Беги, Мёрфи!..

      До отбоя было ещё семь минут, и замком, скорее всего, торчал в своём кабинете.       Если у цуруги появлялось дело к замкому Кински, следовало подойти к двери, отчётливо постучать, дождаться разрешения войти, открыть дверь, назваться и огласить вопрос… В нарушение всякой субординации, я рывком на себя распахнул дверь, протопал вплотную к столу и навис над сидящим замкомом Кински, как злобный босс из сериалов про офис.       — Ещё одному моему планшету пришла пизда, замком Кински! — проорал я в бешенстве и грохнул огрызком гаджета о крышку стола.       Замком мгновенно всё понял, аж посерел лицом.       — Кто-нибудь пострадал?       — Каким-то чудом — никто! Геворг вместо своей руки сунул в чёрную дыру мой планшет. А теперь, может вы всё-таки поделитесь информацией с теми, кто спит на расстоянии вытянутой руки от цуруги, который кидается совершенно ебическим хибаном направо и налево?       — Мёрфи, оставь планшет здесь, выйди и позови Саенко.       Я глубоко вдохнул, выдохнул и плюхнулся в кресло напротив стола.       — Всё, замком, я проорался и готов к конструктивному диалогу. Коля Саенко сейчас нужнее там, рядом с нашей чёрной дырой. Он и сам не бросит Менахема, мало ли что. Там вроде всё под контролем. А я, может, даже что-то пойму, если физика будет не очень сложная…       — Сначала расскажи, что произошло.       Я говорил, а замком внимательно слушал, прикрыв глаза ресницами, уперев локти в стол и уткнувшись губами в переплетённые пальцы. Когда история дошла до душа с Тошибой, он чуть сузил глаза и хмыкнул в руку, а может показалось.       — …Ну, сейчас он, конечно, себя обвиняет, но Коля ему не даст впасть в истерику.       Замком молчал ещё с полминуты, разглядывая меня и что-то прикидывая. Наверняка думал, какую часть секретной инфы можно мне доверить.       — Мне придётся рассказать об этом в рапорте. Мёрфи, а ты сам что думаешь? Менахем опасен для вас?       — Вроде, это был единственный эпизод. К тому же, мы его одного оставили, хотя знали, что нельзя. Может и не так опасен… Главное — не давать ему молиться и… Передайте яйцеголовым, чтобы перестали колоть Менахему активаторы и стимуляторы. Кажется, ему уже хватит. Но если вы расскажете о сути его хибана — может, передумаю.       — Менахем Эльяшив на данный момент классифицирован как стратегический актив уровня «Абсолют». Его хибан представляет уникальный случай не-энергетической трансформации, фундаментальной инволюции материи и энергии. Проще — реструктурирует любую материю до состояния реликтового излучения… Твой планшет превратился в структурные реликтовые фононы, только и всего.       Видимо, это должно было быть шуткой. Но, вы уж извините, замком Кински, что-то нихрена не смешно.       — И самая экстраординарная вещь… Как ты знаешь, все кагами проходят по идентичному сценарию, который давно просчитан. Но Кагами в Кирьят-Шаломе прошло с значительными изменениями. По всей видимости, причина — он и его хибан. Понимаешь, что это может значить? Его ценность для научштаба и стратегического планирования является критической. Все эксперименты, все модели, все гипотезы о непосредственном противодействии кагами в настоящее время завязаны на изучении и возможном воспроизведении принципа его хибана.       Охереть. Теперь я начал что-то понимать. Впервые за восемнадцать лет эры Амацумары появился хоть какой-то сдвиг. Яйцеголовые, похоже, в своих лаборантских по потолку бегают…       — То есть наш еврейчик — и вправду имба?!       — Точно так. Ваше сосуществование с ним — оперативная необходимость. Да, Менахем — крайне сложный человек. Он верит, что кагами — божья кара. А его дар — это кощунство, процесс, обратный акту божьего творения. Понимаешь, в чём конфликт? Он разрывается между долгом спасти других и ужасом перед собственной силой, которая, как он верит, оскверняет само мироздание.       Охренеть два раза. Не, что за ирония высшего порядка? Хм-м-м! А кто у нас на этой планетёнке самый упоротый на религии? Ортодоксы? Годится! И-и-и-и самый мощный, крутой и философски неоднозначный хибан уходит евреям-ортодоксам!       — Ваша задача — не лезть к нему с вопросами. Не пугать его. И уж тем более не пытаться его лечить и разубеждать. Просто относись к нему как к самому дорогому и хрупкому инструменту в этой мастерской. Который в любой момент может решить, что лучше сломаться, чем быть использованным.       Замком Кински замолчал и подождал, пока все смыслы провалятся в мою черепушку.       — Мёрфи, ты правильно поступил, что пришёл сейчас. Появятся ещё вопросы — не носи в себе, не придумывай за меня и Корпус. И пусть тебя не отталкивает, что правильных ответов на них у меня нет. Когда проговариваешь проблему вслух — в тридцати процентах случаев появляются здравые идеи… Тебе на данный момент достаточно информации? Можешь идти.       На пороге я всё же повернулся и задал совершенно не насущный, но подзуживающий любопытство вопрос:       — Если Менахем — актив номер один, то кто сейчас актив номер два?       Замком Кински откинулся на стуле, приложил чёртов согнутый палец к чёртовой верхней губе…       — Ты, Мёрфи.