Запретное сердце

Ночь снова опустилась на замок, но на этот раз она не казалась тихой. Коридоры будто бы были длиннее, чем обычно, а каменные стены давили на грудь. Алатиэль шла по ним почти без сознания, с трудом удерживая глаза открытыми. Пульс бился неровно, будто стучал в висках. — Слишком много... слишком много всего... — прошептала она себе, опираясь на стену. Каждый шаг давался с усилием. Тяжёлое переутомление, тревога, бессонные ночи — всё это складывалось в один комок в её груди. Она не могла сосредоточиться, не могла думать. И вдруг ноги подкосились. В глазах потемнело, мысли растаяли. Её тело просто перестало слушаться. И мир исчез. ——— Деймос сидел возле неё на кровати. Она лежала неподвижная, бледная, словно сама ночь оставила только пустую оболочку. Исхудавшие руки, растрёпанные волосы, дыхание редкое и прерывистое. Он смотрел на неё и впервые почувствовал, как что-то сжалось в груди. Он не понимал, что это. Почему он сидит здесь? Почему ему не всё равно? Почему он ощущает эту странную тяжесть, которая не давала ни думать, ни дышать свободно? Он провёл рукой по краю кровати почти инстинктивно, не думая. Желание прикоснуться к ней, защитить, остановить что-то возникло само собой. И это было пугающе. Он не знал, как с этим справиться. Он не понимал, что делать с этой слабостью, которая прорезалась сквозь его привычный каменный панцирь. Внутри него было пусто, всегда пусто. Но теперь пустота дрожала. — Почему... — начал он сам с собой, не в силах найти слов, — почему я... не могу просто уйти? Его взгляд упал на её ладони — расслабленные, почти безжизненные. Деймос сжал кулаки, пытаясь понять: это жалость? милосердие? или что-то ещё, что он никогда раньше не ощущал? И чем дольше он сидел, чем дольше наблюдал за ней, тем сильнее чувство росло, сжимало грудь, давило на разум. Он видел свои привычные, холодные реакции на людей, на силу, на страх. Но здесь, рядом с ней, они не работали. Почему-то. Он всё же поднялся, хоть и с трудом. Всё же сделал шаг к двери, ещё раз оглянувшись на неё, задержав взгляд на дольше, чем нужно было. ——— Утро было серым и тихим. Не холодным — просто пустым, как будто замок ещё не до конца проснулся. Алатиэль вошла в зал медленно, всё ещё прислушиваясь к собственному телу. Голова была тяжёлой, мысли — рассеянными, но сознание уже держалось крепче. Правда, она не знала, кто был рядом с ней этой ночью. Деймос сидел за столом. Как всегда — прямой, собранный, облокотив голову на руку, будто задумавшись о чем-то. Перед ним стояла чашка с остывающим чаем. Он поднял взгляд, когда она вошла. Задержал его чуть дольше, чем обычно, но ничего не сказал. Алатиэль подошла к столу и села с краю. Между ними повисла пауза. Деймос посмотрел на неё. — Ты устала, — сказал он наконец. Ровно. Без вопроса. Она едва заметно усмехнулась. — Правда что ли? Он не отреагировал на иронию. Только отвёл взгляд и чуть сдвинул чашку по столу ближе к ней. Не глядя. Будто это было не важно. Алатиэль посмотрела на чашку чая, потом снова на него. — С-.. Спасибо... — дрожащим голосом сказала она, удивившись. Он не ответил. Лишь отвёл взгляд куда-то в окно, задумавшись на несколько секунд. — Почему? — произнёс он вдруг. Она чуть нахмурилась. — Почему что? Деймос сжал пальцы на краю стола, словно сам не был уверен, имеет ли право продолжать. — Почему ты довела себя до этого? — сказал он после паузы. Алатиэль отвела взгляд. Некоторое время молчала, глядя в чай, от которого поднимался слабый пар. — Потому что иногда... — начала она и остановилась. — Потому что я не умею по-другому. Он смотрел на неё внимательно, не перебивая. — Это не ответ, — сказал он. — Знаю, — она чуть пожала плечами. — Но честный. Между ними снова повисла тишина. Но теперь она была другой, не пустой. Деймос медленно откинулся на спинку стула. — В следующий раз, — произнёс он, — постарайся не падать посреди коридора. Он встал, явно собираясь уйти. — Это приказ? — спросила она, не поднимая глаз. Деймос остановился. Медленно он развернулся и посмотрел на неё каким-то другим взглядом. — Нет, — сказал он после паузы. — Предостережение. И вышел, исчезая в дверях. Алатиэль даже не допила чай. Голова всё ещё жутко болела, помутневший разум не мог уже переварить то, что говорил и делал Деймос и что происходило вокруг. Она встала, в глазах тут же потемнело. Чуть пошатываясь и придерживаясь рукою за стену, она дошла до своих покоев и просто упала на кровать, обернувшись пледом. Вряд ли бы она смогла заснуть, но и стоять на ногах тоже сил не оставалось. Тело было тяжёлым, чужим. В груди было пусто и холодно, будто внутри не осталось ни сил, ни мыслей — только усталость, тянущая вниз. Казалось, она всё же заснула. Только Нариэль известно, сколько проспала обессилевшая эльфийка, но открыть глаза ее заставил резкий стук в дверь. — Алатиэль, — голос был ровный, служебный, без эмоций. — Вас ожидают в зале. Она открыла рот, чтобы ответить, и поняла, что не может сразу найти слова. Голос застрял где-то глубоко, будто даже говорить требовало усилий. — Я... — она сглотнула. — Я не могу сейчас. За дверью повисла пауза. Слишком короткая, чтобы быть сочувственной. — Это приказ, — прозвучало сухо. Алатиэль медленно села, опираясь ладонями о кровать. Мир на мгновение качнулся. Она даже не смотрела на дверь, просто произнесла тихо: — Я не пойду. — Повелитель ожидает, — ответил голос за дверью. Алатиэль не нашла слов. Как и сил, чтобы встать. Она просто легла на кровать, отвернувшись к стене. — Он будет уведомлён о Вашем отсутствии. Шаги удалились, и это было даже страшнее, чем если бы стали настаивать. Она знала: отсутствие заметят. Следующие часы слились в одно длинное ожидание. Она то пыталась встать, то снова садилась, ощущая, как слабость накрывает волною быстрее, чем решимость. Время тянулось вязко, и где-то внутри росло тревожное, почти обречённое понимание: за ней придут. Не слуги. Он. ——— Деймос шёл быстро. Ему доложили сухо: Алатиэль не явилась. Не ответила приказу. Осталась в покоях. Этого было достаточно, чтобы вызвать раздражение, почти гнев. Неподчинение — слабость, и слабость следовало пресекать. Он уже знал, что скажет. Знал тон. Знал, каким взглядом заставит её вспомнить своё место. Знал, как оставит синяки на руках от своего сильного хвата. Он открыл дверь без стука. Слова застряли ещё до того, как он их произнёс. Алатиэль лежала, не шевелясь, завернувшись в одеяло, будто ей было холодно, хотя в комнате было тепло. Лицо бледное, руки худые от истощения. Глаза были закрыты, будто она спала. Но она открыла очи. Посмотрев на Деймоса, она не произнесла ни слова, а в глазах мелькнул не страх — принятие. — Вы звали, — сказала она тихо. — Я знаю, но... Она не смогла сказать больше ничего. Деймос почувствовал знакомое напряжение в груди — то самое, которое появлялось рядом с ней всё чаще. Он остановился в нескольких шагах, не подходя ближе. — Почему ты не пришла? — спросил он ровно. Она чуть покачала головой, словно ответ был слишком простым, чтобы его объяснять. — Я не смогла. Он ожидал чего угодно. Страха. Отговорок. Слёз. Но не этого спокойного, почти выцветшего признания. Он смотрел на неё и понимал: он не может приказать, не может крикнуть, не может даже посмотреть своим холодным, мёртвым взглядом. И это раздражало его сильнее, чем её неповиновение. — Тебе следовало сообщить, — сказал он после паузы. — Я пыталась, — ответила она. — Но… я не знала, как. Она опустила взгляд, будто даже этот короткий разговор отнимал силы. Деймос сжал пальцы, медленно выдохнул. В груди снова что-то сжалось — неприятно, неуместно, чуждо. Он не сказал того, зачем пришёл. Не сделал того, что собирался. — Отдыхай, — произнёс он наконец. И сам удивился этому слову. Он развернулся и вышел, не оглядываясь. А раздражение так и не ушло. Просто злился он больше на себя, чем на неё. ——————————————————————— Синий хвост рассекал холодный воздух. Замёрзшая земля под драконом искрилась сероватым льдом и белыми снегами. На горизонте показался знакомый замок. Такой же ледяной, как и весь Ксентарон, но не только внешне — у хозяйки его не было ни сердца, ни души. Только холод. Скай подлетел к воротам, которые открыли перед ним мгновенно. В тёмном зале его уже ожидала Минатрикс — Демоница, его Госпожа. — Здравствуй, Госпожа, — медленными шагами драконьих лап заходя в зал, прорычал Скай. — Здравствуй, Скай, — раздался величественный женский голос. — Докладывай. Он подошёл к ней и поклонился, немного встряхнув головой. — Энию захватывают ксентаронцы. Жители Энии пытаются сопротивляться, но нас больше, да и тёмные эльфы гораздо сильнее обычных. — Сильные сопротивления? — сказала не без интереса Минатрикс, пронзив его своими красными, как кровь, глазами. — Нет, Госпожа, — прошипел Скай, оглядывая зал, — Деймос всё делает как положено. Она улыбнулась. Хотя это было больше похоже на зловещую ухмылку. — Он не вспоминает ничего? — Нет, — продолжил Скай, — Экстера всё сделала наилучшим образом. — Ну, тут и твоя магия была очень кстати, — ухмыльнулась Минатрикс, чуть наклонив голову и подняв брови. — Убить Стеллу было наилучшим решением. — Благодарю, Госпожа. Всё идёт по плану, — гордо сказал он, оскалив зубы. У драконов это было подобно улыбке. — Отлично сработано, Скай! Она встала со своего трона, немного смахнув свой красный плащ в сторону, и подошла к Скаю. — А та эльфийская принцесса? Точнее, уже королева. Так называемая, — она улыбнулась. — Почти не вижу её. Слышал, что она теряет силы, почти не выходит из покоев, — отметил Скай. — А почему вы ещё её не убили? — мгновенно поменявшись в лице, спросила, повысив голос, Минатрикс. — Она нам ещё может пригодиться, — ответил Скай. — Например, если нам нужно будет сделать какое-либо заявление народу Энии, кому они больше поверят: кому-то из наших или ей? Демоница отвела взгляд и выдохнула, задумавшись. — Вдруг нам нужно будет подкрепление для армии? Энийцы — неплохие воины, не стоит их недооценивать, — заметил Скай, посмотрев в глаза Минатрикс. — Подкрепление? А с кем нам воевать? — Ну... — Скай стал медленным шагом бродить по залу. — Ирдис с его учеником могут задумать что-то. Я даже почти уверен, что задумывают. — А почему ты тогда их ещё не убил? — Нахмурив брови, сказала она на грани крика. — Понимаете, Госпожа... Деймос пообещал Алатиэль их не убивать. Зато мы однажды сможем взять их в плен, когда они понадобятся нам. А сейчас замок слишком хорошо укреплён, чтобы у них была даже надежда прорваться. — А если прорвутся? — Тогда поплатятся за это и своей, и её жизнью, — прошипел Скай, встав за задние лапы и выпустив огненное дыхание из своей пасти. Минатрикс подошла ближе к Скаю, чуть убавив огонь в своих глазах. Она погладила его по голове, злобно улыбнувшись. — Значит, ты хорошо постарался. — Мы постарались, — прорычал он глухо. Ксентарон отозвался ледяным, безжизненным молчанием. ——————————————————————— Камень под ногами был холодным, но ровным. Деймос закрыл за собой двери, и звук глухо растворился в глубине покоев. Здесь всегда было тихо. Не умиротворяюще, нет. Тихо. Высокие потолки терялись в полумраке, и свет проникал внутрь узкими полосами. Каменные стены были почти лишены украшений: ни гобеленов, ни символов, ни знаков власти. Деймос сделал несколько шагов вперёд и остановился. Он не спешил. Сняв перчатки, он положил их на холодную поверхность стола. Он снял доспехи. Холодный воздух игриво коснулся тела под рубашкой. Он подошёл к креслу у стены и сел, сделав глубокий выдох. Некоторое время он просто смотрел вперёд. В одну точку, где свет едва касался камня. Взгляд не фокусировался, будто мир потерял чёткость, а вместе с ней и необходимость быть ясным. В голове было пусто, и именно это пугало. Обычно там было холодно, расчётливо, ясно. Мысли выстраивались, как фигуры на доске: дебют, цель, гарде, шах, мат. Сейчас же — ничего. Только ощущение, будто что-то тянется из глубины, осторожно, настойчиво... и не спрашивает разрешения. Он закрыл глаза. Даже не по своей воле. Пальцы разжались. Он увидел что-то, похожее скорее на сон: поле битвы, сине-белый костюм, меч в его руках... Или не его? Он чётко видел всё от первого лица, и не просто видел — даже чувствовал, будто сам там был. Именно это отличало то, что ему приходилось наблюдать, от обычного сна. И он не мог открыть глаза. Мужской голос сзади окликнул: "Дельвиэт!", и он обернулся, увидев лицо, сликшим знакомое ему. Но он его не помнил. Деймос наконец-то смог открыть глаза. Он дышал очень резко, прерывисто; по спине пробежала дрожь; глаза бегали по тёмной комнате; сердце стучало слишком громко — так, что пульс отзывался в висках. Что это? Странный сон? Чья-то магия? Не похоже... Он немного отдышался, успокоив колотившееся сердце. Деймос, казалось, никогда не ощущал подобного... Да, замечал это чувство в глазах его жертв, но никогда не ощущал ничего такого сам. Он подошёл к окну. Место из этого... видения?.. было не похоже на Энию, которую он видел перед собой сейчас. Но и тем более не похоже на Ксентарон, погребённый подо льдом. Мысли не могли собраться, это чувство не могло утихнуть. И лишь ветер из окна чуть развевал его волосы. ——— Комната была полутёмной. За окном было светло, но шторы полностью закрывали солнечный свет. Алатиэль медленно проснулась, еще толком не открыв глаза. В последние пару дней она почти не ела, не выходила из покоев и только спала. — Не вставай, — прозвучал знакомый голос совсем рядом. Алатиэль моргнула. Ксайрэль сидела на краю кровати, сложив руки на коленях. Она не смотрела прямо, будто боялась спугнуть. — Я... — голос Алатиэль сорвался. — Я в порядке, — Лати попыталась привстать, облокотившись руками, но не смогла. Ксай не ответила сразу. Лишь чуть подтянула плед, укрывая плечи эльфийки. — Конечно, — тихо сказала она. — Ты всегда в порядке. Даже когда падаешь без сил. Алатиэль закрыла глаза. Несколько секунд они молчали. — Прости, — наконец выдохнула она. — За то, что тогда сказала тебе. Я не должна была... Ксайрэль покачала головой. — Ты имела право злиться, — спокойно ответила она. — Я пришла не за извинениями. Алатиэль открыла глаза и посмотрела на неё настороженно: — Тогда зачем? Ксай чуть улыбнулась — устало, без радости. — Чтобы проверить, как ты тут. Пауза снова повисла между ними. — Ты снова не ела, — заметила Ксай, глядя куда-то мимо. — И снова перегрузила себя. — Я не могу по-другому — почти автоматически ответила Алатиэль. — Я не спорю, — мягко сказала Ксай. — Я спрашиваю, зачем всё сразу. Алатиэль медленно сжала пальцы. — Если я остановлюсь, — тихо произнесла она, — я начну думать. Ксай наконец посмотрела на неё. Взгляд был внимательным, но очень осторожным. — О нём? Алатиэль отвернулась. — Обо всём, — прошептала она. — О том, что происходит. О том, кем я стала здесь. — Ты не стала его вещью, если боишься этого, — сказала она. — Но ты всё ближе к тому, чтобы перестать быть собой. Или перестать быть. Алатиэль резко вдохнула, словно это задело сильнее, чем она ожидала. — Ты не понимаешь, — с надрывом сказала она. — Если бы ты видела его так близко... так изнутри... Он не монстр, Ксай. — Конечно, — ответила Ксайрэль, но на лице её читалось полное несогласие. Алатиэль замолчала. Несколько секунд было слышно только её неровное дыхание. — Я накричала на тебя, потому что ты была права, — наконец сказала она глухо. — Наверно, права... И мне было страшно это признать. Но я не знаю! Мне всё равно кажется, что... — Алатиэль вздохнула, не договорив. — Я всё понимаю, — прошептала она, положив свои пальцы на её руку. Они сидели в полной тишине ещё с полминуты, но потом всё же Ксайрэль встала и пошла к двери, посмотрев ещё раз в глаза Лати. Она остановилась на пороге, не оборачиваясь. — Если тебе станет хуже, позови. Даже если кажется, что всё хорошо. Отдыхай. Дверь закрылась тихо. Алатиэль осталась одна. С мыслью, которая никак не давала покоя: а если она действительно исчезнет, кто первый это заметит? И заметит ли хоть кто-то? ——— — Ты знаешь, что сейчас обсуждают? Голос Ская был спокойный. Слишком спокойный для того, что произошло. Деймос не обернулся. Он стоял у огромного стола, перебирая какие-то бумаги. Не потому, что они были нужны, а потому что руки должны были быть заняты. — Пусть обсуждают, — сказал он ровно. — Это ничего не меняет. — Меняет, — ответил Скай. — Обычно ты не даёшь им поводов. Деймос глубоко вздохнул и бросил взгляд на дракона на долю секунды, затем снова отвернулся. — Это не провал, — произнёс Деймос. — Потери в допустимых пределах. Ситуация под контролем. Скай сделал шаг ближе. — Под контролем было до того момента, как ты пропустил этот участок. — Я ничего не пропускал. — Как ты тогда объяснишь наши потери на северо-западе, где энийцы взбунтовались? Деймос наконец-то повернулся. — Я принял решение, — холодно сказал он. — И оно было обоснованным. — Я знаю, — кивнул Скай. — Именно поэтому я здесь. Пауза. Слишком тяжёлая. — Ты видел риск, — продолжил Скай. — Но решил, что он вторичен. — Он был вторичен. — Для кого? Этот вопрос повис в воздухе. — Ты раньше не делал таких ставок, — сказал Скай тише, цокая когтями по полу. — Не на таких участках. — Ты хочешь сказать, что я стал неосторожен? — Я хочу сказать, что ты стал рассеян. А это хуже. Слово ударило точнее, чем обвинение. Деймос усмехнулся. — Осторожнее, Скай. — Я осторожен, — спокойно ответил тот. — Поэтому и говорю это сейчас, а не тогда, когда следующий просчёт будет стоить дороже. Деймос отвернулся обратно к столу. — Ты знаешь, сколько всего держится на мне, — сказал он. — Если я начну реагировать на каждую тень-.. — Ты реагируешь не на тени, — перебил Скай, встав прямо за спиной. — Ты не реагируешь там, где раньше реагировал автоматически. Деймос развернулся, посмотрев прямо в глаза Скаю. — И чего ты от меня сейчас хочешь? Предлагаешь воскресить наш отряд? Извини, я обладаю только чёрной магией, — сказал он с долей обиды. — Нет. Просто будь внимательнее. Не к миру. К себе. Дракон развернулся и величественно вышел из зала. Последняя фраза ударила больнее, чем Деймос ожидал. Ещё немного посмотрев в окно, Повелитель всё же вышел из зала и едва заметил взором тень, мелькнувшую за угол. Деймос быстро шагнул туда и увидел Алатиэль, стоявшую за стеной. — Я... Прости, я... — запиналась она. — Что ты здесь делаешь? Первый раз в жизни эльфийка видела его таким. Его взгляд... был потерянным. Пальцы перебирали край плаща, а дыхание было едва заметно сбитым. — Я просто... Шла мимо и случайно услышала... Я... Правда не хотела ничего подслушивать, — виновато опустив глаза в пол, сказала Лати. — Прости, пожалуйста. Деймос вздохнул, сделав маленький, почти незаметный, шаг к ней. — Я спрашиваю не потому, что тебе нельзя, а потому что ты же была слаба, и... — тут он понял, что сказал лишнего. Да он и не хотел этого говорить, слова будто вырвались сами. — Я имею в виду, что... к следующему моему приказу ты должна быть в силах явиться. — Я поняла, хорошо... — чуть слышно сказала Алатиэль. Деймос смотрел на неё как-то иначе. На секунду показалось, будто он её уже когда-то знал... Когда-то в прошлой жизни. Но это всё казалось бредом. Он списал всё на то, что не спал почти всю прошлую ночь. — Иди в покои, — произнёс он наконец. Это должно было звучать как приказ, но вышло скорее как просьба. — Хорошо... — сказала она на выдохе. Заглянув в его глаза, Алатиэль пошла наверх в свои покои. Её взгляд будто пронзил Повелителя, оставив в ступоре на пару секунд. Почему? Он сам не мог объяснить. Эти зелёные глаза в последнее время вырывали из него всю душу. Ну, или хотя бы то, что от неё осталось... ——————————————————— Замок стоял на уступе скалы, будто вросший в камень. Свет факелов был редким, он тускло мерцал, оставляя пятна света на каменных стенах. Караул этой ночью стоял только возле главных ворот, что отчасти напрягало ребят. — Слишком тихо, — негромко сказал Торвальд, не поворачивая головы. Ирдис кивнул: — Будто не ждут. Но скорее всего, это лишь ловушка, — буркнул он. Выглядывая из-за кустов по южную сторону от замка, они были готовы вызволить Алатиэль оттуда как можно скорее. Любой ценой. — Ты всё помнишь, полуэльф? — тихо проговорил маг, повернувшись на Дезмонда. — Да, конечно... — но его взгляд был устремлён на окна, в которых давно уже не горел свет. Он мечтал увидеть там знакомую фигуру... — Ещё раз, — решил повторить Ирдис. — Ты активируешь маскировочные чары, как я тебя учил. А я постараюсь ослабить магическую защиту у потайного входа со стороны утёса. Понял? — Понял, — ответил он, не отрывая взгляда от замка. Ирдис вдохнул, помотав головой, и махнул рукой на него, осторожно пробираясь сквозь ветки. Они двигались вдоль стены, почти прижимаясь к камню. Дезмонд шёл последним — слишком напряжённый, слишком быстрый, будто каждую секунду сдерживал желание броситься вперёд. Алатиэль была внутри. Эта мысль не давала ему спокойно дышать. — Дезмонд, — тихо, почти строго сказал Ирдис. — Дыши. Или ты выдашь нас раньше, чем стража. — Я в порядке, — шёпотом ответил тот. Ложь была очевидной. Ирдис остановился первым. Он поднял руку вверх в знак "стоп" и замер. Где-то выше — чей-то едва слышный шёпот. — Активируй маскировку, — прошептал Ирдис. Полуэльф поднял руку и сосредоточился. Над ними выросло заленоватое поле, видимое только магам. Даже Торвальд не видел его — просто верил своему другу. Ирдис закрыл глаза и опустил голову вниз. Он прикоснулся ладонью к стене, и холод камня будто стал глубже. Пространство рядом с ними слегка исказилось. Свет факелов стал ломаться, тени — двигаться не туда, куда должны. Он сделал несколько шагов вперед по влажноватой земле, за ним двинулись Дез с Торвальдом. Десять шагов. Пятнадцать. Ещё немного — и ниша, ведущая к старому служебному ходу. Дезмонда поглощали мысли, сердце начинало биться быстрее, чем ближе они подходили ко входу. Пальцы начали дрожать, максировочный щит слабел и мерцал, как бы сильно не напрягался Дез. Как назло, именно тогда с башни раздался резкий окрик: — Там кто-то есть! Торвальд выругался сквозь зубы и развернулся, прикрывая Дезмонда собой. Ирдис сделал шаг вперёд, чтобы удержать заклинание ещё на мгновение. И именно в этот момент воздух разрезал свист стрелы. Слишком точный. Ирдис вздрогнул. Его пальцы расслабились, магия оборвалась, будто нить, перерезанная ножом. Он сделал шаг назад. — Ирдис?.. — прошептал Дезмонд, подходя к магу. И только тогда стало видно, как тёмное пятно расползается по ткани его мантии в районе плеча. Торвальд посмотрел наверх. С башни на них смотрели стражники, нацелив стрелы. Он поднял свой щит и присел, закрыв Дезмонда. — Нам надо уходить отсюда, — проговорил он. — Ирдис... — Дезмонд сидел на коленях над почти уже потерявшим сознание магом. — Прости меня, прошу... — За нами точно уже идут со фронтов, Дез, идём. Стрелы летали вокруг, изредка отскакивая от едва защищавшего их щита Торвальда. Полуэльф был как будто в трансе. Со стороны и правда появилась тень. Но вдруг оттуда наверх прыснул луч сильной магии. Торвальд обернулся и увидел довольно знакомую фигуру в капюшоне. Эта магия обездвиживала лучников, обвивая их каким-то серым облаком. — Берите своего мага и быстро убирайтесь отсюда — промолвил напряженный голос. — Идите через лес, я догоню вас. ——— Деймос резко открыл глаза от странного чувства. Воздух вокруг будто дрожал, пространство искажалось. Он сонно протянул руку ладонью от себя... Магия. Очень сильная. Где-то в западном крыле. Быстро он вышел из покоев и направился к западной башне. Там лежали его слуги: живые, но обессиленные. — Что здесь произошло? — вдыхая ночной воздух, грозно спросил Повелитель. — Я... Не знаю, — кое-как поднявшись, проговорил один из эльфов. — Сначала сюда пришла эти недоспасители-.. — Ирдис и его ученик? — перебил Деймос. — Да. И с ними был ещё какой-то воин, не обладающий магией. Закашлявшись, лучник опустился по стене, пытаясь надышаться. — Мы обнаружили их, выстрелили. Кажется, даже ранили мага. И потом... — Как ранили? Я же давал вам приказ не трогать их! — подойдя к стражнику, повышенным голосом сказал Деймос. — Но его магия была слишком сильна, Повелитель, — всё ещё почти задыхаясь, говорил эльф. — Он почти полностью снял защиту с потайного хода. Деймос сделал паузу, осмотревшись вокруг. Обычно он не знал, что такое сочувствие, но сейчас... Будто бы внутри было что-то, что говорило ему: "Это всё твоя вина. Ты разрушаешь всё". Он всеми силами пытался заткнуть этот голос внутри. Деймос уже развернулся к проходу обратно в замок, когда вдруг остановился. — Стоп... — Он вновь вытянул руку вперед, еще раз удостоверившись. — Но эта магия, что я чувствую... — Да, это не Ирдис. И не его ученик. — отозвался голос сзади. Деймос развернулся. — Мы не поняли, чья это магия... — Это чёрная магия. Магия теней. А знаете, кто такой обладает? Все трое стражника молчали. Они были обычными эльфами, знавшими только белую магию, даже если она использовалась не для самых чистых идей. — Дроу, — выдохнув, сказал Деймос. Он опёрся на шероховатый камень, смотря свысока на то место, откуда почувствовал магию, остатки которой всё ещё витали в воздухе. — Значит, у Вас есть предатели? Деймос задумался. — Значит, у них есть союзники. Он покинул башню, направляясь в свой кабинет. Ночь обещала быть слишком тяжёлой. ——— Ирдис был почти без сознания. Кровь всё ещё текла, хоть и не быстро. Торвальд с Дезмондом осторожно несли тело через лес, но силы покидали обоих, особенно полуэльфа, у которого слёзы уже текли по щекам: от боли, усталости и вины. Вдруг ветки слева захрустели, оттуда выпрыгнула тёмная фигура, что их спасла несколькими минутами ранее. — Ну что, герой? Ты только ученик что ли? — это обращение было слишком знакомо Дезмонду. Но он был не в силах ответить. — Здравствуй, Лиор. И... Спасибо, — проговорил Торвальд. — Я не знаю, кто ты и что заставляет тебя помогать нам, но... — Вы не дотащите его далеко, — перебил Лиор, оценив ситуацию, всё также пряча глаза под капюшоном. Друзья было хотели что-то возразить, как вдруг Лиор напряг руку, поднимая её вверх, а вместе с тем и тело Ирдиса, и понёс его вперёд в нескольких сантиметрах от земли. — Простые эльфы редко обладают магией левитации, — чуть успокоившись, шепнул Дез Торвальду на ухо, послушно идя за Лиором. — Либо он тоже сильнейших маг, либо... дроу. — Дроу? — спросил Торвальд. — Это... типа тёмные эльфы. Они часто опасны и враждуют с обычными "наземными" эльфами, ведь сами зачастую живут в темноте подземелий. Но, что хуже, почти все они — слуги Деймоса. — Ты хочешь сказать, что ему не стоит верить? — Я не знаю... — ещё немного всхлипывая, Дезмонд опустил голову. — Но выбора у нас нет. Одежда Ирдиса иногда слегка задевала корни деревьев и обугленную, желтоватую траву. Лиору явно самому уже не хватало сил, чтобы нести Ирдиса над землёй. Но вдруг они вышли на небольшую опушку, где у дерева стоял шалаш из ветвей, будто заранее заготовленный для них. В нескольких метрах от него Лиор положил тело Ирдиса на землю и сам опустился на колени, пытаясь отдышаться. — Ты в порядке, Лиор? — подойдя, спросил Торвальд. — В полном, — ещё тяжело дыша, ответил тот. — Надеюсь, дальше сами его дотащите. Я пока найду чего-нибудь для костра. — Спасибо... — сказал рыцарь, но Лиор не ответил, а просто с грацией кошки скрылся во тьме леса. ——— Ирдис сидел, привалившись спиной к корню старого дерева, возле которого был построен шалаш. По рукаву правой руки беспощадно стекала кровь. Дезмонд сидел в нескольких метрах и наблюдал, пока его сердце замирало от вины при каждом взгляде на Ирдиса, а в перед глазами то и дело представал момент, как Ирдис падает на землю. Лиор был где-то снаружи, кружился у костра. А Торвальд сидел рядом с Ирдисом. Лес вокруг был тих... Слишком тих для того, что только что произошло. — Не двигайся, — сказал Торвальд по-военному спокойно. Стрела вошла под углом, сверху. Древко торчало неловко, словно чужое. Кровь шла, но не пульсировала. — Сосуды целы, — выдохнул Торвальд. — Пока. Дезмонд слегка напрягся. — Если вытащить... — начал он и замолчал. — Не смей! — крикнул Лиор снаружи, зайдя через несколько секунд. — И кто только тебя учил, воин? Лиор глубоко вздохнул, подсев к Ирдису с другой стороны и наконец-то скинув свой плащ. Дезмонд был прав — дроу. С лавандовыми глазами, обсидиановой кожей и светлыми, длинными волосами. Друзья переглянулись, но решили никак на это не реагировать. — Ваш маг жив, пока наконечник стрелы внутри. Если вытащить, мы здесь потонем в крови, — осмотрев еще раз рану, сказал Лиор. — Стрелял явно профессионал, а не садист. Наконечник тонкий, листовидный, не зазубренный... Это хорошо. Он осмотрел сидящих неподвижно друзей, с заинтересованными взглядами смотревших на него. — Слышь, герой, — наконец сказал дроу, — я там воду кипячу на костре. Найди мне любую ткань и окуни в эту воду. Нам надо промыть рану, — он повернулся на Торвальда. — А ты, воин, возьми любую крепкую ткань и перевяжи прямо вокруг стрелы, но не по наконечнику. Ослушаться было невозможно. Полуэльф оторвал от рубашки небольшой кусок коричневатой ткани, а Торвальд взял свой ремень, перевязав руку Ирдиса. Кровь почти перестала идти. В этот момент, казалось, старый маг начал немного приходить в себя. — Лиор?.. — прошептал тот, пока дроу промывал его рану. — Я, я... Кто ж ещё... — даже не взглянув на Ирдиса, пробурчал он. — Больно? — Не больнее, чем получить стрелой, — на губах не секунду появилась слабая улыбка. Когда Лиор взялся за обломок стрелы, мышцы плеча Ирдиса сами напряглись, словно тело пыталось защититься. — Сейчас, — сказал он, — дыши. Всё в порядке. Он тянул медленно строго по траектории входа. Ирдис резко вдохнул, поджав губы. Плечо дёрнулось, пальцы второй руки вцепились в землю. На миг показалось, что наконечник застрял, но потом он вышел. Кровь пошла сильнее. Лиор затянул ремень еще сильнее и прижал ткань к ране. — Рука... — сказал Ирдис глухо. — Я её не чувствую. — Чувствуешь. Просто тело не даёт двигаться, — ответил Лиор. — Это хорошо. Значит, нервы целы. — Сустав задет, — добавил он тише, посмотрев на сидевших рядом друзей. — Он выживет, если не будет воспаления, — уложив Ирдиса на свой плащ, сказал Лиор. "Он выживет, если..." — эти слова эхом отозвались в голове Дезмонда, что он даже вздрогнул. Если бы Ирдис умер из-за него, сердце полуэльфа бы этого просто не выдержало. — Дезмонд… — голос был хриплым, едва слышным. Дезмонд сразу оказался рядом. — Я здесь. Я тут. Прости меня, я-.. — Не сейчас, — тихо перебил Ирдис. — Послушай. Он попытался повернуть голову, но боль скрутила его, и он замер, тяжело дыша. — Если… — он сделал паузу. — Если я не доживу до утра. — Не говори так, — резко сказал Дезмонд. — Ты выживешь. Я не позволю-.. — Дез, — мягко сказал Ирдис, протянул пальцы здоровой руки к нему. — Это не просьба о разрешении. Это просьба о внимании. Дезмонд сжал зубы и кивнул. На глазах вновь появились слезы, губы задрожали. — Ты должен закончить обучение. Сам. — Я не смогу без тебя, — сорвалось у Дезмонда. Полуэльф опустил голову на грудь учителя, заплакав. Ирдис медленно зарыл пальцы в волосах Дезмонда, чуть усмехнувшись. — Сможешь, — спокойно ответил он. — Потому что уже делаешь это. Даже сейчас. Он прикрыл глаза. — Пообещай мне. Молчание тянулось несколько секунд. — Обещаю... — наконец сказал Дезмонд. И голос у него дрожал. Ирдис выдохнул. И на этот раз чуть спокойнее. ——————————————————— Алатиэль открыла глаза с первыми лучами солнца. Сегодня ей было на удивление получше, хотя голова всё ещё ощущалась очень тяжёлой. Она выглянула в окно. Она, казалось, уже начинала привыкать к безжизненному пейзажу Энии, к тому, что птицы больше не пели по утрам, а воздух был наполнен запахом дыма. Лати тихо вышла из покоев. По замку еще не разошлись слуги, вокруг было довольно тихо. Слишком напряженная атмосфера витала кругом, будто ночь здесь была неспокойной. Она остановилась у дверей, думая, не зря ли вышла из комнаты. Двое слуг, стоявших у лестницы в конце коридора, совсем не заметили Лати. Они были увлечены разговором в каком-то полусонном состоянии. Их голоса доносились до Алатиэль с трудом, но слишком тихо было в замке, чтобы она не расслышала: — ..говорят, маг серьезно ранен... Лати замерла. Это же может быть любой маг, верно? — ..а тот полуэльф?.. Нет. Этого быть не могло — Алатиэль точно знала. Или хотела верить... Кулаки её сжались, в глазах будто снова потемнело, но в этот раз не от усталости. Однако, подойти к стражам она не могла осмелиться... Но и расслышать больше ничего не могла. Она в полубреду пошла вперёд по коридору, куда только начинал проникать солнечный свет из высоких окон, оставляя полосы на полу. Куда Лати шла — она не знала. Всё было как будто ещё во сне, но нет, руки дрожали наяву... Вдруг она заметила Ксайрэль, стоящую неподалёку от арсенала. — Ксай! — подбежала к ней Алатиэль, схватив за руку. — Почему ты так рано? Что случи-.. — Это правда, что Ирдис ранен? — перебила её Алатиэль, тяжело дыша. Ксайрэль опустила глаза в пол. — Откуда ты знаешь? — после долгой паузы сказала она. — Так значит... — Лати застыла, будто перестав дышать. — Значит, правда... Что с ним? Он жив? — Я не знаю, дорогая, честно, — положив руку на плечо эльфийки и посмотрев в глаза, ответила Ксай. Взгляд её был тяжёлым, но очень искренним. Алатиэль отошла от неё на пару шагов. — Он же обещал... — прошептала она дрожащим голосом. Лати сорвалась с места, побежав в сторону лестницы не третий этаж, где находились покои и кабинет Деймоса. Её поймала за руку Ксайрэль: — Тебе нельзя туда идти, да и ты ничего не исправишь уже! — Отстань! — пытаясь убрать руку Ксай со своей, прокричала Алатиэль. Ксайрэль отпустила, бросив ей вслед взгляд, будто кричащий "это того не стоит"... Дверь в его кабинет была приоткрыта. Алатиэль вошла, почти не дыша. Деймос стоял у стола, спиной к двери, рисуя что-то пером на большом листе бумаги. Он поднял голову, услышав шаги. — Что ты здесь делаешь? — Я знаю, что Ирдис ранен, — сделав пару шагов внутрь, сказала Лати. Он обернулся медленно, словно каждое движение давалось с усилием. — Откуда? — Это не важно! — Она сжала пальцы. — Ты же обещал... Несколько секунд он просто смотрел на неё. Потом отвернулся, посмотрев в окно. — Ты хоть понимаешь, что сейчас происходит? — Я понимаю достаточно. — Нет, — В его голосе появилась жёсткость. — Ты видишь только то, что хочешь видеть. Он вновь посмотрел на неё, а в глазах читался не холод, не усталость, не боль — тяжесть. — Ты думаешь, я не устал? Думаешь, мне легко держать всё это на себе? Алатиэль сделала шаг вперёд, но остановилась. — Это не оправдание. Он опустил взгляд в пол, тяжело вздохнув, и опёрся на край стола. — Ты правда считаешь, что можешь судить? После всего, что я сделал, чтобы ты вообще была здесь? Тишина натянулась. — Ты и так осталась в живых только благодаря мне. Слова прозвучали холодно. Почти буднично. Алатиэль вздрогнула, будто её ударили. — Значит, вот так ты это видишь, — тихо сказала она, чувствуя, что в горле встал ком. Деймос молчал. Она выпрямилась. Голос прозвучал не с капризом, даже не с болью. С усталостью. — Знаешь, да лучше бы меня не было в живых. Он резко шагнул к ней, посмотрев в глаза. — Алатиэль... Но она уже развернулась и вышла. Без слёз. Без оглядки. Громко хлопнув дверью. Деймос остался стоять, не двигаясь. Потом медленно подошёл к столу, упёрся ладонями и бросил взгляд в окно. Утро было слишком солнечным для того, что произошло в последние часы. — Чёрт возьми… — прошептал он. Но потом сил держать всё это в себе не осталось. Кулаки его обрушились на стол, бумаги полетели на пол, чернила растеклись тёмным пятном, но боль от удара даже близко не смогла бы сравниться с болью на душе. На душе, которую все считали давно уже мёртвой. Но может ли погибшая душа ощущать тяжесть в груди, одиночество и страх? Он наклонился вперёд, тяжело дыша, будто стол удерживал его от падения. И он теперь точно не знал, кого ненавидит больше: её или себя.