Между ударами часов

Щека горела. Драко медленно поднял руку и провёл пальцами по коже, ощущая пульсирующее тепло от удара. Каменная лестничная площадка на секунду будто потеряла чёткость — не от боли, а от того короткого всплеска ярости, который поднимается из глубины и требует выхода. Он уже собирался опустить руку, когда заметил, что взгляд Люциуса вдруг перестал быть направленным на его лицо. Отец смотрел ниже. На его шею. Несколько секунд Люциус ничего не говорил. Его холодные глаза сузились, словно он пытался разглядеть какую-то мелкую деталь, которая не вписывалась в привычную картину мира. Тонкая серебряная цепочка едва заметно поблёскивала на шее Драко. А на ней — кулон. Тот самый. Тёплый металл, который Полумна вложила ему в ладонь несколько часов назад. Люциус сделал едва заметное движение. Резкое, почти хищное. Его рука взметнулась вперёд. Пальцы схватили цепочку у самого кулона. Драко даже не сразу понял, что происходит. Он всё ещё приходил в себя после удара, когда резкое движение дёрнуло его вперёд. Серебряная цепочка натянулась, больно впилась в кожу, а затем с тихим металлическим треском оборвалась. Кулон оказался в руке Люциуса. Цепочка безвольно повисла на пальцах. Несколько секунд Драко просто смотрел на руку отца, не до конца осознавая случившееся. Потом его взгляд медленно поднялся. И в этот момент внутри него что-то опасно сдвинулось. Люциус рассматривал кулон так, словно держал в пальцах какой-то мусор, случайно прилипший к его перчатке. — Если ты не образумишься, — произнёс он тихо, почти устало. — ты уничтожишь себя быстрее, чем я предполагал. Он поднял глаза. Взгляд стал ледяным. — И никогда… — его голос резко стал жёстче. — никогда не смей говорить о Тёмном Лорде в подобном тоне. Ты меня понял? Лестничная площадка снова наполнилась шумом далёких трибун. Но между ними стояла тяжёлая, холодная тишина. Люциус перевёл взгляд обратно на кулон. Секунда. Две. Его губы презрительно искривились. — Детские безделушки. Хруст раздался сухо и резко. Серебряный кулон треснул под его пальцами. А в следующую секунду Люциус небрежным движением бросил его в сторону. Металл ударился о каменную стену лестничной площадки и со звоном упал на пол. Этот звук оказался странно громким. Слишком громким. И именно в этот момент у Драко окончательно сорвало внутренние тормоза. Ярость ударила в голову так резко, что на мгновение потемнело в глазах. Он мог. Он действительно мог это сделать. Один шаг вперёд. Один точный удар. Сбить Люциуса с ног. Прижать к полу. Разбить лицо о каменные ступени, пока холодное спокойствие отца не исчезнет из его глаз. Эта мысль была такой ясной, такой простой и такой соблазнительной, что руки Драко сами сжались в кулаки. Костяшки побелели. Он сделал шаг вперёд. Люциус этого даже не заметил. Или сделал вид, что не заметил. Но Драко остановился. Остановился не потому, что боялся. А потому что слишком хорошо понимал одну простую вещь: этот удар ничего не изменит. Он медленно вдохнул. Ярость кипела в груди, требуя выхода, но вместо этого он с усилием загнал её глубже, туда, где уже лежали десятки других подобных эмоций. Когда Драко снова заговорил, его голос был тихим. Опасно тихим. Он подошёл ближе. Настолько, что между ними осталось меньше шага. И произнёс так, чтобы отец услышал каждое слово. — Запомни одну простую вещь, отец. Люциус медленно перевёл взгляд на сына. Драко смотрел ему прямо в глаза. В этих глазах больше не было ни страха, ни колебаний. — Ты можешь ломать вещи. — спокойно сказал он. — Можешь ломать украшения, мётлы, даже людей, если они достаточно глупы, чтобы позволить тебе это. Он слегка наклонил голову. — Но есть одна проблема. Я больше не твоя собственность. Тишина стала плотной. Почти тяжёлой. И Драко добавил, едва слышно, но так, чтобы каждое слово врезалось в память: — Так что если ты ещё раз поднимешь руку… или попробуешь тронуть то, что принадлежит мне… Он сделал короткую паузу. Где-то внизу снова взорвался гул трибун. — Клянусь, отец… ты впервые в жизни узнаешь, как это — когда Малфой стоит против тебя. Он выпрямился. И последние слова прозвучали почти шёпотом. — И поверь… тебе очень не понравится тот человек, которым я стал.

***

Шум стадиона нарастал, как далёкая буря, которая пока ещё не дошла до берега, но уже чувствуется в воздухе тяжёлым напряжением. Голоса зрителей накатывали волнами, эхом отражаясь от каменных стен зданий, где временно разместили команды. Где-то гремели двери, слышались быстрые шаги игроков, короткие оклики организаторов, смех, нервные разговоры. Но Драко Малфоя нигде не было. Сначала никто не придал этому особого значения. Блейз Забини лишь лениво заметил, что их капитан, вероятно, снова решил пройтись перед матчем — привычка, которую Драко приобрёл за последние месяцы. Он часто уходил один, чтобы привести мысли в порядок перед игрой. Прошло десять минут. Потом двадцать. И только когда организаторы начали проверять готовность команд, Блейз нахмурился. — Ладно… — пробормотал он, поднимаясь с кровати. — Это уже начинает выглядеть подозрительно. Через несколько минут половина слизеринской команды уже рыскала по коридорам старого дома, где их разместили. Двери комнат открывались одна за другой. Заглядывали в холлы, на лестницы, в комнаты отдыха, даже на кухню, где несколько домовиков с недоумением смотрели на взволнованных студентов. — Его нигде нет. — раздражённо бросил один из игроков, возвращаясь с улицы. — Я обошёл задний двор. Блейз медленно провёл рукой по подбородку. — Чёрт побери, Малфой… — тихо произнёс он. — Только попробуй сказать, что решил эффектно исчезнуть перед матчем. Но Драко действительно исчез. Настолько тихо и незаметно, словно растворился в воздухе.

***

На самом деле он находился совсем недалеко. Между двумя каменными зданиями, чуть в стороне от главной улицы, был узкий проход, который большинство студентов даже не замечало. Старые стены почти сходились друг с другом, оставляя лишь тёмный коридор, где редко появлялся свет. Туда не доходил шум толпы полностью — он превращался в приглушённый гул, похожий на далёкий прибой. Именно там Драко и сидел. Он опустился прямо на холодную каменную плиту у стены, вытянув ноги перед собой и уперевшись спиной в грубую кладку. Волосы растрепались после резкого движения, несколько светлых прядей падали на глаза, но он не пытался их убрать. Ему было всё равно. В пальцах он держал маленький серебряный кулон. Точнее — то, что от него осталось. Тонкая цепочка была порвана. Сам кулон треснул пополам. Металл слегка погнулся там, где пальцы Люциуса сжали его слишком сильно. Драко долго смотрел на него, не двигаясь. Ярость внутри не исчезла. Она медленно горела, как тлеющие угли. Он мог починить кулон. Любой второкурсник смог бы произнести простое заклинание восстановления. Металл срастётся, трещина исчезнет, цепочка снова станет целой. Но Драко знал, что это будет уже не то. Этот кулон Полумна вложила в его ладонь, без громких слов, без пафоса. Просто с той самой тихой улыбкой, в которой всегда было больше смысла, чем в длинных речах. И сейчас Драко смотрел на треснувший металл и ощущал странную тяжесть в груди. Люциус сломал не просто украшение. Он сломал то, к чему Драко относился серьёзно. Очень серьёзно. — Чёртов… — тихо выдохнул он, сжав пальцы. Он даже не договорил. Ярость снова поднялась внутри. И именно поэтому он ушёл сюда. Подальше от людей. Потому что сейчас ему совершенно не хотелось кого-нибудь видеть. И уж тем более — разговаривать. Если бы кто-нибудь из команды попался ему под руку в таком состоянии… всё могло закончиться очень плохо. Драко снова посмотрел на кулон. Металл тускло блеснул. И в этот момент он вдруг понял, что больше не один. Он не слышал шагов. Не заметил, как кто-то вошёл в узкий проход. Но ощущение чужого присутствия возникло внезапно. Драко медленно поднял голову. И не удивился. Перед ним, присев на корточки, была Гермиона Грейнджер. Густые каштановые волосы слегка растрепались от ветра. Она смотрела на него спокойно. Внимательно. Как человек, который уже давно всё понял. — Драко… — тихо сказала она. — Почему ты здесь? Он пожал плечами. — Просто. — отвечать подробно ему совершенно не хотелось. Гермиона какое-то время молчала, затем вздохнула. — Тебя ищет половина команды. — сказала она. — Блейз уже обошёл почти всю территорию. Она чуть наклонила голову. — А ты сидишь тут. Драко молчал. Шум стадиона стал чуть громче. Где-то вдали толпа снова взорвалась криками. Гермиона посмотрела на него внимательнее. — Матч начнётся через полчаса. — продолжила она. — Ты должен... — Я никуда не пойду. — Он сказал это спокойно. Но слишком резко. Гермиона замолчала. Драко опустил взгляд на кулон. — Для меня этот чемпионат сейчас ничего не значит. — тихо сказал он. — После разговора с отцом… — Он резко выдохнул. — Я сейчас на взводе. Он даже не заметил, что начал говорить больше, чем собирался. Гермиона внимательно слушала. И вдруг её голос стал мягче. — Драко… — сказала она. Он поднял глаза. — Ты не обязан быть продолжением своего отца. Она произнесла это спокойно. Без обвинений. Без нравоучений. — У тебя есть свои решения. Свои ошибки. Свои победы. — продолжила она. — И твоя жизнь — это не его сценарий. Драко смотрел на неё молча. Гермиона слегка улыбнулась. — Забудь всё, что он сказал. Она кивнула в сторону стадиона. — На трибунах тебя ждёт Полумна. Имя прозвучало тихо. Но в голове Драко словно щёлкнул переключатель. Гермиона продолжила: — Она волнуется за тебя. — чуть усмехнувшись. — Даже если делает вид, что нет. Драко медленно моргнул. Гермиона поднялась на ноги и скрестила руки. — Так что, Малфой… — сказала она. — поднимай свою задницу с пола. Он поднял бровь. — Серьёзно. Она кивнула в сторону стадиона. — Через двадцать пять минут начнётся матч. И если капитан команды Слизерина не появится, это будет выглядеть довольно жалко. Она помолчала. А потом добавила чуть тише: — К тому же… ты же не хочешь разочаровать одну девушку, которая тайно за тебя болеет? Драко не ответил. Но он прекрасно понял, о ком речь. Несколько секунд он сидел неподвижно. Потом резко поднялся. Он провёл рукой по волосам, встряхнул головой. Светлые пряди растрепались ещё сильнее, но сейчас его это совершенно не волновало. Кулон он аккуратно убрал в карман формы. Застегнул карман. Плотно. Слишком плотно — потому как боялся потерять. И в этот момент в его взгляде снова появилось знакомое холодное упрямство. Теперь всё стало предельно ясно. Этот чемпионат больше не был просто соревнованием. Это стало вызовом. Драко медленно выдохнул. — Хорошо. — тихо сказал он. Гермиона слегка прищурилась. — Хорошо? Он посмотрел в сторону стадиона, откуда доносился оглушительный рёв трибун. И на губах Малфоя появилась короткая, опасная усмешка. — Я покажу им, на что способен. Он развернулся и направился к выходу из узкого прохода. Гермиона посмотрела ему вслед.Она ещё какое-то время стояла на месте, слушая, как шаги Драко постепенно растворяются в шуме, который катился со стороны стадиона тяжёлой, нетерпеливой волной. Потом она лишь тихо фыркнула, поправила растрёпанные волосы и пробормотала почти себе под нос: — Только попробуй сегодня проиграть, Малфой… после всей этой драмы. И направилась обратно к трибунам.

***

К стадиону вели освещённые фонарями дорожки. Вечер уже окончательно вступил в свои права. Небо стало густым, почти бархатным, а над башнями стадиона медленно поднимались магические огни — десятки светящихся сфер, которые плавали в воздухе и заливали всё вокруг мягким золотым светом. Толпа студентов, гостей и игроков стекалась к огромным трибунам. Слышались смех, громкие споры, крики продавцов сладостей, и где-то совсем рядом кто-то азартно орал: — Десять галлеонов на победу Гриффиндора! — Да пошёл ты. — тут же отозвался другой голос. — Слизерин сегодня их разнесёт! — Ты серьёзно? Поттер против Малфоя? Это будет мясо! Фамилия Малфоя звучало всё чаще. И каждый раз, когда её произносили, кто-то обязательно добавлял: — Говорят, он сейчас летает как чёртов демон.

***

Драко прошёл через главный вход для игроков. Его лицо снова стало привычно спокойным. Холодным. Сдержанным. Словно тот разговор на лестничной площадке произошёл много часов назад, а не всего час назад. Но внутри всё ещё тлело. Не ярость. Что-то более холодное. Он прошёл по коридору, где уже суетились игроки разных команд. Кто-то проверял метлу, кто-то натягивал перчатки, кто-то просто нервно ходил туда-сюда. Потом дверь открылась. И он вошёл в общий шатёр. Внутри было шумно. Большое пространство шатра было разделено лишь условно — несколько столов, стойки с метлами, ящики с мячами. Флаги разных школ свисали с магических стоек. Запах кожи, дерева и холодного вечернего воздуха смешивался с возбуждёнными голосами игроков. Команда Слизерина уже была здесь. Блейз Забини первым заметил его и резко выпрямился. — О, наконец-то. — протянул он, скрестив руки. — Его высочество решило вернуться. Остальные слизеринцы обернулись почти одновременно. — Малфой! — раздражённо выдохнул один из охотников. — Где тебя носило? — Мы тебя искали по всей территории! Блейз подошёл ближе и прищурился. — Если ты решил устроить драматическое исчезновение перед матчем, предупреждай заранее. Я хотя бы успею поставить деньги на наш проигрыш. Драко лишь спокойно снял перчатки и бросил их на стол. — Расслабься, Забини. Он посмотрел на команду. — Я здесь. Блейз ещё секунду внимательно изучал его лицо. Потом вдруг ухмыльнулся. — Отлично. Потому что через несколько минут нам выходить. Он кивнул на выход шатра. — И если ты вдруг не заметил, трибуны там уже сходят с ума. Шум снаружи действительно становился громче. Он был похож на раскаты далёкого грома. Драко сделал несколько шагов вперёд. И именно тогда он заметил другую фигуру. Чуть дальше, у противоположной стойки с метлами, стоял Гарри Поттер. Вокруг него была команда Гриффиндора. Рон Уизли что-то возбуждённо рассказывал, активно размахивая руками, а Джинни Уизли лениво проверяла ремешки перчаток. Поттер поднял голову. И их взгляды встретились. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга через шумный шатёр. Когда-то между ними почти всегда была ненависть. Сейчас — скорее напряжённое соперничество. Драко слегка кивнул. — Поттер. Гарри подошёл ближе. — Малфой. Рон сразу напрягся. — О, прекрасно. — буркнул он. — Только этого нам и не хватало. Но Гарри лишь коротко усмехнулся. — Готов проиграть? Драко поднял бровь. — Мечтай дальше. Пауза. И неожиданно для всех он спокойно добавил: — Удачи на поле, Поттер. Рон моргнул так, словно услышал что-то совершенно невозможное. Гарри секунду смотрел на него. А потом ответил: — Тебе тоже, Малфой. Он слегка пожал плечами. — Пусть победит самый быстрый. — Или самый умный. — тихо добавил Драко. Рон перевёл взгляд между ними. — Я… я что-то пропустил? — пробормотал он. — Да, — сухо ответила Джинни. — Эволюцию. В этот момент к центру шатра подошёл человек в тёмной мантии организаторов. — Внимание, команды! Шум постепенно стих. — Первый этап чемпионата начинается через две минуты. Он развернул свиток. — Первая игра: команда академии магии Бобатон, против команды Гриффиндора под руководством Гарри Поттера. В шатре сразу раздался гул. — А вторая игра… Он перевёл взгляд на слизеринцев. — команда институт Дурмстранг против команды Слизерина под руководством Драко Малфоя. На секунду стало тихо. Потом Блейз тихо присвистнул. — Ну конечно… — пробормотал он. — Самых дружелюбных ребят прислали именно нам.

***

— Команды на позиции! — громко сказал организатор. Мётлы поднимались со стоек. Игроки садились на них. Кожа перчаток скрипела. Кто-то нервно выдохнул. Кто-то рассмеялся. Блейз толкнул Драко плечом. — Ну что, капитан… Он кивнул на выход. — Покажем им, почему нас ненавидят? Драко легко вскочил на метлу. — Они нас ненавидят не поэтому. — А почему? Он посмотрел на Блейза. — Потому что мы выигрываем. Снаружи вспыхнул магический сигнал. Резкий золотой луч ударил в небо. И шатёр открылся. Команды одновременно взмыли вверх. Трибуны взорвались. Тысячи голосов слились в единый рёв. — ПОТТЕР! — МАЛФОЙ! — ГРИФФИНДОР! — СЛИЗЕРИН! Флаги колыхались в воздухе. Магические огни кружили над стадионом. Драко вылетел на поле одним из первых. Холодный вечерний ветер ударил в лицо. И мир вокруг вдруг стал простым. Поле. Метла. Скорость. Игра. Он медленно поднялся выше. Глаза автоматически пробежали по трибунам. И нашли её. Полумна сидела рядом с Гермионой почти у самого края сектора Когтеврана. Она смотрела прямо на него. И улыбалась. Тихо. Спокойно. Словно весь этот ревущий стадион не имел никакого значения. Её губы едва заметно шевельнулись. — Удачи. И Драко вдруг почувствовал, как на губах появляется та самая улыбка. Настоящая. Потом он перевёл взгляд на поле. Игроки Дурмстранг уже вылетали навстречу. Их метлы двигались резко. Быстро. Агрессивно. Драко наклонился вперёд. Пальцы крепче сжали древко метлы. И когда судья поднял руку с квоффлом, в его глазах загорелось то самое холодное, упрямое пламя. Игра начиналась. Матч начался не просто резко — он рухнул на стадион, как удар молнии в сухое дерево. Свисток судьи ещё не успел окончательно раствориться в воздухе, а игроки Дурмстранга уже пошли в атаку так, будто вышли не на турнир, а на войну. Их построение было грубым, агрессивным, почти звериным. Они не пытались прощупать соперника. Не выжидали. Не играли осторожно. Они ломали темп с первых секунд. Первый слизеринский загонщик едва успел подняться выше центральных колец, когда в него врезался один из игроков Дурмстранга. Удар был настолько сильным, что трибуны ахнули одновременно. Метла ушла в сторону, парень потерял управление и полетел вниз, чудом успев затормозить у самой защитной сетки. — Да они совсем с ума сошли! — выкрикнул кто-то с трибун. Но это было только начало. Спустя несколько секунд второй удар пришёлся уже по охотнику Слизерина. Бладжер, пущенный почти в упор, ударил того в плечо с таким звуком, что даже сидящие на верхних рядах невольно дёрнулись. Игрок сорвался с метлы и рухнул на запасную платформу под свист и крики толпы. Трибуны взорвались. Кто-то кричал от восторга. Кто-то — от ужаса. Судьи уже что-то орали в магические усилители голоса, но поле давно перестало слушать правила. Полумна сидела неподвижно. Её глаза внимательно следили за тем, как над стадионом сталкиваются фигуры игроков, как вспыхивают заклинания защитных чар вокруг трибун, как бладжеры с рёвом рассекают воздух. Рядом Гермиона нервно сжимала пальцами край шарфа. — Мне это не нравится. — неожиданно тихо сказала Полумна. Гермиона повернула к ней голову. Полумна продолжала смотреть на поле. — Совсем не нравится. В её голосе не было паники. Только странная уверенность, от которой по спине пробегал холод. — У меня очень плохое предчувствие. — добавила она едва слышно. — Такое чувство, будто сегодня произойдёт что-то… неправильное. Что-то, чего никто не ждёт. Гермиона тяжело выдохнула, пытаясь не смотреть вниз, где очередной игрок едва избежал столкновения с трибуной. — Это чемпионат, Полумна. Здесь все хотят победить. Особенно сейчас. — Она нахмурилась, наблюдая, как судья что-то яростно кричит капитану Дурмстранга. — Такие игры всегда становятся жёсткими. Иногда даже слишком. — Нет. — спокойно произнесла Полумна. Она чуть склонила голову набок. — Это другое. Гермиона хотела ответить, но в этот момент стадион снова взорвался криками. Потому что Драко Малфой только что выбил с поля сразу двоих. Он двигался так быстро, что взгляд не всегда успевал за его метлой. Серебристо-чёрная форма Слизерина мелькала между игроками Дурмстранга, словно тень. Один из охотников попытался перехватить его у центральных колец — Драко резко ушёл вниз, почти коснувшись древком метлы защитных чар, а потом поднялся вверх под таким углом, что преследователь потерял управление и врезался прямо в своего же загонщика. Трибуны взревели. — МАЛФОЙ! — ЧЁРТОВ ПСИХ! — ОН ИХ УНИЧТОЖАЕТ! На губах Драко появилась короткая ухмылка. Та самая. Опасная. Раздражающая. Невыносимая. И именно она окончательно вывела из себя капитана Дурмстранга. Высокий парень с тяжёлым взглядом и короткими тёмными волосами смотрел на Малфоя так, будто уже мысленно сбрасывал его с метлы вниз головой. В нём не осталось спортивного азарта. Только желание раздавить. Уничтожить. Стереть с лица Драко это ледяное самодовольство. И Драко это понял почти сразу. Он почувствовал чужое внимание ещё до того, как заметил преследование. Капитан Дурмстранга начал идти за ним по пятам. Жёстко. Упрямо. Методично. Первое столкновение произошло у западной трибуны. Их мётлы ударились так сильно, что воздух треснул. Драко едва удержал равновесие, резко выворачивая древко в сторону. — С дороги, Малфой! — рявкнул капитан Дурмстранга. — Попробуй заставить меня. — холодно бросил Драко. И понеслось. Теперь это уже не было похоже на квиддич. Это была настоящая бойня в небе. Они сталкивались плечами, подрезали друг друга, уходили в смертельно опасные пикирования, где любой неверный рывок мог закончиться падением. Несколько раз трибуны замирали, когда обе метлы практически врезались в защитные башни стадиона. Блейз, пролетая мимо, только ошарашенно выдохнул: — Да вы оба больные… Но ни один из них уже не слышал ничего вокруг. Драко чувствовал, как внутри снова разгорается то самое холодное пламя. Ярость после разговора с Люциусом всё ещё сидела где-то под рёбрами. И теперь она выходила наружу вместе со скоростью, резкими движениями и опасными манёврами. Капитан Дурмстранга хотел сломать его. Драко же собирался доказать совершенно другое. Что он давно перестал быть избалованным наследником, за которого всё решает фамилия. Что его имя теперь держится не на Люциусе Малфое. А на нём самом. И стадион это видел. Каждый. Чёртов. Человек. А потом над полем внезапно вспыхнули золотые сигнальные огни. Игра изменилась мгновенно. Из центральных колец вырвались два снитча. Один — ослепительно золотой. Второй — серебристый, с голубоватым свечением. Толпа взревела так громко, что задрожали флаги факультетов. — ДВА СНИТЧА?! — ЧТО?! — МЕРЛИН… Судья поднял палочку, усиливая голос магией: — Команды, поймавшие снитчи, проходят в финал тем составом, который остался на поле! И только теперь стало понятно, насколько всё плохо. Гриффиндор был почти уничтожен. Из всей команды в воздухе остались только Гарри и Рон. Джинни выбыла ещё несколько минут назад после жёсткого столкновения у восточной трибуны. Остальных постепенно унесла игра — кого травмы, кого падения, кого бладжеры. У Слизерина положение было немногим лучше. Драко. Блейз. И ещё один загонщик, державшийся из последних сил. Четыре команды уже потеряли большинство игроков. Воздух над стадионом стал тяжёлым, напряжённым, почти электрическим. Гарри заметил золотой снитч первым. Драко — серебристый. И когда оба капитана одновременно рванули вперёд, трибуны буквально сошли с ума.