, но смех тут же перешёл в сдавленные рыдания. — Ты убил человека! Мою подругу! Ту, с кем я росла, кому доверяла! И ты говоришь об этом так, будто речь идёт о сломанной вещи!       — Она знала слишком много, — равнодушно бросил он. — И начала угрожать. Сама виновата.       — Знала много о чём ? — Алёна почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — О тебе ? О твоих делах ? О том, что ты вместо того, чтобы бороться с преступностью, сам к ней примкнул?       Мужчина резко выпрямился, и на мгновение в его глазах мелькнуло что-то опасное.       — Замолчи, — холодно оборвал он. — Не лезь туда, куда не следует. Тебе же хуже будет.       — Мне уже хуже некуда, — прошептала Алёна. — Я жила с убийцей. С человеком, который способен лишить жизни близкого мне человека и даже не почувствовать вины.       Она захлопнула чемодан, щёлкнула замками и, не глядя на мужа, двинулась к выходу.       — И куда ты пойдёшь? — бросил он ей вслед. — Думаешь, я позволю тебе просто взять и уйти?       Алёна остановилась на пороге, обернулась и тихо, почти шёпотом, произнесла:       — Туда, где мне не будут лгать, глядя прямо в глаза. — Девушка уже собиралась переступить порог квартиры, но вдруг остановилась и обернулась назад, смотря на своего мужа. — Ты так изменился, Арс, — с дрожью в голосе вымолвила она. — Глаза от злости скоро почернеют.       — Лёсь…       — Не переживай. Я не стану никому рассказывать.       — Лёсь, не…       — Заявление придёт на почту. До встречи.       Девушка вышла, хлопнув дверью. В коридоре повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов.

***

      — Ну вот же! — крикнула Марина, указывая карандашом в экран монитора. — Даже слепой поймёт, что это Попов!       — Эту запись нужно нести Матвиенко, — констатировала Олеся.       — Как у тебя всё просто, Иванченко! — фыркнула Марина.       — Ребят, я могу выключать ? — прервал спор Максим.       — Да, спасибо, Заяц, мы пойдём,  пожалуй, — поблагодарила своего возлюбленного Олеся, поцеловав его в щёку.       Марина вышла в коридор, всё ещё хмурясь из‑за спора с Олесей. Она направилась к своему кабинету, машинально поправляя лацкан пиджака. Дверь была приоткрыта — странно, она точно помнила, что закрывала её.       Девушка вошла и замерла на пороге. За своим столом сидел Паша — бледный, с напряжённо сжатыми губами. Напротив него, за соседним столом, расположился Арсений.        «Откуда он здесь нарисовался ?» —подумала про себя Марина. Но теперь коллега сидел тут, оживлённо жестикулируя, и что‑то с энтузиазмом рассказывал Паше.       — …и тогда я понял: ключ ко всему — в деталях! — радостно заключил Арсений, заметив Марину. Его лицо озарилось широкой улыбкой. — О, Марина! Как вовремя!       Паша бросил на неё быстрый взгляд и едва заметно прикрыл лицо рукой, беззвучно шевеля губами: «Беги». Но было поздно. Арсений уже вскочил со стула и почти подлетел к ней. Прежде чем Марина успела отреагировать, он схватил её руку и галантно поцеловал.       — Рад видеть вас в добром здравии, коллега! — произнёс он с преувеличенной вежливостью. Марина застыла, не зная, как реагировать.        «Что за цирк ?» — пронеслось у неё в голове.       — Мариш, — хрипловато произнёс Паша, поднимаясь. — Тебя в морг вызвали. По делу Шкуро.       — Что ?.. — Марина моргнула. — Шкуро ? Но мы же… мы же прекратили расследование месяц назад!       — Приказ сверху, — пожал плечами Арсений. — Пойдёмте, я вас сопровожу. Буду помогать.       Он говорил так искренне, что Марина на мгновение даже усомнилась в своих подозрениях.

***

      В морге пахло спиртом и металлом. Патологоанатом в белом халате кивнул им и отошёл к столу с инструментами. На каталке под простынёй угадывались очертания тела.       Арсений, к удивлению Марины, вёл себя безупречно. Он подавал ей перчатки, держал папку с документами, внимательно слушал её комментарии.       — Мы никогда не найдём этого убийцу, — тихо сказала Марина, глядя на тело. — Все улики уже запутались. Я в себе уже запуталась…       — Не отчаивайся, — мягко произнёс Арсений. — Мы на верном пути. Скоро всё станет ясно.       Он подошёл ближе, помогая ей развернуть документы. Его движения были плавными, почти заботливыми. Марина невольно расслабилась. «Может, я зря его подозревала?»       — Скоро мы точно найдём убийцу, — уверенно сказала она, склоняясь над телом. — Я чувствую, что разгадка близко.       Арсений встал позади неё. Его дыхание коснулось её уха.       — Сзади тебя виновник сего торжества, — прошептал он с лёгкой усмешкой.       Марина невольно усмехнулась.             «Дурачится, как всегда», — подумала она. Но в следующий миг что‑то холодное и влажное прижалось к её лицу. Резкий запах ударил в нос. Слабость накатила мгновенно. Ноги подкосились, мир поплыл перед глазами. Последнее, что она увидела, — как Арсений подхватывает её обмякшее тело.       В этот момент в служебную дверь вошёл патологоанатом с кипой бумаг. Он замер на пороге, широко раскрыв глаза.       — Ребят, надо будет вот здесь распи… — начал патологоанатом, входя в кабинет, но сотрудников комитета уже и след простыл.

***

      Насквозь промёрзший бетон — даже через одежду чувствовался ледяным укусом. Руки, стянутые за спиной, уже почти онемели, а щеки жгло от сквозняка, гуляющего по зданию. Девушка вжалась спиной в стену, пытаясь хотькак‑то согреться, но камень был таким же холодным. В разбитые окна задувал колючий ветер, бросая в лицо снежинки.           Один из мужчин медленно подошёл к связанной девушке, в то время как второй отошёл в конец помещения, упираясь спиной в стену. Сев перед девушкой на корточки, брюнет с обманчивой лаской погладил её щеку большим пальцем. Усмехнувшись, он произнёс:       — А ведь я тебя уважал, — он покачал головой. — Правда, уважал. Умная, принципиальная, непродажная… Редкое сочетание в наше время. А в итоге оказалась такая же, как твоя подружка.        Девушка замерла на секунду, голова все ещё кружилась, но она пыталась сосредоточиться, чтоб оценить ситуацию. Она сидела на полу, руки крепко стянуты за спиной, лодыжки связаны, возможности говорить из-за наложенного на рот скотча нет. Верёвки врезались в кожу, но она не теряла надежду на свое освобождение. Резко отклонившись назад, девушка уперлась плечами в стену и с силой оттолкнулась ногами, пытаясь перекатиться к окну. Всё тщетно.       — О, так мы играем? — мужчина усмехнулся, делая шаг назад и наблюдая за её попытками. — Хах, глупенькая. — раздался щелчок, будто кто-то скинул крышку от какой-то упаковки, как выяснилось, это оказалось помада, насыщенного кровавого цвета.        «Господи, помилуй! Пусть они уже приедут поскорее!» — мысленно повторяла девушка, в то время, как из темных, шоколадных глаз, вниз по коже стекали прозрачные, мокрые дорожки.

***

      Девушка сидела на кухне в мягких домашних штанах и свободной футболке, обхватив ладонями тёплую чашку чая. За окном медленно темнело, в комнате горела только небольшая лампа над столом — создававшая уютный жёлтый круг света. Она глубоко вдохнула аромат бергамота, подняла чашку к губам…       И в этот момент в дверь громко и настойчиво зазвонили.       Ляйсан вздрогнула, чуть не расплескав напиток. Она поставила чашку на блюдце, поправила волосы и, встав со стула, направилась в коридор.       За дверью стояли Воля и Олеся. Мужчина выглядел взвинченным, Олеся — бледной и встревоженной.       — Что случилось? Фигли вы мне в дверь долбите? — нахмурилась Ляйсан.       — Ты вообще телефон проверяешь?! — закричал Воля. — Мы тебе уже раз двадцать звонили!       — Я… поставила на беззвучный, — растерянно ответила Ляйсан. — Что происходит?       — У тебя Попов подругу похитили, а ты тут сидишь, чаи гоняешь! — выпалила Олеся, голос дрожал, а в глазах застыли слёзы. — Мы вычислили, где он её держит. Ты с нами?       Ляйсан застыла на секунду, переваривая услышанное. В груди что‑то сжалось — холодный, колючий страх за подругу.       — Похитил? — тихо переспросила она. — Точно?       — Точно, — кивнул Воля, — У нас есть адрес. Но нам нужна твоя помощь. Ты же лучшая из нас всех. Точно знаешь, что делать.       Ляйсан резко развернулась и бросилась в комнату. Быстрыми, отточенными движениями скинула домашнюю одежду, натянула первые попавшиеся ей под руку джинсы и водолазку, накидывая сверху тёплый зимний пуховик. Из ящика комода достала пистолет, проверила обойму — всё на месте. Пристегнула кобуру к поясу, проверила, легко ли вынимается оружие.       — Идём, — коротко бросила она, хватая ключи, решив оставить телефон дома. — Говорите, что знаете.

***

      — И что ты с ней делать планируешь ? — поинтересовался у друга Шастун, небрежно прислоняясь к стене и затягиваясь сигаретой. Дым медленно поплыл к потолку заброшенного помещения.       — Отправить на тот свет и побыстрее. Бесит она меня, — холодно ответил Арсений, не отрывая взгляда от связанной Марины, которая без сознания лежала на холодном бетонном полу.       — Хах, она‑то тебе что уже сделала ? — хмыкнул Шастун.       — И это у меня спрашивает глава бандитской группировки ? — ответил вопросом на вопрос Арсений, криво усмехнувшись. — Она слишком много знает. И слишком громко говорит.       Шастун пожал плечами и затушил окурок о стену.       — Ну, дело твоё. Только давай быстрее — у меня ещё дела на вечер.       Марина медленно пришла в себя. Голова гудела, во рту пересохло. Она попыталась пошевелиться — руки были крепко связаны за спиной, лодыжки стянуты верёвкой. Сквозь шум в ушах доносились голоса.       — Пора заканчивать, — произнёс Арсений, подходя ближе. — У тебя есть идеи, как это сделать чище ? — крутя в руках пистолет.       — Да закопай где‑нибудь в лесу, смысл заморачиваться ? — бросил Шастун.       Девушка сглотнула, стараясь не выдать, что пришла в сознание. Сердце бешено колотилось.       «Только бы они не заметили…»       В этот момент где‑то вдалеке раздался громкий треск — будто сломалась доска. Арсений резко обернулся.       — Что это было ?       — Да так, чё‑нибудь отвалилось, — пожал плечами Шастун.       Но прежде чем Арсений успел ответить, из дальнего угла неожиданно выглянула Ляйсан.       — Ох, ха‑ха, какие люди! — громко произнёс Арсений, разводя руками в стороны. — Ляйсан Утяшева, собственной персоной! Что ж вы стоите на пороге, товарищ главный следователь. Проходите!       — Поговорим ? — твёрдо сказала Ляйсан, доставая пистолет и направляя его на мужчину.       — Ох, вот это ты зря, — усмехнулся Арсений, не сводя глаз с Ляйсан. — Антон Андреевич, оставьте нас с Ляйсан Альбертовной наедине. У нас тут, так сказать, личный разговор назрел.       Антон на мгновение замер, после бросил короткий, многозначительный взгляд на Арсения — в нём читалось и недоумение, и едва уловимое предупреждение. Затем медленно кивнул, развернулся и направился к выходу. Проходя мимо Ляйсан, он чуть замедлил шаг, скользнул по ней оценивающим взглядом, будто собираясь что‑то сказать, но в последнюю секунду передумал. Завернув за угол, Шастун скрылся из поля зрения.        В помещении повисла напряжённая тишина.       — Лясечка, — заботливо произнёс Арсений, делая осторожный шаг вперёд, — зачем же так радикально ? Брось оружие. Мы же с тобой всегда понимали друг друга без этих… крайностей.       — Отпусти Марину и сложи оружие, — твёрдо произнесла Ляйсан, не опуская пистолет. Рука не дрожала, но мышцы плеча напряглись от долгого удержания оружия, а пальцы слегка покалывало от напряжения.       — Лясечка, прекрати… — начал было Арсений, но она перебила его.       — Я сказала: брось оружие! — неожиданно крикнула девушка, и её голос эхом отразился от голых стен заброшенного помещения, отдаваясь гулким эхом в дальних углах.       Щёлк.       Выстрел разорвал тишину.       Арсений повалился на пол, схватившись за плечо. Лицо исказилось от боли, зубы сжались. Кровь быстро проступала сквозь ткань серого пальто, растекаясь тёмным пятном. Он глухо застонал, пытаясь приподняться, но боль заставила его снова опуститься на бетонный пол.       — Всем оставаться на местах! — громко скомандовал Воля, врываясь в помещение вместе с вооружённым нарядом. — Арсений Сергеевич, вы арестованы по подозрению в похищении и покушении на убийство!       Ляйсан мгновенно бросилась к Марине. Быстрыми, отточенными движениями она достала из кармана куртки складной нож, разложила его и аккуратно разрезала верёвки на руках и ногах подруги.       — Мариш, ты в порядке ? — голос Ляйсан дрожал от облегчения и тревоги. Она осторожно помогла подруге сесть, поддерживая её за плечи.       Марина, ещё не до конца пришедшая в себя, кивнула, с трудом садясь. Её губы дрожали, но она попыталась улыбнуться.       — Да… да, я в порядке. Спасибо, Лясь…       Двое оперативников подскочили к Арсению, заломили ему руки и защелкнули наручники. Тот скривился от боли, начав сопротивляться.       — Арсений Сергеич, не сопротивляйтесь, в суде легче будет, — спокойно произнёс один из них, удерживая мужчину.       — Вспомнишь ещё обо мне, — прошипел Арсений сквозь зубы, бросая на Ляйсан злобный взгляд.       — Конечно, — протянув последнюю букву, ответил Воля. — Обязательно, Арсюш, всенепременно! — Резко переменившись в лице, Паша последний раз взглянул коллеге в глаза и произнёс: — Уведите его.

***

      Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оранжево‑розовые тона. Вода тихо плескалась о берег, а лёгкий ветерок шевелил волосы.       Ляйсан глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Всё произошло так быстро — спасение Марины, арест Арсения, суета… Теперь, наконец, можно было перевести дух.       За спиной раздались шаги.       — Не пугайся, Ляйсан Альбертовна, — произнёс Сергей, останавливаясь рядом с девушкой, засунув руки в карманы пальто. Он слегка улыбнулся, глядя на закат. — Ну что, Утяшева, — тихо произнёс он, — справилась.       — Да, в принципе, как и всегда, — коротко ответила Ляйсан, но в голосе прозвучала усталость.       — Ты молодец, — Сергей помолчал, после чего добавил: — Я знал, что на тебя можно положиться. Но… — он повернулся к ней, — это было слишком опасно. Ты могла погибнуть.       — Не смешите меня, — улыбнулась Ляйсан, — В этом деле не было ничего опасного, да и сложного тоже. Просто нужно было       Сергей кивнул.       — Знаешь, — сказал он после паузы, — в последние несколько дней я много думал и…       — И, Сергей Борисович…? — Ляйсан повернулась к нему, в её глазах мелькнуло беспокойство.       — Ляйсан Альбертовна, я слишком долго на этом посту. Пора уже мне… уходить.       — Сергей Борисович! Вы куда это собрались?! — крикнула Ляйсан, и на глазах выступили слёзы. Она невольно схватила его за рукав пальто.       — Лясь, после того, что я натворил, оставаться на посту больше нельзя. Этого место достоин кто‑то сильнее меня. Тот, кто поистине достоин этого места.       — Но Сергей Борисович…       — Отставить, товарищ главный следователь!       — Слушаюсь… — на выдохе произнесла Ляйсан, искренне улыбаясь.