Пылкое сердце королевы

…Не внемли им, дочь… их тихим речам…

…Величественнее, великолепнее… Ткач, хранительница, королева…

Всё это их желания… не твои.

Херра Зверь в разговоре с Хорнет.

Тьма начала медленно рассеиваться. Впереди забрезжил свет. Хорнет вышла из тёмного туннеля, который был мостом, созданным мелодией Улиточных Шаманов, и соединял настоящее и прошлое, позволяя любому достаточно сильному жуку проникать в воспоминания других и через них путешествовать во времени, чтобы посещать давно утраченные места и даже… напрямую менять окружающий мир, внося различные коррективы в прошлое. Вот почему эта мелодия считалась крайне опасной и лишь единицы знали о её существовании. И не только потому, что в плохих лапах она могла привести к ужасающим последствиям, но и потому, что сам путешественник мог безвозвратно застрять в прошлом, пробыв там слишком долго и утратив связь со своим бессознательным телом в настоящем. Но Хорнет не страшили подобные испытания. Ей нужно было спасти Фарлум, а для этого она должна была заполучить сердца самых сильных существ, что когда-либо населяли остров. Вот почему ей доверили эту мелодию. Она уже раздобыла несколько сердец, одно у самодовольного и жестокого кораллового короля, другое у первоматери всех растений Найлет, и теперь открыла последний проход, отправившись во времена, когда скаррами руководила великая правительница Кармелита. Щурясь, паучиха вышла на свет и, пройдя несколько шагов вперёд, поняла, что находится в одном из бесчисленных коридоров муравейника, в глубине которого раздавалось приглушённое женское пение. «Я на месте, – подумала она, приподнимая вверх иглу. – Она здесь». Сделав глубокий вдох, она ускорилась и побежала по длинному проходу, который то и дело разделялся и петлял, ведя на разные уровни муравейника. Но красивый голос, звучавший впереди, не давал Хорнет сбиться, и она уверенно продолжала двигаться к цели. «Это будет ещё одна битва. Такая же, как и все остальные. Я приду, брошу вызов королеве и сражусь с ней», – мысленно рассуждала она, беззвучно несясь по грубому земляному проходу, освещаемому светомушиными лампами, что был усеян мелкими камнями и крохотными травинками, придавленными многочисленными отпечатками ног. Свернув на очередном перекрёстке, Хорнет увидела впереди просторный, хорошо освещённый зал с балкончиками и поднимающимися вверх рядами стоячих платформ, на которых собралось несколько сотен скарров. Паучиха тихо вошла на площадку одного из балконов, стараясь держаться в тени и не привлекать к себе внимание, хотя в этом не было необходимости. Во-первых, её красный плащ прекрасно помогал ей слиться с краснопанцирными муравьями, а во-вторых, все их взоры сейчас были устремлены в центр, где в окружении телохранителей стояла она – королева Кармелита. Высокая и стройная, она была одета в красивое красное платье, которое прекрасно гармонировало с её гладким панцирем и длинными свисающими назад отростками. В своих лапках она держала сверкающие двухсторонние клинки, которыми ловко размахивала в такт собственным движениям, не прекращая при этом исполнять прекрасную и немного грустную скарру – песню, наполненную поддержкой и заботой правительницы о своих подданных. «Вот она. Пришло время битвы. Сейчас я брошу ей вызов и вступлю в бой, – поправляя висевшую за спиной сумку со снаряжением, подумала паучиха. – Это будет непросто. Наверняка мне придётся пробиваться к ней через остальных скарров и кого-нибудь убить, но это необходимо. Ради будущего Фарлума и всех его жителей». С этими мыслями она сделала несколько шагов вперёд, собираясь выйти на свет и издать древний клич Ткачей, но тут Кармелита развернулась к ней лицом и, блеснув красивыми чёрными глазами, повысила голос, начав новую арию. Это заставило Хорнет остановиться. Она с изумлением уставилась на королеву, которая в этот момент пела о жизни скарров. О том что, несмотря на все трудности и угрозы, их ждёт свобода и спасение:

…враги из Цитадели преследуют нас,

но не страшитесь, однажды придёт наш час,

и как бы остры ни были их клинки,

свободу в сердцах не задушат они…

Это было так красиво, что паучиха на мгновение забыла о своей миссии и, очарованная нежным голосом королевы, прислонилась к ближайшей стене, чтобы вместе с собравшимися вокруг неё муравьями насладиться песней, которая невольно приводила её в восторг, равно как и грациозные движения Кармелиты. Это было неописуемо. Волшебно. Хорнет никогда прежде не слышала ничего красивее. Ни один голос не мог сравниться с голосом Кармелиты, которая была не просто королевой, а настоящим кумиром для всех муравьёв. Ненадолго оторвавшись от сцены, паучиха посмотрела на собравшихся вокруг неё скарров. Все они, от мала до велика, от сгорбившихся и покрытых пылью рабочих, до усеянных шрамами и закованных в костяные доспехи воинов смотрели на свою королеву с неподдельным восторгом (а в глазах некоторых даже блестели слёзы), наслаждаясь представлением и ловя каждое её слово как откровение. «Она для них не просто правительница, – подумала Хорнет. – Она их богиня. Та, кто ведёт их вперёд. А я… должна буду пролить её кровь? У них на глазах? Вот так выйти и погубить жизнь целого народа одним взмахом иглы?» Она неуверенно нахмурилась. Мысль о том, что ей предстоит убить королеву, уже не казалась такой уж правильной, несмотря на то, что в будущем сама Кармелита дала на это согласие. Но ведь там была умудрённая годами и опытом королева, а тут… лишь молодая и полная амбиций жучиха, у которой впереди были годы жизни и правления. И всё это должно было рухнуть из-за Хорнет, что устроила Конец Света и теперь должна была переписать историю, чтобы всё исправить. Пока она размышляла над этим, возле неё раздались шаги и кто-то прошёл мимо, случайно задев её плечом. Этим кем-то оказался простой рабочий скарр. – Ох, прошу прощения, я… – собирался сказать он, поднимая на неё глаза, но тут же замолчал и в шоке уставился на Хорнет. – Чужачка, – ахнул он, отступая на пару шагов назад и замечая иглу у неё в лапке. – Убийца! – Убийца? – растерянно повторило несколько скарров возле него и, обернувшись, увидели стоявшую среди них паучиху. – Убийца! Убийца! – закричали они. Из толпы тут же выскочило несколько молодых воинов, вооружённых короткими клинками, и бросились к ней. – Умри, тварь! – прорычал один из них, занося обе лапы для удара, и Хорнет, согнув колени, ловко отскочила назад, выпрыгнув с балкона на хорошо освещённую площадку перед сценой, прежде чем он успел её задеть. На неё тут же уставилось множество растерянных глаз. Телохранители у сцены вскинули головы и хмуро посмотрели на незнакомку вместе с королевой, а после… – А-А-А-А-А!!! Кармелита издала красивый мелодичный клич. Растерянность быстро сменилась яростью. Муравьи начали возмущённо галдеть и, не в силах добраться до Хорнет, потрясали лапами, в то время как к ней бросилось несколько стоявших неподалёку стражников. Первыми к ней подбежали два юных воина, которые ещё не заслужили собственные доспехи, но при этом были достаточно быстрыми и ловкими. Взмахнув ножами, они приняли боевую стойку, а вскоре к ним присоединился опытный покрытый шрамами солдат, у которого на голове красовался рогатый череп крупного жука. Они окружили паучиху и несколько секунд с яростью смотрели на неё. «Всего трое? Серьёзно? Ну ладно, подходите. Давайте посмотрим, на что вы способны», – с боевым азартом подумала Хорнет за секунду до того, как солдат первым ринулся в атаку, обрушив на неё костяную булаву. Паучиха прыгнула вперёд, на ходу заехав скарру локтем по затылку. Он пошатнулся и упал, а Хорнет, резко остановившись, вонзила иглу в пол и, схватившись за неё обеими лапками, с разворота ударила его по голове ногами ровно в тот момент, когда он попытался встать. Молодые воины ахнули, поражённые быстрыми движениями незнакомки, но уже через секунду пришли в себя и, зайдя с двух сторон, пошли в наступление. Хорнет приняла боевую стойку и методично начала блокировать все их атаки, держа на расстоянии и попутно дожидаясь момента, когда кто-нибудь из них откроется для удара. И вот этот момент настал. Один из скарров устав от бесконечных блоков паучихи решил пойти напролом и, занеся зажатые в лапах клинки, рубанул одним из них сверху, чтобы отвлечь противницу, а другим попробовал вспороть ей брюшко. Хорнет была знакома с этой тактикой. Развернув иглу, она ловко отбила верхний клинок, после чего поймала колечком на её конце нижний, который тут же отбросила в сторону и, обезоружив скарра, нанесла ему решительный удар между глаз, отправив в ближайшую стену. Воин ударился головой и замер. – А-а-а! – закричал второй муравей, собираясь напасть на паучиху сзади. Но она была к этому готова и, выхватив из панциря кончик шёлковой нити, в прыжке ушла вбок, после чего бросилась на врага. Уклонившись от очередного удара, она оплела скарру обе лапы. – Нет, отпусти! – закричал он, пробуя вырваться из её хватки и попутно стараясь подцепить ножом сдерживающие его путы. Однако Хорнет его опередила. Притянув муравья к себе, она накинула сверху ещё несколько петель, полностью его связав и лишив возможности двигаться. – Вот так, и хватит уже размахивать ножом, – сказала она. Скарр выругался, отчаянно подпрыгивая на месте и всё ещё силясь задеть противницу. Но все его попытки ни к чему не привели и Хорнет, обойдя его, повалила на пол, поставив подножку, после чего, пинком ноги, откатила в сторону своего собрата. Увидев, что все воины побеждены, остальные скарры тут же бросились по одному из проходов в сторону площадки, на которой стояла паучиха, но она, быстро обернувшись, сняла со своего пояса небольшой нож и метнула его в рычаг у стены. Скрипнув, он опустился вниз, а вместе с ним и крепкие костяные ворота, которые наглухо заблокировали муравьям доступ наружу. Скарры начали громко кричать и тянуть в её сторону лапы. «Ха, это было легко. Не думала, что прославленная армия краснопанцирных окажется такой слабой», – мысленно усмехнулась она, делая пару шагов назад. И тут сработало её паучье чутьё. Она резко отпрыгнула назад, как раз в тот момент, когда на неё сверху обрушились два крепких облачённых в костяную броню телохранителя королевы, которая, несмотря на царившую в зале суматоху, казалось, ничего не замечала и по-прежнему продолжала петь. Хорнет откатилась в сторону и, подняв голову, увидела на том месте, где она только что стояла, две тяжёлые рогатые палицы, которые, выбив искры из каменной площадки, вновь взметнулись вверх, а сами телохранители, маша крыльями, поднялись в воздух, зависнув над головой у паучихи. Скарры в зале восторженно закричали, приветствуя их. «Похоже, эти двое не так уж просты. Лучше мне быть начеку», – подумала Хорнет, видя, насколько крепки их мышцы и быстры движения, указывающие на долгие и упорные тренировки. И вот один из муравьёв ринулся в атаку. Занеся палицу над головой, он сделал пару мощных выпадов, которыми хотел раздавить паучиху. Хорнет отскочила назад и тут же едва не попала под удар второго телохранителя, что как молния обрушился на неё сверху, направив своё оружие вниз. Паучиха вновь отпрыгнула и чуть не попала под удар первого воина, который, отлетев вбок, бросился на неё с поднятым вверх оружием. Хорнет в последнюю секунду успела заблокировать его удар и хотела контратаковать в ответ, но воин тут же метнулся в сторону, давая напарнику возможность ударить её со спины. «Всё ясно, они применяют технику Сдвоенной Клешни, – уворачиваясь от их стремительных атак, подумала Хорнет. – Действуют сообща и поочерёдно атакуют, не давая оппоненту возможности сосредоточиться на ком-то одном». Пережив ещё несколько нападений, Хорнет убрала свою иглу за спину. «Вдобавок они летают. А значит, нет смысла нападать на них, они всё равно увернутся. Нет, тут нужно что-то другое». Воительница окинула взглядом поле битвы. Идеально ровную площадку, гладкие стены и… свисающие сверху многочисленные сталактиты. «Ага, группа камней, расположенная по кругу. Это мне пригодится. Раз я не могу победить врага силой, придётся прибегнуть к хитрости», – прищурилась паучиха и, увернувшись от очередного выпада, бросилась к стене, на ходу извлекая из своего панциря шёлковую нить и, оттолкнувшись от каменной поверхности, запрыгнула на кончик сталактита. Ближайший к ней телохранитель кинулся следом, в то время как другой полетел в противоположную сторону. «Да, вот так, разделитесь! Дайте мне чуть больше места для манёвра», – довольно рассуждала Хорнет, радуясь, что её маленькая уловка сработала. Скарр преследовавший её поднял палицу и попытался нанести удар, но Хорнет уже перепрыгнула на другой камень, как раз в тот момент, когда из-за него выскочил второй телохранитель и едва не угодил под удар. – Проклятье! Смотри куда бьёшь! – выругался он, отлетая назад и вновь бросаясь к паучихе, что без устали скакала между сталактитами, удирая от муравьёв и не давая им подлететь ближе. – Она там! Держи её! – крикнул один из них. – Заходи слева! – прибавил второй. – Нет, справа! – Зажми её у того камня! – Мерзкая паучиха, да остановись ты уже! Несколько минут они гоняли Хорнет по всему потолку, тщетно стараясь загнать в угол, но она всё время от них уходила пока, наконец, сама не оказалась между двумя толстыми сталактитами, за которыми находилась стена. – Есть! Мы её поймали! Она в ловушке! – торжествующе произнёс один из скарров, обеими лапами поднимая палицу и собираясь покончить с вторгшейся в их муравейник паучихой. – Не совсем, – внезапно подняв глаза и посмотрев на него, усмехнулась Хорнет. – В ловушке сейчас вы. – Что? – нахмурился муравей. Но вместо ответа Хорнет резко спрыгнула вниз и доселе невидимые шёлковые нити, которые она раскидала между камнями, последовали за ней, превратившись в плотную сеть, что подхватила обоих скарров и, подбросив их вверх, с силой обрушила на пол. Оба воина оказались в плену, а один, ударившись об пол, потерял сознание. – Фух, это было непросто, но с этими здоровяками я справилась, – довольно сказала паучиха, обрывая кусок нити и становясь ровно. – И теперь без проблем могу заняться… Но не успела она договорить, как позади неё раздался стук, как если бы кто-то приземлился рядом. – А-А-А-А-А!!! – раздался прекрасный голос Кармелиты. Хорнет обернулась и увидела правительницу скарров, которая стояла прямо перед ней. Высокая, величественная, с двумя острыми клинками в лапках. – …их королевой, – закончила паучиха, наблюдая как та подняла их вверх и… запела. Да, несмотря на то, что её воины были повержены, а сама она сейчас стояла лицом к лицу с опасной убийцей, она не переставала петь и своим голосом подбадривать болевших за неё подданных. Резким и невероятном быстрым выпадом она бросилась к Хорнет и сделала несколько взмахов клинками, едва не оставив паучиху без головы. Лишь в последнюю секунду той удалось уклониться и, проскользив по полу, развернуться лицом к королеве. Кармелита, добежав до стены, подняла ногу и, словно в танце, подпрыгнула. Хорнет была уверена, что она ещё раз попытается нанести ей удар, но королева откинула лапы назад и метнула оба клинка в паучиху. Хорнет удивлённо охнула, отскочив в сторону от первого клинка и в ту же секунду увидела второй, который пролетел совсем близко и, порвав плащ, оставил на её тельце небольшой след. Паучиха пошатнулась и упала на колени. «А она сильна», – подумала Хорнет, доставая иглу и силясь встать на ноги, но Кармелита не дала ей перевести дух и уже неслась в атаку. Слегка приподняв край своего платья, она подпрыгнула вверх и, согнув ногу, приготовилась обрушить её на голову паучихи. Но Хорнет быстро перекатилась вбок и, схватив один из ножей на поясе, метнула его в голову королевы, уверенная, что та не успеет среагировать на её атаку. Однако Кармелита оказалась куда быстрее, чем думала Хорнет. Увидев полетевший в неё клинок, она просто… отбила его в сторону, ни на секунду не прекращая петь. Это произвело на паучиху впечатление. «Ничего себе! Никогда не видела, чтобы кто-то мог двигаться так быстро!» – подумала она, вставая на ноги и иглой пытаясь ударить королеву. Кармелита ловко ушла от её взмаха и, вновь подпрыгнув, перевернулась боком, раскрутив подол своего платья. Вначале Хорнет растерялась от столь нелепой атаки, но уже через секунду заметила, как на его кончиках блеснули лезвия, и запоздало отскочила назад. На её маске осталось несколько глубоких царапин. «У неё под платьем скрыто оружие! Она не просто королева. Она самая настоящая воительница. Быстрая и ловкая», – мысленно ахнула паучиха, приходя в восторг оттого, с кем именно сейчас сражалась. Однако времени на это не было. Кармелита приземлилась у противоположной стены и быстрым движением вытащила из неё клинки, а после… между ней и Хорнет завязалась смертельная битва, которая, несмотря на напряжённость и частые атаки, очень сильно напоминала танец. Кармелита не просто нападала и защищалась. Все её движения были полны грации и красоты, которую Хорнет никогда прежде не видела. Сама она предпочитала простоту и скорость, и никогда не добавляла в свои движения какое-либо изящество, но в то же время между ней и королевой было так много общего. Они обе были сильны. Обе сражались решительно и без колебаний. И готовы были пойти на всё, чтобы защитить тех, кто им дорог. Вот только Хорнет сражалась за будущее, а Кармелита за прошлое. И в этой схватке не было правильной стороны. «Не могу поверить, что должна буду убить её. Она так совершенна, так отважна. Никогда ещё я не встречала никого настолько идеального, как эта краснопанцирная королева», – в какой-то момент подумала паучиха, словно в замедлении замечая, как распахнулось платье Кармелиты, показав её изящные длинные ноги и стройное брюшко. В ту же секунду Хорнет застонала и стиснула зубы от боли. Засмотревшись на королеву, она пропустила удар и на её плаще и правой лапке остался глубокий порез. «Ух, соберись, Хорнет! Ты здесь по очень важному делу! Как бы прекрасна ни была эта воительница, ты должна будешь её убить и забрать сердце», – подумала паучиха, отскакивая назад и снимая с пояса два причудливых оружия, которые сделала для неё Двенадцатый Архитектор – дискомёты. Убрав их за спину, она начала с силой давить на пружинные рукоятки, раскручивая маленькие диски, что к ним крепились. Кармелита тем временем подняла клинки вверх и вновь понеслась к Хорнет, готовясь нанести ей быстрый сдвоенный удар. Именно этого паучиха и хотела. Дождавшись, когда королева подбежит к ней максимально близко, она резко вытащила лапы из-за спины и метнула в Кармелиту оба диска, которые, покинув рукоятки, полностью развернулись и покрылись лезвиями. Кармелита удивлённо округлила глаза при виде столь странного оружия и, притормозив, изящно проскользнула между дисками, что угодили в стену позади неё. Однако это движение заставило её развернуться боком и она на секунду потеряла Хорнет из виду, которая, воспользовавшись этим, прыгнула вперёд и одним сильным ударом иглы сперва выбила у неё клинки, а затем, поставив подножку, уронила на пол. Песня королевы оборвалась. В зале тут же раздалось множество испуганных возгласов. Скарры в ужасе уставились на то место, куда рухнула их королева, и стали громко кричать, умоляя её подняться, пока другие осыпали Хорнет проклятиями. А паучиха уже подняла вверх иглу и подошла к Кармелите. Королева приподнявшись на локтях, увидела блеск оружия у неё в лапке. Но, несмотря на опасность, Кармелита не стала молить о пощаде, не отвернулась и не закрыла глаза, а лишь гордо посмотрела на Хорнет с видом, который ясно говорил об одном – она не боится и готова принять свою участь. «Даже перед лицом смерти она не сдаётся. Её дух так же силён, как мой. Воистину она величайшая воительница. Лучшая из всех, кого я когда-либо встречала», – подумала паучиха, поглядывая на лежащую у её ног королеву. Сильную и прекрасную. Хорнет подняла иглу намереваясь вонзить ей в грудь, а после… – Я не могу, – внезапно сказала она, опуская вниз оружие. Кармелита непонимающе прищурилась и, слегка склонив голову, спросила: – Не можешь? Почему? – Потому что, убив тебя, я обреку на гибель весь твой народ. Я не могу так поступить, – ответила Хорнет, вспоминая своё прошлое и все те ошибки, что она совершила, уверенная, что поступает правильно. Свою битву с Призраком, попытку пленить Великую Матерь Шёлка, из-за которой и оказалась тут, желая исправить то, что сама же натворила. И теперь она должна будет совершить ещё одну ошибку. Уничтожить величайшую воительницу, что когда либо жила на свете, при этом оправдывая это тем, что хочет спасти мир. – Я совершила немало глупостей, ужасных и непростительных, и не повторю этого снова. Я сдаюсь, – устало пробормотала паучиха и, упав на колени, опустила голову. В этот момент один из оглушённых ею солдат пришёл в себя и увидел ужасающую картину: упавшую на пол королеву и склонившуюся над ней убийцу. Громко охнув, он тут же вскочил на ноги и, подхватив лежащую возле него палицу, побежал к Хорнет. Оказавшись рядом, он с криком занёс её для удара, собираясь проломить паучихе голову, но та никак на это не отреагировала, по-прежнему продолжая сидеть с закрытыми глазами. – СТОЙ! – внезапно раздался над ней голос Кармелиты. Хорнет удивлённо открыла глаза и увидела перед собой поднявшуюся на ноги королеву, которая выставила вперёд лапку, чтобы остановить своего воина. – Что? – ахнул тот, непонимающе уставившись на свою правительницу. – Но, моя королева, она чужачка. Убийца, которую явно подослал к вам коралловый король, а может, и… Он брезгливо посмотрел на шёлковую сеть, в которой оказались телохранители. – …одна из Ткачей, что строят у нас над головами свою треклятую Цитадель. Она чуть не убила вас. Её нужно казнить. – Верно, она собиралась убить меня, – кивнула Кармелита, внимательно поглядев на сидевшую перед ней паучиху. – Но почему-то не сделала это. И я хочу знать почему. Она коснулась подбородка Хорнет и посмотрела ей в глаза. – Говори, воительница. Я хочу знать всю правду. Кто ты и зачем здесь? – спокойно и без ненависти спросила она. – Хорошо. Я действительно явилась сюда, чтобы убить тебя, великая королева, – начала Хорнет. При этих словах солдат напряжённо сжал в лапах палицу. – Но меня никто не посылал. Я… – паучиха на мгновение замолчала, понимая, как все отреагируют на её следующие слова, – …пришла к вам из будущего через твои воспоминания, чтобы забрать твоё сильное сердце и с его помощью проникнуть в Бездну, где должна буду предотвратить уничтожение Фарлума. На мгновение в зале воцарилась мёртвая тишина, а затем… Солдат громко расхохотался. – Ха-ха-ха, серьёзно, убийца? В жизни не слышал ничего глупее. Ты… пришла к нам… из будущего? Ха-ха-ха! – произнёс он, от избытка чувств затопав ногой. – Если уж врёшь нам, то делай это грамотно, а не выдумывай подобную чушь. Но королева ничего не сказала, продолжая внимательно смотреть Хорнет в глаза, после чего выпрямилась и громко произнесла: – Да, это действительно звучит безумно. И всё же… ты не врёшь. Стоило ей это сказать, как солдат тут же замолчал и с непониманием уставился на неё. – Что? Вы серьёзно, моя королева? – спросил он. – Серьёзно. За годы своего правления я научилась отличать ложь от правды. И ты… – королева посмотрела на Хорнет, – …говоришь правду. – Но… но, королева… – попытался возразить скарр. – Довольно, страж, – взмахнула лапкой Кармелита. – Я сама с этим разберусь. А ты пока иди и освободи остальных. Она кивнула в сторону копошащихся в сети телохранителей. – Эх, слушаюсь, моя королева, – со вздохом сказал воин, ударив себя в грудь, и, всё ещё с недоверием поглядывая на Хорнет, направился к пленённым собратьям, чтобы их вытащить. – Значит, в будущем Фарлуму грозит гибель? – тоже на неё посмотрев, спросила Кармелита. – Да. И в этом… отчасти виновата я, – вставая на ноги, сказала Хорнет. – Меня похитили жуки из Цитадели, чтобы пробудить Матерь Шёлка, но мне удалось сбежать и во время своих странствий я встретила Улиточных Шаманов, которые предложили мне пленить её в Бездне с помощью магической ловушки. – Улиточные Шаманы? – задумчиво нахмурившись, повторила Кармелита. – Я слышала о последователях этого культа и о том, какую опасную магию они практикуют, по сравнению с которой даже творения Ткачей кажутся невинными забавами. – Верно. К сожалению, я этого не знала и доверилась им. После того как мне удалось победить Матерь Шёлка в бою… – продолжила рассказывать паучиха. При этих словах Кармелита с удивлением на неё посмотрела, но ничего не сказала и молча продолжила слушать. – …я попыталась заманить её в ловушку. Но всё пошло не по плану. В последний момент она схватила меня, чтобы утянуть за собой в Бездну, но прежде чем это случилось меня спасла её дочь – Лейс. Отрубив лапу матери, она освободила меня… и при этом угодила в ловушку сама. И теперь, в попытке спасти её, Матерь Шёлка опутала чёрными нитями весь Фарлум, разрушая его и поглощая жителей. Хорнет вздохнула и печально посмотрела на свою иглу, которая всё ещё лежала на полу. – А значит, я должна это исправить, пока Бездна не распространилась дальше и не уничтожила всё вокруг. – Ясно, – кивнула Кармелита. – Что ж, теперь я знаю, что случилось, но… Она приложила лапку к груди. – Я всё равно не понимаю, как моё сердце может помочь тебе спасти Фарлум. – Оно нужно мне для очередного ритуала Улиточных Шаманов. После того, что случилось, я побывала в Бездне, однако добраться до Матери не смогла. И тогда мне предложили использовать Вечноцвет, который я когда-то видела в детстве. К сожалению, его уже давно не существует. А потому… – Они предложили тебе с помощью этого ритуала вернуться в прошлое, чтобы забрать его? – предположила королева. – Верно. Но для этого я должна добыть сердца трёх сильных созданий, некогда населявших Фарлум. Твоё, сердце кораллового короля и покровительницы лесов, – кивнула Хорнет, поднимая свою иглу и убирая её за спину. – Но теперь это невозможно. Потому что я не стану убивать тебя. Всё кончено. Она поглядела на уже освободившихся воинов, которые с ненавистью и презрением на неё смотрели, явно желая порвать на части. – Так что я просто вернусь назад, пока проход во времени не закрылся и я не застряла тут, – сказала она, вновь повернувшись к Кармелите. – Возможно, этим я обрекаю Фарлум на гибель, но, как бы то ни было, я не смогу лишить сердца столь храбрую, сильную и невероятно привлекательную воительницу. Последние слова она сказала, не подумав, и тут же густо покраснела. К счастью под маской этого не было видно. Однако лицо королевы ничем не было прикрыто и Хорнет увидела, как покраснели её щёки, а потому, стыдливо отвернулась, чтобы уйти и по туннелю вернуться назад в будущее, но в этот момент Кармелита схватила её за лапку. – Постой! Я… мне кажется, я знаю, как помочь тебе, воительница. – Помочь? – повторила паучиха. – Да, я могу передать тебе силу моего сердца. Хорнет задумчиво на неё посмотрела, склонив голову набок. – Это возможно? – Да, но для этого нам двоим придётся кое-что сделать, – кивнула Кармелита, жестом показывая на уже разблокированный воинами проход. – Прошу, следуй за мной. Услышав её, один из телохранителей тут же встрепенулся. – Что? Вы уверены, правительница? Вы правда хотите пойти с ней? После всего, что она натворила? – Да, я уверена. Если бы она хотела меня убить, то давно бы уже это сделала, – ответила королева. – Может, хотя бы возьмёте нас с собой? – не отступал скарр. – Нет. То, что мы собираемся сделать, должно пройти без свидетелей. И вместе с Хорнет она направилась в сторону прохода под удивлёнными и немного враждебными взглядами сотен муравьёв.

***

Несколькими минутами позже. Личные покои королевы. Несмотря на суровость народа скарров, комната Кармелиты была довольно изящной и женственной. Пол покрывал мягкий пушистый ковёр, в углу стоял сделанный из полированной кости шкаф, где висели сотканные из шёлка платья, а рядом находился туалетный столик с косметикой и большим круглым зеркалом. В середине комнаты была большая двухместная кровать, украшенная маленькими подушечками. И всё же это была комната королевы скарров. На стенах висели многочисленные копья и гвозди, над кроватью была картина с Кармелитой, которая стояла на поле боя в костяных доспехах и держала отрубленную голову кораллового воителя, а по бокам висели чучела диких жуков. Больше всего выделялась голова рогатой зверомухи с воткнутым в неё ножом, которая, скорее всего, была убита самой королевой. «Достойный трофей», – подумала сидевшая на стуле Хорнет, вспоминая свои столкновения с более мелкими представителями этих хищников и то, как непросто их было убить. Через несколько минут к ней вошла Кармелита, ненадолго посетившая ванную комнату, чтобы очистить себя от следов недавней битвы и переодеться в… довольно необычный полупрозрачный халат, за которым можно было увидеть её стройное брюшко. Хорнет с удивлением на неё посмотрела и тут же отвела взгляд. – Итак, воительница, ты хочешь получить силу моего воинственного сердца? – сказала королева, присаживаясь на кровать и, слегка раздвинув ноги, посмотрела на паучиху. – Да, правительница. Но я всё ещё не понимаю, как ты сможешь передать её мне, не погибнув сама, – украдкой поглядев на неё, ответила Хорнет. – Улиточные Шаманы наверняка предупредили бы меня о другом способе получить её, если бы он существовал. – И всё же он есть, – уверенно заявила Кармелита. – Похожий на тот, что я использую в своих песнях, чтобы наделять воинов неукротимой силой и отвагой в бою. – То есть ты хочешь передать мне свою силу через песню? – предположила паучиха. – Не совсем. Одной песни будет недостаточно, чтобы справится с такой необузданной силой. А потому нужно кое-что посильнее. Столь же яростное и дикое, – ответила королева, ещё больше раздвигая ноги. – И что же это? – слегка покраснев, спросила Хорнет. – Страсть при соитии, – ответила Кармелита. – Что?! – ахнула Хорнет, чувствуя, как у неё под панцирем пробежал холодок то ли от страха, то ли от возбуждения. – Ты… ты хочешь… чтобы мы… – Да, чтобы ты разделила со мной ложе, воительница, – кивнула королева, похлопав лапкой по кровати возле себя. – Это единственный способ, который позволит мне передать часть своей силы и наполнить ею твоё сердце. Паучиха несколько раз растерянно повертела головой, поглядывая то на кровать, то на Кармелиту. – Но… но зачем? В смысле, мне нужна твоя сила, чтобы использовать её в ритуале, но зачем это тебе, королева? – спросила она. – Что ж, не стану врать, воительница, у меня уже много лет нет сексуального партнёра. В последний раз я занималась этим несколько десятилетий назад, когда меня избрали новой королевой и по традиции обязали возлежать с сильнейшим из воинов. А поскольку королеве необходимо заняться сексом с самцом всего один раз, чтобы потом всю жизнь давать потомство, я не нуждаюсь в регулярном оплодотворении. И всё же мне порой бывает одиноко и я уже давно хочу найти себе достойного спутника. Хорнет открыла рот, собираясь что-то сказать, но Кармелита её опередила: – Если тебе интересно, почему я выбрала тебя, то тут всё просто: я не хочу, чтобы со мной был кто-то обычный. Кто-то слабый и нерешительный. Я хочу, чтобы мой спутник был мне под стать и обладал не меньшей силой, чем я. Но, с тех пор как я начала участвовать в сражениях, никто не оказался достаточно силён, чтобы противостоять мне. За годы своего правления я пережила множество битв и одолела сотни воинов, которые хоть и были довольно сильны и отважны, но при этом всегда мне проигрывали. До сегодняшнего дня. Она посмотрела на паучиху и с улыбкой прибавила: – Ты первая, кому удалось победить меня в бою, воительница. Первая, кто уронил меня на спину, а это говорит о многом. Ты сильна, решительна, тебе не ведом страх, но при этом знакомы честь и мораль. А потому я считаю тебя идеальной партнёршей, с которой готова разделить своё ложе. Тем более раз тебе самой это нужно. Она игриво провела лапкой по своему телу, заставив паучиху слабо вздрогнуть. – И да, я понимаю, что этот метод может показаться тебе странным, но он действительно работает. И если ты не планируешь вырезать моё сердце, то по-другому мою силу тебе не получить, – видя её растерянность, сказала королева. – Однако я не настаиваю. Если тебе это кажется мерзким, то ты можешь уйти. Обещаю, что никто не покусится на тебя в стенах моего муравейника. – Нет, дело вовсе на в этом, правительница. Просто это так необычно и… – всё ещё не зная что сказать, промямлила Хорнет. – Соблазнительно? – внезапно встав на ноги и сделав на месте оборот, подразнила её Кармелита, демонстрируя свои изящные формы. – Ты это хотела сказать? Признай, я тоже тебе понравилась, верно? Ведь не просто же так ты назвала меня привлекательной? – Ну я… я… – отчаянно краснея, произнесла паучиха, после чего со вздохом кивнула. – Да, не просто. Ты и правда произвела на меня впечатление. Своей песней, своей красотой, тем, как ты двигалась во время боя. Я никогда прежде не сталкивалась с тем, кто мог бы оказать мне столь яростное сопротивление. Я словно увидела в тебе частичку себя, ту с кем хотела бы разделить свою жизнь. Но… но это же неправильно, да? Ведь ты не самец и даже не моего вида и я… я не знаю… могу ли я… – А что мешает тебе это сделать? – внезапно взяв её за лапку, спросила Кармелита. В голове у Хорнет тут же пронеслась целая куча аргументов, которые она хотела ей назвать, но стоило ей открыть рот, и она поняла, что это не её слова, а слова её наставниц и учителей, что всю жизнь готовили её к великому будущему. И в этот момент между ними зародился простой и очевидный вопрос: «А действительно, что мешает мне это сделать?» – спросила она у себя и отчего-то вспомнила встреченного во время своих странствий Зелёного Принца. «Ему ничто не помешало быть с таким же самцом, как он сам. Так почему же я не могу пойти этим путём? Выбирать не по традициям и правилам, а по зову собственного сердца? Разве для этого существуют какие-то ограничения?» И, покачав головой, она сказала вслух: – Ничего. Мне ничего не мешает сделать это с тобой, великая правительница. И с этими словами она неуверенно коснулась лапки Кармелиты, которая была намного выше её. – Тогда раздели со мной ложе, воительница. И покажи ту неукротимую страсть, что я видела на поле боя, – с улыбкой предложила ей королева, возвращаясь на кровать, и Хорнет последовала за ней. Сев возле королевы, она на секунду замешкалась, не зная, с чего начать. Сильная в бою, она была совершенно незнакома с любовными ухаживаниями, а потому чувствовала себя крайне неловко, как новичок, вышедший на бой с мастером. – Расслабься, воительница, это совсем не страшно, – видя, как напряжена паучиха, сказала Кармелита, нежно касаясь её плеча. – Я знаю, просто… стыдно в этом признаться, правительница, но я совсем неопытна в таких вещах, – краснея, сказала Хорнет. – Прошу, зови меня Кармелита. В любви нет нужды в титулах и званиях. Лишь в том, что живёт внутри тебя. Позволь я покажу, – подсаживаясь ближе, сказала королева, осторожно проведя лапкой по маске паучихи, после чего подняла её вверх, обнажив миловидное личико Хорнет, с нежной кожей, узкими глазами и клыкастым ротиком, который та слегка приоткрыла, глядя в невероятно красивые чёрные глаза Кармелиты. Королева расстегнула её плащ и отбросила в сторону, затем медленно наклонилась и, легонько толкнув паучиху на кровать, нависла сверху, перекинув ногу через её крохотное тельце, после чего опустилась ниже и подарила Хорнет первый в её жизни поцелуй. Глаза паучихи широко раскрылись, когда она почувствовала у себя во рту язык королевы скарров, а тельце напряглось после того как по нему прокатилась волна незнакомого ей чувства, такого непривычного и пугающего, но в то же время восхитительного. Немного поборовшись с ним, Хорнет наконец сдалась и позволила себе расслабиться, чувствуя, как внутри неё разрастается сильный жар, и нерешительно протянула лапку к лицу Кармелиты, попытавшись коснуться его. Правительница оказалась быстрее и, слегка улыбнувшись, сама прильнула к ней, после чего, взяв лапку паучихи, опустила её значительно ниже на своё гладкое брюшко, такое нежное и упругое. Это вызвало новую порцию жара, но Хорнет не стала ему противиться и осторожно провела по хитину Кармелиты, наслаждаясь его структурой и нежностью, которую никак не ожидала почувствовать у столь искусной воительницы. И всё же именно такой была Кармелита: невероятно сильной и в то же время нежной, как цветок. От этих мыслей у Хорнет закружилась голова, и она усилила хватку, словно хотела сильнее распробовать нежность королевы, а её язык, до этого лежавший неподвижно, высунулся вперёд и начал щекотать язык Кармелиты. Королева тихо застонала, не прекращая целовать Хорнет, пока её лапки скользили по её небольшому, покрытому шрамами тельцу, а после… – М-м-м!!! – внезапно округлив глаза, промычала паучиха, когда почувствовала, как Кармелита коснулась её снизу, лаская интимные места. – В чём дело, воительница? Тебе это не нравится? – на секунду прервав их поцелуй, игриво спросила королева. – Н-нет, – замотала головой Хорнет, чувствуя, как это странное новое чувство заполняет её всю, и пьянея от него. – П-прошу, не останавливайся! Последнее слово она прокричала, когда лапка Кармелиты вернулась на прежнее место и продолжила ласкать её щёлочку, сводя паучиху с ума. За всю свою долгую жизнь она никогда ещё не испытывала ничего настолько приятного. Настолько восхитительного. Кармелита буквально открыла ей новый мир. Новую реальность, которую она никогда до этого не знала. Не знала, что в этом мире может быть что-то помимо суровых битв и долга, который вынуждает её двигаться вперёд. Но теперь это было неважно. Она больше не была прежней Хорнет. Все её мысли, все наставления и ограничения растворялись как дым, освобождая место для чего-то нового, что паучиха пока не понимала. Но при этом очень сильно хотела узнать. Внезапно Кармелита перестала её целовать и убрала свою лапку. Хорнет подняла голову, не понимая, почему та остановилась. Но королева лишь улыбнулась и, сдвинувшись ниже, приблизила свой рот к ножкам паучихи. «Что она делает? Неужели она хочет…» – растерянно подумала Хорнет и тут же громко ахнула, когда влажный язык королевы проник в самые недра её щёлки и начал там танцевать. Хорнет вновь опустила голову и забилась в восторженных конвульсиях, чувствуя, как её разум блаженно пустеет, а обрывочные мысли складываются в воспоминания о битве с королевой, в то время как в мозгу настойчиво звучит её прекрасная скарра. И где-то среди этого бардака из беспорядочных мыслей и воспоминаний вдруг появилось ощущение, что она дошла до грани. Паучиха напряглась и с громким стоном кончила. – О, КАРМЕЛИТА!!! – прокричала она, буквально растворяясь в волнах блаженства и на несколько мгновений словно теряя сознание, пока появившийся перед её глазами туман не начал рассеиваться и она вновь не увидела прекрасное лицо королевы перед собой. – Ну, воительница, что скажешь? Как тебе твой первый раз? – спросила она. – Это… это было невероятно. Я и не знала, что в жизни может быть что-то настолько нежное и приятное. Настолько… ах… сладкое, – сквозь частые вздохи ответила Хорнет, тоже улыбаясь ей и касаясь её лица лапкой, после чего опустила её на своё быстро бьющееся сердце. – Но… – тут же прибавила она, на секунду вспомнив о своём долге. – Ничего не произошло. Я не понимаю. Я не чувствую внутри себя твоей силы. – И не должна, – спокойно сказала Кармелита, и Хорнет вопросительно на неё посмотрела. – Ведь оргазм у тебя вызвала я, а чтобы получить мою силу, это должна сделать со мной ты. – Я? – неуверенно прошептала Хорнет, поглядывая на идеальное тело королевы и испачканные в любовных соках простыни. – Да, воительница, – кивнула Кармелита. – Я научила тебя искусству любви, и теперь ты должна будешь применить эти знания на практике. Она легла на спину и раздвинула свои стройные ноги. – Ну же, сделай это. Заставь меня кричать от страсти. Хорнет на секунду замерла, неуверенная, что готова к чему-то настолько непривычному, но потом её захлестнул свойственный ей боевой азарт и она, сузив глаза, бросилась к правительнице, желая проявить себя. – Как скажешь, прекрасная Кармелита, – тихо прошептала она, забираясь на неё и начиная целовать всё, до чего только могла дотянуться. Сперва она немного поиграла с языком королевы, а после, опустившись ниже, начала облизывать её гладкий хитин, который был настолько нежным, что с ним не мог сравниться даже самый искусный шёлк. – Да, вот так, воительница, – тихо шептала Кармелита, щурясь от удовольствия. – Но мне этого мало. Дай мне ещё. Услышав это, Хорнет переместилась ниже к брюшку королевы и её дырочке, которая уже была влажной от предвкушения, после чего разинула свой острый ротик и, словно клинок, вонзила язык в Кармелиту. – Ох, да! Да! – застонала королева скарров, от напряжения ударяя лапкой по кровати, после чего опустила её на голову Хорнет и прижала к себе. – Ещё! Дай мне ещё! И паучиха с силой заработала языком, лаская нутро Кармелиты и слизывая её сладкий нектар, изредка покусывая зубами её тело. – Ах, твои зубки! Да! Укуси меня! Оставь незаживающие следы на моём панцире! – взмолилась королева, подрагивая на кровати и явно испытывая те же нежные ощущения, что до этого дарила Хорнет. Внезапно Кармелита села ровно и без предупреждения подхватила Хорнет лапками. – Оно уже близко, – простонала она. – Ещё чуть-чуть… И с этими словами она прислонила маленькое тельце Хорнет к своему, сомкнув их влажные щёлочки в страстном поцелуе, пока её брюшко продолжало двигаться, и паучиха испытав очередную волну жара, последовала за ней, принявшись яростно тереться о королеву. – Да, сейчас… я сейчас… – громко дыша простонала Кармелита и тут же откинув голову воскликнула: – Кончу! И вместе с ней вновь кончила Хорнет, от страсти утратив над собой контроль и, словно диких жук, вцепившись зубами в отросток на голове королевы, вызвав у той новую порцию стонов. – Вот оно! Вот! – закричала Кармелита, с силой оторвала от себя паучиху (оставив на своём теле несколько царапин) и открыла рот, с невероятной страстью её поцеловав, словно хотела проглотить. В ту же секунду Хорнет почувствовала, как изо рта королевы в неё устремилась какая-то дикая и необузданная энергия, которая расползлась по всему телу и тут же резко устремилась в самое сердце. – Моя сила… ты получила силу моего сердца, – тихо прошептала Кармелита, растягиваясь на кровати, после чего Хорнет заметила, как всё её тело окутывает знакомая белая дымка, свидетельствующая о том, что она нашла то, что искала, и теперь возвращается назад в будущее. – Постой, – на секунду схватив её растворяющуюся во временном вихре лапку, взмолилась королева. – Прежде чем уйти, можешь ли ты сказать мне своё имя, воительница? – Хорнет, меня зовут Хорнет, – ответила паучиха. – Хорнет… я буду помнить тебя всегда, – успела произнести Кармелита, перед тем как её гостья полностью исчезла, оставив королеву одну.

***

Паучиха медленно открыла глаза и уставилась на стену пещеры, в которой лежала. Всего секунда ушла у неё на то, чтобы понять, что она вернулась назад в Фарлум настоящего, над которым нависла смертельная угроза и ради которого она раздобыла… – Ах, – тихо вздохнула Хорнет, чувствуя, как громко стучит её непривычно тёплое сердце, которое впитало в себя всю страсть Кармелиты. – Я… я смогла, я действительно забрала силу её воинственного сердца, но это значит, что она… – касаясь груди, прошептала паучиха и, обернувшись, увидела перед собой хрипло дышащую Кармелиту, уже не такую стройную и молодую, как прежде, но живую. – Ох, слава праматери, я её не убила, – со вздохом облегчения произнесла Хорнет, вставая на ноги и поглядывая на выход из пещеры. – Ну, что ж, теперь я должна вернуться к Улиточным Шаманам, чтобы они… Но не успела она договорить, как кто-то коснулся её лапки. Паучиха обернулась и увидела, что на неё смотрит постаревшая Кармелита. – Хорнет… ты здесь, – тихим хриплым голосом произнесла королева, поглядывая на неё своими слегка помутневшими глазами, словно впервые увидела. – После стольких лет ты наконец-то вернулась ко мне. Она нежно погладила её по лапке. – Да, Кармелита, мне пришлось оставить тебя, чтобы спасти Фарлум. И теперь, получив твою силу, я должна тебя покинуть, чтобы закончить начатое, – тоже её касаясь, ответила Хорнет. – Понимаю, твоя миссия очень важна, – медленно кивнула королева. – Но… но я… – на секунду замявшись, а потом, решительно посмотрев ей в глаза, сказала паучиха. – Потом я обязательно вернусь к тебе, Кармелита. Если у меня получится выжить, мы ещё встретимся. Прошу, дождись меня. – Конечно, Хорнет. Я буду ждать тебя, – спокойно сказала престарелая королева, склонившись к ней, и паучиха подошла ближе и без брезгливости и содрогания подняла маску и поцеловала свою первую любовь. – Жди меня, моя прекрасная Кармелита. Я скоро вернусь, – напоследок сказала Хорнет, отстраняясь от неё, и бегом бросилась к выходу, намереваясь совершить ритуал Улиточных Шаманов и исправить совершённую ею ошибку. Как только она покинула пещеру, в которой была Кармелита, одна из дальних теней пошевелилась, и раздался тихий шёпот: – Уже скоро.

***

Некоторое время спустя. В тихой пещере, где раздавались лишь слабые вздохи старой королевы, зазвучали звонкие шаги паучихи. Кармелита подняла голову и увидела направляющуюся к ней Хорнет, на плаще которой были заметны порезы и дыры, оставленные булавкой, а сам он был испачкан в чём-то чёрном. Подойдя к королеве, паучиха опустилась на колени и нежно взяла её за лапку. – Кармелита, дорогая, у меня получилось, – сказала она. – Я спасла Фарлум и теперь могу остаться с тобой. – Спасибо, Хорнет, я так рада, что ты здесь, – с улыбкой сказала королева, приподнимаясь на своём ложе и обнимая маленькую фигурку перед собой. – Мне тебя не хватало. И хотя я понимала, что ты ушла не по своей воле, мне было очень одиноко. – Знаю, моя королева. А потому я намерена это исправить. Ты больше никогда не будешь одна, – сказала паучиха и, вытащив из-за спины свою иглу, натянула на неё несколько нитей. – Потому что я вернусь к тебе в прошлое. – В прошлое? – наблюдая за ней, повторила Кармелита. – Но… ты же сама говорила, что тебе нельзя задерживаться там. – Да, если я пробуду там слишком долго, моё здешнее тело умрёт, но… я и не намерена возвращаться. Потому что я останусь с тобой, навсегда, – сказала паучиха, садясь возле неё и опуская низ иглы на пол. – Ты уверена? Ведь это полностью изменит твою жизнь, – положив лапу ей на плечо, спросила Кармелита. – Уверена. Всю свою жизнь я принимала решения, которые мне навязывали другие, но больше этого не будет. Я хочу сделать свой собственный выбор и остаться с тобой, – посмотрев ей в глаза, ответила паучиха. – В таком случае увидимся с тобой в прошлом, воительница, – улыбнувшись, сказала Кармелита, нежно целуя её в щёку. – В котором ты и я будем вместе, – в ответ улыбнулась Хорнет, начиная перебирать лапками по струнам и исполняя древнюю мелодию времени, которая, уловив присутствие проводника, открыла проход и паучиха, пошатнувшись, упала на бок. – До скорой встречи, любимая, – прошептала Кармелита, поглаживая крохотную фигурку перед собой. В этот момент из дальнего угла пещеры раздался звук шагов, которые направились в сторону королевы.

***

В прошлом. Кармелита только отошла от незабываемых игр и исчезновения Хорнет, как где-то в углу появилась неестественная густая тень, которая начала стремительно разрастаться. Вначале королеву это насторожило и она, быстро встав на ноги, потянулась к клинку на стене, но тут же опустила лапку, когда из тьмы вышла знакомая ей паучиха. – Хорнет? Ты вернулась! – приятно удивившись, сказала Кармелита. – Да, прекрасная королева, потому что поняла, что не могу без тебя. Благодаря тебе в моей жизни появился новый смысл, и теперь, когда Фарлум спасён, я очень хочу остаться с тобой. С этими словами она встала на одно колено и посмотрела на правительницу народа скарров. – Что скажешь, Кармелита? Позволишь ли ты остаться мне? Быть частью твоего прекрасного народа и той, кто станет преданно служить и любить тебя? – Да будет так, Хорнет, Союзница Скарров, – в ответ на это сказала королева, подходя к ней и лапкой касаясь её плеча. – Отныне ты будешь служить мне как воин и… Тут она ласково улыбнулась и, сев на колени, поцеловала паучиху. – …моя спутница. Я с радостью разделю с тобой муравейник и своё ложе. – Благодарю, моя очаровательная королева. Обещаю преданно служить тебе и твоему народу. – Я принимаю твою клятву, Хорнет, и… – тут на лице королевы появилась сладострастная ухмылка. – Раз уж тебе больше не нужно никуда спешить, не согласишься ли ты вернуться к тому, на чём мы остановились пару минут назад? – С большим удовольствием, Кармелита, – счастливо улыбнулась паучиха и, встав на ноги, скинула мешающий ей плащ и сумку с инструментами и бросилась в объятия своей прекрасной королевы, осыпая её страстными поцелуями.