Дочь врага

      Дельфи была уверена, что мама отдала Сириуса магическим властям. А как иначе?       Прошло три дня после его нападения на особняк Малфоев — три дня, полных суеты и шума, потому что гости никак не разъезжались, и каждый вечер проходили новые балы и ужины. Торфинн не оставлял попыток набиться Дел в женихи, и она уже почти готова была просить Драко или Снейпа, чтобы они танцевали с нею, лишь бы отделаться от него.       Однако сегодняшнее ночное собрание обещало быть чем-то иным.       Дельфи пересекла пустую бальную залу. Свечи и клетки с птицами исчезли, и запах пыли перебивал слабый аромат свечного воска.       Домовик, согнувшись, распахнул перед ней створку двери. Столовая тонула в полумраке. Она тоже изменилась. Воздух здесь словно пропитался густым тяжёлым запахом. Дельфи ощутила на языке вкус севиче с рыбным соусом, как в портовых забегаловках. Без старомодной скатерти и сверкающей хрустальной посуды длинный стол тёмного дерева, казалось, занял всё помещение.       Тело Сириуса парило над столом. Дельфи бросилось в глаза, что его запрокинутая голова и свисающие волосы были в грязи. Как он здесь оказался? Она украдкой огляделась. Под серебряными масками лиц множества присутствующих, смазанных полумраком, было не различить, но пламя большого камина чётко выделяло силуэт Волдеморта, превращая его в фигуру из тьмы.       — Проходи к нам, малышка! Не стой там! — Белла привстала и со смехом замахала ей. Она веселилась, сидя по правую руку от Тёмного Лорда.       Пройдя мимо Пожирателей, сменивших свои наряды на чёрные мантии, Дел послушно села на пустующее место между Беллой и Снейпом. Увлечённые разговорами друг с другом, Пожиратели делали вид, будто не замечают висящее перед ними тело. Дельфи могла бы коснуться пальцев Сириуса, всего лишь протянув руку, но точно знала, что делать этого не стоит. Не поворачивая головы, она могла видеть край уха и кусочек шеи в вороте кожаной куртки. Больше ничего.       Кто-то ещё вошёл в столовую. Створки скрипнули и захлопнулись. Дельфи проводила взглядом невысокую фигуру в серебряной маске, что заняла место слева от Люциуса Малфоя.       Один взмах руки Лорда — и сотни свечей, парящих под потолком, зажглись.       — Начнём нашу церемонию.       Услышав повелительный голос, Пожиратели замолкли.       Внезапный страх сжал ей горло, но Дельфи попыталась выровнять дыхание.       Беллатриса с улыбкой потрепала дочь по руке:       — Не волнуйся, Дельфини, это всего лишь продолжение вечера. Тебе нечего бояться!       Ещё неделю назад Дельфи решила бы, что эта улыбка искренняя.       Человек рядом с Люциусом снял маску, и Дельфи узнала Драко Малфоя, своего кузена.       — Кому-то может показаться, что мы выбрали весьма неподходящее время для собрания, — Лорд развернулся к Люциусу, тот нервно кашлянул. — Наша миссия на пути к успеху. Вместе мы совершим невероятное. Наши враги потеряют всё, что имеют, и будут умолять о смерти! Уже сейчас лояльные к нам маги занимают посты в Министерстве, контролируют многие сферы жизни магического сообщества, шпионят за нашими врагами… Ряды нашего братства постоянно пополняются. Сегодня мы примем к себе двух юных чистокровных волшебников.       Драко напротив громко сглотнул и тут же съёжился под пристальным взглядом отца.       — …Один из них — сын моего особо приближённого сторонника Люциуса Малфоя, а вторая — дочь моей верной соратницы Беллатрисы Лестрейндж.       Звероподобного вида Пожиратель в конце стола фыркнул, что-то прогоготав, и был удостоен Инкарцеро от Беллы. Вырвавшиеся из кончика палочки верёвки опутали его вместе со стулом, слегка придушив, так что дальнейшая речь Лорда сопровождалась тихими хрипами.       Тело Сириуса покачнулось. Дельфи подумала, что он приходит в себя, пока не заметила подрагивающую палочку Люциуса, с помощью которой тот удерживал заклинание левитации.       Тяжёлая капля ударила по поверхности стола, привлекая внимание Дел, и растеклась в вязкую лужицу, соединившись с такими же каплями. Кровь. Сириус истекал кровью, но на тёмной столешнице она была практически незаметна. Они что, хотят его смерти? Почему никто не вызвал врача и полицию? Если Сириус пойман как преступник, должен быть суд. Так происходило в мире маглов. Чего ожидать здесь, Дел не представляла.       — Все мы с нетерпением предвкушаем пополнение наших рядов, — вещал Лорд, — но вы знаете, что каждый, кто претендует на Тёмную метку, должен пройти испытание… Наши предки испытывали себя в бою огнём и мечом. Мы же требуем от неофитов всего лишь доказательства верности… Смерть грязнокровкам и предателям крови!       — Смерть! Смерть! Смерть! — скандировали на разные голоса Пожиратели, пока удары ладоней по столешнице не выровняли ритм глухим барабанным боем.       Дельфи, практически ослеплённая, вцепилась пальцами в стол. В ней поднималась, пузырясь, чистейшая ярость. Внезапный вихрь взметнул пламя свечей и, разбросав искры, потушил огонь. Пожиратели замолкли, оглядываясь по сторонам. Тусклого света очага едва хватало, чтобы разглядеть лицо соседа.       — Люмос! — Беллатриса взмахнула волшебной палочкой и визгливо рассмеялась. — Похоже, ду́хам сегодня не терпится принять жертву!       — Нет! — Дельфи на мгновение потеряла контроль над собой. Пожиратели свирепо уставились на неё. Она перевела дыхание, попытавшись скрыть страх под маской спокойствия. — Если Сириус Блэк преступник, то по закону он заслуживает суда и тюремного заключения!       Беллатриса затрясла головой, словно собака, которую донимают пчёлы:       — Дельфини, не забывай, что ты в мире магов. Здесь свои законы!       — Уверена, что убивать людей без суда и следствия противоречит любым законам, — ровным голосом произнесла Дельфи. — Нас, чистокровных магов, и так слишком мало, мы должны действовать заодно, а не истреблять друг друга.       Она не знала, откуда приходят слова. В прошлой жизни Дел ни за что не позволила бы себе возражать старшим, тем более матери, но сейчас гул в голове усиливался, все чувства обострились до предела. Дельфи различала удивлённые вздохи и негодование сидящих вокруг, могла проследить взглядом каждую линию на столешнице, ощущала пьянящий аромат собственного гнева, смрад пота и звериную вонь некоторых Пожирателей.       Взревев, те повскакали с мест, выбрасывая вперёд руки с зажатыми палочками, и были остановлены Тёмным Лордом.       — Нет-нет! Девчонка права! — прошипел он негромко, но был услышан всеми. — Каждая капля чистой крови имеет значение!       Испытующий взгляд Лорда прошёлся по сидящим и остановился на ней. Огромным усилием она заставила себя не опустить глаза, хотя всё внутри требовало бежать. Их взгляды скрестились, и Дельфи будто провалилась в воронку. Она бежала по лесу, утопая в мягкой почве, только это был совсем не тот лес, где остался огненный круг… Её чёрные от грязи пальцы скребли по камню… Она была змеёй, обвившейся вокруг трона…       — Однако, — вкрадчиво добавил Лорд, — предатель осквернил свою кровь. Он позорит чистокровное сообщество и должен быть казнён!       Он сделал какое-то движение палочкой, и Дельфи внезапно стало дурно, голова закружилась. Она просто пыталась не упасть, хватая ртом воздух, как марионетка, у которой обрезали ниточки. Дел чувствовала себя так, будто кто-то только что проник в её сознание и управлял им, а потом бросил одну, растерянную и беспомощную.       — Вам плохо? — лицо Снейпа нависло над ней, покачиваясь.       — Бедняжка разнервничалась с непривычки, — мама наклонилась и схватила её за руку, изображая участие.       Дельфи попыталась вырваться. Она дрожала и не могла избавиться от ощущения, что всё происходящее — кошмарный сон.       — Давай, Дельфи! Ты знаешь, что делать! Просто направь палочку и скажи то, чему я тебя учила. Ну же, дорогая! Вспомни, как ты ненавидишь его! Он украл тебя у мамочки, испоганил твоё детство! Накажи его!       Беллатриса вытащила палочку Дельфи, вложила ей в негнущиеся пальцы.       — Нет! — отяжелевшая рука упала, палочка закатилась под стол.       Она почувствовала удушье. Мама рядом тоже побелела и схватилась за шею. Лорд беззвучно шевелил губами. Пламя за его спиной будто стало выше, отблески и тени танцевали на чудовищном лице. Палочка в бледной, как у трупа, руке с длинными ногтями начала неторопливое движение.       — Нет! — прохрипела Беллатриса. — Она же наша…       — Авада Кедавра! — зелёный луч ударил из палочки.       Висящее над столом безжизненное тело дёрнулось, словно Сириус собирался сесть, и обрушилось вниз. Что-то мазнуло Дельфи по щеке. Его лицо оказалось прямо перед ней. Глаза открыты, но смотрят туда, куда уже ни за что не попасть живым.       Она попыталась зажать рот руками, но крик всё равно вырвался и взлетел, расширился, накрывая всё вокруг тёмным непроницаемым полотном.