Слепота

После пробуждения у Уилла не было ни одной мысли о том, чтобы пойти в ванную или задуматься о завтраке. В голове по-прежнему крутился разговор с Майком — каждое слово, каждый взгляд. То, как он злился, как ревновал, сжимал челюсть и скрипел зубами. Таким Майка Уилл видел впервые, и это пугало не меньше, чем притягивало. Конечно, на это лето у них было запланировано множество встреч. Они и так виделись почти каждый день, и от одной только мысли об этом становилось невыносимо. Неужели теперь придётся говорить с ним об этом? Как Майк вообще себе это представляет? «Да, Майк, я тебя люблю по уши и каждый день сходил с ума от того, что ты был тупым и молчал. Никакого парня у меня нет, и я соврал просто потому, что мне понравилась твоя ревность». Уилл перевернулся на живот и отчаянно простонал в подушку, заканчивая всё глухим, недовольным рычанием. Почему всё так сложно? Хотя, если быть честным, они оба делали всё сложнее, чем нужно. В доме было пусто. Хоппер и мама были на работе, Джонатан ещё не вернулся, а Оди… кто знает, возможно, она уже ушла гулять с Макс. Уилл подумал о том, чтобы поспать ещё, но в этот момент в висках отозвалась тупая боль — напоминание о вчерашнем. Он почти не пил, несмотря на свою работу в Нью-Йорке, и теперь это особенно чувствовалось. Поднявшись с кровати, он медленно поплёлся на кухню, шаркая тапочками по деревянному полу. Доски в некоторых местах жалобно скрипели и слегка прогибались под его шагами, словно тоже не выспались. Найдя аптечку, он выпил аспирин и после этого занялся привычной утренней рутиной: холодная вода, умывание, завтрак — всё на автомате. Лишь после этого он услышал, как завибрировал телефон. В чате снова писали друзья, обсуждая планы на день. Майк был непривычно немногословен — отвечал сухо и с большими паузами, а потом и вовсе пропал. Они выбирали между кино и походом на речку. Почему нельзя всё сразу? На удивление, этот вариант всех устроил. Значит, времени на спокойные сборы почти не оставалось. Уилл быстро побросал в рюкзак необходимые вещи для пляжа и переоделся во что-то лёгкое — сегодня не было нужды выглядеть так, будто он вышел на подиум. Выйдя на улицу, он сразу же прищурился, прикрывая глаза ладонью. День обещал быть жарким. Солнце уже беспощадно грело макушку, а по лбу и кончику носа скользнули первые капли пота. Лето начинало напоминать о себе — так же настойчиво, как и мысли, от которых не удавалось убежать. Пляж был слышен ещё издалека — смех, плеск воды, музыка, доносящаяся из чьей-то колонки. Когда Уилл вышел из-за деревьев, картина сложилась целиком: все уже были здесь. Дастин сидел на полотенце, размахивая бутылкой пива и что-то оживлённо рассказывая Лукасy. Макс стояла у воды, по щиколотку в реке, а Оди брызгала на неё, смеясь. Воздух был пропитан жаром и влажного песка. И Майк. Уилл заметил его сразу — слишком быстро. Он стоял чуть в стороне, босой, в одних плавках и расстёгнутой рубашке, которую, кажется, так и не удосужился снять. Она слишком интимно прилипала к его коже, показыая очертания его тела. Тёмные кудри уже начали подсыхать после воды, непослушно вьющиеся у висков и на затылке. Солнце ложилось на его плечи ровным, тёплым светом, подчёркивая знакомые линии, которые Уилл знал слишком хорошо… и всё равно каждый раз замечал заново. В груди что-то неприятно сжалось. Майк поднял голову. Их взгляды встретились. Будто бы Майк почувствовал его присутствие  Всего секунда — но в ней было слишком много. Ни улыбки, ни приветственного жеста. Только напряжение, плотное, как натянутая струна. Майк отвёл взгляд первым, сделав вид, что ему срочно что то понадобилось в своей сумке. — О, смотри-ка, спящий красавец явился! — громко сказал Дастин, заметив Уилла. — Мы думали, ты проспишь всё веселье. — Очень смешно, — пробормотал Уилл, подходя ближе и кидая рюкзак на песок. Макс махнула ему рукой: — Вода тёплая. Ну… относительно. — А пиво холодное, — добавил Лукас, протягивая бутылку. Уилл взял её автоматически, но пить не особо хотелось. Будто этим он хотел впечатлить Брюнета, но взгляд снова и снова возвращался к Майку. Тот теперь сидел на песке, уперев локти в колени, и смотрел куда-то в сторону реки, будто Уилла здесь вообще не было. Это задевало сильнее, чем вчерашний разговор. — Ты в порядке? — тихо спросила Оди, подойдя ближе. Уилл кивнул слишком быстро. — Да. Просто очень жарко. Он стянул футболку, чувствуя на себе чей-то взгляд. Не нужно было оборачиваться, чтобы знать — Майк смотрит. Не прямо, украдкой. Так, как он всегда смотрел, когда не хотел, чтобы это заметили. — Ты купаться идёшь или так и будешь плавиться? — бросил Майк, наконец заговорив. Голос был ровным. Слишком ровным. Уилл поднял на него глаза. — А тебе не всё равно? На секунду повисла тишина. Даже Дастин притих, уловив что-то неладное. Майк усмехнулся — коротко, с язвительной ноткой. — Делай как хочешь. Он поднялся и пошёл к воде, не оборачиваясь. Уилл смотрел ему вслед дольше, чем следовало, отмечая каждое движение, каждое напряжение в спине, знакомую походку, то как его кудри развивались на прохладном ветру.Всё было таким привычным… но таким незнакомым  — Ну всё, — прошептала Макс себе под нос. — Лето только началось, а драма уже тут. Уилл сделал глоток пива и выдохнул. Это лето обещало быть долгим. И совсем не таким простым, как он надеялся. Вода приняла Майка почти сразу — он зашёл быстро, будто хотел утонуть в прохладе, смыть с себя всю неуверенность. Уилл смотрел, как река поднимается ему до колен, до бёдер, как ткань плавок темнеет, прилипая к коже. Он резко отвёл взгляд, злясь на себя за то, что вообще это замечает. — Ты идёшь или будешь пялиться? — громкий голос Майка донёсся сквозь шум воды. Уилл вздрогнул. — Я не пялюсь. — Конечно, — хмыкнул Майк, не оборачиваясь. Это было уже слишком. Уилл резко поставил бутылку в песок и пошёл к воде. Холод ударил по щиколоткам, потом выше, заставляя задержать дыхание. Он зашёл рядом, чуть поодаль, нарочно не глядя в сторону Майка. Молчание между ними тянулось, густое и липкое, как жара над рекой. — Ты странно себя ведёшь, — наконец сказал Майк. — Серьёзно? — Уилл повернулся к нему и усмехнулся. — Ты тоже. Майк провёл рукой по мокрым волосам, откидывая кудри назад. Капли воды стекали по его вискам, по шее, исчезая где-то ниже. Уилл поймал себя на том, что смотрит слишком долго. — Я не люблю, когда мне врут, — тихо сказал Майк. Явно поставив акцент на последнем слове Слова повисли между ними. Уилл сжал пальцы в воде. — А я не люблю, когда со мной не разговаривают и поступают так, будто я заслужил этого  Майк резко выдохнул, словно это выбило из него воздух. — Я не знал, что сказать. — Тогда надо было сказать это, — голос Уилла дрогнул, и он возненавидел себя за это, от чего он поджал губы  Майк посмотрел на него — по-настоящему посмотрел. Не отводя глаз. Взгляд был острым, внимательным, таким, каким он смотрел раньше. И в этот момент Уилла накрыло воспоминанием. Лето несколько лет назад. Они сидят в подвале, плечо к плечу, Майк смеётся слишком громко, а потом от усталости засыпает, уткнувшись ему в шею. Тогда это казалось просто… нормальным. Без слов, без объяснений. Без боли. — Ты действительно… — Майк замолчал, подбирая слова. — Ты правда хотел, чтобы я поверил, что у тебя кто-то есть? — Я хотел, чтобы ты почувствовал, — резко сказал Уилл. — Хоть что-нибудь. Майк шагнул ближе. Вода между ними всколыхнулась. Теперь расстояние было опасно маленьким — вытянутой руки хватило бы, чтобы коснуться. — И что я, по-твоему, чувствовал? — спросил он почти шёпотом. Уилл поднял взгляд. Солнце отражалось в каплях на его ресницах, кудри снова упали на лоб, и от этого Майк выглядел до невыносимости красивым.Таким, каким Уилл видел его сотни раз — и каждый раз по-новому. — Ты злился, — сказал Уилл, сглотнув ком в горле. — Значит, тебе не всё равно. Майк молчал. Потом усмехнулся — на этот раз без горечи. — Ты невозможный, ты знаешь? — Мне говорили. На берегу раздался чей-то смех, Дастин что-то кричал Лукасу, но здесь, в воде, они были словно в отдельном мире. Лето, река, солнце — и всё то, о чём они так и не научились говорить вслух. — Мы не закончили этот разговор, — сказал Майк. Уилл кивнул. — Я знаю. Они ещё постояли так несколько секунд, прежде чем Майк отвернулся и нырнул, оставив после себя круги на воде и ощущение, что самое сложное только начинается. Уилл выдохнул и провёл ладонью по лицу. Это лето не даст ему спрятаться. И, возможно, он больше не хотел. Он хотел что бы все стало так, как оно должно быть. Как должно быть правильно.. После пляжа Уилл возвращался домой с ощущением, будто кожа всё ещё хранит тепло воды и чужого взгляда. Река осталась позади, смех друзей растворился в дороге, но мысли — нет. Они липли к нему так же настойчиво, как влажный песок к ногам. Дома было тихо. Слишком. Уилл закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, прикрыв глаза. Кино. Они договорились пойти в кино. Все вместе. Как будто между ним и Майком не висело это напряжение, не требующее отлагательств. И это так раздражало. Ему так хотелось все поменять по щелчку пальцев, что бы не ощущать эту неприятную боль  Он прошёл в комнату и открыл шкаф. Пляжная одежда полетела на стул. Хотелось выглядеть… хорошо. Не напоказ — для себя. И, если честно, для Майка тоже. Он выбрал те же черные джинсы, выбора было относительно не много. Черную водолазку, которая идеально подчеркивала его подтянутое тело, линию плеч, грудь и торс. На улице под вечер было бы не так жарко, но все равно взял с собой легкую зипку. Уилл посмотрел на себя в зеркало дольше обычного. Волосы ещё чуть влажные, небрежно падают на лоб. Он провёл по ним рукой, выдохнул. Сердце билось быстрее, чем должно было. Когда он уже надел кеды и взял телефон с тумбочки, собираясь выйти, раздался звук открывающейся входной двери. Уилл замер. — Уилл? Голос Майка. Прямо из прихожей. Он медленно вышел из комнаты. Майк стоял у двери, всё ещё держась за ручку, будто боялся, что его сейчас выставят обратно. На нём была простая футболка и джинсы, но выглядел он… собранным. Взгляд — напряжённый, тёмные кудри чуть растрёпаны, словно он не раз проводил по ним рукой по дороге сюда. Он явно не пришёл просто так. — Ты… — Майк осёкся, быстро оглядев Уилла с головы до ног. — Ты так быстро собрался, в кино? — В кино, — ответил Уилл, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы же договорились. Майк кивнул, но не сдвинулся с места. — Я знаю. Я ненадолго. Пауза. Тяжёлая. Уилл скрестил руки на груди. — Если это опять про то же самое… — Нет, — быстро сказал Майк. Потом тише добавил: — То есть да. Но не так. Он закрыл дверь за собой, и щелчок замка прозвучал громче, чем должен был. Майк сделал шаг ближе. — Я не хочу ждать, — сказал он. — Не сегодня. Уилл почувствовал, как внутри всё сжалось. — Майк… — Я не умею делать это красиво, — перебил он. — Но я устал делать вид, что всё нормально. Он смотрел прямо, не прячась, и в этом взгляде было слишком много — решимость, тревога, что-то почти уязвимое. — Нам нужно поговорить, — сказал Майк. — Сейчас. Уилл молчал несколько секунд. Потом медленно кивнул, чувствуя, как сердце снова ускоряется. Похоже, в кино они сегодня могли и не успеть. Майк стоял слишком близко. Не касаясь — но так, что Уилл чувствовал его присутствие теплом тела, дыханием, и тишиной — Я со вчера думаю об этом, — начал Майк, негромко, словно боялся спугнуть момент. — О том, что ты сказал. И о том, что не смог скзаать. Уилл опустил взгляд. — Потому что не всё можно сказать сразу. Хотя куда тут? Прошло столько времени и можно было покончить с этим намного раньше, если бы не его трусость — Но ты мог не врать, — в голосе Майка не было злости. Только усталость. — Ты знал, что это меня заденет. — Я не думал, что это заденет тебя, но я хотел что бы ты наконец заметил меня — резко ответил Уилл и тут же замолчал, будто сказал лишнее. Майк усмехнулся, коротко, нервно. — Ты думаешь, я не видел? Он сделал шаг ближе. Теперь расстояние между ними исчезло совсем. — Ты исчез, — продолжил Майк. — А потом вернулся… другим. И я не знал, где моё место рядом с тобой. Это так терзало меня внутри. Если бы была возможность, я бы вернулся в прошлое и все изменил.. Уилл поднял голову. — А ты хоть раз спросил? Хоть раз бы поинтересовался. Но тебе было все равно, не так ли? Молчание. Густое, дрожащее. Майк протянул руку — остановился на полпути, будто давая Уиллу выбор. Уилл не отстранился. Напротив, шагнул вперёд сам. — Я злился, — признался Майк. — Потому что мне было больно. Потому что я ревновал. И потому что… — он запнулся, выдохнул. — Потому что мне не всё равно. Это было последней каплей. Уилл схватил его за футболку, резко притягивая к себе. Поцелуй вышел неаккуратным, почти грубым — как вспышка, как столкновение. Ни нежности, ни осторожности. Только накопленное, долго сдерживаемое чувство, сорвавшееся с цепи. Майк ответил сразу, так же резко, так же жадно, будто боялся, что если отпустит — всё исчезнет. Он перевел руки на его талию, сжимая ее в руках и притягивая Уилла к себе так близко, будто хочет слиться с ним воедино В этот момент раздался звонок телефона.  Совершенно не вовремя. Который Байерс уже проклинал в глубине души Они резко отстранились. Уилл тяжело дышал, смотря в туманные глаза Майка. Он словно оценивал всю ситуацию, смотрел на реакцию Уилла, но он был достаточно напряжен, почему? Телефон снова завибрировал. На экране — чат друзей. «Мы подъезжаем. Вы где?» Уилл тяжело выдохнул, открывая чат и быстрым движением пальцев напечатав «Мы немного опоздаем, будем через 15 минут» И после он убрал телефон в карман, поворачивая голову на Майка, который до сих пор смотрел на него, будто до сих пор пытается переварить ситуацию. Парни немедленно вызвали такси и по приезду уселись в авто, уехав от дома, где произошло необъяснимое. Всю дорогу они молчали, наконец не смотря на друг друга, а каждый в свое окно, накаливая напряжение. Не смотря на тот разговор, все равно чувствовалось не выясненное, от чего воздух в машине достаточно нагрелся и стал вязким. Приехав к кинотеатру, они быстро направились к зданию, заходя в него. Внутри уже стояли друзья с попкорном, чипсами и напитками. Лукас заметил обоих первым, помахав им рукой, что бы они быстрее их увидели. -Мы взяли вам поесть, потому что сеанс начинается через пять минут, вы бы не успели. - Лукас указал на кассу, где все продавалось, и там до сих пор держалась большая очередь. Дастин протянул каждому по ведерку попкорна и колы, после чего они пошли в зал В зале было темно, прохладно и странно спокойно — будто кинотеатр существовал отдельно от всего остального мира. Экран светился мягким синим, лица друзей мелькали в отражениях, кто-то шептался, кто-то уже хрустел попкорном. Уилл сидел, уставившись вперёд, но не видел фильм. Он слишком остро ощущал Майка рядом. Их колени соприкасались — сначала случайно, потом уже явно нет. Плечо Майка касалось его плеча, тёплое, живое, будто напоминание о том, что произошло всего полчаса назад в прихожей. Уилл поймал себя на мысли, что считает вдохи Майка, угадывает его движения ещё до того, как тот сдвинется. Майк тоже не смотрел фильм. Он сидел чуть напряжённо, локти прижаты к бокам, словно боялся сделать лишнее движение. Иногда он едва заметно ёрзал, и тогда их колени касались сильнее — достаточно, чтобы по спине Уилла пробежала дрожь. Если бы не этот чёртов фильм… Если бы не темнота, не люди вокруг, не необходимость делать вид, что всё нормально. Они бы поговорили. По-настоящему. Не оставили всё на самотёк после этого слишком смелого, слишком честного поцелуя. Уилл сглотнул и чуть повернул голову. Майк смотрел на экран, но взгляд был расфокусированным, будто мысли его были где-то совсем в другом месте. В отражении света от экрана кудри казались мягче, чем обычно, а профиль красивее обычного.  Их плечи соприкоснулись чуть сильнее. Не специально — но и не случайно. Уилл понял, что этот разговор никуда не делся. Он просто отложен. До конца фильма. До темноты поглубже. До момента, когда они снова останутся без свидетелей. Экран продолжал светиться, сюжет разворачивался, а между ними — всё так же натянуто, тихо и невозможно игнорировать. После фильма, он заметил что Майк ведет себя не особо нормально. Пытается избежать взгляда, слишком много разговаривает с Лукасом.  А после и вовсе быстро попрощавшись со всеми, ушел домой. Что это блять все значит? Он не понимал что творится в голове у кудрявого. И явно не то, что планировал Уилл.  Но то что произошло между ними сегодня, имеет смысл?