Растопить лед

Уорд чувствовал себя уничтоженным морально и физически. Игра против русских просто размазала его по льду, оставляя ощущение беспомощности и невероятной слабости. Русские давили их большую часть игры, заставляя выматываться в обороне. Они впятером еле сдерживали трех нападающих. Шайба, забитая Уордом в ворота с середины площадки, казалась удачей, а не доказательством мастерства. Но этого хватило, чтобы все-таки вырвать победу, вот только ее сладкого вкуса совершенно не ощущалось. Эту игру по праву можно было назвать самой трудной за весь чемпионат. А завтра их уже ждал финал. Он хотел заехать за цветами для Эммрика, чтобы поздравить с победой, но, упав в такси, понял, что даже возле дома выйти из машины будет подвигом. Он успел только глянуть счет игры французов, особо не вникая в то, что творилось на льду. Они выиграли со счетом «четыре : три», что давало надежду, что Зевран тоже измотал Максвелла в хлам. Сожалею твоему поражению. И сочувствую, что завтра тебя размажут русские. Это все, что смог выдать Уорд. Он не мог не написать Зеврану, а Эммрика он поздравит лично, пусть и без цветов. Как только дверь квартиры закрылась за ним, Уорд привалился к ней, ощущая, что еще немного и просто рухнет прямо на пол. Сил не осталось ни на что. При мысли о завтрашнем матче хотело выть. Все же играть с русскими — невероятное напряжение. Их игроки бились, как настоящие звери, не знающие пощады. Но при этом русские меньше всех в спорте прибегали к методам грязной игры. Честность для них всегда оставалась на первом месте. И, проиграв, они достойно пожали канадцам руки, отметив, что игра была невероятной. — Эти русские совсем вас измотали, душа моя, но вы были великолепны, я видел фрагменты матча. — Эммрик подошел к Уорду и коснулся его щеки. — Я поздравляю вас, — улыбнулся Уорд, притянул Эммрика в объятия и уткнулся в шею. — Не видел матча, но я счастлив, что победа ваша, хоть и жаль Зеврана. Простите, что я без цветов. — Не говорите глупостей, Уорд. — Эммрик отстранился и помог Уорду снять куртку. — Я удивлен, что вы доехали сами, думал послать за вами Дориана. — Он здесь? — спросил Уорд, стаскивая обувь. — Нет, этот вечер только для вас. Я постараюсь помочь вам расслабиться, — улыбнулся Эммрик, уводя Уорда в сторону комнаты. — Это и для вас был тяжелый день, — пытался возразить Уорд, но, оказавшись на кровати, понял, что встать будет выше его сил. — Меня не пыталась снести неудержимая машина. — Эммрик присел рядом с Уордом и запустил пальцы в его волосы. — Мне так повезло, что вы у меня есть. — Уорд потянул Эммрика за руку, укладывая рядом с собой. — Завтра уже все закончится, мы сможем наконец-то умчать в отпуск. И никаких русских на горизонте. — Эммрик продолжил массировать голову Уорда. — Мы заслужили тишину и покой. — Я никогда не был в России, как турист, говорят, там много красивого, — сказал Уорд, — может, стоит туда съездить как-нибудь? — Я бы хотел объехать весь мир, но уже не как спортсмен. Без тренировок, суеты, постоянных соревнований и мыслей о победе, — признался Эммрик. — Я обязательно покажу вам весь мир, — прошептал Уорд, проваливаясь в сон. Усталость, нервное напряжение и прикосновения Эммрика подействовали лучше любого снотворного. 

***

Уорд проснулся резко, словно его вырвали из сна. Часы показывали всего восемь вечера, а значит, проспал он не так уж и много. При этом, на удивление, чувствовал себя свежим и отдохнувшим, словно и вовсе не было изматывающей битвы с русскими. Мышцы не ныли, а голова была свежей и ясной. Завтрашний матч с французами уже не казался катастрофой. Уорд даже ощутил некое предвкушение. Больше всего его радовало то, что на этом чемпионат закончится, как и их с Эммриком потребность скрываться. Пусть не сразу, но вскоре они смогут открыто заявить о помолвке. И ощущение этого грело лучше любого кубка. Эммрика он нашел в гостиной. Тот сидел в кресле и читал книгу. — Я уже собирался скоро вас разбудить, чтобы вы поужинали. — Эммрик отложил книгу и встал, сделав несколько шагов к Уорду. — Вы уже позаботились и об ужине? — Уорд заключил Эммрика в объятия и посмотрел в глаза. — Вы знаете, свет мой, что вашей победе я буду рад, как своей. — Это взаимно, душа моя. А Дориан в восторге, что у нас в любом случае будет праздник, — улыбнулся Эммрик. — Дайте угадаю, он заказал самый дорогой ресторан, который только смог найти? — Скажите «спасибо», что я уговорил его обойтись без оркестра, — рассмеялся Эммрик. — Это стоило вам невероятных усилий? — Главное — не подпускать его к планированию нашей свадьбы, а то у него уже тысяча и одна идея, а я хочу пережить этот день. В идеале я бы уехал куда-то только с вами, — признался Эммрик. — Я тоже думал о выездной регистрации где-то на берегу озера, где только вы и я, — ответил Уорд, — а потом уже можно закатить праздник и для друзей, иначе Дориан нам этого не простит. — Я рад, что наши взгляды в этом вопросе совпадают. — Я чувствую, что я уже победил в этом чемпионате. — Я тоже, Уорд, я тоже. Уорд поцеловал Эммрика, ощущая, как все напряжение уходит. Как бы ни закончилась завтрашняя игра — они будут праздновать победу. Канады ли Франции, неважно, ведь главной останется их собственная.