Сборник омегаверс

Летняя ночь окутала город липкой духотой. Камила Валиева, младший лейтенант дорожной полиции, поправила фуражку и устало прикрыла глаза. Смена подходила к концу, и она уже мысленно рисовала холодный душ и тишину в своей квартире. Альфа-запах сдержанный, с нотками хвои и металла привычно смешивался с запахом нагретого асфальта. И тут резкий визг шин. Белый кабриолет, виляя, вылетел на перекрёсток, едва не зацепив бордюр. Камила мгновенно напряглась, включила проблесковые маячки и жестом приказала остановиться. Машина послушно затормозила, и Валиева, поправив планшет, направилась к водительской двери. -добрый вечер, — произнесла она официальным тоном, когда стекло опустилось. — Ваши документы... И замерла, на неё смотрели огромные, чуть раскосые глаза, обрамлённые длинными ресницами. Алиса Лью местная омега, улыбалась той самой опасной улыбкой, от которой у альф подкашивались колени. От неё тянуло сладким, пьяным ароматом вишнёвого ликёра, смешанного с возбуждающим феромоновым шлейфом. -ой, лейтенант, — пропела Алиса, протягивая права с явным опозданием. — Как вовремя. Я как раз думала, что мне не хватает в этой жизни приключений. Камила взяла документы, но взгляд её уже оценивал состояние водителя. Зрачки расширены, движения чуть замедлены, из динамиков доносился приглушённый шум радио. Профессиональное чутьё альфы-полицейского обострилось до предела: она учуяла алкоголь, а ещё отчаянное желание омеги привлечь внимание. -вы нарушили правила маневрирования, — сухо сказала Камила, стараясь не вдыхать слишком глубоко. — А также, по предварительным признакам, находитесь в состоянии опьянения. Придётся пройти освидетельствование. Алиса театрально вздохнула и вдруг, с ловкостью фокусника, ткнула пальцем в экран магнитолы. По салону разлилась знакомая мелодия хрипловатый голос Ирины Аллегровой запел: «Младший лейтенант сидит в сторонке...» Камила опешила, а Алиса, не обращая внимания на её официальный тон, откинулась на сиденье, прикрыла глаза и начала подпевать, чуть покачивая плечами. Её голос, пьяный и бархатный, странно сочетался с ритмом: -*«Бирюзовый взгляд, как у ребёнка... Что-то не танцует, что-то не танцует он...»* Омега медленно обернулась к Камиле, скользнув пальцем по собственному запястью жест, от которого у любого альфы внутри всё переворачивалось. Она смотрела прямо в глаза младшему лейтенанту и в этом взгляде читалось неприкрытое приглашение. -*«Младший лейтенант, мальчик молодой... Все хотят потанцевать с тобой...»* — Алиса чуть подалась вперёд, обдавая Камилу горячим дыханием, и томно прикусила губу. — Ну что ж ты стоишь? Неужели не хочешь? Я могла бы научить тебя танцевать… не только танцевать... Камила почувствовала, как альфа-инстинкт шевельнулся где-то в груди, требуя принять вызов. Этот запах, эти глаза, эта вызывающая песня всё было создано, чтобы сломать её профессиональную броню, но в ушах зазвенел другой голос инструктора из академии: «Ты несешь ответственность». Она сделала шаг назад, отстраняясь от манящего феромонового облака и в то же мгновение заметила, как Алиса, напевая припев, схватилась за рычаг коробки передач, словно собираясь тронуться с места. Её движения были резкими, нескоординированными. -*«Только я твоей любви ни капли не хочу...»* — закончила куплет Алиса и, неожиданно икнув, рассмеялась. Она протянула руку к Камиле, намереваясь коснуться её погон: -слышишь, лейтенант? Я не хочу твоей любви… Мне нужно кое-что другое. Поехали со мной. Брось свой пост. Но Камила уже видела всё, что нужно. Глаза Алисы блестели не только от возбуждения они были мутными. Запах алкоголя перебивал даже самые сладкие феромоны. Это была не игра, это было опасное состояние, за которым могла последовать беда. Камила выключила музыку на магнитоле — резко, не церемонясь. В наступившей тишине голос её прозвучал жестко и холодно: -Алиса Лью, вы задержаны за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения и за попытку подкупа должностного лица… в любой форме. — Она взяла рацию. — Пост номер семь, вызываю эвакуатор и наряд для освидетельствования. Алиса на мгновение застыла, в её глазах мелькнуло удивление, смешанное с обидой. Но Камила не дрогнула. Она понимала: омега сейчас не владеет собой, и любое потакание и даже флирт, только усугубит ситуацию. -выходите из машины, — приказала она. Через полчаса, когда Алису уже увозили на медосвидетельствование, Камила стояла у патрульной машины и смотрела вслед эвакуатору. В голове всё ещё крутился тот запев: «Младший лейтенант бередит сердца…». Она криво усмехнулась и достала телефон, чтобы написать рапорт. «бережёт сердца, как же - подумала она - Только вот если бы я повелась, то берегла бы сегодня не сердца, а протоколы о ДТП, а может и чьи-то жизни». Она глубоко вдохнула ночной воздух, чувствуя, как альфа-напряжение медленно отпускает. Где-то вдалеке заиграла та же песня доносилась из открытого окна соседнего дома. Камила покачала головой и села в автомобиль. «Только я твоей любви ни капли не хочу… — вспомнила она строку. — И это был самый правильный выбор». Но где-то глубоко в груди всё же шевельнулось сожаление о том, что такая красивая, такая дерзкая омега выбрала для их знакомства столь глупый способ.

***

Камила зашла в комнату для задержанных одна. Дежурный сержант ушёл оформлять бумаги, и в коридоре повисла тягучая тишина, нарушаемая только гудением старого кондиционера. Алиса сидела на деревянной скамье, обхватив колени руками. Без своего кабриолета, без музыки, без защитной улыбки она выглядела почти жалко растрёпанная, с потеками туши под глазами. Но Камила знала: омеги опасны именно такими. -протокол почти готов, — сухо сказала Камила, садясь напротив и кладя планшет на стол. — Освидетельствование подтвердило 0,8 промилле. Лишение прав на срок от полутора до двух лет, штраф. Алиса подняла голову. В глазах больше не было игривой дерзости, но появилось что-то другое отчаяние, которое она пыталась спрятать за напряжённой улыбкой. -лейтенант... — голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Камила, можно я буду называть вас Камилой? -нельзя, — отрезала Камила, но голос прозвучал мягче, чем она планировала. Чёрт. Алиса медленно встала, подошла к столу и села на край, совсем близко. Запах омеги — уже без алкогольной горечи, чистый, сладкий, с нотками жасмина и чего-то терпкого — ударил в голову Камиле. Она непроизвольно сглотнула. -Камила, послушайте, — зашептала Алиса, наклоняясь так, что её дыхание коснулось щеки альфы. — Я студентка, у меня нет денег на штрафы. Я подрабатываю ночными развозами, потому что стипендия смехотворная. Если я потеряю права, я потеряю работу, а значит и комнату в общежитии и шанс доучиться. Вы же понимаете? Камила смотрела прямо перед собой, стараясь не замечать, как пульсирует кровь в висках. Алиса была права в её деле действительно значилось «студентка, временный заработок» и эта близость, этот запах, этот умоляющий взгляд делали своё дело. Алиса, заметив колебание, сделала следующий шаг. Она положила ладонь на руку Камилы, пальцы скользнули по запястью, где бешено бился альфий пульс. -есть другой способ, — прошептала она почти неслышно, глядя в глаза. — Никто не узнает. Мы просто... договоримся. Я умею быть благодарной, Камила. Очень благодарной. Её рука двинулась выше, к погону и Камила почувствовала, как внутри всё сжимается от этого прикосновения. Глубоко внутри альфа-инстинкт, запертый в клетку долга, вдруг зарычал от голода. Давно не было омеги. Так давно, что она уже забыла, каково это чувствовать под пальцами податливую кожу, вдыхать запах чужого возбуждения, слышать учащённое дыхание. -Алиса... — голос сел. Камила хрипло кашлянула. — Это неправильно. Я сотрудник полиции. -ты альфа, — поправила Алиса, переходя на «ты» и чуть наклоняя голову, открывая шею в жест подчинения и предложения одновременно. — И я вижу, как ты смотришь. У тебя никого нет, да? Давно? — она подалась вперёд, почти касаясь губами уха Камилы. — Я сделаю так, что ты забудешь про все протоколы. Просто дай мне шанс. Камила замерла. Каждая клетка тела кричала «возьми», инстинкт требовал наклониться к этой шее, вдохнуть глубже, прижать омегу к себе и забыть, что есть закон, совесть и звание. Её рука непроизвольно дрогнула и легла на талию Алисы, чувствуя тепло через тонкую ткань майки. Алиса выдохнула с облегчением и обвила руками шею Камилы, прижимаясь ближе. Её губы скользнули по скуле альфы: -ну же... никто не узнает. Ты же хочешь... Камила закрыла глаза. Запах был ошеломляющим, руки сами сжимали тонкую талию, а где-то в сознании уже рисовались картины того, как она срывает с этой омеги одежду прямо здесь, на этом столе, среди протоколов и бетонных стен. Но потом она вспомнила лицо отца, старого полковника который говорил: «Форма — это не ткань, это кожа. Снять её легко, а вернуть невозможно». Она резко открыла глаза и отстранилась. Силой, превозмогая ноющий голод в каждой мышце. -нет, — сказала она, и голос прозвучал жёстко, почти грубо. — Алиса, сядь на место. -Камила, но... -я сказала сядь! — рявкнула Камила, вставая и отходя к двери. Её сердце колотилось как бешеное, в штанах стало тесно, и она ненавидела себя за то, что так реагирует. — Ты пытаешься подкупить полицейского. Это отдельная статья. Алиса отшатнулась, и на её лице отразилась настоящая боль. Она сжалась, обхватив плечи, и по щеке скатилась настоящая, а не наигранная слеза. -пожалуйста... — прошептала она тихо. — Я не хочу умирать от голода, у меня нет других вариантов. Ты моя единственная надежда. Камила стояла у двери, глядя на эту сломленную фигуру, и внутри шла борьба. Альфа внутри выл, требуя вернуться, прижать омегу к себе, утешить, взять, защитить, но другая часть та, что носила погоны младшего лейтенанта понимала: если она сейчас уступит, она предаст всё, чему училась. Она отошла на пару минут обдумать

***

Тишина в изоляторе была тягучей, как патока. Камила Валиева сидела напротив Алисы Лью, держа в руках заполненный протокол. Запах омеги даже после освидетельствования всё ещё сладковатый, с нотками паники витал в воздухе, но Камила держалась. Она уже приняла решение. -Алиса Лью, — произнесла она ровным, официальным голосом, — на основании результатов медицинского освидетельствования, подтвердившего состояние алкогольного опьянения, я оформляю постановление о лишении права управления транспортным средством сроком на восемнадцать месяцев. Штраф тридцать тысяч рублей. Вы имеете право обжаловать решение в суде в течение десяти суток. Она протянула бумагу и ручку. Алиса не двинулась. Её глаза, ещё минуту назад полные мольбы, вдруг сузились в щёлки. Она медленно встала со скамьи, и в её позе появилась та самая хищная, злая грация, которая так пугала альф помоложе, но Камила была не из таких. -ты серьёзно? — голос Алисы звенел холодом. — Ты реально хочешь забрать у меня права? Из-за какой-то ерунды? -0,8 промилле это не ерунда, — отрезала Камила. — Это угроза жизни. Твоей и чужих. Алиса усмехнулась, скрестив руки на груди. Она прошлась по комнате, задевая плечом стену, и остановилась прямо перед Камилой, нависая над столом. -знаешь, что я думаю, младший лейтенант? — процедила она. — Я думаю, ты просто завидуешь, потому что у тебя нет ничего, кроме этой дурацкой формы и погон. Ни омеги, ни нормальной жизни и ты решила сорвать злость на мне. Камила подняла бровь, но промолчала. Алиса продолжала, повышая голос: -я вижу, как ты смотрела. Там, в машине, когда я пела. Ты хотела меня, да? Но ты не смогла. Не потому, что ты такая правильная, — она сделала шаг вперёд, ткнув пальцем в погон Камилы — а потому что ты просто не способна! У тебя там, — она кивнула на пах альфы, — пустота. Импотенция. Маленький, засохший стручок, который даже не стоит, когда рядом красивая омега. Камила напряглась. Её челюсть сжалась, а в глазах мелькнула опасная искра. Но она сдержалась, стиснув ручку так, что побелели костяшки. -не переходите на личности, Алиса. Это не поможет вам избежать наказания. -ах, не поможет? — Алиса рассмеялась, но смех был истеричным. — Да ты просто боишься! Боишься, что если я увижу твой член, я умру со смеху. Он, наверное, меньше моего мизинца. — она поднесла к лицу Камилы свой изящный пальчик и помахала им. — Поэтому ты прячешься за протоколами. Потому что знаешь ни одна омега не захочет такого альфу. Вот и вымещаешь свою фрустрацию на бедных студентках. Она говорила громко, с вызовом, и каждое слово било по самолюбию Камилы. В груди альфы закипала ярость, смешанная с диким, первобытным желанием доказать обратное. Запах омеги, её близость, её насмешки всё это работало как катализатор. -ты... — начала Камила, но Алиса перебила: -что, правда глаза колет? Или ты хочешь сказать, что у тебя там хоть что-то есть? Ну давай, покажи. Я вся внимание. Только не обмани, а то я лопну со смеху, когда увижу эту спичку. Она наклонилась, опершись руками о стол, и заглянула Камиле в глаза с издевательской улыбкой. И в этот момент что-то щёлкнуло в голове у Валиевой. Терпение лопнуло. Альфа-инстинкт, запертый клеткой долга, вырвался на свободу, подстегнутый унижением. Она медленно встала, и её рост навис над Лью. Голос стал низким, хриплым, почти рычащим: -хочешь увидеть? — она расстегнула ремень, и металлическая пряжка звякнула о бетонный пол. — Будь по-твоему. Она ловко спустила форменные брюки, и Алиса, не успев отшатнуться, застыла. Её глаза расширились, когда она увидела то, что предстало перед ней. Член Камилы, уже полувозбуждённый от ярости и близости омеги, был огромным толще руки Алисы, длинным, с пульсирующей голубоватой жилкой. Он не был полностью твёрдым, но даже в таком состоянии внушал трепет. -ну что, — прорычала Камила, глядя на побелевшее лицо Алисы, — это, по-твоему, спичка? Или засохший стручок? Алиса открыла рот, но ни звука не вылетело. Она смотрела, не в силах оторвать взгляд, и её собственный организм предательски отреагировал, запах омеги стал гуще, а внутри всё сжалось от смеси страха и животного интереса. Камила сделала шаг вперёд, и Алиса, споткнувшись, упала на колени прямо перед ней. Альфа нависла над ней, и её голос звучал как приказ: -на колени, я сказала и смотри внимательно. Это не спичка, Лью. Это то, что ты просила увидеть. Убедилась? Алиса, стоя на коленях, видела этот член на уровне глаз, и её дыхание сбилось. Он действительно был больше её руки, толстый, с тяжёлой головкой, уже влажной от смазки. Она не знала, что сказать. Все её насмешки разбились о суровую реальность, и в голове осталась только одна мысль: «Я перегнула». Камила смотрела на неё сверху вниз, чувствуя, как кровь пульсирует в паху. Она понимала, что перешла черту, что этот жест не просто доказательство, а начало чего-то, что нельзя будет остановить, но внутри всё горело, и она уже не хотела останавливаться. -ну? — спросила она низко, почти шёпотом. — Что скажешь теперь, студентка? Алиса подняла на неё глаза влажные, растерянные, в которых страх мешался с возбуждением. Её рука сама собой потянулась вперёд, к этому мощному стволу... Но Камила перехватила её запястье. -не так быстро, — усмехнулась она, чувствуя, как ситуация полностью перешла под её контроль. — Сначала ты извинишься. За каждое слово. И в изоляторе повисла напряжённая, электрическая тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием двух женщин, между которыми больше не было правил только инстинкты и взаимное притяжение, которое уже невозможно было игнорировать, но это только начало Камила держала запястье Алисы в стальной хватке, не позволяя прикоснуться к себе. Её член пульсировал в нескольких сантиметрах от лица омеги, тяжёлый, горячий, уже блестящий от выступившей смазки. Алиса стояла на коленях на бетонном полу, и её дыхание срывалось от страха, от унижения, от животного любопытства, которое она не могла подавить. -извинись, — повторила Камила, и голос её был низким, рычащим. — За каждое слово. За «импотенцию». За «засохший стручок». За «спичку». Алиса подняла на неё глаза влажные, с размазанной тушью. Её горло судорожно сглотнуло. -прости... — прошептала она едва слышно. -не слышу. -прости! — выкрикнула Алиса, и голос сорвался на всхлип. — Я... я была неправа. Ты... у тебя... огромный... Камила усмехнулась, и в этой усмешке было торжество. Она отпустила запястье Алисы, но вместо этого запустила пальцы в её волосы, сжав их у корней и чуть потянула назад, заставляя омегу запрокинуть голову. -открой рот — приказала она. Алиса заколебалась на долю секунды, но в глазах Камилы горел такой холодный огонь, что любое неповиновение казалось невозможным. Она медленно разомкнула губы и Камила не дожидаясь ввела свой член внутрь. Тяжелая головка упёрлась в язык Алисы, и омега вздрогнула от металлического, солоноватого вкуса. Камила была большой слишком большой для её рта, и челюсть сразу заныла, но альфа не дала времени привыкнуть. -работай, — коротко бросила Камила, начиная медленно двигать бёдрами, входя всё глубже. — Ты хотела договориться? Ты хотела использовать своё тело? Ну так используй. Алиса захныкала, но возражать не осмелилась. Ей оставалось лишь принимать, впускать эту огромную плоть, чувствуя, как член заполняет рот, касается нёба, дразнит корень языка. Она попыталась облизывать, двигать губами, делать хоть что-то, но Камила контролировала темп жёстко, безжалостно. -вот так, — выдохнула альфа, чувствуя, как влажный жар окутывает её член. — Ты думала, что я слабая? Что я не смогу? — она толкнулась глубже, и Алиса поперхнулась, выпустив поток слюны, которая потекла по подбородку на форменную рубашку. — Смотри, как ты выглядишь. Умная, красивая омега на коленях, с членом во рту и ты ещё смела мне угрожать? Камила ускорила ритм, зажимая волосы Алисы и направляя её голову в такт своим толчкам. Слышалось только влажное чавканье, сдавленные всхлипы и шумное дыхание альфы. Запах омеги стал острее, слаще Алиса, несмотря на унижение, возбуждалась. Её собственное тело предавало её и Камила это чувствовала. -мокрая, да? — хрипло усмехнулась она, не сбавляя темпа. — Тебе нравится, когда тебя ставят на место. Ты хотела альфу и получила. Алиса уже не пыталась отвечать. Она просто принимала, её руки вцепились в бёдра Камилы, пытаясь хоть как-то контролировать глубину, но альфа была сильнее. Каждый толчок заставлял её давиться и слёзы текли по щекам, смешиваясь со слюной и смазкой. Камила чувствовала, как напряжение нарастает где-то глубоко в паху. Лью сжала зубы, зажмурилась на миг, наслаждаясь влажным, податливым теплом, которое обволакивало её член. Валиева могла бы кончить прямо сейчас, наполнить рот этой наглой омеги, показать, кто здесь главный, но она решила растянуть удовольствие. Она резко вынула член изо рта Алисы, и та закашлялась, жадно глотая воздух. Её губы были красными, опухшими, подбородок мокрый, а в глазах стоял туман смешанных чувств обиды, похоти, покорности. -посмотри на себя, — прошептала Камила, наклоняясь и проводя пальцем по щеке Алисы, собирая слюну и слёзы. — Ты просила показать. Я показала, теперь знаешь, какой у меня «стручок» и что я могу сделать. Алиса молчала. Она всё ещё стояла на коленях, дрожа, и её тело била мелкая дрожь. Камила выпрямилась, не спеша застёгивая брюки. Её член всё ещё был твёрдым, но она решила оставить его на потом пусть омега помучается неизвестностью. -даю тебе выбор, — сказала она, глядя на Алису сверху вниз. — Либо ты подписываешь протокол, теряешь права, и мы забываем всё, что здесь произошло. Либо ты забираешь свой протокол, но взамен ты отрабатываешь. И не общественные работы. Работы со мной. Ты поняла? Алиса медленно подняла голову. Её голос был хриплым, сорванным. -что... что ты хочешь? Камила усмехнулась и погладила её по щеке почти нежно, контрастируя с только что пережитым. -для начала язык. Снова, но теперь ты будешь делать это хорошо, а потом я решу. Ты согласна? Алиса сглотнула, глядя на уже застёгнутые брюки, где под тканью угадывался тот самый внушительный размер. Она понимала, что только что потеряла всякое преимущество. Но внутри, глубоко, она хотела продолжения. -да... — прошептала она. — Я согласна. Камила кивнула, не сводя с неё тяжёлого взгляда. -тогда вставай и помни если ты попытаешься снова сесть за руль, я буду ждать тебя и в этот раз я не остановлюсь. Она протянула Алисе руку, помогая подняться и в этом жесте было что-то странное власть, обещание, и дверь в мир, где больше не было правил. Алиса поднялась на дрожащих ногах, опираясь на протянутую руку Камилы. Её колени саднили о бетон, но она почти не чувствовала боли всё тело горело от унижения и странного, пульсирующего возбуждения, которое она не могла объяснить. Губы распухли, подбородок блестел от слюны, а трусики промокли насквозь. Камила видела это и улыбнулась краешком губ. -сядь на стол, — приказала альфа, кивая на металлический письменный стол, где всё ещё лежал протокол. Алиса послушно забралась на стол, не сводя глаз с Камилы. Внутри неё боролись два чувства: страх и жадное любопытство. Камила подошла ближе, раздвинула её колени и встала между ними, глядя сверху вниз. -ты хочешь этого, — констатировала она, и это был не вопрос. — Я чую твой запах. Ты мокрая, как после ливня. Мне даже трогать тебя не надо, чтобы знать. Алиса хотела что-то сказать, но из горла вырвался только сдавленный выдох. Камила медленно расстегнула пуговицы на форменной рубашке, не торопясь, давая омеге насладиться зрелищем — подтянутое тело, спортивные плечи, тонкая татуировка на ключице. Она сняла рубашку и бросила на стул, оставшись в одном лифчике. -а теперь, — проговорила она низко, — я покажу тебе, что значит быть с настоящей альфой. Она одной рукой толкнула Алису на стол, заставляя лечь. Другой рукой она резко сорвала с омеги лёгкие летние шорты вместе с трусиками, оставляя её полностью обнажённой снизу. Алиса вскрикнула от неожиданности, но Камила уже нависла над ней, прижимая её плечи к холодной поверхности. -тихо, — рыкнула она, — или я свяжу тебе руки. Тебе это нужно? Алиса замотала головой, но её бёдра сами собой приподнялись в приглашающем жесте. Киска блестела, влажная, уже готовая, и Камила усмехнулась. -какая послушная... Хотя только что пыталась меня унизить. Она провела пальцами по влажным складкам, легко касаясь клитора, и Алиса выгнулась, закусив губу. -смотри, — сказала она, направляя его к входу. — Смотри, как я вхожу в тебя. Она толкнулась вперёд одним резким движением, входя в мокрую, горячую киску Лью на всю глубину. Алиса вскрикнула громко от боли и наслаждения одновременно, чувствуя, как этот огромный ствол растягивает её, заполняет до предела. -боже... — выдохнула омега, вцепившись пальцами в край стола. Камила замерла на мгновение, давая ей привыкнуть, наслаждаясь тем, как влажная плоть сжимается вокруг неё. Потом начала двигаться жёстко, размеренно, с силой, от которой стол скрипел и сдвигался по полу. -ты просила альфу, — рычала Камила, наращивая темп, входя глубоко и резко. — Ты получила альфу. Чувствуешь, какой у меня большой? Чувствуешь, как я растягиваю твою маленькую киску? Алиса стонала, не скрывая удовольствия. Каждое движение Камилы отдавалось в ней электрическим разрядом, клитор вибрировал от трения, а внутри всё сжималось и пульсировало. Боль смешалась с невероятным наслаждением, и она уже не понимала, где кончается одно и начинается другое. -да... да... — хрипела она, запрокинув голову. — Жёстче... пожалуйста... Камила ускорилась, толкаясь так, что ягодицы Алисы хлопали о металл стола. Она сжала рукой горло омеги, не душа, а лишь обозначая контроль, и наклонилась к её уху: -ты хотела унизить меня? Ты хотела сказать, что я никчёмная? А теперь ты подо мной. И тебе это нравится. Ты мокрая, как шлюха, и просишь ещё. Скажи это. -я... я прошу... — выдохнула Алиса, чувствуя, как приближается оргазм. — Я хочу... ещё... Камила вбивалась в неё с грубой силой, и каждый толчок заставлял Алису скулить от переполняющих ощущений. Альфа чувствовала, как стенки киски начинают сокращаться вокруг её члена и омега была близко. -кончай, — приказала Камила. — Сейчас. И Алиса послушалась. Её тело выгнулось дугой, крик сорвался с губ, когда мощная волна оргазма прокатилась по ней, и она сжалась вокруг члена Камилы так сильно, что альфа едва сдержала стон. Но Камила не остановилась. Она продолжала двигаться, не давая Алисе прийти в себя, скользя по мокрым, чувствительным стенкам. -ещё, — прорычала она, — я не кончила. Ты будешь принимать меня до тех пор, пока я не скажу. Алиса всхлипывала, но вторичный оргазм уже накатывал, непрошеный, дикий. Камила била в неё снова и снова, глубоко, жёстко, чувствуя, как её собственное напряжение растёт. Она ускорила темп, почти потеряв контроль, дыша тяжело и хрипло, погружаясь в податливое тело омеги. -хочешь мою сперму? — прошептала она, замедляясь, но толкаясь ещё сильнее. — Хочешь чувствовать меня внутри? Алиса, уже не способная говорить, лишь кивала, глядя в потолок стеклянным взглядом. И тогда Камила кончила. Рывком, с глухим стоном, она вжалась до самого основания, изливаясь горячими струями внутрь дрожащей омеги. Её тело напряглось, пальцы впились в бёдра Алисы, оставляя синяки, и она чувствовала, как пульсирующий член изливает всё напряжение, всю ярость, весь голод. Она оставалась внутри долгие секунды, тяжело дыша, чувствуя, как сперма вытекает по бедрам Алисы на стол. Наконец она медленно вынула член, влажный и всё ещё полувозбуждённый, и посмотрела на омегу, раскинувшуюся на столе, покрытую потом и смазкой, с размазанным по щекам макияжем. -теперь, — сказала Камила, и голос её звучал уставшим, но всё ещё твёрдым, — ты подписываешь протокол, но без лишения прав. Ты отработаешь мне и не смей говорить, что я импотентка она усмехнулась, а то я докажу тебе это снова. Алиса слабо улыбнулась, чувствуя, как внутри неё пульсирует тепло, и подумала, что, возможно, это лучшее, что случилось с ней за последние годы. Вот продолжение. Алиса играет с огнём — и получает именно то, что хотела. Алиса лежала на столе, тяжело дыша, чувствуя, как горячая сперма Камилы медленно вытекает из неё, смешиваясь с собственным соком. Внутри всё ещё пульсировало, и каждый вздох отдавался сладкой болью в растянутых мышцах. Она приоткрыла глаза и посмотрела на Валиеву, которая уже застёгивала брюки, но член альфы всё ещё был полувозбуждён, торча под тканью. Алиса улыбнулась той самой, хитрой, коварной улыбкой, которая появилась у неё в машине. Она приподнялась на локтях, спуская ноги со стола, и насмешливо прищурилась. -ну и всё? — спросила она, и голос её звучал с вызовом. — Я думала, у тебя есть выдержка, а ты даже не продержалась и пяти минут. Скорострел, лейтенант. Только разозлилась и сразу слилась. Камила замерла. Её руки, поправлявшие ремень, остановились. Она медленно повернулась к Алисе, и в глазах вспыхнула опасная искра. -что ты сказала? -скорострел, — повторила Алиса, уже не скрывая удовольствия от своей игры. Она грациозно слезла со стола, подошла к Камиле и провела пальцем по её груди, по ключице. — Ты вошла, пару раз трахнула, кончила и всё, а я хотела продолжить, но видимо у тебя не хватает сил, чтобы трахать омегу как следует. Камила перехватила её руку, сжав запястье. Её челюсть напряглась, а в груди закипала новая, более глубокая ярость. Она только что доказала этой наглой омеге, что не импотент, и та уже снова лезет с насмешками? -ты серьёзно? — голос Камилы стал низким, почти звериным. — Я только что выебала тебя так, что у тебя колени подгибались, а ты говоришь, что я скорострел? Алиса не отводила взгляда. Она наклонилась к уху Камилы и прошептала, обдавая горячим дыханием: -ты кончила за пять минут. Это смешно. Настоящая альфа может трахать часами, а ты... — она презрительно фыркнула, — ты просто слабачка. Хочешь, я найду другого альфу, который не будет сливаться за минуту? Внутри Камилы что-то взорвалось. Альфа-инстинкт зарычал так громко, что в ушах зашумело. Она резко развернула Алису, прижав её лицом к стене и с силой ударила ладонью по ягодицам. -ты хочешь долго? — прорычала она, вжимаясь в спину омеги. — Ты получишь долго, но когда я закончу, ты будешь умолять меня остановиться и я не остановлюсь, пока не решу, что ты достаточно наказана. Алиса ахнула от резкого движения, но внутри всё ликовало. Она добилась своего и Камила снова завелась, теперь предстоял настоящий марафон. Она улыбнулась в стену, но голос сделала испуганным: -попробуй, если сможешь, только не проси пощады, когда у тебя встанет. Камила молча расстегнула брюки, даже не снимая их полностью, освободила свой член. Он уже был полностью твёрдым, пульсирующим, и жаждал продолжения. Одной рукой она прижала Алису к стене, другой направила член к её влажной киске и вошла резко, без предупреждения. Алиса вскрикнула на этот раз от чистого удовольствия. Камила была огромной, и каждое движение отдавалось внутри, заставляя её стенки сжиматься, но она не собиралась сдаваться. -быстро вставила... — прошептала она сквозь стоны, — и быстро кончишь... как в прошлый раз... Камила зарычала и начал двигаться с бешеной скоростью. Стены содрогались от каждого толчка, и она вколачивалась в Алису так глубоко, что омега едва могла дышать, но Камила не просто ускорялась она контролировала каждый миллиметр, входя под разными углами, задевая все чувствительные точки. -считай, — прорычала она в ухо Алисе. — Я не кончу, пока ты не кончишь десять раз, а потом ещё раз. И только тогда я подумаю, достойна ли ты моей спермы. Алиса застонала, чувствуя, как оргазм накатывает уже через минуту. Камила не сбавляла темпа, её член скользил в мокрой, податливой киске с влажным хлюпаньем. -ну давай, скорострел, — выдохнула Алиса, даже не стараясь скрыть свою провокацию, — покажи, что умеешь... или твой член уже устал? Камила усмехнулась и прикусила плечо омеги, оставляя красный след. -дерзкая, — прошипела она, — но мне это нравится. Продолжай злить меня, Лью. Чем злее я, тем дольше я тебя трахаю. И она сдержала слово. Проходили минуты, а Камила всё вбивалась в киску, меняя позы: от стены к столу, от стола к скамье. Она заставляла Алису стоять на четвереньках, трахала её сзади, потом переворачивала, сажала на себя, и всё это время не кончала. Её член был как камень, и она чувствовала, как омега кончает снова и снова четвёртый, пятый, шестой раз. -сколько? — рычала она, держа омегу за волосы. — Считай, шлюха! -шесть... — всхлипывала Алиса, уже не понимая, что говорит. — Седьмой... Боже, остановись... нет, не останавливайся... Камила не останавливалась. Она была в состоянии почти транса, когда время перестаёт существовать, и остаётся только жар тела, запах омеги, и ритм, который она задавала. Ей не нужно было кончать, ведь она получала удовольствие от власти, от того, что заставляет эту высокомерную омегу умолять, стонать, сдаваться. -ты говорила, что я не могу долго? — прошептала она, когда Алиса уже почти потеряла сознание от перенапряжения. — Смотри, я всё ещё твёрдый. А ты уже вся мокрая, как тряпка. Кто теперь скорострел? Алиса не могла ответить она только хрипела, когда Камила вошла в неё восьмой раз, и новый оргазм разорвал её тело, лишив последних сил. Камила вынула член из пульсирующей киски Алисы и развернула её к себе. Омега была полностью разбита: слёзы текли по щекам, макияж размазан, тело покрыто красными следами от пальцев и губ, но в глазах горел тот же дерзкий огонь ослабевший, но живой. -ну что, — выдохнула Камила, поглаживая свой всё ещё твёрдый член. — Хочешь ещё? Или мне найти другую омегу, которая оценит мой "скорострел"? Алиса рухнула на колени, обхватив бёдра Камилы и прошептала: -ты... ты победила... Только... только не останавливайся... Камила посмотрела на неё, и в глазах альфы мелькнуло что-то тёплое, почти нежное, спрятанное за маской власти. -это не конец, — сказала она. — Это только начало, Лью. Я ещё не кончила и когда я кончу ты будешь чувствовать меня внутри три дня. Она подняла Алису за волосы и приказала: -открой рот. Я хочу кончить тебе в глотку. Алиса, дрожа от смеси усталости и возбуждения, послушно разомкнула губы... Камила взяла омегу за волосы, наклонив её голову назад, и встретилась с ней взглядом. В глазах омеги, заплаканных, с размазанной тушью, всё ещё теплился тот самый дерзкий огонёк ослабевший, но не погасший. Она улыбнулась, несмотря на дрожащие губы, и прошептала: -ну давай, покажи, на что ты способна. Только не разочаруй меня. Камила усмехнулась. Эта омега была невероятной даже на коленях, с распухшим ртом и влажными от слёз щеками, она продолжала провоцировать и это заводило Камилу ещё сильнее. Она направила свой член к губам Алисы, тяжелый, пульсирующий, с каплей смазки на кончике. -открой рот шире, — приказала она. — Ты хотела долго я дала тебе долго, теперь получай мою сперму и ты проглотишь каждую каплю. Алиса послушно разомкнула губы и Камила вошла внутрь медленно, наслаждаясь влажным жаром. Она не двигалась резко она просто стояла, чувствуя, как язык омеги облизывает её член, как губы смыкаются вокруг ствола и когда напряжение достигло пика, она кончила. Это был мощный, долгий оргазм Камила чувствовала, как сперма вырывается толчками, заливая рот Алисы. Она сжала волосы омеги, удерживая её на месте, пока последние капли не стекли по горлу. -глотай, — прошептала она хрипло. Алиса сглотнула, чувствуя солоновато-горький вкус, и облизнула губы, глядя на Камилу снизу вверх. Её дыхание было сбивчивым, но улыбка стала почти довольной. -вкусно, — выдохнула она. — Не ожидала, что у тебя столько... эндорфинов. Камила медленно вынула член, уже начинающий терять твёрдость, и заправила его в брюки, застёгивая ремень. Она смотрела на Алису, которая так и осталась стоять на коленях, и в голове пронеслась мысль: «Что я творю?». Но отступать было поздно, да и не хотелось. -вставай, — сказала она более спокойно, возвращая себе официальный тон. — Приведи себя в порядок. Алиса поднялась, пошатываясь, и оглядела себя. Майка была задрана, шорты валялись на полу, трусики были порваны. Она усмехнулась, стянула с себя остатки одежды и, достав из сумочки влажные салфетки, начала вытираться. Камила отвернулась, давая ей немного приватности, и села за стол, глядя в протокол. Её почерк дрогнул, когда она взяла ручку, чтобы внести изменения. -я меняю постановление, — сказала она, не оборачиваясь. — Вместо лишения прав штраф в размере пяти тысяч и предупреждение, но я фиксирую в деле, что ты прошла освидетельствование и нарушила. Если ты снова попадёшься, второго шанса не будет. Алиса, уже более-менее опрятная, подошла к столу и села напротив. Она смотрела на Камилу с любопытством, изучая её лицо. -и это всё? Штраф и предупреждение? — удивилась она. -и ещё кое-что, — Камила подняла на неё глаза, и в них снова зажглась сталь. — Ты будешь отрабатывать десять часов общественных работ. При школе, в библиотеке. Я лично проверю, чтобы ты их отработала. И если я узнаю, что ты снова села за руль после выпивки, я лично приеду к тебе домой и арестую. Алиса прикусила губу, пряча улыбку. Она поняла: Камила не просто угрожает — она обещает продолжение. -слушаюсь, младший лейтенант, — игриво ответила она, протягивая руку за протоколом. — Подпишу где надо. Она быстро поставила подпись, и тишина повисла между ними тягучая, полная недосказанного. Камила сложила документы в папку и встала, готовая уйти. Уже взявшись за дверную ручку, она обернулась. -Алиса, — сказала она, и голос её был тише, чем раньше. -М? -если тебе действительно нужны деньги, я могу дать тебе работу. Не связанную с ночными развозами. В участке нужен курьер. Алиса удивлённо моргнула, и на её лице появилась настоящая, не наигранная улыбка. -ты серьёзно? -я всегда серьёзна, — ответила Камила, и в её голосе послышалась едва заметная теплота. — Приходи завтра в девять и — она сделала паузу, — оставь эту свою дерзость для других, а для меня будь просто Алисой. Она вышла из изолятора, оставляя омегу в полном одиночестве. Алиса сидела на столе, глядя на закрывшуюся дверь, и чувствовала, как внутри разливается странное тепло не от оргазма, а от чего-то большего. Она провела пальцами по губам, вспоминая вкус, и тихо прошептала: -это будет интересно.

***

*Несколько дней спустя* Камила стояла у своего патрульного автомобиля, когда на парковку участка въехал белый кабриолет, но за рулём сидела не Алиса её друг. Сама Алиса вышла из пассажирской двери с большой сумкой в руках, одетая скромно, почти по-школьному джинсы, футболка, кеды. Она подошла к Камиле, остановилась на безопасном расстоянии и приветливо улыбнулась. -я на общественные работы, — сказала она, поднимая сумку. — Или вы передумали? Камила окинула её взглядом, чувствуя, как внутри снова шевелится то самое желание. Но она подавила его. -не передумала, — ответила она. — Библиотека в том здании, — она кивнула в сторону соседнего корпуса. — Там вас встретит заведующая и помни: десять часов, без прогулов. Алиса кивнула и, проходя мимо, шепнула так, чтобы слышала только Камила: -может, после работы ты захочешь проверить, не нарушила ли я ещё что-нибудь? Я не против досмотра. Она подмигнула и ушла, оставляя Камилу с бешено стучащим сердцем и кривой усмешкой на лице. «Эта омега меня когда-нибудь убьёт», - подумала Камила, садясь в машину, но в груди разливалась тёплая уверенность это только начало их долгой игры, и она не собиралась проигрывать.