Беги, Мёрфи!..

      Вечером Лейла, Геворг и Базз куда-то пропали, а когда явились незадолго до отбоя, вели себя странно. Ещё в коридоре сначала слышался сдавленный ржач, потом “ш-ш-ш, да тише”, и снова смешки, будто рот зажимают рукой.       Лейла появилась первой — вплыла лёгенькая, будто воздушный шарик. За ней вошёл Геворг, пытаясь обуздать расплывающийся в улыбке крупный рот. Хм… Кажется, я ни разу не видел, как он смеётся — типичный Геворг максимум кривовато ухмылялся.       Последним в нашу комнату вкатился Базз Фуллер — благодушное ебло кирпичом. Будто не он сейчас в коридоре уссывался, а теперь типа ни при делах. Интересно, над чем они так угорали? Нас обсуждали?.. Или замкома? Или нас с замкомом…       Так, хорош загоняться, у тебя очередная гонка с Клэр — заруба ни на жизнь, а на смерть. На кону воскресный шоколадный кексик!..       В последний час свободного времени все занимались кто чем. Четверо тупили над настолкой, Тошиба с Колей Саенко что-то с жаром обсуждали, передавая друг другу планшет. Наверное, один из Колиных планов спасения человечества с помощью его хибана. Всё никак не смирится с тем, что так и не поучаствовал ни в одном плане яйцеголовых. Мало ему пары десятков спасённых в заморозке цуруги, которые ждут, пока медицина дорастёт до нужного уровня.       А я и Клэр, заняв большое кресло-грушу, размахивали геймпадами, развлекаясь в гоночки. Мало мне на своих двоих носиться целый день, жажда скорости не отпускает… Эдакий побег от реальности. Обгоняю на спорткаре неизбежные мрачные мысли, что ждут своего часа тишины и пустоты.       — Нагулялись? — спросил кто-то со смешком, подначивая за показное веселье.       — Завидуй молча, — обрубил Фуллер.       Лейла проплыла мимо, скользнув ладошкой по моей голове, растрепав подрастающие кудри. Я аж дёрнулся и чуть не влетел в мусоровоз на финише. Тем временем Лейла сладко простонав кусочек какой-то мелодии, упала на кучу подушек. Развалилась с улыбкой, раскинув руки — как в беззаботном детстве, когда никто не видит.       Клэр крутила головой и руками в победном танце — обогнала меня на самом финише. Я только раскрыл пасть, чтобы наорать на Лейлу из-за просранной победы, но вдруг понял — что-то не так. Я обернулся на Колю Саенко — посмотреть, заметил ли он. Коля с Тошибой тоже вглядывались в прибывших с недоумением, отложив планшет.       — Лейла, всё нормально? — спросил я осторожно.       — За-е-бись! — ответила она, не открывая глаз и тыкая пальцем в воздух, будто показывала, как читать по слогам.       Внезапно в повисшей на секунду тишине раздался неожиданный звук:       — Мия-я-у-у-у!.. — Геворг мяукнул так натурально, что я покрылся мурашками. Они с Лейлой снова заржали, как подорванные, а Базз самодовольно ухмылялся, с видом шулера, который всех наебал.       Пиздец какой-то. Если бы мы были в колледже, я бы подумал, что они пьяные или нюхнули чего веселящего… Но здесь… Кроме безобидных сигарет замкома, я никакой запрещёнки не видел.       Я снова переглянулся с Колей Саенко и Тошибой. Все остальные тоже пожимали плечами и крутили пальцами у виска.       — Лейла, ты что-то приняла? — я решил не мять сиськи и спросил в лоб.       — Не бойся, малыш. Это просто чтобы… немножко расслабиться. Ту eshcho malenkiy dlya etogo.       — Чего?..       Она повернула ко мне голову — распухшие зрачки лихорадочно блестели.       — Ну, чтобы полегчало, — Лейла обернулась на Фуллера, пару секунд сосредотачивалась, шевеля пальцами в воздухе, будто забыла имя, — э-э-э… Базз сказал, от тревожки. I mne pravda legche, ха-ха-ха!       Я сунул геймпад офигевшей Клэр, попытался выдраться из поглотивших меня недр мягкого кресла-мешка, выкрикивая сдавленно:       — Ты, блядь, чем их накачал, Фуллер, гнида…       — Чё вякнул, шлюшка? Не все волшебными отсосами Тэдди тут пар спускают, как ты, пидорок…       Мне почти удалось встать, как случилось странное. Лейла вскочила на ноги, рванула ко мне, наклонилась, одной рукой удерживая меня, не давая подняться, а другой часто поглаживая голову. Пока я пытался что-то сказать, она тараторила гортанно какую-то тарабарщину:       — Ш-ш-ш, Лёва, uspokoysya, sidi tikhonechko, my zhe s toboy dogovarivalis', da? Ty zhe znayesh', kak Боря nedovolen, kogda vy shalite.…       — Чё-о-о?! Святое дерьмо… Лейла, да что с тобой?       Она наклонилась ещё ниже, почти соприкасаясь со мной лбом, тихонечко забормотала, сюсюкая, будто разговаривала с маленьким ребёнком:       — Лёва, ty zhe takoy khoroshiy mal'chik, ya ne dam tebya v obidu.       Коля Саенко осторожно подошёл сбоку, чтобы не напугать Лейлу:       — Шон, она по-русски говорит. Мне кажется, что она тебя за другого принимает. За какого-то Лёву, вроде бы маленького мальчика. Уговаривает успокоиться и обещает, что не позволит тебя обидеть…       Сзади раздался бас Фуллера:       — Э-э-эй! Чё, блядь, за нах?! Совсем ёбу дала, Лейла? Чё с ним сосёшься, берега попутала?       Лейла живо обернулась:       — Ya vsyo ulazhu, Боря, ne zlis', pozhaluysta! Ty obeshchal ne trogat' malyshey, esli ya… Seychas vsyo sdelayu, ne podkhodi syuda. Ты обещал!       Коля поднёс руку ко лбу:       — Блядский боже, она и Фуллера называет другим именем. Боря. Кажется, от него и пытается тебя защитить. Говорит, он обещал не трогать младших. Просит не подходить к вам.       — Лейла, милая, ты меня пугаешь! Пойдём-ка в лазарет, а? — проговорил я ласково, но голос сорвался, я чуть не плакал от страха за её мозги.       Она подняла брови домиком, взяла моё лицо холодными ладошками и принялась вытирать щёки большими пальцами от несуществующий слёз.       — У-у-у, не плачь, малыш, uspokoysya, vsyo khorosho. Ya seychas poigrayu s Борей, i vsyo snova stanet khorosho! Ty zhe pomnish'? Esli ya krichu, to ponaroshku, my tak igraem, nam veselo, ha-ha! Nu zhe, Лёва, ulybnis' Лейле. Улы-ы-ы-бочку!       И Лейла растянула мне уголки губ пальцами…       — Она “играла” с этим ублюдком Борей, чтобы он не мучил малышей. Играла во что-то очень мерзкое… — Колю передёрнуло, он хрустнул кулаками и судорожно выдохнул.       Всё, блядь. Пора прекращать этот балаган. Я аккуратно обхватил руками её тоненькие запястья и попытался отвести от лица.       — Лейла, идём в лазарет. Там тебе помогут.       — Нет, Лёва, mama yeshcho ne skoro pridiot, i nikto nam ne pomozhet. Tolko my sami. Esli my budem khoroshimi i ne budem balovatsya. Вот смотри! — Дейла вдруг положила руку на голову вконец охреневшей Клэр и погладила. — Соня tikho sebya vediot. Ona khoroshaya devochka. I Лейла tozhe khoroshaya, delayet vsio, chto skazhut. Лёва, poigray s Соней, no tikhonenko. Ладненько?       — Видимо, они сидели одни днём, пока родители работали. Говорит, что никто не поможет. Только если они будут хорошими для Бори. И будут делать, что он скажет. А он, видимо, был за старшего… Блядь…       Лейла потрепала нас по плечам, чмокнула в щёки и вспорхнула, как птичка, приземлившись прямо на колени Фуллера.       — Nu vsyo, oni ne budut meshat', Боря! — пропела она делано весёлым тоном и закатилась дразняще-беззаботным хохотом, повиснув у Базза на шее и шаловливо дрыгая ногами в воздухе.       Я, наконец, поднялся заорал:       — Фуллер, ты ёбаный говнюк! Чем ты её накачал?! Название препарата! Быстро! Коля подскочил ко мне, зажал рот крупной ладонью:       — Шон, прекрати, ты её ещё больше напугаешь, придурок… Базз, охуевший от ситуации в той же степени, что и все мы, зассал и принялся агрессивно оправдываться, спихивая Лейлу с коленей:       — Да ничё такого, блядь! Их мне давали, пока я там лежал. А я просто взял ещё немного, пока не видели. И других колёс тоже. Всё, чем нас и пичкают!.. Отвали, блядь, из-за тебя мне ещё и влетит!       Он рывком скинул Лейлу на подушки и она застыла в них брошенной куклой — кожа белая, глаза закрыты.       Коля тут же подхватил её на руки и побежал в сторону лазарета. Я на крейсерской рванул к замкому.