Не связать - сберечь

Л*бовь - топор! Я - человек без головы. И что же ты? Ты счастлива, родная? Ведь палачом моим была и остаешься ты - Моя печаль и боль, мой брег без края. Я счастлив буду, Когда в один прекрасный миг Ты отсечешь мне руку! Умираю. Прости, но пережить разлуку... О, мука! Поэтому не думай, а руби. Я разрешаю.

(с) Алёна Ян, Л*бовь

Каникулы заканчиваются, Хогвартс снова тонет в шуме перемещающихся по коридорам учеников. Второй семестр для восьмикурсников начинается чередой разнообразных практик, преподаватели точно желают им смерти, по крайней мере, Рон не устает сокрушаться по этому поводу. Но все бы ничего, если бы практика не была парной, именно этот аспект вызывает большое количество возмущений. Всему курсу, кажется, и не безосновательно, конечно, что единственный кто доволен таким решением – Гарри «неприлично и противно влюбленный» Поттер, как его успел окрестить весь Хогвартс, потому что он совершенно перестал это скрывать. У некоторых, это даже вызывало уважение, стоит заметить, но только, когда Поттер не бесил. Малфой старался держать себя в руках, как мог, но с каждым днем становилось все труднее оставаться собранным, маска, что «любовно» создавалась на протяжении всей жизни им самим и его родителями, обществом вокруг – трещала по швам, рассыпалась, открывая, оголяя. Драко заново учился улыбаться, без наигранности, не потому, что этого требуют приличия, а потому что действительно хочется и причиной этому был Поттер. К слову, о Поттере. Иногда Малфой просыпался среди ночи от кошмаров, ему снился Малфой-мэнор, снился Он и это отвратительное змеиное шипение. Драко сидел за столом, в окружении Пожирателей смерти, а над столом левитировало тело Гарри. Сердце стучало в ушах, пальцы мгновенно холодели, дыхание учащалось. Этого не может быть! Подобные кошмары выбивали из колеи, но они были беспочвенными – это не пророчество, это просто страх. Но были и другие…горячие, напряженные, сбивающие мерное дыхание совершенно по другой причине. В тех снах Гарри подходил близко, наклонялся, говорил странные вещи и выдыхал в губы – вот эти сны, по истине, стали мучением. Драко все чаще стал ловить себя на том, что он пялится на губы Героя. Когда тот с кем-то говорил и в процессе облизывал их, когда смеялся, когда хмыкал, ехидно улыбался, плотоядно, хищно, очень опасно. Малфой даже пару раз пропустил мимо ушей его треп, а потом умолял Мерлина и Моргану: «Умоляю, пусть этот тупица этого не заметил!» Поттер сводил с ума ночью, Поттер сводил с ума днем, разрушая все барьеры и баррикады, выстроенные годами. Поттера напрямую называли «отвратительно влюбленным» и он это даже не отрицал! Малфой бледнел, а затем заливался краской. И в какой-то момент, он серьезно начал задумываться о каком-нибудь зелье, эликсире, заклинании, которое бы позволяло сохранять «лицо». Слизеринец чувствовал, но боялся переступить эту вычерченную линию прямого огня. Переступить, означало бы, сгореть по доброй воле. Сгореть зеленым пламенем, потому что этим огнем были те самые глаза – смеющиеся, наблюдающие, строгие, злые, добрые, опасные! Опасные глаза. Когда началась практика, Поттер вообще с ума сошел и решил окончательно свести с ума и Малфоя. Весь класс улюлюкал и присвистывал, когда Гарри в очередной раз набивался в пару к Драко, да что там, он готов был драться за это место. Урок: Зелья Преподаватель: Гораций Слизнорт Тема занятия: Aequo Animi Elixir (Зелье стабилизации эмоций) Принцип действия: • ингредиенты усиливают чувствительность зелья; • эмоции варящего становятся катализатором; • зелье стремится к нейтральному состоянию. Задача учеников в паре: • утихомирить эмоции, добиться абсолютной прозрачности зелья; один - варит, другой - стабилизирует. - Так, дамы и господа, прошу тишины и внимания, - начал профессор, прерывая шум и гам в классе. - Работаем в парах. Поэтому прошу разбиться самостоятельно, если возникнут затруднения, пойду по списку. Сегодня мы варим зелье, которое, признаюсь честно, многие взрослые волшебники так и не осилили. Эмоциональная стабилизация. Ах, если бы у меня было такое во времена моей юности… - Ах, как давно это было, профессор. - Передразнивает тон профессора Симус Финниган и по классу прокатываются тихие смешки. - Поговорим с вами лет через тридцать, мистер Финниган, - Слизнорт, наконец, ударяет в ладоши, предчувствуя веселье. - Начинайте, мои юные волшебники и волшебницы! Гарри мгновенно оказывается около Драко, преграждая путь Блейзу. - О, да неужели, - недовольно вскидывается Забини, прожигая Поттера взглядом, но спорить с ним - себе дороже, герой последние мозги себе отбил. - Мистер Забини, какие-то проблемы? Встаньте в пару с мистером Уизли. - Профессор улыбается, подмигивая незаметно Поттеру, и возвращает свое внимание классу. - Прекрасно! - Блейз закатывает глаза, нехотя разворачиваясь в сторону ещё одного тупицы, это порядком начинало раздражать. - Профессор, я за что-то наказан? - Уизли хмурится. Почему именно он? Опять. Слизнорт будто мстит им за что-то, но Рон упорно не понимает за что именно. - Успокойся, рыжий, я кусаюсь только по пятницам. Тем временем, Драко тихо бурчит, мысленно молясь, чтоб урок прошел без эксцессов. Ему нужны «превосходно» по всем дисциплинам, а с Поттером шансы на это тают, как надежды найти оазис в пустыне. И не потому, что Поттер бездарность, далеко нет, иногда и Поттер делал успехи, не в зельях, конечно, но… Драко опять отвлекся, нахмурился – в этом и причина! Он отвлекает! Особенно, когда стоит слишком близко. Особенно, когда шепчет что-то на ухо. Когда касается, совершенно, казалось бы, невинно и даже, возможно, не специально. Но, Мордред, тело сразу же прошибает током. - Ты опять? - тихо шипит Драко, стараясь не смотреть на личного нарушителя своего спокойствия. - А ты ожидал кого-то другого? - вот опять, опять шепчет и опять слишком близко. Малфой задерживает дыхание, считает. - Определяйтесь, кто в паре будет варить, а кто будет придерживать за руку или локоть и стабилизировать. Делайте выбор с умом - это тоже часть задания и ваш выбор будет оцениваться. Найдите гармонию, зелье обязательно покажет конфликт, если он будет. - Профессор, прошелся взглядом по ученикам и остался довольным. Единственную вещь, которую он не сказал – в большинстве случаев, зелье всегда оставалось нестабильным. Стабилизация – крайней редкий и интересный случай. Именно по этой причине он обожает наблюдать за этими юными умами, каждый со своей историей, со своими скрытыми чувствами за семью замками или не скрытыми, Слизнорт не удержался и тихо хихикнул в кулак, коротко бросив взгляд на пару Поттер-Малфой. «Интересно» - подумал он, делая свои ставки. Драко подготавливает ингредиенты, бросает их в котел. Пока что все идет неплохо, Гарри не мешает, просто наблюдает и это уже половина успеха. Но если Малфой думал, что все так и продолжится – он глубоко ошибался. Все выходит из-под контроля, когда Поттер, в конце концов, касается его руки, дыхание тут же сбивается, эмоции начинают скакать. Что за глупое задание? Разве стоило называть партнера «стабилизатором», если он работает как «раздражитель». Профессор будто слышит его мысленный вопрос: - Поймите, задача варящего, поймать магический поток своего напарника. Вам нужно найти баланс, что бы вы ни чувствовали. Усмирите свой ум, сейчас вы не соперники, не просто одноклассники, вы – тандем. Замечательно мисс Грейнджер и мисс Боунс, вы на верном пути. - Нам стоит постараться, ты ведь хочешь «превосходно»? - Гарри слишком внезапно оказывается ближе положенного, а рука вдруг…перебирается с запястья на талию, легко, почти невесомо, но болезненно ощутимо, потому что – это Поттер и это его горячие руки! - Поттер, - почти испуганно, - ты что творишь? - Тихо. Не сопротивляйся, просто почувствуй. - Гарри не унимается, понижает голос, вибрирует, а затем надавливает ладонью на поясницу. - Почувствуй…магию. Зелье бурлит и становится непозволительно розового цвета. В классе кто-то шушукается и хихикает. Приходится собраться. Малфой закрывает глаза, долго выдыхает, пытаясь «почувствовать» то, о чем просит его гриффиндорский тупица. Звуки резко пропадают, будто бы они оказываются совершенно одни во всем мире и Драко отпускает себя, позволяя магии Гарри затопить его. По телу прокатывается волна и это почти интимное единение. Нет сопротивления. Нет спешащих и не поспевающих за сознанием мыслей. - Превосходно! - Возглас Слизнорта, что оказывается рядом с их партой, вырывает обоих парней из какой-то странной неги. - Абсолютная прозрачность… Драко кажется, или этот тон почти благоговейный? - Я видел такое лишь раз в своей жизни. - Задумчиво произносит Слизнорт и резко обращается к классу. - Обратите внимание, класс. Зелье не подавляет эмоции - оно ищет баланс, меняясь и подстраиваясь под вас. Если вы видите прозрачность… - мужчина снова бросает задумчивый короткий взгляд на котел Поттер-Малфой. - Значит, магия ваша не конфликтует. Гораций делает паузу. В классе повисает тишина. - Такое редко бывает даже у семейных пар. Взрыв. Восьмикурсники как дети малые начинают смеяться и снова улюлюкать. - Поттер, Малфой, когда ждать приглашений на свадьбу? - ржет кто-то с последней парты и если бы Драко не был так возмущен, то обязательно запомнил кто именно. - Профессор! - сдавленно возмущается Малфой. Что с этим стариком не так? - О, простите, мистер Малфой. Профессиональное наблюдение. Слизнорт довольный поглядывает на Поттера, пытаясь разобраться, от чего тот так покраснел и это вызывает ещё больше веселья. Ну а чего ждать от старого преподавателя, слишком сильно любящего всякого рода исследования? «Очень интересно» Зелье Рона и Забини сначала становится фиолетовым, а потом начинает пузыриться, следующей стадией – резко приобретает грязно-серый оттенок. - Я же говорил, что не нервничаю! - Взбеленился Рон, желающий только одного - бросить ложку и отойти от котла…и от Забини. - Ты орёшь, Уизли. - А вот мистер Уизли и мистер Забини показывают нам пример, как делать не надо. Следующая практика настигает их на следующий день и снова…профессор Слизнорт. Ученики начинают его бояться и за спиной называют «Гораций-сводник». Кто-то шепчется, что редкий случай, когда пары, на которые он делал ставки - не становились ими. Но это лишь досужие сплетни впечатлительных подростков. Урок: Чары Преподаватель: Гораций Слизнорт Тема: Conexus Motuum (Связанные чары) Принцип действия: • магические поля двух волшебников накладываются; • чары работают только при обоюдном согласии; • магия ищет общее состояние, а не доминирующее. Задача: Не пытаться подавить партнера, иначе чары рвутся. Так же, если один из партнеров нестабилен - чары искажаются. - Связанные чары - это синхронизация. - Начинает профессор. Гарри уже стоит возле Драко. О, Малфой уверен, теперь точно, Поттер намерен свести его с ума, а Слизнорт всячески этому способствует. - Он вообще отсюда когда-нибудь отойдет? - кричит кто-то с задней парты и Драко как никогда согласен с таким замечанием. - Поттер, ты хотя бы притворяйся, что это случайность, ради приличия. - Сквозь зубы шепчет Драко, наклоняясь к Гарри. - Боюсь, в нашем случае, это больше не сработает, - гриффиндорец играет бровями. О, Мерлин, он невыносим. - Магия, которой мы сегодня займемся, я называю…магией взрослых решений. Класс замолкает, чтобы ничего не пропустить. - Связанные чары не работают, если вы хотите доминировать. Они работают, если вы слушаете. А теперь инструктаж: встаньте друг напротив друга, протяните руки, как для обета. Заклинание произносится одновременно. Не тяните магию на себя, пусть она затаится на мгновение, а затем ляжет между вами. Драко сглатывает. Снова это чувство завязывающегося узла. Поттер смотрит внимательно, пытается улыбнуться, но уголки губ замирают, так и не успевая подняться достаточно. Это касание больше, чем для обета, оно теснее, оно…Гарри полностью обхватывает руку Драко, касаясь пальцами локтя и легонько его поглаживая. Интересно, о чем тот сейчас думает? Почему такой серьезный вид? Парни шепчут заклинание, и вокруг их рук появляется легкое серебристо-золотое свечение. По телу разливается знакомое обоим тепло, четкое ощущение «узнавания» и для Драко это становится открытием. А вдруг… Свободной рукой слизеринец тянется к амулету на шее, до сознания доходит одна простая истина – они уже давно связаны. Магия Поттера никогда не давила, а всегда защищала. Неужели Поттер постоянно такое чувствовал, магию Малфоя, бегущую волнами по телу? Мерлин…это же так… Поттер понимает, смотрит в упор на родное лицо напротив и видит, что Малфой всё понял. Он ведь тоже это чувствует, наконец-то, чувствует магию Гарри, расходящуюся по венам, и ему хочется, чтобы Драко это понравилось, чтобы тот ощутил не страх и ужас, как сам гриффиндорец, каждый раз в прошлом, боясь за эти всплески, а тепло и покой. Свечение становится сильнее, охватывая их полностью, оно ровное, сияющее, как солнце в погожий день, не сжигающее, а просто греющее. Дыхание замедляется. Они могут простоять так, целую вечность. «Ты всегда был тут» - думает Драко, лукаво прищуриваясь. «Наконец-то, ты тут» - думает Гарри и посылает ещё одну волну магии, дрожащую, признающую как равного. - Великолепно…просто великолепно. - Снова этот тон от профессора. Глаза старика светятся неприкрытым восхищением, он так и знал, он ожидал и надеялся на такой результат. В классе снова повисает тишина. Кто-то даже начинает завидовать. Неужели они так идеально друг другу подходят? Но это же бред? И кто бы знал, что пришлось пережить обоим, чем жертвовать и как отчаянно защищать и защищаться, чтобы впоследствии иметь то, что они имели сейчас. Далеко не судьба, а скорее выбор, хоть изначально и не осознанный, но всегда он – выбор, снова и снова, и снова… - Запомните: магия не обязана быть громкой, чтобы быть сильной. - Слизнорт удовлетворенно кивает и возвращает свое внимание на оставшихся учеников, цепляясь сразу же за Уизли с Забини. Их свечение дергается, надрывается и сильно искрит. - Он давит! - кричит Рон. - Ты паникуешь! - Разойтись. Пока вы не поубивали друг друга, - вздыхая, говорит профессор. Кому-то нужно чуть больше времени. После случившегося представления слухи по Хогвартсу гуляют ещё несколько дней. Но к этому все настолько привыкли, что это не вызывает уже такого дискомфорта или смущения, по крайней мере, со стороны Драко. Единственное, что его смущает все больше и больше, это его стойкое желание поцеловать Героя. Но Гарри не делает никаких шагов, он только раздражает и без того натянутые нервы. Он будто видит, знает, но осознанно издевается, ожидая первого шага от Драко.  Все чаще кладет руку тому на талию, переплетает их пальцы рук вечерами в гостиной, на уроках украдкой, в коридорах, за обедами и ужинами в Большом зале. Наклоняется близко, выдыхает горячо, заглядывает в глаза, улыбается хитро. Издевается. Малфой закусывает губу и хмурится, ещё немного и он раньше времени заработает себе морщины между бровей. Чего тот хочет? Временами между ними повисает такая напряженная тишина, грозящая порывами ветра, безумием торнадо, грозой в начале мая, но Поттер резко отводит взгляд, разрывая контакт. Не хочет? Не может? Драко в смятении. Именно в таком состоянии их и настигает самый страшный урок. Макгонагалл и приглашенный Аврор, подосланный Министерством. Урок: Ментальная защита и восстановление Преподаватель: Минерва Макгонагалл Приглашенный практик: Каллен Роу, Старший Аврор, специалист по легилименции. Мужчина в аврорской форме, со строгой выправкой, лет 40-45, оценивающе обводит весь класс, и чуть задерживается взглядом на паре Поттер-Малфой. Драко напрягается всем телом, он уже видел этого человека и не раз. Память подбрасывает картинки из прошлого, когда он сидел скованный на допросах, и не было никого, кто бы ему объяснил, как стоит себя вести, чего ожидать и чего бояться. Малфой встряхивает головой, возвращая себя в реальность. - Дорогие восьмикурсники, министерство любезно предоставило нам возможность поучиться «окклюменции» у лучшего из лучших. Прошу любить и жаловать, мистер Каллен Роу. Мистер Роу, вам слово. - Макгонагалл коротко кивнула, отступая в сторону. В классе царила поистине гробовая тишина. - Добрый день, волшебники и волшебницы. Как вы, наверняка, знаете, окклюменцией овладеть очень непросто. Никто не требует от вас превосходного результата сразу же. Но вы все, участники войны, а значит, после окончания школы, к вам будет повышенное внимание. Базовое правило окклюменции: это не «стена». Это выбор, что показать, а что можно или даже нужно скрыть. Роу чеканил каждое слово так, словно каждый раз произносил «остолбеней». Девушки смотрели поражено и с неким неподдельным интересом, парни же, кажется, пугались каждого шороха. С этим типом точно шутить нельзя. - Задание будет заключаться в поверхностном касании. Один из партнеров - станет щитом, второй - атакует. Не нужно копаться друг в друге, легко прощупать, почувствовать эмоции, пройтись по мыслям, что лежат на самом верху. Вопрос такой, кто-нибудь, кроме мистера Поттера владеет окклюменцией? Аврор видит несколько поднятых рук и удовлетворенно кивает. Макгонагалл ещё раз пробегается по теории, и ученики делают пробный заход. На Драко лица нет. Пытаться лезть в голову к Поттеру? На глазах у всех? На глазах у Роу? А вдруг что-то пойдет не так? Кажется, Гарри видит его замешательство и осторожно переплетает их пальцы под партой, когда они уже сидят полностью повернутыми друг к другу. Такой уже привычный для них жест, привычная близость. - Первой парой будут мистер Поттер и мистер Малфой. Продемонстрируйте нам ваше мастерство, господа. Малфой уверен, что министерство специально послало в школу аврора, чтобы проверить их, снова наблюдают. Пальцы подрагивали, во рту резко пересохло. Гарри хороший легилимент, в конце концов, его обучал сам Снейп, а тот был лучшим. Поттер кивает, тем самым говоря, что он готов и слегка сжимает руку. - Начинаете, мистер Малфой. Тишиной в классе можно запросто вскрыть себе вены. - Legilimens Aperio, - тихо выдыхает Драко. - Mentis Claudere, - парирует Гарри, защищаясь. И Драко засасывает. Сначала это легкое чувство обеспокоенности, пульсирующей. Но дальше происходит невероятное. Образы. Эмоции. Правда. Малфой перестает дышать. Теплый свет кухни в Норе. Кровь, смешанная с грязью, покрывающая подрагивающие руки. Звенящая тишина перед «Авадой» в лесу. Первый патронус. Боль. Хватит. Прекрати. Хочет взмолиться Драко, но продолжает тонуть, тонуть все глубже. Тонуть и захлёбываться. Поттер умеет ставить щит, но намеренно этого не делает. Он хочет, желает показать всё. Калейдоскоп несется со скоростью света, школа. Первый курс. Второй. Третий. Гарри показывает ему… Гарри видит Драко. Много, очень много Драко. Улыбка. Язвительное замечание. Смех. Квиддич. Шестой курс. Боль и отчаяние. Беспокойство. Одержимость. Больничное крыло. Эликсир. Шарф. Артефакт. Снова лес. Браслет. Запястье. Пожалуйста, остановись! Срыв. Ещё один. Гнев. Снова Драко и это…в конце концов, обжигает. Теплый взгляд. Желание и непередаваемая нежность, щемящая радость при виде Малфоя. Как вдох. Так много, его там ТАК много. Его всегда было так много. И вдруг Малфоя выкидывает из потока, он тяжело дышит и чувствует сильную руку Поттера у себя на шее. - Дыши, - шепчет тот. Класс как в трансе, смотрят, то на этих двоих, то на преподавателей и не понимают, что только что произошло. Аврор хмыкает. - Мистер Поттер, вы намеренно ослабили защиту. - Констатирует факт профессор Макгонагалл. Ну что за мальчишка. - Да, профессор. Снова пауза. Будто Минерва пытается что-то для себя уяснить, и все-таки приходит к этому. - В следующий раз, будьте добры, предупредить партнера, - продолжает она, а затем чуть тише. - Однако…результат был впечатляющим. Гарри кивает, но ни разу не смотрит на профессора, всё его внимание обращено только на Драко. Не переборщил ли он? Каллен Роу понимает, что стал свидетелем чего-то очень личного, а ещё он по праву оценил этот жест громкого заявления от мистера Поттера. Прямо на глазах у представителя Министерства. Безрассудный мальчишка, достойный уважения. - Мистер Поттер…Вы сейчас показали партнеру то, за что авроров либо увольняют, либо женят. Решите сами, что именно относится к вам. - Роу ухмыляется и переходит к следующей паре. - Мистер Поттер, мистеру Малфою требуется свежий воздух, - Макгонагалл даже не смотрит на них, а Поттеру два раза повторять не нужно. Он хватает Драко под локоть, обхватывает того за талию и под пристально пораженные взгляды, они выходят из класса. - Хэй, ты как, в порядке? - на Драко нет лица, у Гарри начинается паника. Не выдерживая такого накала. Поттер обнимает Малфоя, прижимает к себе крепко, обвивая того руками, закрывая от всего мира. О, Мерлин, какой же он кретин. - Пожалуйста, скажи хоть что-то… И Драко говорит, но сначала телом – впивается пальцами в спину Гарри, прячется у того на груди и дышит, дышит, дышит. - Там было так много…меня. - Ужасно тихо шепчет слизеринец, будто до сих пор не может в это поверить. - И так много всего. Как ты вообще, как ты смог справиться с этим? - Посмотри на меня! – требует Поттер. Драко смотрит. Смотрит и видит, значит, так она выглядит – любовь? Кто тянется первым – они долго потом будут спорить об этом. Но момент наступает, как щелчок. Малфой облизывает свои губы и смотрит на губы напротив. Расстояние до миллиметра. Лицо Драко в шершавых теплых ладонях Гарри, от постоянных тренировок. На губах, наконец-то, так сильно желанный им горячий выдох и влажное касание языком, как проверка, как стук в закрытую дверь. Пусти. И он пускает. Закрывает глаза, приоткрывает губы и момент останавливается. Они стоят посередине пустого коридора, а воздух вокруг них нагревается. Поцелуй выходит рваным, отчаянным, ненасытным, языки сплетаются, по телу бегут мурашки, будто тебя окатывает ледяной водой морозным утром, а затем наступают жгучие покалывания, кусачие и такие невыносимо приятные. - Я не думал, что ты провалишься так глубоко, прости. - Шепчет Гарри в поцелуй. Губы у обоих нещадно горят. - Заткнись, Поттер и целуй меня. И Гарри целует. Всё что угодно и сколько угодно, если этого требует Драко. Когда страсти утихают, парни отрываются друг от друга, покрасневшие и запыхавшиеся, как после тренировок мадам Трюк. - Поттер, подожди, Роу угрожал уволить тебя? Ты что, уже состоишь в Аврорате? – до Драко вдруг доходит фраза Старшего Аврора, брошенная в сторону Гарри. Гриффиндорец прокашливается, потому что речь шла не только об его теоретическом увольнении, там звучало вроде, либо…либо. Поттер предпочел бы либо. - Увольняют либо женят. – Напоминает Гарри. Драко ухмыляется и прищуривается, истерика поутихла, а поцелуй расслабил, он точно начал приходить в сознание. - Это предложение, Поттер? - Скорее констатация факта. – Гарри умело прощупывает почву. Вот его сейчас пошлют на все четыре стороны, и он долго и мучительно будет умирать от любовной лихорадки. - Тебе придется очень сильно постараться, я всё-таки Малфой, наследник очень древнего рода. – Драко вздергивает подбородок и разворачивается на каблуках. - Ты не сказал «нет». - Заткнись. – Малфой мысленно дает себе подзатыльник, потому что Поттер совершенно испортил его, ведь даже любимое «заткнись» теперь звучит как-то, слишком слащаво в его исполнении. Драко фыркает, но не уходит далеко, делает всего пару шагов и останавливается, будто вспоминает что-то важное. - Значит, - он медленно разворачивается в сторону Гарри, складывая руки на груди, - аврор? Будущий аврор. Почти уволенный или почти женатый. - Мне больше нравится формулировка «перспективный», - Поттер пожимает плечами. - Ты зазнаешься, Поттер. Но «либо женат» - звучит почти как угроза, ты в курсе? – слизеринец приподнимает бровь. - Зависит от кандидата, - Гарри вновь сокращает между ними расстояние. – Некоторые угрозы я готов принять. - Ты нарываешься, - Драко улыбается и выставляет ладонь, не давая Гарри подойти вплотную. - Уже. Они смотрят друг на друга пару секунд, но Драко сдается первым и закатывает глаза. - Ты хоть понимаешь, что теперь весь Хогвартс будет и, правда, думать, что ты сделал мне предложение? - Не вижу твоих усилий по разубеждению Хогвартса в этом. Поттеру прямо-таки палец в рот не клади, гляди откусит, и ведь даже не подавится. Малфой облизывает губы. - Ненавижу, когда ты такой самоуверенный. - А я вот заметил, что тебе это нравится. Гарри снова напирает и рука Драко слабеет, гриффиндорец нежно мажет поцелуем по щеке и поддевает кончик носа слизеринца своим. Никто больше не сбегает.