Пылкое сердце королевы

…В прошлое можно вернуться, но тогда воспоминания

становятся противоречивы…

… Когда зов раздастся вновь, позволишь ли ты своим прежним

поступкам затуманить твой взор?

Господин Гриб в разговоре с Хорнет на Горе Фей.

Прошло двадцать лет. На границе Дальних земель показался отряд из нескольких скарров. Они неспеша пробирались сквозь густую траву и внимательно осматривали окрестности. На двух из них, что шли позади, были надеты металлические доспехи и крепкие шлемы, которые разительно отличались от той костяной брони, что когда-то носили их солдаты. – Ну, Пако, и где же та странная вещь, о которой ты рассказывал? – поинтересовался один из них, обращаясь к идущему впереди муравью, который был наставником для подрастающих воинов. – И вообще, где все остальные? Почему ты бросил наших новобранцев без присмотра? – Скоро увидишь, Сол. С ними… в общем, случилась неприятность, поэтому я и вернулся, чтобы показать вам это, – ответил тот, уверенно раздвигая траву лапами. – Что "это"? – нахмурившись, спросил говоривший с ним скарр. – Скоро увидишь, – невозмутимо повторил их проводник, и муравьи за его спиной недоумённо переглянулись. Через несколько минут они вышли на небольшую поляну с воткнутыми в неё шестами, где обычно проводили тренировки молодые воины. Сделав несколько шагов вперёд, скарры тут же остановились, когда увидели в центре поляны еле заметные нити, что тянулись сверху и плотно оплетали несколько юных муравьёв, которые этим утром отправились на разминку вместе с Пако. – Твою мать! Что это? – ахнул Сол, инстинктивно доставая из-за спины оружие, но не из кости, а из металла. Острый зазубренный гвоздь. Подойдя к одному из лежащих на земле скарров, он не без усилий раздвинул пару нитей и коснулся его лапой, пытаясь определить, жив ли он. – Ну? – спросил у него напарник. – Что с ним, Сол? Он… – Да. Он мёртв, – мрачно кивнул Сол. – Проклятье! Кто их убил? – спросил другой воин, поднимая голову и вытаскивая из-за спины странное с раструбом оружие, у которого была пружинная рукоятка и что-то вроде металлической банки внизу. – Не знаю, Боу, но мне это не нравится. Эти нити… как думаешь, что это за хрень, Пако? Он повернулся и посмотрел на скарра, который привёл их сюда, но тот ничего не ответил, продолжая стоять на месте и безразлично поглядывая на убитых. – Пако! Эй, ты в порядке? – заметив это, спросил Сол. – В полном, – немного помолчав ответил тот, неестественно встряхнув головой и разворачиваясь к нему лицом, на котором красовалась безумная ухмылка. – Просто я решил сменить сторону и помочь тем, за кем будущее и процветание Фарлума. – А? Что за чушь ты несёшь? – ахнул Боу, медленно поворачивая в его сторону оружие. – Сейчас узнаешь, невежественный дикарь, – внезапно захохотал Пако и бросился на него, схватившись лапами за раструб и дёрнув его на себя. Между ними завязалась борьба. Боу упёрся ногами в землю и попытался вырвать оружие из его хватки, но Пако не сдавался и, безумно лыбясь, продолжал сопротивляться. Наконец Боу удалось оттолкнуть Пако в сторону. – Стой! Предупреждаю, я… я… – сказал он, направляя раструб на него. Но Пако не стал его слушать и просто бросился в атаку. – Стреляй! – крикнул Сол, и скарр с оружием открыл огонь небольшими металлическими шарами, которые быстро превратили панцирь и плоть спятившего муравья в обезображенную мясную массу. – Ух, я… я не хотел… – напряжённо произнёс Боу, с тревогой поглядывая на рухнувшее перед ним тело. Ему уже не впервой было убивать врагов муравейника, но ни разу собственных братьев. – Всё в порядке, приятель, он не оставил тебе выбора, – попытался успокоить его Сол, бросив взгляд на убитого скарра. – Вот только я не понимаю, почему он так поступил? Мы знаем Пако много лет. Он бы никогда не предал муравейник. – Да, в него словно вселилась какая-то нечисть, которая… чёрт, берегись! – внезапно крикнул Боу, кивая за спину напарника, и тот, обернувшись, увидел, как до этого лежавшие в коконах скарры неведомым образом освободились и, поднявшись, бросились на них. – Твою мать! Они же были мертвы! – ахнул Сол, отступая назад, и, подняв вверх клинок, стал ждать приближение странных муравьёв, у одного из которых отвалилась лапа, когда он встал на ноги. – Мразь! – выругался воин, уворачиваясь от попытавшихся ударить его мертвецов и ловким движением снося одному из них голову, в то время как Боу прикончил второго, изрешетив его металлическими шарами. Третий попробовал запрыгнуть Солу на спину и начал его кусать, но тот резко наклонился и, сбросив его на землю, не колеблясь воткнул острие гвоздя ему в грудь. – Фух, наконец-то, – часто дыша, произнёс он. – Думаю, они больше не встанут. – Ты уверен? Они уже были мертвы, помнишь? – с сомнением сказал Боу. – Да, уверен, – кивнул Сол, резким движением клинка снося голову муравью на земле. – Меня больше интересует, что здесь творится. Кто устроил всю эту чертовщину? – Не знаю, но нам лучше как можно скорее убраться отсюда и предупредить королеву о том, что… – хотел сказать Боу, но закончить не успел, потому что в этот момент их обоих что-то резко схватило за ноги и, дёрнув, перевернуло вверх ногами. – Ах! Что это?! – крикнул Сол, вскидывая голову и замечая, что их ноги опутала та же самая нить, что до этого пленила молодых воинов. – Ну уж нет! Я не позволю так просто себя схватить! – нахмурившись, сказал он, поднимая гвоздь и собираясь перерезать нить, но тут из травы в его сторону метнулась, расплывчатая тень и ловко выхватила его клинок, после чего подскочила к Боу и проделала то же самое с его стрелковым оружием. – Ну-ну, не спешите, муравьи. Из наших сетей ещё никому не удавалось вырваться, – произнёс насмешливый женский голос. – Что? Кто здесь?! – вертя головой, спросил Сол, пока не заметил справа от себя высокую, закутанную в плащ фигуру, у которой было множество ног и большая закрытая белой маской круглая голова. – Ткач! – тоже заметив её, ахнул Боу. – Ха, а ты догадлив для дикаря, – хохотнула стоявшая возле них паучиха, поглядывая на отобранное у него устройство. – Надо же, какая хитрая штучка. Никогда прежде таких не видела. – Верно, Синдриль. Особенно в лапах столь невежественных тварей, как скарры, – поддержала её вышедшая из травы вторая паучиха, одной из лап толкая Боу. – Скажи, где ты её взял? – А сама как думаешь, многоногая тварь? Сам сделал, – огрызнулся Боу. – Я, между прочим, мастер-инженер. – О, неужели? Как интересно. Не думала, что такие дремучие жуки способны изготавливать что-то настолько сложное, – недобро на него посмотрев, сказала Ткач, отвешивая удар сразу тремя лапами. – Да, нашим умельцам из Цитадели есть чему поучиться, – прибавила Синдриль. – Уверена, они будут рады изучить это оружие в своих мастерских. – Разумеется. Но прежде чем туда вернуться, давай сперва решим, что делать с этими двумя, – сказала вторая паучиха. – Может, превратим их в новых марионеток? – Согласна, Кахаса, они убили первых четверых и вмешались в наш эксперимент с шёлком, а значит, должны будут их заменить. – Именно, – оскалилась у себя под маской Синдриль, наклоняясь и поглядывая на Сола как на добычу. – Ну, что скажешь, муравей? Хочешь послужить на благо Цитадели? В этот момент в траве за её спиной проскользнул небольшой силуэт, одетый в красный плащ. – Я лучше сдохну, – заметив это, сказал скарр, ловко плюнув ей в отверстие в маске. – Что ж, меня это вполне устраивает, – прищурив подбитый глаз, усмехнулась паучиха, вставая во весь рост и поднимая вверх длинную иглу. – Пора умирать, жалкая букашка, – сказала она, собираясь вонзить её муравью в голову, но не смогла, потому что в этом момент ей в спину воткнулась другая, более короткая и тонкая. Ткач непонимающе уставилась на торчащее из её тела окровавленное остриё. – Ч-что? – болезненно прошипела она, почувствовав вкус меди у себя во рту. А игла тем временем вышла назад, и раненная Синдриль, развернувшись, увидела перед собой небольшую фигурку паучихи в белой рогатой маске и кроваво красном плаще с гербом королевства скарров. – Ну уж нет, – сурово произнесла незнакомка. – Если сегодня кто-то и умрёт, то это будешь ты. И с этими словами она взмахнула иглой и искусно снесла Ткачихе голову, которая откатилась в траву. – Сестра! – с ужасом воскликнула Кахаса, наблюдавшая за этим, и схватилась за иглы. – Мерзкая предательница, я насажу тебя на стену как мотылька! Она резко метнула обе иглы в её сторону, но напавшая на них паучиха ловко увернулась и нырнула в ближайшую траву, которая слегка колыхнулась и тут же замерла. На поляне установилась напряжённая тишина. – Арх! Жалкая тварь! Где ты?! Покажись, чтобы я могла убить тебя! – в ярости закричала Кахаса, полосуя иглой траву и готовясь ударить противницу, как только та появится. *Свист!* Внезапно на неё обрушился сильный удар, но не из травы, а откуда-то сверху. Игла с намотанным на неё шёлком пролетела мимо, и две из шести лап паучихи переломились, а сама она рухнула на спину, болезненно шипя и забрызгивая всё вокруг кровью. – Мелкая сучка! – прохрипела она, отползая назад и собираясь шёлком закрыть свои раны, но прежде чем она смогла это сделать, с потолка вновь прилетела игла, пригвоздившая её лапу к земле. Кахаса зашипела, уронив голову на землю, и увидела, как к ней спрыгнула та самая воительница, что убила Синдриль. – Генерал Хорнет! – радостно воскликнул Боу. – Как мы рады вас видеть! – Я тоже. Когда часовые у входа сообщили мне, что вы с Солом отправились в Дальние земли, чтобы расследовать какое-то странное происшествие, я решила вам подсобить, – кивнула паучиха, подходя к Кахасе и толкая её ногой. – И, как видно, не зря. Не думала, что Цитадель начнёт действовать так скоро. – Что? Кто ты? – прорычала Ткач, злящаяся из-за того, что её победила такая мелочь. – Та, с кем тебе лучше не связываться, – спокойно ответила Хорнет, поднимая её иглу и перерубая ей нити, удерживающие скарров. – Ты и остальные жуки из Цитадели уже не в первый раз ступаете на наши земли. Но до этого у вас хотя бы хватало ума не нападать на нас. А уж тем более… Хорнет бросила взгляд на тянущиеся сверху нити. – Не опутывать своим гадким шёлком моих воинов, – мрачно прибавила она, без особых усилий погнув иглу Ткача об колено и отбросив её в сторону. – Коротышка, полукровка! – злобно процедила раненая Кахаса, бросая взгляд на конечности Хорнет. – Как ты смеешь вмешиваться в наши дела?! Ты присоединилась к этим дикарям? Кем ты себя возомнила?! За нами стоит Цитадель! Как только там узнают, что ты сделала, они от вашего муравейника камня на камне не оставят! – Неужели? То же самое я хотела сказать о вашей жалкой крепости, – наступая ей на раненую ногу, произнесла Хорнет. – Что ж, раз вы решили посягнуть на земли скарров, то пора бы вам узнать, что бывает с тем, кто злит нашу королеву. И, сказав это, она выдернула свою иглу и приставила её к шее Ткачихи, но не стала добивать. – Ну? И чего же ты ждёшь? Убей меня! – бросила ей Кахаса. – Нет, – задумчиво на неё посмотрев, сказала Хорнет. – У меня появилась идея получше. Раз уж именно мне предстоит вершить судьбу этого острова, я найду тебе более достойное применение. – Что? О чём это ты? – нахмурилась Ткач. Но Хорнет не стала ей отвечать и, достав из панциря шёлк, наскоро остановила кровь поверженной паучихе, а после плотно её обмотала. Кахаса злобно задёргалась, пытаясь освободиться, но Хорнет её остановила, со всей силы заехав по голове рукояткой иглы и разбив маску. – Ничтожество, – произнесла воительница, убирая свою иглу за спину, после чего обратилась к стоявшим позади неё воинам. – Итак, это всё же случилось. Цитадель сделала шаг в нашу сторону. – Да, генерал Хорнет, они уже не в первый раз нарушают наши границы, – произнёс Сол. – Но такого… Он брезгливо посмотрел на изувеченного собрата, который завёл их в западню. – …мы не ожидали. Управлять мёртвыми, лишать воли живых. Это мерзко. – Согласна. Этому ужасу нужно положить конец. Ткачи уже разрушили Карак и загрязнили Верданию своими отходами. Но будь я проклята, если допущу это с нашими землями. Пора разобраться с ними. – Генерал? – сказал Боу. – Что вы задумали? – Идёмте, у нас впереди много дел. Эту берём с собой. Пусть пока посидит в тюрьме, – коротко отозвалась паучиха и, развернувшись, зашагала в сторону одного из входов в муравейник. Оба воина подобрали своё оружие и, подхватив оглушённую Кахасу, последовали за Хорнет. Миновав зелёную долину, они подошли к неприметной каменной стене, и Хорнет несколько раз постучала по ней лапкой. Из листвы над ней раздался тихий шорох. Один из камней развернулся, блеснув стеклянной линзой, которая несколько секунд смотрела на паучиху и её сопровождающих, после чего камень вернулся в прежнее положение, а стена отъехала в сторону. За ней оказалась укреплённая металлическая дверь, которая также поднялась, и паучиха с муравьями зашли в один из многочисленных коридоров муравейника, который разительно изменился. Вместо земли и камня его переходы теперь покрывали металлические листы с заклёпками, на полу лежали резиновые, не дающие упасть, коврики, а с потолка, вместо светомушиных светильников, свисали масляные лампы. Где-то в недрах муравейника раздавалось шипение пара и слышался звук медленно вращающихся шестерёнок, которые перебивали многочисленные удары молотков и гул работавших глубоко под землёй буровых машин. У входа Хорнет встретило несколько стражников со стрелковым оружием и в металлических шлемах. Они с поклоном поприветствовали паучиху и поинтересовались, не нужно ли ей что-нибудь. – Нужно, – кивнула Хорнет. – Отведите нашу пленницу в камеру. – Так точно, генерал, – сказал стражник, вместе с несколькими муравьями подходя к связанной Кахасе и поднимая её. – Мы уж о ней позаботимся. – Но будьте осторожны, она не так уж проста, – прибавила Хорнет. – Поставьте возле неё нескольких дежурных и скажите им, чтобы держались на расстоянии. – Будет сделано, – кивнул скарр и вместе с остальными поволок паучиху вниз по коридору. – Ну а мне пока нужно встретиться с Кармелитой, – тихо прибавила Хорнет и посмотрела на Сола и Боу. – Эй вы, скажите нашим офицерам, чтобы шли в зал собраний и ждали нас там. – Слушаюсь, генерал, – ударил себя в грудь Сол. И паучиха, кивнув ему, быстро зашагала в недра муравейника. – Очень скоро Цитадель узнает, что бывает с теми, кто осмеливается угрожать моему дому, – сказала она, проходя мимо многочисленных мастерских и оружейных, где мастера-скарры беспрерывно стучали молотками и изготавливали всё новое и новое оружие. На стенах висели чертежи, на столах лежали многочисленные механические заготовки и запчасти, а в центре одной из таких мастерских можно было разглядеть закрытый стеклянным куполом бусинострел Хорнет, в то время как в соседнем помещении инженеры занимались сбором большого, в рост муравья, экзоскелета, на концах которого крепились дисковые пилы. – Отлично, можем начинать проверку, – сказал один из мастеров, и его напарник, надев на себя железный каркас, взял в лапы рукоятки, к которым крепились пилы. Мастер застегнул у него на ногах и поясе ремни и отошёл в сторону. – Ну как? Хорошо сидит? Можешь ходить? – спросил он. – А то! Этот костюм сидит на мне как влитой! – усмехнулся помощник, делая несколько кругов по мастерской. – Но ведь главное не это. Давай уже перейдём к испытанию пил. – Конечно, – кивнул мастер, заходя ему за спину. – Ну? Ты готов? Помощник утвердительно кивнул. – Хорошо, тогда я запускаю двигатель. И он несколько раз повернул на спине скарра большой ключ, активируя заводной механизм и заставляя пилы в его лапах вращаться. – О да, вот это я понимаю! – хохотнул помощник, пару раз взмахнув лапами, после чего подошёл к столу для испытаний и поочерёдно перепилил сперва толстое бревно, затем костяной панцирь и, наконец, толстый металлический прут. – Ха-ха, отлично! От этих пил не спасёт ничто! Ни толстые двери, ни щиты и доспехи Цитадели! – Это точно, – довольно произнёс мастер. – Свип и Свап будут довольны. Они уже давно ждут эти костюмы.

***

Пять дней спустя. Стена возле западного моста в Цитадель. Жуки-воины, охранявшие крепость, неспешно прогуливались по стене и следили за окрестностями. Несколько дней назад им поступил приказ от Ткачей перекрыть все подступы к Цитадели и никого не впускать. Мирные жители и прислуга замка были эвакуированы и на лодках покинули остров, получив приказ не возвращаться, пока угроза со стороны муравейника не будет устранена. – Как думаешь, эти слухи правдивы? – спросил один из дежуривших на зубцах воинов, сидевший за столом вместе со своим другом. – Какие слухи? – спросил тот, делая глоток из кружки с нектаром. – О том, что краснопанцирные идут сюда. И что это они перебили наши патрули пару дней назад. – Ха, эти дикари, серьёзно? Да они своими костяными дубинками даже дикого клопа не прихлопнут, не то что наши передовые отряды. Он сделал ещё несколько глотков. – А даже если это и правда, то пусть только сунутся сюда. Наши стены способны остановить даже самую непобедимую армию. Чего уж говорить про таких слабаков, как они, – усмехнулся жук-стражник и, опустошив кружку, хлопнул лапой по столу. – Ух, хорошо пошла! – Может, ты и прав. Но те, кто с ними сталкивался и смог уйти живым, говорят, что у муравьёв есть какое-то необычное оружие, против которого не способен защитить ни панцирь ни даже самая крепкая броня, – с тревогой поглядев за стену, сказал второй воин. Он был уверен, что только что разглядел в пещерах среди теней что-то красное. – Ай, это просто слухи перепуганных глупцов. Необычное оружие? У скарров? Ха-ха-ха! – усмехнулся его напарник. – Сам знаешь, эти изгои живут традициями и носят костяную броню. Какое у них может быть оружие? Не слушай ты все эти бредни. Лучше прикрой меня я… кхем-кхем… должен кое-куда отлучиться. – Ладно, только поторопись, – поёжился стражник. – А то мне как-то не по себе. – Не дрейфь, я просто опустошу своё нутро и сразу обратно. Ничего с тобой не случится, – хохотнул жук и, встав из-за стола, направился мимо других караульных к небольшой башенке с лестницей, ведущей на уровень ниже, где находилось отхожее место. Спустившись туда, он не спеша сделал свои дела и, запахнув плащ с гербом Цитадели, вышел обратно на стену, собираясь вернуться к столу, где должен был ждать его напарник. Вот только его там не было. Впрочем, как и всех остальных. Стена была пуста. – Горк? – прищурившись, позвал его стражник. – Горк, где ты? Он подошёл к столу и, пригнувшись, заглянул туда, уверенный, что тот решил под него спрятаться, чтобы его напугать, но там никого не оказалось. – Горк! Ребята?! Ну ладно, вылезайте уже! Если вы решили меня разыграть, то даже не надейтесь! Я сегодня так напился, что меня и армия краснопанцирных не испугает! – недовольно произнёс стражник, направляясь мимо стола к дальней башне, чтобы поискать там, но тут его нога на что-то наступила. Что-то липкое и тёплое. Непонимающе нахмурившись, он снял с ближайшей скобы фонарь и подошёл к непонятной жидкости, чтобы лучше её рассмотреть, и тут же испуганно вздрогнул. На полу была лужа крови и несколько кусков хитина… который был точно такого же цвета, как и у его напарника. – Г-Горк? – заикаясь произнёс жук, отступая назад и ногой задевая шлем, который пару минут назад носил другой часовой. Шлем перевернулся, и жук увидел там кровавые ошмётки. – Твою мать! Ч-что… что здесь произошло? Внезапно в ночном воздухе раздался шелест крыльев, и что-то тихо пронеслось мимо. Стражник охнул и быстро повернулся в ту сторону, но никого не увидел. Ещё один шелест. Он вытащил булавку и поднял её вверх. – А? Кто здесь?! Выходи! Покажись и сразись со мной в честном бою, трус! – воскликнул воин Цитадели, нервно озираясь по сторонам и надеясь увидеть того, кто шумит. И тут его фонарь выхватил впереди небольшое пятно, сидевшее на одном из зубцов. – Что это? – непонимающе произнёс стражник, поднимая фонарь выше и замечая там жука, немного похожего на муравья с крыльями. Вот только он был каким-то странным. Его красный хитин неестественно блестел, словно был сделан из металла, а крылья напоминали шёлковые мембраны. Как только на него упал свет фонаря, он повернул голову и воин увидел два светящихся красных глаза и острые жвала, такие же блестящие и с множеством острых зубов. Несколько секунд таинственное создание смотрело на жука-защитника, после чего открыло рот и издало громкий металлический писк. Стражник начал отступать назад, и муравей, расправив крылья, метнулся к нему, вонзив острые зубы ему в ногу. – Ай, мерзкая тварь! Пошла прочь! – закричал воин, булавкой начиная колоть неведомую бестию, но та никак на это не реагировала, продолжая сжимать свои челюсти и крошить хитин. Наконец ему удалось отодрать её от себя и, сбросив на пол, наступить здоровой ногой. – Ха! Мелкий паразит! Получил?! – довольно воскликнул стражник, слабо морщась от боли, после чего подошёл ближе, чтобы разглядеть убитое им нечто. Вместо ожидаемой крови и потрохов он увидел на полу лишь изогнутый металл и шестерёнки. – А? Что это? Что это за хрень? – ничего не понимая, произнёс жук, слегка наклоняясь и поднимая одну из шестерней. Но тут его вновь отвлёк шелест. И не один, а целое множество. Стражник поднял голову и тут же в ужасе попятился. На зубцах стены, на башенке и в воздухе вспыхнуло множество красных глаз, после чего на него устремился целый рой таких же мелких муравьёв, которые с жутким металлическим писком стали кидаться на него, чтобы укусить. – Ай! Нет! Не подходите! Нет! – кричал он, отчаянно размахивая булавкой и силясь их отогнать. Но неведомые твари и не думали отступать, и тогда он со всех ног побежал к башне с лестницей. С трудом отодрав от плаща одного из железных жуков, он захлопнул дверь. – Ух, твою мать! Нужно… нужно срочно предупредить остальных, – часто дыша, пробормотал он и бросился к переговорному раструбу на соседней стене. – Капитан! Капитан! Это западная стена! – закричал он. – Да, стена, в чём дело? – раздалось из раструба. – Срочно предупредите Ткачей! На нас… – начал стражник, но тут одна из закрытых ставней башни внезапно затрещала и спустя секунду с хрустом разлетелась на части. Оттуда на жука набросилась целая стая металлических муравьёв. – А-а-а! – последнее, что услышал капитан, перед тем как всё стихло и на той стороне стал раздаваться лишь непонятный скрип и скрежет.

***

Несколькими минутами ранее. Катакомбы Цитадели. Двое стражников не спеша шли по тёмному каменному коридору, что граничил со сточным каналом, по которому на нижние этажи сбрасывались отходы жизнедеятельности крепости. – Эх, ну и тягомотина, – потягиваясь, сказал один из них. – Ненавижу охранять канализацию. Тут так скучно и… Он помахал лапой перед лицом. – …ужасно воняет. Побыстрее бы закончилась эта смена. – Ну да, – кивнул второй жук. – Вряд ли у кого-то хватит ума нападать на нас отсюда. – Согласен. За этими стенами находится неприступная скала, которую даже наши шахтёры долбили не один год, чтобы проложить эти туннели. Не думаю, что у краснопанцирных хватит сил через них пробиться. – Ага. Они уж скорее нападут на одну из стен или попытаются штурмовать центральные ворота. – Где столкнутся с нашей Судьёй. – Хе-хе, верно, – усмехнулся стражник, несущий в лапе фонарь. – Ну, раз уж такое дело, может, нам стоит вернуться в казармы? – Что? И бросить свой пост? – Ну да, а что в этом такого? Раз уж это место безопасно, а другие стражники сейчас на посту, я думаю, ничего не случится, если мы немного отдохнём, а после всем скажем, что всё это время были в патруле. – Ха, верно. Ну что ж, в таком случае пошли отсюда. И они направились в противоположную сторону, к лестнице, ведущей на верхние этажи, беззаботно болтая и решая, в какую игру будут играть, когда вернутся в казарму. – Лично я не прочь перекинуться в карты, – сказал жук с фонарём. – Ну уж нет, мы вчера два часа в них рубились, – недовольно произнёс второй стражник. – Ага, и я выигрывал, – гордо сказал его напарник. – Именно. Так что сегодня у нас будут кости. – Ага, те самые, что ты сделал из магнетитовой руды? – А? Ты это о чём? – Не прикидывайся, ребята из прошлой смены рассказали мне о твоём жульничестве и о том, что ты использовал шулерские кости. – Неправда! Они у меня самые обычные! Вот вернёмся в казарму и я… – недовольно начал жук, но тут же замолчал, когда откуда-то из-за стены раздался глухой удар и что-то тихо зажужжало. – А? Что это? – спросил он, непонимающе посмотрев на стену. – Не знаю, там словно кто-то ползёт. – За стеной? Но там же сплошная скала. – Ну да… но тогда, откуда эти звуки? – растерянно сказал стражник и, подойдя к стене, снял шлем и приложил ушной канал к холодному камню. – Ну? Что это? – спросил его напарник. – Тихо. Похоже на какой-то скрежет. Словно там ползёт гарпид. – Но на Фарлуме не водятся гарпиды. – Знаю, – сказал жук у стены, в то время как его напарник освещал её фонарём. Звук тем временем начал усиливаться. – Мне кажется или он стал громче? – спросил стоявший позади стражник. – Да и похоже… он движется сюда! Оба часовых отступили назад и в недоумении уставились на стену, которая стала дрожать, а вместе с ней и пол. Оба жука попятились, собираясь развернуться и убежать, но как раз в этот момент стена внезапно рухнула и на них обрушились тяжёлые камни, раздавившие их насмерть. В стене образовалась крупная дыра. Оттуда, словно нос гигантской коралловой мухи, высунулся толстый конический бур, который, вращаясь, немного продвинулся вперёд. – Стоп, машина! Мы пробились! Полный назад! – раздалось позади, и бур вернулся обратно во тьму, уступив место вышедшим вперёд скаррам с фонарями на касках. – Ну вот, ребята, мы и под Цитаделью, – довольно сказал один из них, держа в лапах нарисованную углём карту замка. – Ага, всё как и сказала генерал, – подтвердил другой, толкая на тележке перед собой большой ящик. – И как она узнала, где они протянули свои канализационные стоки? – спросил третий, поднимая голову и разглядывая каменный свод коридора. – Какая разница? Главное, что мы на месте и теперь можем начинать подготовку к нападению, – сказал четвёртый скарр с ожогами на лице, поглядев на лежащих на полу стражников. – Поддержка, убедитесь, что эти двое были тут одни и обеспечьте нам защиту. – Слушаюсь, мастер Крак, – сказало несколько молодых воинов со стрелковым оружием. Разойдясь по всему коридору, они заняли оборону у каждого отходившего в бок туннеля. – А мы пока займёмся минированием, – сказал Крак, открывая ящик и доставая оттуда круглую, с длинным запалом, бомбу. Пока он и его помощники заносили оборудование и устанавливали у стен бомбы, из тоннеля показались ещё несколько скарров, но это были не рабочие. Крепкие, с оружием в лапах, они о чём-то быстро переговорили, а после выпустили в воздух маленького механического муравья и двинулись в сторону лестницы на верхние этажи.

***

Тем временем в центральной части Цитадели. Защитники крепости суетливо бегали по коридорам и баррикадировали все подступы к основным залам. За последние полчаса капитан стражи получил несколько тревожных сообщений о вторжении. Сперва пал нижний зал, ведущий в доки. Потом пропала связь с воинами на стене. А теперь с нижних этажей, где была канализация, начал раздаваться какой-то гул. Среди всего этого хаоса по залу расхаживало несколько Ткачей, которые следили за подготовкой к обороне и давали распоряжения подбегающим к ним жукам. – Укрепите двери в центральный зал и заберите все инструменты из мастерских, – сказала одна из них. – Не хватало, чтобы эти краснопанцирные заполучили наши передовые разработки. – Будет сделано, – сказал один из воинов, ударив себя в грудь, и вместе с небольшим отрядом направился к лестнице. – И не забудьте проверить оружейную! – приказала вторая паучиха. – Отряд, посланный туда, уже давно должен был вернуться! – Возможно, на них кто-то напал, – прибавила третья. – Думаю, мне стоит отправиться вместе с ними. – Хорошо, Килал, но будь осторожна. – Конечно, ты же меня знаешь, что такое пара десятков муравьёв против моих игл, – усмехнулась паучиха и в сопровождении жуков убежала в сторону лестницы, пока её сёстры продолжили идти по коридору. – Итак, это случилось, – сказала одна из них. – Краснопанцирные действительно решили напасть на нас. – Да, в это трудно поверить, но эти дикари где-то раздобыли невиданное прежде оружие и с его помощью захватили все наши заставы и даже… Паучиха на секунду замолчала и болезненно нахмурилась. – …убили нескольких наших сестёр. – Да, сёстры Синдриль и Кахаса были лучшими из наших воительниц. До сих пор не верится, что какое-то жалкое оружие смогло их остановить. – Дело не только в оружии. Вернувшиеся с заставы жуки сообщили, что муравьёв ведёт сильная воительница, которая… использует в бою шёлк и иглу. – Что?! – ахнула паучиха. – Это невозможно! Никто из наших сестёр не мог нас предать! – Верно. Она не местная и, судя по описанию её маски, не принадлежит к Ткачам Фарлума. – Но тогда откуда она? – Учитывая то, что мне о ней рассказывали, я бы предположила, что она прибыла к нам из Халлоунеста. – Из владений Бледного Короля? Но ведь там сейчас бушует чума? Что он задумал? И зачем ему помогать скаррам? – Не знаю, но одно мне ясно наверняка: если мы не сможем сдержать их сегодня, Цитадель падёт и Великую Мать больше некому будет охранять. – Верно. А потому мы должны во что бы то ни стало… Но закончить она не успела. В этот момент где-то внизу прогремело несколько громких взрывов, а спустя пару минут со стороны южной двери начали раздаваться голоса и топот множества ног. Все жуки неподалёку побежали на звук в сопровождении обеих паучих, остановившись перед большой двустворчатой дверью. Там, все воины замка, крупные и мелкие, рядовые стражники и закрытые толстым доспехом многоногие силачи столпились в несколько линий. Вскоре из-за дверей начал раздаваться грохот и кто-то с силой ударил по ним. Жуки выставили вперёд оружие и закрылись щитами, а обе Ткачихи достали длинные, соединённые шёлковыми нитями, иглы.

***

Тем временем на нижних этажах, возле оружейной. Килал вместе с несколькими жуками спустилась на пятый уровень, что граничил с мастерскими и по идее должен был быть хорошо освещён, но в просторных залах царила темнота. – Эй, кто вырубил свет? – спросил один из воинов, вглядываясь во тьму. – Тихо, – шикнула на него паучиха. – Это неспроста. Мы здесь явно не одни. Достаньте оружие и следуйте за мной. – Слушаюсь, – кивнул жук, обнажив свою булавку, после чего вместе с остальными зажёг фонари и направился вслед за Ткачом. – Эй, что там? – внезапно произнёс один из идущих впереди стражников, заметив у дверей в оружейную силуэт спустившегося вниз воина. – Коро, это ты? – слабо окликнул он жука. Но тот никак на это не отреагировал. Тогда стражник осторожно подбежал к нему и толкнул лапой. И тут же приглушённо вскрикнул. Тот, кого он назвал Коро, пошатнулся и упал на пол. Точнее это сделало его тело и нижняя часть головы, в то время как вторая её часть осталась покоиться на шипастом диске, который, разделив её пополам, остался торчать в стене. – Т-твою мать, ч-что это? – заикаясь, произнёс стражник. – Западня, – нахмурившись, сказала Ткач, доставая иглы и вместе с остальными оглядываясь по сторонам. – Всем быть наготове. Внезапно откуда-то из темноты раздался свист и вылетел ещё один зубастый диск, устремившийся в сторону Килал. Паучиха резко отскочила в сторону, и диск угодил в грудь одного из воинов, без особых усилий прорезав его панцирь и внутренности и вонзившись в стену. Жук рухнул на пол, а остальные в ужасе на него уставились. Ткач тут же подняла иглу и метнула её в ту сторону, откуда прилетел диск, но, судя по звонкому удару, она ни в кого не попала. Паучиха дёрнула удерживающую иглу нить и вернула её обратно. – Ушёл, – прошептала она. *Свист!* Ещё один диск по дуге прилетел с другой стороны, едва не задев одного из стражников. Но в этот раз они вместе с Килал успели пригнуться, и он лишь беспомощно вонзился в стену. Паучиха снова послала в темноту иглу, и снова впустую. – Оставайтесь на полу, – приказала она жукам и, замерев на месте, стала ждать. И вот из мрака вылетел новый диск. Ткачиха ловко отскочила в сторону и в ту же секунду метнула иглу. Где-то в темноте раздался треск пробитого панциря и чей-то болезненный крик. – Есть, вы достали его, – радостно произнёс один из воинов. – А разве могло быть иначе? – усмехнулась Килал. – Вставайте и посмотрите кто там. Но будьте осторожны. Возможно, он был тут… Но прежде чем она успела договорить, из двери оружейной выскочил крепкий, закованный в броню скарр, у которого в лапах была странная, с множеством стволов, пушка, а на спине большой жестяной бак. – … не один, – увидев его, закончила Ткач, потянувшись в игле. Но скарр не позволил ею воспользоваться и, схватившись за рукоятку, начал раскручивать стволы, из которых спустя мгновение полетели десятки мелких металлических шаров. Жуки попытались закрыться щитами, но это им не слишком помогло. Сила обстрела была настолько мощной, что без проблем выбивала у них из лап щиты и ломала панцири. – Да! Вот вам! Получите! Сдохните, жалкие клопы! – восторженно кричал скарр, методично расстреливая врагов и наконец переключаясь на Килал, которая попыталась отразить его обстрел своими иглами, но шаров было слишком много и уже через пару секунд её отбросило назад, и множество смертоносных снарядов прошло сквозь неё, буквально размазав по поверхности ближайшей стены. – Ха-ха! Слабаки! – наконец остановив обстрел, захохотал муравей, поднимая вверх стволы и становясь в победную позу. – И кто там говорил, что этих Ткачей не так-то просто убить? – Эй, Грок! Может, уже перестанешь хвастаться и поможешь мне? – в этот момент раздался из темноты голос. Скарр с удивлением посмотрел в ту сторону и тут же, охнув, поднял фонарь одного из стражников и пошёл на голос. Пройдя несколько шагов он увидев своего напарника – стройного воина в травяном костюме, которого за плечо пригвоздило к стене. Возле него на полу лежали дискомёты. – Прости, Серж, я… малость увлёкся, – сказал Грок. – Да, я заметил, – недовольно покачал головой второй муравей. – А теперь, может, снимешь меня отсюда? – Конечно, держись, приятель, – кивнул здоровяк и, схватившись за иглу, выдернул её. – Ух, вот ведь сука! – выругался Серж, прижимая лапу к ране. – Терпеть не могу этих пауков! Если бы ты её не грохнул, это бы сделал я! – Ш-ш-ш! Тихо! Ты же знаешь, что так нельзя говорить, – тут же спохватился Грок. – Да-да, я в курсе. Но я же не про генерала говорил. Она нормальная паучиха. Не то, что эти, – дернул плечом Серж и тут же болезненно охнул. В этот момент к ним сверху спикировал небольшой металлический муравей. И, приземлившись на плечо Грока, открыл рот. – Группа «Тень», на связь, – раздался оттуда трескучий голос Хорнет. – Да, мы здесь, генерал, – ответил здоровяк. – Как продвигается ваше задание? – Нормально. Пятый и шестой этажи полностью зачищены. Мы перебили всех, включая одну Ткачиху. Вот только Сержа ранили. – Сильно? – Жить будет, но настроение у него безнадёжно испорчено, – пошутил Грок. – Это уж точно, – недовольно пропыхтел Серж. – Ясно. А что у остальных групп. «Крылья»? – У меня всё тихо, генерал, – ответила сидевшая на зубцах стены муравьиха, подбрасывая в лапе одного из механических жуков. – Мои питомцы погрызли и переварили всех, кто был наверху, со всеми вытекающими и… Она провела лапой по пятну на стене. – …стекающими последствиями. – «Резаки»? – Да, генерал. Мы со Свипом только что завершили зачистку северного крыла, где у этих недоумков были казармы, – ответил стройный скарр, вместе со своим напарником стоя в окружении убитых ими защитников Цитадели. Оба они были одеты в металлические экзоскелеты с дисковыми пилами на лапах. – Один лишь я смог измельчить около тридцати этих неповоротливых увальней. – Ха, и только? – усмехнулся второй муравей. – Я искромсал с полсотни врагов. – Да, лишь потому, что я прикрыл тебе спину. Если бы я не порубил тех двоих с копьями, ты бы уже не стоял тут! – Ну да, ну да, Свап, а кто спас тебя от того быстрого типа? Да я… – Ладно, хватит уже ссориться, вы оба молодцы, – осадила их Хорнет. – Лучше идите к отряду «Тень» и ждите дальнейших распоряжений. – Будет исполнено, генерал, – одновременно сказали Свип и Свап и, стукнувшись пилами, побежали по коридору. – А ты, Крэя, спускайся со своими питомцами со стены и двигай ко мне. Нам может понадобится ваша помощь. – Ага, поняла, – кивнула муравьиха на стене и, расправив красивые длинные крылышки, спрыгнула вниз, увлекая за собой своих механических помощников. – Группа «Гарпид», как ваши дела? – тем временем спросила паучиха. – Нормально, генерал, – ответил муравей на нижнем уровне, наблюдая, как его помощники закладывают под прокопанные ими тоннели большие металлические бомбы. – Мы заложили столько взрывчатки, что сможем отправить на воздух всю Цитадель. Ну или просто обрушить парочку стен, что не дают вам соединиться с нашими диверсионными отрядами. – Отлично, тогда мы можем начинать финальное наступление, – довольно произнесла Хорнет. – Подрывайте взрывчатку, мастер Крак. – С большим удовольствием, генерал, отбой, – сказал муравей в сидевшего на его плече механического муравья и замахал остальным. – Так, всем срочно покинуть тоннель! Живо! Живо! Живо! Его помощники начали спешно разбегаться, покидая заминированные участки подземелья, а один из них протянул провода, и Крак, вместе с остальными, направился к выходу, к стоявшей там коробке с рычагом. – Отлично, – сказал он, наматывая провода на клеммы и поднимая коробку. – Ну, ребята, приготовьтесь! Сейчас стена сделает «бум»! И с этими словами он опустил рычаг. И тут же по всей Цитадели прокатилась череда громких взрывов, которые разрушили несколько главных стен. Через образовавшиеся дыры хлынула армия закованных в броню муравьёв, которые без особых усилий сметали всякого, кто вставал у них на пути, а позади шла закутанная в плащ паучиха, держащая в лапе иглу.

***

*Бум!* В коридоре раздалось громкое эхо. Несколько стражников у двери нервно задрожали, но продолжили стоять на месте с высоко поднятыми щитами. *Бум!* Дверь дёрнулась, но устояла. Воины напряглись. Некоторые испуганно поглядывали то на дверь, то на стоявших позади них Ткачей, которые с хмурым видом смотрели вперёд. – Как думаешь, мы устоим? – спросил один из жуков. – Должны. Если они прорвутся, всему Фарлуму конец. На нас возложена очень важная миссия, и не этим краснопанцирным вмешиваться в дела Цитадели. – Верно. Боюсь даже представить, что случится, если Матерь Шёлка вырвется… Но закончить он не успел. В этот момент в дверь прилетел ещё один удар и обе створки с искрами рухнули вперёд. В воздух поднялось целое облако пыли. Солдаты закрылись щитами, ожидая, что из тёмного коридора вот-вот хлынут толпы врагов. Однако этого не случилось. Вместо муравьёв в жуков внезапно полетел целый шквал из металлический шаров, который стал бить по щитам и пролетать над ними, пару раз разбивая защитникам головы. – Без паники! Всем держать построение! – сквозь грохот прокричал капитан стражи Лурз. Несколько минут длился этот смертоносный обстрел, во время которого с десяток воинов получили травмы, а некоторые были убиты, после чего… Из темноты полетели снаряды побольше и при столкновении с щитами начали взрываться, буквально раскидывая жуков в разные стороны и ломая им лапы. – Бомбы! Это бомбы! – в панике закричало несколько солдат. – Тихо! Держите строй! Прикрывающие, срочно оттащите раненых, чтобы… – попытался успокоить их капитан, но тут снова начался обстрел. Шары летели сквозь брешь в обороне и убивали защитников Цитадели. – Проклятье, мы ничего не можем сделать! Отходим! Отходим! – приказал Лурз и, вместе с остальными, под прикрытием бронированных жуков стал отступать назад. Ни он, ни его воины не были готовы к такому нападению и совершенно не представляли, как им бороться с врагом, который использовал столь мощное оружие. А обстрел и не думал прекращаться. Вот уже треть солдат рухнула на каменный пол, истекая кровью. Положение казалось безвыходным, но тут… Сверху внезапно опустилась большая, сотканная из шёлка, сеть, которая закрыла жуков от обстрела. Снаряды скарров стали бессильно отскакивать от упругой поверхности, не в силах её пробить. – Ого, что это? – спросил капитан и, подняв голову, увидел как с потолка к ним спустились Ткачихи, которые и сплели эту сеть. – Извини, что так долго, капитан, но на такое большое полотно пришлось потратить немало времени и шёлка, – сказала одна из них, отрезая нить и привязывая её конец к ближайшей колонне. – Ничего, хранитель Камора, главное, вам удалось закрыть этот проход и уберечь наших воинов, – с благодарностью сказал Лурз, поправляя на голове шлем. – Да, но боюсь, что это ненадолго, – покачала головой паучиха. – Нам нужно срочно отступить в восточный зал и занять оборону там. – Слушаюсь, Хранительница, – кивнул капитан и тут же громко крикнул своим воинам: – Так, ребята, срочно отходим в Зал Хора! Возьмите оружие и раненых и живо туда! – Сестра, помоги им, – попросила Камора, и вторая Ткачиха направилась к жукам, помогая пострадавшим и перетягивая их раны. – А я пока прослежу, чтобы краснопанцирные оставались с той стороны, – прибавила паучиха, вставая перед заслоном и наблюдая, как по нему несколько раз запустили бомбы, которые беспомощно отскакивали назад, а те, что падали рядом лишь слабо опаляли паутину, которую Камора тут же заделывала. – Нет, даже не надейтесь, вы тут не пройдёте, – сказала она, латая появлявшиеся тут и там дыры, пока отряды защитников спешно покидали коридор. – Ну что, капитан? Как продвигается отход? – через плечо спросила она. – Мы почти закончили, Хранитель, – ответил Лурз. – Давайте и вы к нам. – Хорошо, уже иду, – отозвалась Камора, отступая на пару шагов назад и бросая последний взгляд на сеть. – Надолго это их не задержит, но минут двадцать у нас есть. И, развернувшись, она уже хотела направиться к остальным, но тут с удивлением услышала странный гул, словно где-то загорелось мощное пламя. Паучиха обернулась и увидела, как её шёлковый заслон начал чернеть, а после внезапно покраснел и вспыхнул пламенем. Камора закрыла лицо лапой и отшатнулась назад, наблюдая, как к ней вышел закованный в панцирную броню и маску со стеклом скарр, который держал извергающий пламя раструб, что был соединён с висевшей за его спиной колбой, где трепетал огненный силуэт трутика. – Ха, гори всё огнём! – насмешливо пророкотал муравей и, направив на паучиху раструб, выпустил в её сторону длинную струю пламени. Камора упала на пол и струя угодила в последних замешкавшихся солдат, которые громко закричали, когда их окутало пламя. «Огненная магия? У скарров?» – нахмурилась паучиха и тут же метнула в раструб иглу, заткнув его. Прогремел взрыв. Муравей с колбой отлетел назад. На мгновение в зале воцарилась жуткая тишина, нарушаемая лишь треском пламени и тихими стонами умирающих, а после… Откуда-то из темноты раздалось женское пение, которое на фоне всего происходящего казалось немного зловещим и пугающим, равно как и слова песни, в которой звучали призывы идти в бой и сражаться до конца. И тут же из прохода хлынула армия закованных в броню муравьёв. Камора тут же вскочила и быстро понеслась в сторону соседнего зала, где уже укрылись оставшиеся в живых жуки вместе с её сестрой. Как только она забежала внутрь, стражники плотно захлопнули двери и начали пододвигать в их сторону шкафы и столы, чтобы хоть как-то забаррикадировать вход. – Похоже, наша сеть не смогла их удержать, – сказала Ткачиха подошедшей к ней Каморе. – Это верно. Скарры используют чёрную магию Отца пламени, – ответила та. – Невозможно. Никто кроме него и его одержимых последователей не знает, как укрощать духов огня, – недоверчиво произнесла вторая паучиха. – Но это так. Я сама видела колбу с трутиком у одного из этих мерзавцев. – Великая Матерь! Кто же та паучиха, что научила их всему этому? Кто нам противостоит? – Не знаю, но не думаю, что нам удастся сдержать врагов. – Я… – хотела сказать Ткач, но тут где-то у них над головами раздался громкий скрип. Жуки прекратили блокировать дверь и посмотрели вверх, прислушиваясь к этим звукам, пока в одного из них не прилетела игла. Ткачи обернулись и увидели, как к ним сверху спрыгнула небольшая фигурка в рогатой маске и красном плаще и, быстро вернув с помощью шёлка иглу, встала в боевую стойку. – А вот и она, – сказала Камора. – Да, та кто ведёт их, – с неприязнью в голосе прибавила её сестра. – Посланница Бледного Короля. Полукровка. Она посмотрела на ноги вторгшейся к ним паучихи. – Значит, за всем этим стоишь ты? – громко спросила Камора, вокруг которой столпились стражники. – Ты снабдила этих дикарей оружием и повела в бой? – Да, я, – гордо вскинув голову, сказала Хорнет. – Вы и ваша Цитадель причинили достаточно бед Фарлуму. И я намерена это прекратить. – Дура, ты даже не представляешь, во что влезла! – свирепо царапая пол ногами сказала вторая Ткачиха. – Да нет, представляю. Мне всё известно о Матери Шёлка и о том, что вы не даёте ей проснуться, – усмехнулась Хорнет, отчего обе паучихи удивлённо переглянулись. – Что? Но как? – спросила Камора. – Это не важно. Главное, я знаю, что здесь происходит и что без вас… Хорнет взмахнула иглой. – …она вполне сможет проспать ещё пару столетий. Так что пора с этим заканчивать. Власти Цитадели пришёл конец. Я освобожу Фарлум от вас и вашей тирании. – Вот как? Ну что ж, тогда подходи. Сейчас мы узнаем, так ли ты сильна, как все рассказывают, – сжимая сразу четыре иглы, произнесла Ткач и вместе с отрядом окруживших её жуков бросилась в атаку. Но Хорнет не стала вступать в бой и, взмахнув нитью, зацепилась за декоративную люстру и в прыжке перескочила через врагов, приземлившись у самой двери. К ней тут же подскочил многоногий воин в броне и, замахнувшись огромной булавой, обрушил её на паучиху, норовя убить, но та ловко увернулась и отскочила назад, прижавшись спиной к блокирующему дверь столу. Воин вновь ударил, снеся стол, а после и два шкафа, что были прислонены к створкам. – Нет, идиот! Остановись! – воскликнула Камора, вместе с сестрой бросаясь к Хорнет, но было уже поздно. Очередной взмах булавы снёс последнюю преграду, и маленькая паучиха, быстро метнувшись к замку, торопливо его открыла. Ткачи замерли, увидев как створки распахнулись. За ними стояла армия скарров во главе с королевой. Жуки-защитники в ужасе уставились на них. – Вперёд, воины! Во славу муравейника! – крикнула Кармелита, и муравьи с криком хлынули в большой зал, размахивая оружием. Стражники подняли щиты и ощетинились копьями. Завязалась битва, в ходе которой погибло множество воинов. Защитники Цитадели были зажаты в углу, но при этом сражались отважно и, прикрывая друг друга, пробивались сквозь ряды скарров. Но, несмотря на все их усилия, им было не победить. Скарров было больше, броня их была крепче, а главное, они сражались сплочённо и действовали как единое целое. Словно волна они наступали на жуков и совместными усилиями теснили их, несмотря на щиты и летящие в них копья. Что же касается здоровяков в броне, то скарры их просто облепляли со всех сторон и начинали яростно колоть, резать и кусать, пока жуки не падали на пол, истекая кровью. И в завершении всего этого вскоре в зал прилетела целая туча механических муравьёв и начала атаковать сверху, не давая воинам Цитадели не единого шанса на спасение. Всё это время Камора и её сестра яростно орудовали иглами, отгоняя от себя нападавших муравьёв и пронзая целые отряды, пока в ногу Каморы не прилетел двухсторонний клинок, рассёкший её надвое. – Сестра! – ахнула вторая паучиха, увидев, как та рухнула на пол и, метнувшись к ней, попробовала исцелить её травму, но тут же отскочила назад, когда на неё сверху обрушилась Кармелита. Ткач злобно зашипела и, вскинув иглу, попробовала её ударить, но её тут же заблокировала другая, которая принадлежала Хорнет. – Ну нет, – нахмурившись, сказала она. – Я никому не позволю обидеть мою королеву. И, сказав это, она взмахнула иглой и оставила на плаще и теле Ткачихи глубокий порез. Паук отскочила назад. Вытащив нить, она попробовала прыгнуть на Хорнет и опутать её шёлком, но в этот момент на неё обрушился удар королевы скарров. – А я свою лучшую воительницу, – сказала она, после чего они обе – Хорнет и Кармелита – словно в танце начали сражаться с Ткачихой, нанося ей удары и блокируя ответные выпады. Очень быстро паучиха получила множество сильных ран и свалилась на пол. Пришедшая в себя Камора попыталась атаковать Хорнет со спины, но прежде чем это случилось, ей в брюшко прилетел обоюдоострый клинок королевы и, нанеся серьёзную рану, вернул на спину. На этом всё и закончилась. Битва была завершена. Скарры одержали полную и уверенную победу и теперь стояли среди тел убитых ими защитников Цитадели. Как только Камора, шипя, свалилась на пол, все воины тут же обернулись к своей королеве и восторженно стали поздравлять её с победой, пока Кармелита не взмахнула лапкой. Гул в зале тут же утих. Несколько секунд никто ничего не говорил, пока Кармелита торжественно не провозгласила: – Воины, мы победили! Цитадель пала! И скарры тут же разразились восторженными криками и забряцали оружием, в то время как Хорнет подняла несколько игл Ткачих и с поклоном передала их Кармелите. – Прошу, моя королева, они твои, как и все богатства этого места, которое ты отважно захватила, – сказала паучиха, следуя древнему обычаю скарров. – Благодарю, генерал Хорнет, – с улыбкой принимая их, сказала правительница. – Но без твоей помощи это было бы невозможно. Так что это и твоя победа тоже. – Да! Слава! Слава нашей королеве и генералу Хорнет! – закричали муравьи, потрясая зазубренными гвоздями и наперебой хваля двух отважных воительниц. – Кстати, а что нам делать с этими? – когда шум немного утих, спросил один из воинов, кивая в сторону раненых Ткачей. – Что ж, при других обстоятельствах я бы приказала отрубить им головы, – сурово посмотрев на своих врагов, сказала Кармелита. – Но генерал просила меня сохранить им жизнь, а потому пусть живут. Свяжите их. – Слушаюсь, моя королева, – кивнул воин, ударяя себя лапой в грудь. – А чтобы они не попытались сбежать, я сделаю это, – прибавила Хорнет и, подобрав с пола несколько булавок, зашла паучихам сзади, где… – А-а-а! – от боли взвыла Камора, когда ей в тело воткнули остриё булавки. – Вот так. Я пронзила ей то место, где накапливается шёлк. Теперь она не сможет его использовать. – Подлая полукровка, – прохрипела паучиха, наблюдая, как Хорнет сделала то же самое с её сестрой. – Ещё никто не осмеливался лишать других шёлка. Ты предала свой народ. – Нет, просто я забочусь о безопасности моей королевы и не могу допустить, чтобы вы что-нибудь выкинули, – отходя от второй Ткачихи, сказала Хорнет и, встав перед лицом Каморы, чуть тише прибавила: – Кроме того, у меня есть на вас кое-какие планы и вы мне нужны живыми. Встав ровно, она вернулась к королеве. – Готово, теперь они не опасны, – сказала она. – Чудесно, генерал. Похоже, здесь мы закончили, – сложив лапки вместе, кивнула Кармелита. – Да, моя королева. Ударные отряды и диверсионные группы сообщили, что вот-вот зачистят остальные уровни Цитадели и мы сможем забрать отсюда всё самое ценное, – сказала Хорнет, поглаживая маленького металлического муравья у себя на плече. – Прекрасно. В таком случае я бы хотела вернуться в западный зал, где мы разместили временный лагерь, и отдохнуть. И, оглянувшись на остальных воинов, которые в этот момент помогали раненым, она наклонилась к паучихе и прошептала: – Жду тебя у себя в палатке, Хорнет. После чего она игриво хлопнула свою воительницу ниже пояса и уверенной походкой, наступая на тела поверженных жуков, направилась к выходу. – Конечно, моя прекрасная Кармелита, – покраснев, тихо прошептала Хорнет.

***

В большом, украшенном дорогими картинами, зале, который, судя по всему, служил жителям Цитадели столовой (на что указывали несколько длинных столов в центре), Кармелита устроила временный лагерь. Для этого её воины установили там небольшую палатку, где сейчас отдыхала королева. Сняв с себя броню и переодевшись в платье, она подошла к столу, где лежал план замка, нарисованный Хорнет. – Поразительно, – сказала она, изучая схему подземелий и потайных ходов. – Если бы не эта карта, мы никогда не смогли бы взять Цитадель с такими минимальными потерями. Она отошла в сторону и с улыбкой посмотрела на амулет у себя на шее – подарок Хорнет. Это было небольшое механическое сердце, которое можно было завести ключиком и оно стало бы биться. Именно благодаря этому сердцу королева и заинтересовалась технологиями, которые полностью преобразили её муравейник и дали её воинам грозное оружие. – Хотя чему тут удивляться, когда твоей армией руководит воительница, которой известно будущее? – улыбнулась она, садясь в мягкое кресло, принесённое из гостевых покоев крепости. – Мне так повезло, что она стала моей пассией, – прибавила Кармелита, покачивая металлическое сердце у себя в лапке. В этот момент за пределами палатки стали раздаваться шаги и скрежет металла, как если бы воины в доспехах резко вставали по стойки смирно, чтобы отдать кому-то честь. – А вот и она, – в предвкушении прикрывая глаза, прошептала правительница, пряча амулет и поворачиваясь в сторону входа. Вскоре к ней действительно зашла Хорнет. – Моя королева, – с поклоном сказала паучиха. – Генерал, – добродушно отозвалась Кармелита. – Как продвигается захват Цитадели? – Без особых проблем, правительница, – ответила Хорнет. – Сопротивление минимально, мы уже дошли до верхних башен, так что в скором времени вся крепость будет под нашим контролем. – Это хорошо, – закрывая глаза, довольно кивнула королева. – С падением этого места мы обеспечим безопасность не только муравейнику, но и другим независимым поселениям Фарлума. Сегодня воистину удачный день. Она встала на ноги и подошла к Хорнет. – Я так рада, что доверила тебе свою армию, – прибавила она, заходя сзади и нежно касаясь плеча паучихи. – Лучшего генерала для моих воинов и представить сложно. – Вот как? Значит ли это, что меня ожидает награда? – лукаво улыбнувшись, спросила паучиха. – О да, такая отважная воительница, как ты, заслуживает всего самого лучшего, – поглаживая её, кивнула Кармелита. – Но что же мой генерал хочет в качестве награды? – Разумеется, свою королеву, – с хищным блеском в глазах ответила Хорнет и, внезапно развернувшись, дерзко обхватила правительницу лапками, уткнувшись маской ей в талию. – Ох, Хорнет, только не здесь. К нам же могут зайти и увидеть, чем мы занимаемся, – захихикала Кармелита. – Потерпи, пока мы не вернёмся в муравейник. – Ну уж нет, ты обещала мне награду и я хочу получить её прямо сейчас, – настойчиво сказала паучиха, отодвигая край её платья и подбираясь к нижнему белью королевы. – Ах, ненасытная ты хищница, – томно прошептала Кармелита, поглаживая своё тело лапками. – Ладно, но только быстро. И, сев в кресло, она широко раздвинула ноги. – Давай, отведай мой сладкий нектар, – предложила она, откидываясь на спинку. – С большим удовольствием, Кармелита, – с азартом произнесла паучиха, подходя к ней и снимая с себя маску. Облизав свой клыкастый ротик, она встала возле королевы и начала язычком ласкать её щёлочку. – О, Хорнет, – от наслаждения закрывая глаза, застонала Кармелита. – Да, вот так. Паучиха несколько секунд делала это, после чего стала погружать свой язык всё глубже и глубже, вызывая внутри королевы тёплые волны наслаждения и покусывая её своими зубами. – О да, твои зубки, как же они меня заводят, – прошептала правительница, ногами обнимая свою любовницу и прижимая к себе. – Давай, укуси меня сильнее. Дай мне почувствовать это. И Хорнет исполнила её просьбу, несколько раз сжав щёлочку Кармелиты зубами и заставив ту от наслаждения кончить прямо в рот паучихи. – Ум-м-м, как хорошо, а ты умеешь обращаться с представителями королевского рода, – тихо хихикнула Кармелита, нежась в объятиях ротика Хорнет и чувствуя, как та жадно насыщается её любовными соками, после чего решительно открыла глаза и, обхватив паучиху, посадила её себе на колени. – А теперь, как насчёт поцелуя? – игриво поинтересовалась она. – П-поцелуя? – удивилась Хорнет. – Но… но я же только что ласкала тебя там. – Да, и с таким рвением выпила всё, что я в тебя извергла. А значит, мой нектар настолько сладкий, что я просто обязана его попробовать. Вдруг он и мне понравится. – Что ж, если ты этого хочешь, я не возражаю, – обнимая её за шею, прошептала Хорнет и, приблизившись к её рту, поцеловала. Их языки начали энергично скользить в совместном танце, поочередно переходя из одного рта в другой и то и дело высовываясь наружу. – Ах, он и правда сладкий, – наконец с громким вздохом сказала Кармелита. – Теперь я понимаю, почему моя щёлочка так сильно тебя влечёт. – Да, словно пчелу на мёд, – пошутила паучиха, собираясь вновь её поцеловать, но тут со стороны входа начали раздаваться быстрые шаги и обе девушки тут же отстранились. Королева схватила маску Хорнет и вернула ей на лицо (не дав даже вытереть рот), в то время как паучиха быстро поправила на ней нижнее бельё и платье, но вот спрыгнуть с ног Кармелиты уже не успела. В палатку вошёл один из воинов и, ударив себя лапой в грудь, увидел королеву с сидящей у неё на коленях Хорнет. – Ой, прошу прощения, моя королева, генерал, – сказал он, стыдливо отворачиваясь. – Простите за вторжение. Я… не хотел вам помешать. – Да чего уж там, что случилось, солдат? – спрыгивая на пол, спросила Хорнет. – У нас возникла небольшая проблема в западной части Цитадели, и если вы уже закончили… эм… все свои дела, то… – неуверенно начал скарр. – Ох, ладно. Сейчас выйду, жди меня, – вздохнула паучиха и, дождавшись, когда воин уйдёт, посмотрела на Кармелиту. – Ну что ж, моя дорогая правительница, мне надо идти, – сказала она. – Долг генерала обязывает меня быть со своими воинами. – Понимаю. Ничего страшного, мы ещё успеем наверстать упущенное, – игриво поглаживая её по лапке, сказала королева и, наклонившись ближе, нежно прошептала: – Как только мы вернёмся в муравейник, я буду всю ночь вознаграждать тебя, пока ты бездыханная не рухнешь на кровать. – Уже жду не дождусь этого, – хихикнула Хорнет и, поправив на себе плащ, вышла из палатки Кармелиты, на ходу слизывая со своего лица остатки её любовного сока.

***

Западная часть крепости. Плита. – Значит, вы не можете её открыть? – спросила Хорнет, окидывая взглядом большую металлическую дверь, за которой, насколько она помнила, находилась Плита – жуткая тюрьма Цитадели, где всем заправляли грязные мухи, которые однажды сумели поймать её и посадить в клетку. – Не совсем, генерал. Мастер Крак предложил всё здесь взорвать, но мы подумали, что вначале стоит предупредить вас. Вдруг вы знаете какой-нибудь обходной путь, который поможет войти без взрывчатки, – ответил один из скарров. – И правильно сделали. Я действительно знаю такой путь, – кивнула паучиха и, отойдя от двери, стала рассматривать пол неподалёку. Пока она делала это, один из воинов пару раз ударил по двери. – Эй, вы там, открывайте! Иначе мы всё здесь взорвём! Слышите?! – Да пошёл ты! – раздалось с той стороны. – Ух, навозные мухи! – выругался муравей. – Дайте мне только добраться до вас, и я… – Эй, завязывай уже с этим и иди сюда, – в этот момент сказала Хорнет, и скарр, вместе с остальными, подошёл к ней. – Вот, поднимите это, – приказала паучиха, показывая им на едва заметный из-за мусора и грязи железный люк. – О, потайной ход, умно, – довольно произнёс один из муравьёв, вместе с братьями доставая ломики и подцепляя ими края люка. – Не совсем. Это не ход, а… – начала Хорнет, но в этот момент скарры откинули люк в сторону и им в лицо дохнуло мерзкой вонью. – …канализационный сток, – закончила паучиха, и все муравьи с грустным видом на неё посмотрели. – Да, запашок там жуткий, но потерпеть можно. «Я же смогла, когда бежала отсюда», – вспомнила она своё пребывание в этой гадкой тюрьме и то, как потом долго не могла вывести тошнотворный запах со своего плаща. – Ну, и чего вы ждёте? Давайте вниз, – сказала она, поднимая плащ и засовывая его за пояс. – Может, всё же взорвём дверь? – со вздохом предложил стоявший возле неё скарр. – Полезай, говорю, тут недалеко, – настояла Хорнет, и воины вместе с ней стали спускаться в дурно пахнущий туннель.

***

– Ну, ты что-нибудь слышишь? – спросил один из надсмотрщиков, худой и грязный. Вместе с несколькими мухами он стоял у двери и подпирал её железной балкой. – Неа, кажется, они ушли, – ответил другой, прислонив голову к двери. – Уверен? А что если они и правда решат всё здесь взорвать? – Ай, не смеши меня. Эта дверь такая толстая, что на неё и горы взрывчатки не хватит. – Может, и так, но… – Кхе-кхем, – внезапно раздалось за спиной у тюремщиков. Они вздрогнули и медленно обернулись. Позади них стоял отряд муравьёв во главе с Хорнет. – Ну привет, мухи, – сказала паучиха. Воин возле неё недобро усмехнулся, покачивая оружие в лапе, в то время как другой угрожающе провёл по горлу, показывая, что сейчас произойдёт. Мухи нервно переглянулись и дрожащими лапами подняли вверх оружие – примитивные, напоминающее рыбацкие багры, палки. Они явно понимали, что сейчас их порвут на части. Несколько скарров уже сделали шаг вперёд, собираясь наброситься на них. – Минутку! – внезапно сказала Хорнет. – Не будем спешить. Муравьи остановились и с удивлением посмотрели на неё. – Хоть я и понимаю нетерпение моих воинов и не меньше их горю желанием разнести это место, после столь незабываемой прогулки по канализации, – начала она, делая шаг вперёд. «А за своё пленение вашими потомками и вовсе готова устроить тут бойню», – мысленно прибавила она. – Я хочу дать вам шанс остаться в живых, если вы мне кое с чем поможете, – закончила она, поглядывая на дрожащих мух. – И с ч-чем же? – наконец спросил один из тюремщиков. – Мне известно, что у вас на нижнем уровне заточена одна из Ткачих, верно? – Да, – сглотнув, кивнул тюремщик. – Так вот, я хочу узнать, кто сделал её клетку. Ту самую, что не даёт ей умереть и при этом заставляет страдать. Это был один из вас? – В-верно, н-наш м-м-мастер изготовил её п-по чертежам Ткачей, – ответил муха. – Ясно. Он сейчас здесь? – Да. – Чудно, тогда приведите его сюда, я хочу с ним поговорить, – сказала Хорнет, сложив лапки на груди. – Ага, конечно, – поспешно закивал тюремщик и, вместе с приятелями осторожно отойдя к стене, направился в соседний коридор. – Сейчас приведём. Сейчас… Они прошли мимо агрессивно настроенных скарров, которые явно были не прочь хорошенько их отделать. – И не пытайтесь улизнуть, я вас везде найду, – сурово прибавила Хорнет. – Разумеется, мы быстро, – ответил мушиный надзиратель, перед тем как вместе с дружками скрыться в коридоре. Несколько минут скарры провели одни, ожидая их возвращения и с недоумением поглядывая на паучиху. Вскоре в коридоре раздались шаги и зазвучали чьи-то ругательства, а после появились те самые тюремщики, толкавшие перед собой мерзкого, заплывшего жиром типа, от которого дурно пахло. – Тупые дегенераты, куда вы меня тащите? Что вы… – возмущался он, но тут заметил перед собой Хорнет во главе отряда муравьёв и в ужасе замер. – Так-так, значит, это ты изготовил клетку Ткачихи, что сидит сейчас на нижнем уровне? – спросила паучиха. – Да-да, это он, – толкнув толстяка вперёд, сказал один из тюремщиков. – Ага, – испуганно промямлил тот. – Но… меня заставили! Сказали, что я должен сделать ловушку, которая будет вечно её пытать, и я… я не хотел… – Ну да, я так и поняла, – закатила глаза Хорнет. – Скажи, а ты бы мог изготовить ещё несколько таких клеток? – Эм… думаю да, – немного помолчав, кивнул толстяк. – Отлично, тогда я предлагаю тебе сделку: если ты сделаешь мне ещё несколько таких клеток, я обещаю, что наша армия не тронет Плиту и живущих здесь мух. А ещё… Она сунула лапу за пояс. Муха попятился, но в следующую минуту удивлённо округлил глаза, когда она достала кошель, полный бриллиантовых бусин. – …хорошо тебе заплачу за работу, – закончила она потрясая им перед мастером. Тот с недоверием на неё посмотрел. – Ну? Что скажешь? Согласен на меня поработать? – спросила Хорнет, самолично беря его толстую лапу и опуская в неё кошель, прекрасно зная, каким будет ответ. – Конечно, я сделаю всё, что в моих силах, – поспешно закивал тот, поглядывая на сокровище у себя в лапе. – Мне только нужно взять кое-какие инструменты и материалы. – Хорошо. Тогда собирайся. Мы возьмём тебя с собой и отпустим по завершению работы. Бери всё что нужно, а мои воины помогут тебе, – улыбнулась паучиха. – Поможем? – спросил один из скарров, но поймав хмурый взгляд Хорнет, поспешно кивнул: – В смысле, конечно, поможем. – Вот и славно, – довольно потирая лапки, сказала паучиха. – В таком случае за работу. Откройте дверь и начинайте сборы. Возьмите всё, что он скажет, и тащите это ко входу. – Слушаюсь, генерал, – кивнул скарр-офицер и начал раздавать остальным распоряжения, пока тюремщики и мастер в сопровождении нескольких воинов направились в коридор откуда пришли, на ходу пытаясь отобрать друг у друга кошель. – Ну вот, ещё один кусочек пазла встал на своё место, – сказала Хорнет и, дождавшись, когда откроют дверь, покинула тюрьму. – Генерал, одну минутку, генерал! – немного постояв на месте, крикнул офицер, бросившись за ней. – Да? – обернувшись, спросила паучиха. – В чём дело? – Я… я, конечно, не собираюсь ставить под сомнения ваши приказы или как-то осуждать, но сотрудничать с мухами, это так… – Мерзко? Странно? Дико? Да, я знаю. И поверьте мне, сержант Ниб, при других обстоятельствах я бы и сама не стала так поступать и просто позволила вам устроить здесь погром. Но сейчас эти мухи мне нужны, а потому постарайтесь их не трогать, особенно этого жирного типа. – Да, но… – Спокойно, сержант, я знаю что делаю. И хотя сейчас всё это кажется странным, поверьте, я делаю это исключительно для блага муравейника. Вы же не сомневаетесь в моей преданности нашей королеве? – Что вы, генерал?! Конечно же, нет, – слегка замявшись, ответил Ниб. – Вот и хорошо, поверьте, всё что я делаю принесёт нам пользу и сделает скарров по-настоящему великими. «А меня сильной», – мысленно прибавила она и, развернувшись, зашагала в сторону зала, где была палатка Кармелиты.

***

День спустя. Створки западных ворот Цитадели открылись, и оттуда выступила армия скарров, которая с победой возвращалась в свой муравейник. Во главе колонны двигалась большая белая многоножка в окружении телохранителей, на которой вместе с Хорнет ехала Кармелита. В центре вышагивали воины и инженеры, а позади растянулась колонна из маленьких многоножек, что тянули на себе возы с сокровищами, мебелью, припасами и прочими трофеями из замка. В большой клетке везли Ткачей. Всего их было пятеро. Муравьи поймали ещё несколько паучих и по приказу генерала сохранили им жизнь. Ну а в самом конце плёлся мушиный мастер с несколькими помощниками, волоча за собой тележку с инструментами и материалами. Пройдя немного по равнине перед крепостью, королева приказала войску остановиться и, спустившись на землю, по традиции, воткнула на перекрёстке своё знамя с отрубленной головой жука на вершине, давая всем понять, что именно муравьи захватили это место. – Вот так. Пусть другие обитатели Фарлума знают, что бывает с теми, кто осмеливается нам противостоять, – громко сказала она, бросая взгляд на свою непобедимую армию. – Воины, мы совершили великий подвиг, избавили эти земли от ужасного врага и теперь с гордостью возвращаемся домой! Она повернулась и посмотрела на видневшиеся вдалеке заросли Панцирного леса. – И чтобы все узнали о нашей победе, мы пройдём через лесную чащу и Звонвилль! Воины дружно закричали «Ура!» и стукнули оружием по щитам. – Вы приготовили подношение для защитницы лесов? – спросила Кармелита, обращаясь к одному из телохранителей. – Конечно, моя королева, – кивнул тот, подходя к ближайшей телеге и доставая оттуда большую чашу, наполненную отборным мясом диких жуков, а также самыми красивыми драгоценными камнями, что они нашли в Цитадели. – Всё как вы и просили. Уверен, Найлет будет довольна. – Найлет? – повторила Хорнет. – Да, Великая Защитница Лесов Найлет, – кивнула королева. – Она оберегает эти земли и следит, чтобы никто не обижал её растения. А ещё может сильно покарать тех, кто её оскорбит, так что лучше нам её задобрить, чтобы наша армия вернулась домой целой и невредимой. – Конечно, я понимаю, просто… судя по всему, я из будущего уже встретилась с ней и несколько лет назад убила, – неловко потерев шею, отозвалась паучиха. – О да, я помню, – спокойно сказала Кармелита. – Однако не думаю, что ей это как-то навредило. – Что? – удивилась Хорнет. – Найлет растение, дорогая, – с улыбкой сказала королева. – И когда одна из её оболочек гибнет, она тут же переселяется в другую. Ты же видела белые цветы в Панцирном лесу? – Ну да, – кивнула паучиха. – Так вот, все они являются возможными телами для Найлет. И когда ты её убила, она просто переселилась в одно из них. Так что можешь не сомневаться, она по-прежнему жива и сейчас наверняка уже подросла. Вот почему даже Матерь Шёлка не желала с ней связываться. Найлет невозможно убить. И чтобы пройти через её лес, мы должны сделать ей подношение. А точнее, я. Наша армия встанет неподалёку, пока я отправлюсь в её владения, чтобы задобрить. – Что наверняка будет непросто, учитывая, как сильно я её разозлила, – вздохнула Хорнет. – Именно поэтому я и планирую взять тебя с собой, – сказала Кармелита. – Если ты собираешься и дальше жить в Фарлуме, то тебе лучше наладить с ней отношения. – Да, пожалуй, ты права, – согласилась паучиха. – Хотя я не думаю, что она даст мне возможность извиниться и просто задушит своими колючками. – О, не переживай так, дорогая. Найлет довольно мягкая. И если ты сумеешь доказать ей, что уничтожила её прошлое тело ради спасения Фарлума, она обязательно тебя простит. Иначе… – Что иначе? – спросила Хорнет. – Не важно. Уверена, вы сможете с ней помириться, особенно если с тобой буду я. Но сперва нам нужно добраться до леса. Вперёд, воины! – громко сказала она, обращаясь к солдатам и, забравшись на многоножку, направила свою армию в сторону леса.

***

Тем временем в Цитадели. Одна из кучек изувеченных тел слабо пошевелилась и оттуда, держась за сломанную лапу, медленно вылез капитан Лурз, который, благодаря своему природному дару, сумел притвориться мёртвым (полностью остановив собственное сердце) и тем самым спас себе жизнь. Окинув взглядом всеобщее разорение и горы убитых жуков, которых муравьи оставили лежать там же, где и убили, он подобрал свой помятый шлем и водрузил его на голову. – Эй! – крикнул он, выходя в коридор. – Эй! Есть кто живой?! – Капитан? – ответил ему голос из ещё одной кучи тел, и оттуда выполз другой жук его вида, который тоже решил притвориться мёртвым. – Как я рад, что вы живы. А то мне показалось, что я остался один. – Взаимно, сынок, но думаю, что тут есть и другие, кому удалось скрыться от взора краснопанцирных, – осторожно потрепав его по плечу, сказал Лурз, и они оба направились по коридору опустевшей крепости. – Как думаете, враги ушли? – спросил стражник. – Похоже на то. Краснопанцирные не любят селиться вдали от муравейника. Они просто приходят и забирают всё ценное, так что тут наверняка уже безопасно, – ответил Лурз, периодически заглядывая в разные помещения и осматривая их. Всюду царил хаос и разруха, все более-менее ценные вещи были забраны и унесены скаррами, а то, что оказалось слишком большим, они просто разломали. – Дикари, им лишь бы разрушать, – вздохнул капитан, заходя в одну из комнат, где раньше была спальня Каморы, чьи портреты были сорваны, вещи порублены, а с кровати пропало всё шёлковое бельё. Заглянув в гардероб паучихи, Лурз не нашёл там ни одного платья. Скарры, скорее всего, забрали их, чтобы подарить своей королеве. Он уже хотел было развернуться и уйти, но тут услышал где-то в глубине шорох. – Эй, там кто-то есть? – спросил он, сделав два шага вперёд, собираясь изучить дальнюю стенку гардероба, но тут она сама отъехала в сторону и оттуда выскочил перепуганный стражник, держащий в лапах стрелковое оружие скарров. – А-а-а! Сдохни, краснопанцирная мразь! – заорал он, направляя его на капитана. – Эй-эй! Тихо, тихо, сынок, это я! – выставив вперёд целую лапу, попытался успокоить его Лурз. – Капитан? – приглядевшись, ахнул жук. – Ох, простите меня, я… – Всё в порядке, я понимаю. Ты просто испугался, – сказал Лурз, подходя ближе и опуская ствол вниз. – Но теперь всё позади. Как ты? – Хорошо, капитан. Когда всё это началось, я защищал северный зал вместе с остальными, но муравьёв было слишком много. Они нас зажали, и я… я решил укрыться в одной из спален. Спрятался в гардеробе. Слышал, как они ходили за дверью, и думал, что вот-вот умру, но тут случайно нашёл проход, который соединял эти две комнаты, прижавшись к нему спиной. Я… я… не должен был… я… Тут он не выдержал и заплакал. – Ну-ну, всё хорошо, боец, – осторожно подходя к нему и хлопая по плечу, сказал Лурз. – Ты молодец, я ни в чём тебя не виню. – С-спасибо, капитан, – вытирая слёзы, сказал жук. – Главное, что мы живы, Цитадель уцелела, а значит, всё не так уж плохо, – прибавил Лурз. – Да, но что нам теперь делать? – подал голос второй стражник. – Мы потеряли практически всех бойцов. Стены разрушены, припасы украдены. Нам конец. – Ерунда! – бросив на него гордый взгляд, возразил капитан. – Пусть краснопанцирные и разгромили нас, но мы не сдадимся и продолжим исполнять наш долг. Мы должны охранять Матерь Шёлка и следить, чтобы она не проснулась. – Но как? Все Ткачи наверняка уже убиты, а без них мы не сможем её удержать. – Сможем. Мы восстановим замок, наберём новых бойцов и обязательно придумаем, как поддерживать её сон, – сказал Лурз, выходя обратно в коридор и случайно наступая на сломанного механического муравья, которого забыли унести скарры. – А чтобы защитить себя от новых набегов мы, как и наши враги, должны будем освоить их технологии и создать более сложные машины и оружие, – заявил он, поднимая муравья и рассматривая его. – И пусть у нас больше нет Ткачей, мы приложим все усилия, чтобы Матерь Шёлка никогда не проснулась. Он повернулся к стражникам и уверенно произнёс: – Вперёд, бойцы. У нас много работы. Сделаем всё, что в наших силах, чтобы восстановить Цитадель.