ИГРОК №13

Вечер после пресс-конференции выдался шумным. Лисы заказали гору пиццы и оккупировали гостиную, празднуя то, как Рия «раскатала этого журналюгу-стервятника». Ники восторженно пересказывал лучшие моменты, а Нил и Эндрю о чем-то тихо спорили в углу. Рия сидела на диване, вытянув травмированную ногу. Ей было душно от общего веселья. Она чувствовала на себе взгляд Рене — мягкий, понимающий, зовущий прочь от этой суеты. Не говоря ни слова, Рия поднялась, подхватила костыль (который теперь использовала скорее для вида и на случай, если захочется кого-нибудь ударить) и кивнула Рене в сторону балкона. Когда за ними закрылась стеклянная дверь, шум общежития превратился в приглушенный фон. Ночной воздух Пальметто был влажным и пах цветами. — Ты была великолепна сегодня, — тихо сказала Рене, опираясь на перила рядом с ней. — Я горжусь тем, как ты держалась. Рия лениво отставила костыль в сторону и привалилась спиной к стене, глядя на Рене из-под полуприкрытых век. В её глазах больше не было льда Айс — там плескалось что-то темное, тягучее и опасно-игривое. — Только сегодня? — Рия сократила расстояние между ними, делая медленный, прихрамывающий шаг. — Я думала, ты гордишься мной каждые гребаные пять минут, Уокер. Она протянула руку и кончиками пальцев коснулась воротника голубого кардигана Рене, медленно ведя вниз по ткани. Рене замерла, её дыхание чуть сбилось, но она не отстранилась. — Каждые две минуты, если быть точной, — парировала Рене с легкой улыбкой, хотя в её взгляде вспыхнули искорки. — Знаешь, — Рия наклонилась ближе, так что её губы оказались почти у самого уха Рене, — пока я сидела под этим прицелом камер и слушала бред этого мудака Элиота, я думала только об одном. О том, как на тебе потрясающе смотрится этот цвет. И о том, что я хочу сделать, когда мы наконец останемся одни. Рене слегка повернула голову, так что их лица оказались в опасной близости. — И что же это? — прошептала она. — Очередная попытка напугать меня своим «темным прошлым»? Рия хмыкнула, её рука переместилась на затылок Рене, пальцы мягко запутались в светлых прядях. Она нежно, почти невесомо провела большим пальцем по нижней губе Рене. — Нет, ангел. Пугать тебя — скучно. Ты ведь у нас бесстрашная. Я подумала... — Рия сделала паузу, её голос стал еще ниже, приобретая бархатные, мурлыкающие нотки, — что мне нужно отблагодарить свой «громоотвод». Ты ведь так старалась, удерживая меня от того, чтобы я не перегрызла тому придурку глотку прямо в эфире. Она прижалась телом к Рене, игнорируя слабую боль в бедре. Рия чувствовала, как быстро бьется сердце Рене — так же быстро, как её собственное. — У тебя есть идеи насчет... награды? — Рия коснулась носом носа Рене, дразня, не давая того, чего обе обе так сильно хотели. — Или мне стоит проявить инициативу? Учти, я после ранений стала очень... требовательной. Рене не выдержала первой. Она подалась вперед, сокращая последние миллиметры, и накрыла губы Рии своими. Это не был поцелуй утешения. Это был вызов, ответ на флирт, признание того, что между ними давно уже не просто дружба или благодарность. Рия ответила с жадностью, её руки собственнически сжали талию Рене. В этот момент она чувствовала себя живой как никогда. Не убийцей, не «Айс», не жертвой — просто девушкой, которая до безумия хочет ту, что стоит перед ней. Когда они неохотно отстранились друг от друга, Рия тяжело дышала, а её ухмылка стала совсем уж нескромной. — Вау... — выдохнула она, слизывая помаду с губ. — Знаешь, Уокер, если бы я знала, что за хорошее поведение на конференциях дают такие бонусы, я бы стала самой вежливой в штате. Рене рассмеялась, прижимаясь лбом к её лбу, её щеки горели румянцем. — Иди в комнату, чудовище. Пока Лисы не решили проверить, почему на балконе так тихо. — Я уйду, — Рия снова подхватила костыль, подмигивая ей. — Но учти, я еще не закончила с «благодарностями». Ночь длинная. Она зашла внутрь, чувствуя себя абсолютно непобедимой. Крис Элиот мог копать сколько угодно, мир мог рушиться, но здесь, в этом моменте, Рия Солрей была абсолютно счастлива.