Японский Вечер

Тёплая идиллия прогулки под руку была внезапно нарушена ярким пятном света в конце улочки. Из-под резной деревянной вывески с иероглифами лился мягкий жёлтый свет, а сквозь большое окно были видны аккуратные ряды столиков. — О, смотри! — Андайн указала свободной рукой. — Выглядит уютно. Иди сюда, я проголодалась после всего этого... — она замолчала, и уголок её рта дёрнулся в улыбке, — ...романтического напряжения. Роллы хочешь? И, может, этот твой пузырьковый чай, баббл... как его? — Б-баббл ти, — автоматически поправила Альфис, всё ещё не веря, что они держатся за руки, что поцелуй был наяву, а не в её самом смелом фанфике. — Да, давай зайдём. Внутри пахло васаби, жареным кунжутом и сладковатым соусом. Было тихо, играла едва слышная традиционная музыка. Они выбрали столик у окна, откуда был виден их бульвар, усыпанный лепестками. К ним почти сразу подошёл молодой человек-официант с блокнотом. — Добрый вечер. Что будете заказывать? — спросил он с лёгким поклоном. Андайн тут же выхватила меню и уставилась в него с видом полководца перед битвой. — Мне набор «Самурайский ураган»! — объявила она. — Там вроде всё острое есть. И чай, обычный, зелёный. Крепкий. Потом она ткнула локтем в Альфис. — А ты? Альфис, сгорбившись над своим меню, бормотала: — М-мне, пожалуйста, роллы «Филадельфия»... и баббл ти с тапиокой и клубничным сиропом... Пока официант записывал и удалялся, в воздухе повисла лёгкая, счастливая пауза. Андайн откинулась на спинку стула, разглядывая Альфис через стол. Та краснела, ковыряя салфетку. — Знаешь, — неожиданно сказала Андайн, её голос притих, стал более доверительным. — После такой отличной закуски... Может, продолжим вечер? У меня дома. У меня как раз есть новая серия «Мью-мью-кисмических десантниц», которую я... э-э... приберегла. Глаза Альфис за очками стали размером с блюдца. — Т-ты смотришь «Мью-мью...»? — прошептала она. — Ну, я же знаю, что ты фанатеешь, — Андайн пожала плечами, пытаясь выглядеть небрежно, но по лёгкому румянцу на скулах было видно, что она смущена. — Так что... подумала, что... может, посмотрим вместе? Как... настоящее свидание. Только с аниме и, возможно, попкорном. Если, конечно, ты хочешь. Хотеть? Альфис чувствовала, как её сердце готово выпрыгнуть из груди и исполнить победный танец прямо на тарелке с будущими роллами. Она могла только кивать, сжав в руке под столом ту самую травинку от букета, которую незаметно сохранила. — Д-да, — выдавила она наконец, и её лицо расплылось в самой широкой, самой искренней улыбке за весь вечер. — Я очень хочу. Альфис кивала так быстро, что очки сползли на кончик носа. — Д-да! Конечно! Это было бы... потрясающе! — её голос снова сорвался на визгливый шёпот, и она тут же вжала голову в плечи, но улыбка не сходила с её лица. Их заказ принесли. Андайн с энтузиазмом набросилась на свои острые роллы, смакуя каждый кусочек с видом настоящего ценителя. Альфис же, с её нежной «Филадельфией», ела медленно, украдкой наблюдая за своей спутницей. Между ними завязался лёгкий спор о том, в какой серии «Мью-мью-кисмических десантниц» был лучший трансформационный крик (Альфис настаивала на классической третьей, Андайн — на более динамичной пятой), который быстро перешёл в смех. — Ладно, ладно, ты всё равно упрямая, — усмехнулась Андайн, допивая свой зелёный чай. — Вот посмотрим — и ты признаешь мою правоту! Когда они вышли из кафе, вечер окончательно вступил в свои права. Фонарики горели ярче, а в небе между ветвями сакуры уже загорелись первые звёзды. Они снова взялись за руки — теперь это движение казалось таким естественным, таким правильным. Дорога к дому Андайн пролегала через тихие переулки. Они шли, и их разговор тек так же плавно, как и раньше. Но теперь в нём не было прежней неловкой осторожности. Была лёгкость, радость открытия друг друга заново. Альфис рассказывала о новом проекте в лаборатории, Андайн жаловалась на какого-то особенно упрямого новобранца в Королевской Гвардии. Наконец они остановились у неприметной двери в одном из современных, но невысоких домов. — Ну, вот и он, мой скромный штаб, — с некоторой театральностью объявила Андайн, доставая ключи. Дверь со скрипом открылась, пропуская их в небольшой, но уютный холл. Внутри пахло морем, сталью и... слегка подгоревшей едой. Всё было довольно аскетично: несколько плакатов с турнирами по борьбе, аккуратно сложенная у стены тренировочная амуниция, и огромный, явно новый телевизор с игровой консолью. — Проходи, располагайся! — Андайн махнула рукой в сторону дивана, заваленного мягкими подушками в виде рыб. — Я сейчас... э-э... найду ту самую серию. И, возможно, что-нибудь для уютного просмотра. Пока Андайн копошилась у телевизора, Альфис осторожно устроилась на диване, утопая в подушках. Её взгляд упал на журнальный столик, где среди прочего мусора лежала потрёпанная книжка — руководство по базовым приёмам аниме-рисунка. Альфис улыбнулась про себя. Через мгновение в комнате погас свет, заиграла знакомая заставка «Мью-мью-кисмических десантниц», а Андайн плюхнулась на диван рядом, держа в руках две огромные миски: одну с попкорном, другую — с чипсами. — Не могла выбрать, что лучше, — пояснила она, ставя миски между ними. — Так что взяла всё! И когда на экране началась битва с космическим злодеем, Андайн неловко, но твёрдо обняла Альфис за плечи, притянув её ближе. Альфис пристроила голову ей под подбородок, чувствуя, как бьётся её сердце — быстро и ритмично, совсем как в самой захватывающей серии. Это был идеальный финал их японского вечера. И, как Альфис теперь была почти уверена, идеальное начало чего-то гораздо большего. Они доели, оставив после себя лишь крошки на тарелках и пустые стаканы. Андайн откинулась на спинку стула, потирая живот с довольным видом. — Никогда не думала, что сырая рыба может быть такой... вкусной, — призналась она, задумчиво глядя в потолок. — Странное чувство, знаешь ли. Не совсем привычное. Альфис, только что сделавшая последний глоток сладкого баббл ти, не удержалась и фыркнула, почти подавившись тапиокой. — П-потому что ты монстр-рыба? — выпалила она, и тут же ужаснулась собственной дерзости, хлопнув ладонью по рту. Но вместо вспышки гнева Андайн разразилась громогласным, раскатистым смехом, от которого задрожали стёкла в окне кафе. — Точно! — воскликнула она, вытирая слезу из единственного глаза. — Наверное, в этом и дело! Каннибализм в слабой форме. Ладно, пойдём, учёная умница, пока ты не придумала ещё какую-нибудь теорию о моём пищеварении. Они снова вышли на улицу, но теперь их путь лежал не по тихим сакурным переулкам, а к самому сердцу ночного города. Воздух стал гуще, наполнился гулом машин, музыкой из баров и яркими вспышками неоновых вывесок. Они свернули на большую площадь, где толпились люди, и в самом её центре, под одинокой, но величественной сакурой, стояла свободная лавочка. — Привал! — объявила Андайн, и они устроились на ней, отдышавшись после прогулки. Перед ними открывалось настоящее буйство красок. Стены ближайших зданий были почти полностью скрыты под слоями афиш и плакатов. Яркие, динамичные постеры аниме с огромноглазыми героями соседствовали с афишами рок-концертов, рекламой новых видеоигр и психоделическими рисунками уличных художников. Неоновый свет выхватывал из темноты то свирепое лицо какого-то седзин, то гитарный гриф, то летящего в атаку киберпанкового ниндзя. — Ух ты, — прошептала Альфис, разглядывая это визуальное пиршество. Её взгляд зацепился за знакомый логотип новой части «Мью-мью-кисмических десантниц». — Смотри! Премьера на следующей неделе! — Вижу, — Андайн обняла её за плечи, следуя за её взглядом. Её голос прозвучал прямо у самого уха Альфис, тёплый и тихий, заглушающий городской шум. — Значит, у нас уже запланировано следующее свидание. Только в кинотеатре. Альфис прижалась к ней, чувствуя, как усталость от долгого вечера смешивается с абсолютным, кристальным счастьем. Она сидела здесь, на лавочке в самом центре шумного Токио, в объятиях той, кого любила, а вокруг них пылал огнями целый мир, который вдруг стал казаться не таким уж большим и пугающим. — Знаешь, что? — сказала Андайн после минутного молчания, глядя на плакат с летящим самураем на фоне заката. — Когда-то я думала, что сила — это главное. Что можно проложить себе путь через что угодно, если просто бить сильнее. А оказалось... Она замолчала, подбирая слова. — Оказалось, что самые крутые приключения — это не сражения. А вот такие вечера. Когда просто сидишь и смотришь на дурацкие плакаты, и тебе хорошо. Потому что рядом — ты. Альфис ничего не ответила. Она просто взяла её руку и крепко сжала. Этого было достаточно. Под их лавочкой, на тротуаре, лежало несколько лепестков сакуры, занесённых сюда ветром с тихого бульвара, — розовые островки спокойствия в самом эпицентре городского шторма.