Сборник омегаверс

Изабо хотела провалиться сквозь землю или на крайний случай, сквозь офисный ковролин двадцатого этажа. Она сидела за своим столом, сжимая в руках остывшую чашку кофе, и чувствовала, как паника ледяными иголками впивается в позвоночник. Всё началось двадцать минут назад. Утро выдалось адским Самоделкина, её начальница, альфа с характером урагана и графиком, расписанным по секундам, наорала на неё за опоздание на планерку. Изабо, будучи омегой с чувствительной натурой, едва сдержала слезы. Она мечтала только об одном сбежать в туалет, выдохнуть и посмотреть в телефоне фотографии, которые прислал ей парень, с которым она начала переписываться на сайте знакомств. Фотографии были... смелыми. Он прислал ей серию своих «профессиональных» снимков в стиле ню, и в ответ, поддавшись внезапному порыву и желая показать, что она тоже не лыком шита, Изабо сделала несколько снимков себя в домашней спальне. Уютный свет, кружевное белье, соблазнительная поза. Она выбрала лучший, подписала: *«Надеюсь, это скрасит твой рабочий день, зайка))»* и нажала «Отправить». Только вот в спешке и в состоянии стресса она перепутала контакты. Вместо анонимного «Милый_Котик_77» она ткнула на контакт с именем, которое горело в её душе огнем, «Соня Самоделкина». Сначала Изабо ничего не заметила. Она убрала телефон в ящик стола и попыталась сосредоточиться на отчетах, но через пять минут её ноутбук издал тихий «динь». Пришло новое сообщение в корпоративном мессенджере. Она открыла его с замиранием сердца. *Соня Самоделкина:* *«Изабо, зайди ко мне в кабинет. Немедленно.»* Сердце рухнуло в пятки. Соня никогда не писала ей в мессенджере. Она либо звонила по внутреннему, либо просто орала через весь открытый офис. Дрожащими руками Изабо открыла историю отправленных сообщений и увидела то самое фото. Увидела свою фотографию, отправленную Соне. Увидела идиотскую подпись: *«Надеюсь, это скрасит твой рабочий день, зайка))»*. -о, боже, — прошептала Изабо, чувствуя, как волна жара заливает щеки. Её запах омеги, обычно сдержанный и пахнущий ванилью и бумагой, резко ударил горечью страха и стыда. Всё, конец. Её уволят или что хуже, засмеют Она встала, а ноги подкашивались. Кабинет Сони находился в конце коридора, за стеклянной стеной. Изабо прошла, словно на эшафот и постучала. -войдите, — раздался низкий, спокойный голос, который обычно заставлял Изабо трепетать от смеси уважения и... чего-то большего. Чего-то, что она запрещала себе чувствовать. Изабо вошла. Соня сидела в своём кресле, развернувшись спиной к столу и глядя в панорамное окно на город. Она была одета в строгий брючный костюм, светлые волосы были собраны в тугой пучок. Альфа-сущность ощущалась в кабинете физически запах морского бриза и дорогого парфюма, который всегда кружил Изабо голову. -вы хотели меня видеть? — голос Изабо сорвался на писк. Самоделкина медленно повернулась вместе с креслом. Её глаза, цвета тёмного янтаря, смотрели на Изабо, в них не было гнева. Изучение? Да. Удивление? Возможно и что-то ещё, от чего у Изабо заныло под ложечкой. -Изабо, — Соня выдержала паузу. Она взяла в руки телефон и повернула экраном к секретарше. На экране была та самая фотография. — Это ты? -я... — Изабо сглотнула, её взгляд заметался по полу. — Мисс Самоделкина, это ошибка. Я хотела отправить это... совершенно другому человеку. Я не знаю, что на меня нашло. Это просто дурацкая случайность. Я дура! Я идиотка! Если хотите, я напишу заявление по собственному... -замолчи, — мягко перебила Сони, и это «замолчи» прозвучало как приказ, заставивший Изабо инстинктивно подчиниться. Омега внутри неё затихла, ожидая дальнейших указаний. Альфа отложила телефон и встала. Она обошла стол и остановилась в двух шагах от омеги. Она была выше на голову. Запах моря усилился, став гуще, почти осязаемым. Изабо почувствовала, как её собственный организм, предательски, начинает реагировать. Её тело начало источать более сладкий, нервный аромат. -значит, это была случайность, — тихо сказала Соня, глядя на неё сверху вниз. — Ты хотела отправить это... зайке. Левито покраснела до корней волос и кивнула, желая провалиться сквозь землю. Соня внезапно улыбнулась. Это была странная, кривая улыбка, которая преобразила её строгое лицо и в ней было что-то хищное, но в то же время... теплое. -знаешь, Изабо, — сказала альфа, делая ещё один шаг вперед, сокращая расстояние до неприлично близкого. — У меня очень хорошее зрение и отличная память на детали. Она протянула руку и очень нежно, кончиками пальцев, коснулась подбородка Изабо, приподнимая её лицо. Левито задержала дыхание. Сердце колотилось как бешеное. -ты работаешь на меня уже два года, — продолжила Соня, водя большим пальцем по линии челюсти секретарши. — Ты всегда такая собранная, правильная, пугливая. Я видела, как ты краснеешь, когда я подхожу близко. Я чувствовала, как твой запах меняется, когда я на тебя смотрю, но я думала, это просто страх. Обычный страх омеги перед альфой-начальником. Она наклонилась ближе, её губы оказались в паре сантиметров от губ Изабо. -а теперь я вижу это фото и понимаю, что это не страх, Изабо. — Голос Сони стал хрипловатым. — Это всё, что ты хочешь скрыть. Ты хочешь, чтобы твой день скрасили. — Она усмехнулась, проведя пальцем по ключице Изабо, выбиваясь за ворот офисной блузки. — И мне оно очень скрасило. Особенно если учесть, кто на этом фото. Изабо казалось, что она сейчас взорвется. Весь мир сузился до этого кабинета, до этих глаз и этого голоса. -я... я не понимаю... — прошептала она. -глупенькая — выдохнула Соня — Ты отправила это не «зайке». Ты отправила это своей альфе. — Она чуть отстранилась, вглядываясь в расширенные зрачки Изабо. — И мне это нравится. Очень. Ты даже не представляешь как. Она не дала Изабо времени на ответ. Соня просто закрыла глаза и поцеловала её. Это был нежный, но властный поцелуй. Альфа взяла контроль, как и положено, но при этом в нём было столько сдерживаемой страсти и тоски, что омега почти заплакала. Её омега-инстинкты взвыли от удовольствия, отвечая на прикосновение сильной альфы. Она, сама того не желая, вцепилась в лацканы пиджака начальницы, притягивая её ближе. Поцелуй длился бесконечно долго. Когда они оторвались друг от друга, Изабо тяжело дышала, щеки пылали огнём, и она чувствовала себя самой желанной женщиной на свете. Сони прижалась лбом к её лбу. -забудь об увольнении, — прошептала она. — Наоборот. Я хочу, чтобы сегодня ты задержалась после работы. Мы обсудим твои... э-э-э... обязанности. И твои ошибки. Она хитро улыбнулась, и в её глазах заплясали чертики. -и Изабо... — сказала Сони, отступая на шаг и забирая со стола телефон. — Вообще-то, это был подарок. Мой рабочий день на самом деле был серым и унылым, а теперь она показала телефон, где на заставке красовалась фотография Изабо, он просто прекрасен. Всё остальное может подождать. Изабо стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как новый, пьянящий запах счастья и волнения распространяется от неё по всему кабинету. Она поняла, что её мир перевернулся, и этот переворот был самым лучшим, что случалось в её жизни. -мне... мне нужно закончить отчёт по проекту «Омега», — прошептала Изабо. -отлично, — кивнула Соня — Принеси его мне через час и Изабо? — Она снова улыбнулась той самой улыбкой, от которой у Изабо подгибались колени. — Пусть сегодня вечером он тоже будет с тобой. Идём. Не заставляй альфу ждать. Изабо вышла из кабинета, чувствуя, как воздух в офисе кажется ей сладким и пьянящим. Она знала, что это только начало.

***

Утро в офисе началось не с привычной планерки, а с того, что у Сони перехватило дыхание. Изабо вошла в кабинет не как обычно в строгом сером костюме, а в наряде, который сводил с ума. На ней была белая, почти прозрачная рубашка, которая безупречно облегала грудь, подчеркивая каждый изгиб. Верхняя пуговица была расстегнута, открывая ключицу, и на шее строгим узлом красовался черный галстук, словно сошедший со страниц какого-то дерзкого журнала. Юбка была настолько короткой, что едва прикрывала начало бедер, а ноги в черных колготках казались бесконечными. Черные туфли на каблуках звонко цокнули по полу, когда Изабо закрыла за собой дверь. Соня сидела в своем кожаном кресле, держа в руке ручку, но забыла, зачем она ей нужна. Альфийский инстинкт мгновенно взял верх запах морского бриза стал гуще, а взгляд потемнел. -принесла отчет? — спросила Соня, откидываясь на спинку кресла и медленно обводя взглядом фигуру Изабо. — Или пришла за дополнительным заданием? Изабо, чувствуя на себе тяжелый, собственнический взгляд альфы, опустилась на колени прямо перед креслом. Ее колготки зашуршали по ковру, а юбка задралась еще выше, обнажая кружевной край бедер. Она посмотрела на Соню снизу вверх, и в глазах омеги читалась смесь покорности и желания. -я хочу отработать премию, Соня, — тихо прошептала Изабо, ее пальцы ловко потянулись к ширинке брюк начальницы. Соня не мешала. Она лишь расслабленно развела ноги, давая доступ. Изабо расстегнула пуговицу и молнию и в ее руки уперся горячий, твердый член альфы, уже пульсирующий в предвкушении. Изабо обхватила его пальцами, провела языком по головке, и, приоткрыв губы, начала медленно брать в рот. Белая рубашка соблазнительно натянулась на груди при каждом движении, черный галстук покачивался в такт, а черные колготки блестели в свете утреннего солнца, проникавшего в кабинет через панорамные окна. Альфа зарычала низко, довольно, запуская пальцы в волосы омеги и направляя ее ритм. Вкус альфы, соленый и терпкий, заполнил рот омеги и Изабо старалась изо всех сил глубже, быстрее, работая языком и губами, сжимая член рукой у основания. -знаешь, Изабо... — вдруг прервала тишину Соня, ее голос звучал хрипло и насмешливо, пока она наблюдала за тем, как секретарша старательно вылизывает ее член. — Я смотрю на тебя сейчас и думаю: ты за весь прошлый квартал ни разу не старалась так ради квартальной премии, как стараешься сейчас ради моего настроения. Она усмехнулась, чуть дернув бедрами вперед, заставляя Изабо принять глубже. Омега издала приглушенный стон, но не остановилась, усердно продолжая сосать. -и знаешь, — Соня чуть наклонилась вперед, поглаживая Изабо по щеке, — это работает куда эффективнее любых твоих отчетов. Ты выглядишь просто неотразимо. Белая рубашка, черный галстук... — она провела кончиками пальцев по шелку галстука, — это твоя лучшая рабочая униформа. В следующий раз будешь делать мне минет прямо на переговорах под столом. Идет? Изабо на это лишь чаще задвигала головой, ускоряя темп. Ее язык выписывал круги вокруг головки, а свободная рука гладила яички альфы. Самоделкина зажмурилась, ощущая, как горячая влажность рта омеги подводит ее к грани. -да, вот так... — выдохнула Соня, крепче сжимая волосы Изабо. — Прими меня всю. Сделав еще пару глубоких движений, Соня кончила, горячими толчками изливаясь в рот Изабо. Омега не отстранилась, послушно проглотив все до капли, и лишь потом, с влажными от слез и слюны ресницами, приподнялась, глядя на свою альфу Соня не дала Изабо даже перевести дыхание после минета. Вместо того чтобы отпустить её, она резко подхватила омегу за талию и не обращая внимания на разбросанные бумаги, буквально швырнула на полированный деревянный стол. Изабо охнула, приземлившись спиной на столешницу. Белая рубашка натянулась на груди, черный галстук съехал набок, а короткая юбка задралась до самой талии, обнажая чёрные колготки. Она попыталась приподняться, но Соня навалилась на неё сверху, прижав плечи к столу. -не двигайся, — выдохнула Соня, её глаза горели хищным янтарным огнём. — Ты думала, я так просто тебя отпущу? Одним резким, почти грубым движением Соня разорвала колготки в паху, обнажая влажное, готовое лоно омеги. Трусики остались висеть на бёдрах, но Соня даже не стала их снимать, она просто сдвинула ткань в сторону. Подол юбки смялся, но всё ещё прикрывал бёдра, добавляя наряду Изабо оттенка небрежной, служебной эстетики. Член, всё ещё твёрдый и напряжённый после минета, упёрся в вход Изабо. Она вошла одним мощным толчком, глубоко, до самого основания, заставив Левито вскрикнуть и выгнуться дугой. Рубашка расстегнулась на груди, обнажая кружевной бюстгальтер, но Соня оставила одежду на ней белый хлопок, чёрный шёлк галстука, сползшая юбка. Всё это делало картину ещё более порочной и невероятно возбуждающей. Соня начала двигаться. Жёстко, ритмично, вколачиваясь в омегу, не давая ей ни секунды передышки. Стол скрипел под их весом, бумаги разлетались по полу. Изабо цеплялась за галстук альфа, за её блузку, стонала, срывая голос, чувствуя, как начальница заполняет её без остатка. -Соня... пожалуйста... — взмолилась Изабо, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Соня ускорилась и через минуту Изабо достигла первого оргазма. Её тело содрогнулось, лоно сжалось вокруг члена альфы, но альфа не остановилась. Она не сбавила темп, не позволила себе даже замереть. Она продолжала двигаться, размазывая удовольствие по натянутым нервам, заставляя омегу кричать от переизбытка чувств. -Соня... Соня, я не выдержу... — задыхалась Изабо, слёзы текли по щекам, галстук сбился на груди. Её пальцы вцепились в лацканы пиджака альфы. — Кончи... кончи в меня, пожалуйста... Соня наклонилась, прикусив мочку её уха, и усмехнулась, чувствуя, как собственный член пульсирует, как близко она сама находится к разрядке, но она сжала зубы, до боли закусила губу и отказала себе в этом. Контроль альфы был абсолютным. -нет, — прошептала она хрипло. — Я ещё не закончила. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь подо мной. Ещё раз и ещё. Она трахала её без остановки. Минуту, две, пять. Соня не замедлялась, не останавливалась, удерживая себя на опасной грани, чувствуя, как член пульсирует и наливается тяжестью, но она не позволяла себе переступить черту. Каждый раз, когда она чувствовала приближение оргазма, она замирала лишь на долю секунды, меняя угол, снова заставляя Изабо сжиматься, и возвращалась к ритму. Изабо кончила второй раз. Затем третий. Её ноги в чёрных колготках дрожали, она уже не могла говорить, только всхлипывала, царапая спинку стола. Рубашка насквозь промокла от пота, галстук превратился в жгут, который она сжимала в кулаке. Она была полностью истощена, но Соня, как механизм, продолжала насаживать её на себя. -Соня... умоляю, — еле слышно прошептала Изабо. — Я больше не могу... кончи, я хочу почувствовать тебя внутри... Соня смотрела на неё сверху, тяжело дыша, на лице смесь жестокого удовольствия и дикой страсти. Её собственное тело кричало о разрядке, член горел огнём, но она упёрлась коленом в стол, прижала Изабо ещё сильнее и *продолжила трахать* -не кончу, — выдохнула она, проталкиваясь вглубь омеги. — Пока ты не перестанешь дрожать. Пока ты не сдашься полностью. Ты моя, Изабо и я кончу только тогда, когда решу, что с тебя хватит. Она не остановилась. Она продолжала этот бесконечный, мучительный и сладкий танец, доводя омегу до грани нервного срыва, заставляя её сжиматься на своём члене снова и снова. Час сменялся другим часом? Или всего лишь минутами? Время потеряло значение. Соня по-прежнему не кончала и не прекращала, полностью подчинив себе тело Изабо, пока та, наконец, не обмякла на столе, обессиленная, сжимая в кулаке свой чёрный галстук, в то время как Самоделкина всё ещё двигалась в ней, наслаждаясь абсолютной властью над дрожащей, разорённой омегой. Соня почувствовала, как член пульсирует в ней, как её собственное тело молит о разрядке. Но она по-прежнему не позволяла себе расслабиться. Её взгляд упал на чёрный шёлковый галстук, который сполз на грудь Изабо, перекрученный и влажный от пота. Идея пришла мгновенно. Соня замедлилась лишь на секунду, чтобы схватить галстук рукой. Она рванула его на себя, наматывая плотным узлом на кулак. Шёлк натянулся, и голова Изабо резко приподнялась, шея выгнулась. Левито ахнула не от боли, а от внезапного ощущения контроля, от того, как этот простой жест превратил её из секретарши в игрушку альфы. -теперь ты будешь делать то, что я скажу, — прошептала Соня, дёргая за галстук сильнее. Изабо подалась вперёд, её грудь прижалась к груди Сони, а бедра снова оказались под нужным углом. — Смотри на меня. Соня вколотилась в неё с новой силой. Каждый толчок был грубее, глубже, жёстче. Она больше не думала о нежности только о том, чтобы взять, подчинить, сломать. Галстук в её руке стал поводком и каждым рывком она заставляла Изабо двигаться навстречу, синхронизируя их ритм. -ты хочешь, чтобы я кончила? — рычала Соня, наваливаясь на неё всем телом, прижимая к столу так сильно, что дерево скрипело. — Тогда терпи, пока я не решу. Изабо кричала, её голос срывался. Рубашка окончательно расстегнулась, бюстгальтер съехал вниз, обнажая грудь, которая подпрыгивала от каждого удара. Соня смотрела на это, на её раскрасневшееся лицо, на слёзы, на галстук, который она сжимала в кулаке, и чувствовала, как её собственная разрядка приближается с каждой секундой, но она снова зажмурилась, сжала зубы и усилила темп. -нет — прошипела она, дёргая галстук так, что Изабо выгнулась почти до боли. — Я не кончу. Не сегодня. Пока ты не взмолишься об этом. Она трахала её жёстче, быстрее, вбиваясь в мокрое, уже чувствительное лоно омеги, которое сжималось каждый раз, когда Соня натягивала шёлк на кулаке. Изабо достигла очередного оргазма мощного, судорожного, выкрикивая имя Сони и альфа снова продолжила, не сбавляя оборотов. Галстук натянулся, Левито приподнялась и Самоделкина впилась поцелуем в её шею, кусая кожу, пока её член продолжал безостановочно двигаться внутри. -хорошая девочка, — выдохнула Соня. — Так хорошо. Я хочу, чтобы ты запомнила этот день. Запомнила, как твоя альфа использует твой галстук, чтобы трахать тебя до полного истощения. Она продолжала ещё десять минут. Двадцать. Изабо уже не могла ни говорить, ни даже стонать только всхлипывала, цепляясь за край стола, чувствуя, как альфа безжалостно пронзает её снова и снова, не давая ни отдыха, ни облегчения. Соня сама была на пределе член ныл, яички сжались, каждая клетка тела кричала о необходимости выплеснуть семя, но она держалась, сжимая галстук, вбиваясь в омегу с почти звериной яростью. -ты не отдохнёшь, пока я не скажу, — прошептала она в ухо Изабо, и в голосе звенела сталь. — Я твой босс и я решу, когда ты заслужишь мою разрядку. Она толкнулась в последний раз глубоко, до упора и замерла на мгновение, чувствуя, как Изабо дрожит под ней, как её внутренние стенки пульсируют от очередного, уже восьмого по счёту оргазма. Соня не кончила. Она сделала шаг назад, отпустив галстук, и тот упал на грудь Изабо, как кнут после экзекуции. -вставай, — скомандовала Соня, тяжело дыша, но всё ещё твёрдо. — Приведи себя в порядок. Через час я хочу видеть тебя в моём кабинете и принеси новый галстук. Этот я оставлю себе. Как напоминание о том, как ты работаешь на свою премию. Изабо, всё ещё дрожащая, с трудом приподнялась на локтях. Галстук остался в руке у Сони чёрный, смятый, влажный, а Самоделкина, всё ещё не кончив, развернулась к окну, скрестив руки на груди, давая омеге время уйти, но в её глазах горел огонь, обещающий, что это лишь первая часть наказания. Соня стояла у окна, тяжело дыша, всё ещё не позволив себе разрядки. Член пульсировал, налитый тяжестью, но она сжимала в кулаке чёрный шёлковый галстук, который только что сняла с шеи Изабо. Омега с трудом поднялась со стола, дрожа, едва держась на ногах, её белая рубашка расстёгнута до пояса, юбка смята, колготки порваны. -стой, — скомандовала Соня. — Я ещё не закончила. Изабо замерла, чувствуя, как страх и желание смешиваются в одно. Соня шагнула к ней, развернула лицом к столу и снова прижала её грудью к холодному дереву. На этот раз Соня не стала задирать юбку она просто рванула остатки колготок, обнажая влажное, распухшее лоно и снова вошла в неё, даже не снимая член с предыдущего раза. -я сказала не останавливаться, — прошептала Соня, начиная движение. Она трахала её без перерыва. Каждый толчок был глубже предыдущего, каждый удар бёдер отдавался дрожью по всему телу Изабо. Соня намотала галстук на правую руку, пропустив его под шеей Изабо и с каждым новым проникновением дёргала за него, заставляя омегу выгибаться, подаваться навстречу, подставляться под жёсткий ритм. -Соня... — выдохнула Изабо, её голос срывался. — Я больше не могу... пожалуйста... -можешь, — рыкнула Соня, вбиваясь в неё со всей силы. — Ты выдержишь. Я не остановлюсь, пока не залью тебя всю. Время исчезло. Соня продолжала двигаться минута за минутой, ритм не сбивался, не замедлялся. Изабо кончила снова, и снова, и снова — её тело билось в судорогах, лоно сжималось вокруг члена альфы, но Соня лишь ускорялась, вколачиваясь глубже, чувствуя, как сопротивление омеги тает. Каждая попытка Изабо отстраниться пресекалась рывком галстука. -не смей убегать, — выдохнула Соня, сжимая шёлк. — Ты моя и будешь принимать меня, пока я не кончу. Наконец, Соня почувствовала, что дольше держаться невозможно. Член горел огнём, яички напряглись до предела. Она не сбавила темп наоборот, стала трахать ещё жёстче, почти грубо, вколачиваясь в Изабо с отчаянной силой. Левито закричала, вцепившись в край стола, чувствуя, как внутри неё нарастает давление. -да, сейчас... — прохрипела Соня. — Прими всё. Она сделала последний, самый глубокий толчок и кончила. Не останавливая движения, она продолжала трахать, выпуская горячую, густую сперму волнами. Каждая волна изливалась глубоко внутрь Изабо, заливая её лоно, стекая по бёдрам. Соня двигалась в ней, чувствуя, как член пульсирует и выплёскивает семя снова и снова, не переставая, пока Изабо не начала захлёбываться в собственных криках. Но Соня не остановилась даже после эякуляции. Она продолжала двигаться, уже чуть медленнее, размазывая собственную разрядку по внутренним стенкам, чувствуя, как горячая жидкость вытекает и стекает по колготкам. Она всё ещё держала галстук натянутым, прижимая Изабо к столу. -вот так, — прошептала она, всё ещё двигаясь внутри неё. — Теперь ты залита мной. Каждая клетка твоего тела пахнет моей спермой. — Она сделала ещё несколько толчков, пока член не начал смягчаться, но не вышла сразу, оставаясь внутри. — Ты хотела, чтобы я кончила? Я кончила, но я не перестала. Потому что теперь я буду трахать тебя, пока мой член не станет мягким, и тогда мы начнём сначала. Поняла? Изабо, обессиленная, дрожащая, с влажными от слёз ресницами, смогла лишь кивнуть, чувствуя, как сперма капает на стол, как галстук всё ещё сжимает её шею, и как альфа продолжает медленно, вязко двигаться в ней, не желая её отпускать. Соня усмехнулась, наклонилась и поцеловала её в затылок. -теперь ты действительно заслужила премию, но не думай, что на сегодня всё. Я ещё не устала. Соня не вышла из неё. Она осталась внутри, чувствуя, как член пульсирует, как горячая сперма всё ещё сочится по бедру Изабо, капая на деревянную столешницу. Но вместо того чтобы расслабиться, она снова напряглась. Улыбка, хищная и безжалостная, искривила её губы. -ты думала, это всё? — прошептала она, вдавливая Изабо в стол. — Я только начала. Соня снова рванула галстук, натягивая его так сильно, что голова Изабо запрокинулась, и начала двигаться. Медленно, глубоко, смакуя каждое движение. Затем она ускорилась. Ещё быстрее. Ещё жёстче. Каждый толчок был ударом. Она вбивалась в омегу с такой силой, что стол заскрипел под ними. Ножки застучали по полу, разбросанные бумаги разлетались в стороны. Соня навалилась на Изабо всем телом, прижимая её к дереву, и трахала без остановки, без жалости, без намёка на усталость. -Соня... стол... — едва выдохнула Изабо, вцепившись пальцами в край столешницы. -что? — усмехнулась Соня, не сбавляя темпа. — Боишься, что мы его сломаем? — Она толкнулась особенно грубо, и стол жалобно скрипнул, вибрируя под ними. — Если он сломается, я куплю новый. А пока он держится — я буду трахать тебя, пока он не рухнет. Она ускорилась до предела. Её бёдра бились о задницу Изабо с глухим, влажным шлепком, который эхом разносился по кабинету. Галстук в её руке натянулся, как струна, заставляя омегу подаваться навстречу каждому проникновению. Левито стонала, захлёбываясь, слёзы текли по щекам, но она не могла сопротивляться её тело само подстраивалось под ритм альфы. Стол зашатался. Одна ножка оторвалась от пола и Соня, почувствовав это, лишь хрипло рассмеялась. -держись, — выдохнула она. — Сейчас будет веселее. Она встала на ноги, не выходя из Изабо, и схватила её за бёдра, приподнимая. Теперь омега почти висела на ней, опираясь на стол только грудью. Соня взяла её как куклу жёстко, глубоко, вколачиваясь снизу вверх. Каждый удар сотрясал всё тело Изабо, и стол под ними ходил ходуном, скрипел, угрожающе потрескивал. Казалось, ещё один толчок и он развалится на части. Но Соня не останавливалась. Она трахала Изабо с дикой, почти звериной силой, не позволяя ей ни упасть, ни отстраниться. Галстук стянул шею, и Изабо начала задыхаться, но альфа ослабила хватку лишь на мгновение, чтобы дать ей глоток воздуха, и снова затянула, погружаясь в неё до самого основания. -ты хочешь, чтобы я остановилась? — прохрипела Соня. — Скажи «нет», и я перестану. Но Изабо не могла сказать «нет». Она лишь мотала головой, всхлипывая, чувствуя, как внутри неё нарастает новый, невыносимый оргазм. Соня почувствовала это сжатие, пульсацию и зарычала, вбиваясь в неё с удвоенной силой. -кончай, — приказала она. — Кончай на моём члене. Изабо кончила, крича, содрогаясь, и её лоно сжалось так сильно, что Соня на мгновение замерла, ощущая эту агонию, но только на мгновение. Она снова начала двигаться, ещё жёстче, и стол под ними издал громкий треск. Одна ножка подломилась, и столешница накренилась, но Соня удержала Изабо, не давая ей упасть, продолжая трахать её в этом шатком положении. -ещё немного, — рычала она. — Я хочу, чтобы ты помнила этот стол. Каждый раз, когда будешь видеть его, ты будешь вспоминать, как я трахала тебя на нём, пока он не начал разваливаться. Она вколачивалась в неё с такой яростью, что столешница ходила ходуном, документы сыпались на пол, кружка с ручками опрокинулась. Изабо была уже без сил и она обмякла, только всхлипывала, позволяя альфе делать с ней всё. Соня чувствовала, что её собственный член снова наливается, приближается вторая волна, но она не собиралась сбавлять. -смотри на меня, — приказала она, дёргая галстук. Изабо с трудом подняла залитые слезами глаза. — Я не остановлюсь никогда. Даже если весь этот чёртов офис рухнет, я буду трахать тебя, пока ты не перестанешь дышать. Она снова кончила мощно, горячо, заливая Изабо второй порцией спермы, но не перестала двигаться. Она продолжала входить в неё, размазывая своё семя, пока стол под ними окончательно не просел, издав последний жалобный скрип. Но Соня лишь прижала Изабо к покосившейся столешнице и прошептала на ухо: -не бойся я куплю новый, а пока я буду трахать тебя на руинах. И она продолжила без остановки, без конца, пока офисный стол не превратился в их личный алтарь разрушения.

***

На следующее утро в переговорной комнате на двадцатом этаже царила деловая атмосфера. Сотрудники сидели вокруг длинного дубового стола, разложив ноутбуки и планшеты. Соня, как всегда, во главе стола, в строгом чёрном костюме, с идеально уложенными волосами, вела плановое совещание по квартальным показателям. Никто из присутствующих не знал, что под столом, между ног Сони, на коленях стояла Изабо. Она была одета так же, как вчера: белая обтягивающая рубашка, чёрный галстук, короткая юбка и чёрные колготки правда, на колготках уже были заметны следы вчерашних разрывов, но она натянула их повыше, надеясь, что никто не заметит. Когда совещание началось, Соня бесшумно расстегнула ширинку под столом, и Изабо, повинуясь незаметному кивку, опустила голову ниже, принимая твёрдый, уже возбуждённый член альфы в рот. Соня говорила ровным, спокойным голосом, делая пометки в планшете, словно ничего не происходило. -итак, по проекту «Омега» мы видим отставание на семь процентов, — сказала она, глядя на главного менеджера. — Мне нужно, чтобы к концу недели все показатели были выровнены. Есть предложения? Под столом Изабо медленно провела языком по головке, обхватывая член губами и начиная ритмичные движения. Соня на мгновение замерла, потом снова заговорила, чуть более хрипло, но почти незаметно: - ...Иначе придётся пересмотреть бюджет на следующий квартал. Она не смотрела вниз, но её левая рука бесшумно опустилась под стол, ложась на затылок Изабо. Пальцы сжались в волосах, направляя омегу глубже, задавая темп. Левитл поняла намёк она ускорилась, втягивая щёки, работая языком, стараясь не издавать звуков. Галстук качался у неё на груди, касаясь колен Сони, но она не обращала на это внимания. -Марк, — обратилась Соня к другому сотруднику, — ты подготовил анализ по конкурентам? -да, Софья Владимировна — ответил Марк, открывая презентацию. — Вчера я закончил... Он говорил, а под столом Изабо уже сосала член с полной отдачей. Она насаживалась ртом на член, погружая его в горло, чувствуя, как пульсирует вена на головке. Соня едва заметно сжала её волосы, поощряя. Прошло уже пятнадцать минут. Левито не останавливалась ни на секунду ритм был непрерывным, глубоким, почти механическим, но наполненным страстью. -хорошо, — кивнула Соня, когда Марк закончил. — Что по срокам? — Она откинулась на спинку стула, чуть раздвинув ноги, чтобы Изабо было удобнее. Под столом член альфы полностью вошёл в рот омеги и Соня почувствовала, как язык Изабо вылизывает её яички, пока губы сжимают ствол. Ещё один сотрудник, Елена, начала докладывать о маркетинговой стратегии. Соня слушала, но её пальцы снова сжали волосы Изабо, теперь уже почти грубо, заставляя ту брать глубже. Омега подавилась на мгновение, но тут же взяла себя в руки, продолжая сосать, не снижая темпа. Её горло расслабилось, принимая член почти до основания и она держала его там несколько секунд, прежде чем отстраниться, проведя языком по всей длине. Соня с трудом сохраняла невозмутимое лицо. Её дыхание чуть участилось, но голос оставался ровным. -Елена, я бы предложила сместить акцент на социальные сети, — сказала она, делая вид, что изучает график. — Молодая аудитория... — она на мгновение зажмурилась, потому что Изабо в этот момент особенно сильно сжала губы, — ...лучше реагирует на визуальный контент. Под столом она чуть приподняла бедро, подставляясь под настойчивый язык Изабо. Омега работала без устали, слизывая предэякулят, который уже начал выделяться, и чувствуя, как член становится твёрже, горячее. Левито понимала, что Соня близка к разрядке, но не сбавляла оборотов наоборот, сосала быстрее, глубже, ритмично, как заведённая. Прошло ещё двадцать минут. Обсуждались бюджет, кадровые перестановки, график отпусков. Самоделкина отвечала на вопросы, делала замечания, подписывала документы, и всё это время она продолжала чувствовать, как рот Изабо безостановочно двигается вокруг её члена. Наконец, когда совещание подходило к концу, Соня поняла, что больше не может сдерживаться. Под столом она сильнее сжала волосы Изабо, пальцы вцепились в шёлк галстука, натягивая его вниз, заставляя омегу принять член на полную глубину. -всем спасибо, — сказала она, голос чуть дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Документы пришлите мне на почту. Заседание окончено. Как только последний сотрудник вышел, Соня прикрыла дверь ногой и, не вынимая члена изо рта Изабо, выгнулась на стуле, издавая низкий рык. -не останавливайся, — прохрипела она. — Кончай прямо сейчас, в горло. Изабо с удвоенной силой насадилась на неё, чувствуя, как член пульсирует и извергает густую, горячую сперму. Она проглотила первую порцию, не отрываясь, продолжая сосать, когда вторая волна залила её язык. Соня выплёскивала семя снова и снова, не в силах остановиться, а омкга глотала всё, до последней капли, и только когда член начал смягчаться, она медленно отстранилась, облизнув губы. Соня тяжело дышала, опираясь на стол. Её костюм был безупречен, но под столом всё было иначе. Она наклонилась, заглянула под стол Изабо сидела на коленях, растрёпанная, с влажными губами, галстук съехал, рубашка расстегнута на груди. На лице омеги была усталая, но довольная улыбка. -хорошая девочка, — выдохнула Соня. — Ты даже не представляешь, как я горжусь тобой, а теперь вылезай, приводи себя в порядок и возвращайся к работе и не забудь: завтра у нас встреча с инвесторами. Надеюсь, ты знаешь, что делать. Изабо вылезла из-под стола, одёрнула юбку и поправила галстук, взглянув на Соню с хитрым блеском в глазах. -конечно, Соня — ответила она. — Я всегда готова работать на совещаниях. Соня улыбнулась, открыла дверь и жестом пригласила её выйти, а сама осталась сидеть за столом, чувствуя, как внутри разливается тепло, и мысленно уже планируя завтрашний «деловой обед».