Обратная сторона ненависти

Гарри бежал. Подземелья Слизерина встретили его холодом и запахом сырости. Карта Мародёров дрожала в руках — точки складывались в знакомые имена. Драко был в гостиной. Не один. Рядом — Блейз, Теодор, Кребб, Гойл. Гарри не сбавил скорости. Он ворвался в гостиную без стука, без мантии-невидимки, без плана. Просто — распахнул дверь и оказался перед ними. Пятеро слизеринцев замерли у камина, обернувшись на шум. Драко стоял в центре — бледный, с прямой спиной, но с побелевшими костяшками пальцев. Его глаза расширились, когда он увидел Гарри. — Поттер, — Блейз первым пришёл в себя. Его голос сочился ядом. — Ты совсем страх потерял? Или решил, что раз Волдеморт идёт, можно уже не прятаться? — Я не прятался, — Гарри перевёл дыхание и шагнул вперёд. — Я пришёл за ним. Кребб и Гойл переглянулись. Теодор усмехнулся. Блейз скрестил руки на груди. — За Малфоем? Серьёзно? Ты пришёл спасать своего… а кстати, кто он тебе? Дружок? Любовник? Или просто жалкий слизеринец, которого ты решил приручить из чувства противоречия? — Не твоё дело, — сказал Гарри. — Отойди. — Или что? Гарри посмотрел на Блейза. Долго, пристально, так, как смотрел на Волдеморта в Министерстве. В его глазах горел тот самый свет — безумный, решительный, который появлялся только перед невозможным. — Или я покажу тебе, почему меня называют Избранным, — тихо сказал Гарри. — Не потому что я умею колдовать. А потому что я не боюсь. Ничего. Никого. Даже себя. Блейз сделал шаг назад. Не потому что испугался — потому что инстинкт самосохранения проснулся раньше разума. Кребб и Гойл уже попятились к выходу. Теодор замер с открытым ртом. — Ты ненормальный, — выдохнул Блейз. — Возможно, — согласился Гарри. — Но я забираю его. И вы не сделаете ничего, чтобы меня остановить. Он протянул руку Драко. Ладонью вверх. Приглашая. Драко смотрел на эту руку — загорелую, с мозолями от метлы и шрамами от битв. Руку, которая держала палочку против Пожирателей. Которая сжимала кулон с серебряной молнией. Которая никогда не дрожала, когда дело касалось тех, кого он любил. — Ты уверен? — спросил Драко шёпотом. — Я никогда не был уверен ни в чём так, как в тебе, — ответил Гарри. Драко взял его за руку. И они вышли вместе — под ненавидящими взглядами слизеринцев, под шепотки, которые разнесутся по всему факультету к утру. Им было всё равно. В коридоре, за тяжёлой дверью, Гарри прижал Драко к стене. — Больше никогда, — сказал он, глядя прямо в серые глаза. — Никогда не оставайся с ними один. Понял? — А если у меня не будет выбора? — Всегда есть выбор, — Гарри коснулся лбом его лба. — Ты выбрал меня. Я выбрал тебя. Это наш выбор. И никто не имеет права его отнимать. — Ты говоришь так, будто мы уже победили, — прошептал Драко. — Будто война закончилась. Будто Волдеморт мёртв. — Ещё нет, — сказал Гарри. — Но закончится. Я обещаю. — Ты не можешь обещать такие вещи. — Могу. — Гарри улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Драко замирало сердце. — Я Гарри Поттер. Я специализируюсь на невозможном.

***

В ту ночь они не спали. Сидели в Выручай-комнате, прижавшись друг к другу, и слушали, как за окнами воет ветер. Волдеморт был где-то рядом — Гарри чувствовал это по шраму, который ныл, но не жёг. Пока не жёг. — Что ты будешь делать, если он придёт? — спросил Драко. — Сражаться, — просто ответил Гарри. — Как всегда. — А если ты проиграешь? — Тогда ты будешь жить за нас двоих. Драко резко поднял голову. — Не смей так говорить. — Это правда, — Гарри посмотрел на него спокойно, без страха. — Я не боюсь смерти, Драко. Я боюсь только одного — что не успею тебе сказать. Что люблю тебя. Что ты — лучшее, что случилось в моей жизни. Что даже если завтра меня не станет, эти месяцы стоили всего. — Замолчи, — голос Драко дрогнул. — Замолчи, пожалуйста. — Не могу, — Гарри взял его лицо в ладони. — Я должен сказать. На случай, если это последняя наша ночь. — Это не последняя, — Драко вцепился в его мантию. — Ты обещал. Ты сказал, что специализируешься на невозможном. Вот и сделай невозможное. Выживи. Гарри поцеловал его — мягко, почти невесомо, как в их первую ночь, когда они только учились доверять. — Хорошо, — сказал он. — Я выживу. Ради тебя. — Ради нас, — поправил Драко. — Ради нас, — согласился Гарри. За окном занялся рассвет. Серый, холодный, похожий на предчувствие. Они так и сидели — обнявшись, на полу Выручай-комнаты, пока первые лучи солнца не пробились сквозь щели в ставнях. А потом раздался взрыв.

***

Замок содрогнулся. Гарри вскочил на ноги, вытаскивая палочку. Драко — следом. В коридорах послышались крики — испуганные, громкие, похожие на предсмертные. — Они здесь, — выдохнул Драко. — Раньше, чем мы думали. — Держись рядом, — сказал Гарри, хватая его за руку. — И не делай глупостей. — Это ты не делай глупостей. Они выбежали в коридор — и оказались в аду. Пожиратели смерти заполонили Хогвартс. Везде — в Большом зале, в коридорах, в классах — вспыхивали зелёные и красные вспышки заклинаний. Кто-то кричал, кто-то плакал, кто-то уже не кричал и не плакал. — Гарри! — Рон и Гермиона выскочили из-за угла, забрызганные чем-то тёмным. — Ты живой! — Где профессора? — крикнул Гарри. — Сражаются у входа, — ответила Гермиона. — Но их слишком много. Волдеморт прорвал защиту. Нам нужно… Она замолчала, увидев Драко. Тот стоял за спиной Гарри, сжимая палочку, и смотрел на неё с вызовом — «да, я здесь, и что?». Гермиона кивнула. Один короткий кивок — и всё. Приняла. Не сейчас, не время. — Нам нужно в Башню Гриффиндора, — закончила она. — Там укрываются младшекурсники. Поможем их защитить. — Я с вами, — сказал Драко. Рон посмотрел на него — долго, оценивающе — и тоже кивнул. — Бегом. Они побежали — четверо, которые ещё год назад ненавидели друг друга, а теперь сражались плечом к плечу. Впереди — Гарри с серебряной молнией на шее. Следом — Драко с золотым мечом. Рон и Гермиона прикрывали спины. По пути к ним присоединялись другие — Невилл, Луна, Дин, Симус, даже Парвати с подругой. Маленький отряд, который пробивался сквозь Пожирателей к башне, где прятались дети. Гарри сражался как одержимый. Экспеллиармус, Протего, Стапефай — заклинания вылетали из его палочки быстрее, чем он успевал думать. Рядом Драко колдовал с холодной точностью — слизеринская выучка, ни одного лишнего движения. — Малфой, слева! — крикнул Гарри. Драко развернулся и сбил Пожирателя заклинанием, от которого тот отлетел к стене. — Я не слепой, Поттер! — А я не хочу, чтобы тебя убили! — Тогда не отвлекай меня! Они улыбнулись друг другу — на секунду, среди хаоса и смерти. Потому что даже в аду можно найти что-то, за что держаться.

***

Башня Гриффиндора встретила их тишиной. Дети — первокурсники, второкурсники — сидели в углу, прижавшись друг к другу. Некоторые плакали. Некоторые молились. Некоторые просто смотрели в пустоту. — Мы здесь, — сказал Гарри, опускаясь на колени перед ними. — Мы вас защитим. Обещаю. — Гарри Поттер, — прошептала девочка с рыжими косичками. — Вы правда придёте? — Правда, — ответил Гарри. — Я всегда прихожу. Он поднялся и повернулся к остальным. — Рон, Гермиона, вы остаётесь здесь. Защищаете их. Невилл, Луна — поможете. А я… — он посмотрел на Драко. — Я пойду туда, где он. — Я с тобой, — сказал Драко. — Знаю. — Это безумие, — сказал Рон. — Ты идёшь на верную смерть. — Возможно, — Гарри сжал кулон на шее. — Но я Гарри Поттер. Я специализируюсь на невозможном. Он взял Драко за руку — при всех, не скрываясь. И они вышли из башни — вдвоём, навстречу Тёмному Лорду. Внизу, в Большом зале, их уже ждали.