ИГРОК №13

Асфальт под ногами казался зыбучим песком. Рия чувствовала, как ледяной взгляд Рене буквально пригвождает её к месту, не давая упасть окончательно. Нил рядом дышал так, будто в горле у него застрял наждак. Эндрю сделал пару шагов к ним. Его походка была обманчиво ленивой, но Рия видела, как напряжены его предплечья. Он остановился в метре от Нила, игнорируя присутствие Рии, словно её не существовало. — Набегался, наркоман? — голос Эндрю был сухим, как треск ломающейся кости. — Надеюсь, это стоило того, чтобы завтра твоё колено пришлось собирать по кусочкам. Нил не ответил ему сразу. Он медленно повернул голову к Рие. Его взгляд был затуманен болью, но в глубине зрачков горело то самое упрямство, которое Рия видела в зеркале каждое утро. В этот момент, стоя перед своими «надзирателями», они оба поняли одну вещь: Эндрю и Рене могут запереть их в комнатах, могут отобрать клюшки, но они не могут заставить их перестать узнавать друг друга в этой темноте. — Рия, — Нил произнес её имя тихо, игнорируя тяжелую ауру Эндрю. — Ты слышала их? Они решили, что теперь будут работать в паре. Рия через силу усмехнулась. Боль в ребрах отозвалась коротким спазмом. — Слышала. Видимо, мы слишком проблемный актив, раз им пришлось объединить бюджеты на охрану. — Послушай меня, — Нил сделал шаг ближе к ней, преодолевая сопротивление собственного тела. Эндрю сузил глаза, но не шелохнулся. — Они хотят нас разделить. Рене заберет тебя, Эндрю заберет меня. Они думают, что так им будет проще нас контролировать. Рия посмотрела на Рене. Та стояла молча, сложив руки на груди. В её облике не осталось ничего от той мягкой девушки, которая заваривала чай. Она была воплощением контроля. И Рия поняла, что если она сейчас уйдет с ней, то стены комнаты 103 станут для неё камерой-одиночкой. — Я не хочу идти обратно одна, — внезапно для самой себя произнесла Рия. Её голос дрогнул, но не от страха, а от осознания того, что Нил — единственный, кто не смотрит на неё как на пациента или проект по спасению души. — Джостен, ты ведь понимаешь, что мы теперь официально братья по несчастью? Нил кивнул, его взгляд стал жестким. — Мы не разойдемся. Эндрю, если ты хочешь меня запереть — запирай вместе с ней. Я не собираюсь делать вид, что её упрямство — не моя проблема. Рене сделала шаг вперед, её брови едва заметно приподнялись. — Вы не в том положении, чтобы ставить условия. Рия, ты едва стоишь на ногах. Тебе нужен покой, а не компания, которая поощряет твои суицидальные наклонности. — А по-моему, это отличная идея, — вклинился Эндрю. В его голосе прорезалось опасное веселье. — Собрать весь неликвид в одной куче. Так мне будет проще присматривать за обоими сразу. Рене, ты ведь не против расширить зону ответственности? Рене посмотрела на Эндрю, затем на Рию, которая вцепилась здоровой рукой в локоть Нила, словно это была единственная точка опоры в рушащемся мире. Она увидела эту странную, болезненную связь — двух людей, которые нашли друг друга на дне своей личной преисподней. — Это плохая идея, — холодно произнесла Рене. — Они будут подпитывать безумие друг друга. — Они уже это делают, — отрезал Эндрю. — Разница лишь в том, что сейчас они делают это на парковке, а будут — под присмотром. Рия почувствовала, как Нил сжал её предплечье. — Мы не разойдемся, — повторил он, глядя прямо на Рене. — Вы можете нас ненавидеть, можете лечить, но не вздумайте нас разделять. Нам так... проще помнить, зачем мы вообще просыпаемся. Рия промолчала, но её взгляд, встретившийся с глазами Рене, подтвердил каждое слово Нила. Это был пакт. Они были двумя деталями от разных механизмов, которые по чистой случайности подошли друг к другу в этом хаосе. Рене долго молчала, взвешивая риски. Она видела, как Рия буквально виснет на Ниле, и как тот, несмотря на собственную боль, пытается быть её опорой. — Хорошо, — наконец сказала она, и в этом слове было больше усталости, чем согласия. — Но в общежитии вы будете сидеть в одной комнате под моим и Эндрю наблюдением. Никаких пробежек. Никаких лестниц. Если я увижу, что кто-то из вас встал с кровати без разрешения — этот «союз» закончится в ту же секунду. — Договорились, — за двоих ответил Нил. Эндрю кивнул на машину. — Грузитесь. И не заляпайте мне салон своим героическим потом. Когда Рия и Нил, поддерживая друг друга, медленно побрели к Мазерати, Рене подошла к Эндрю. — Ты ведь понимаешь, что мы только что совершили ошибку? — негромко спросила она. — Возможно, — Эндрю достал новую сигарету. — Но смотреть на то, как они пытаются выжить вместе, куда интереснее, чем на то, как они гниют поодиночке. К тому же, Рене... теперь нам обоим придется спать вполглаза. Добро пожаловать в ад.