Пуля за наркомана

Маленькая квартира Николая Плисецкого с самого утра была заполнена людьми. Учительница английского Жанна Анатольевна, тренер Яков Фельцман, классрук Нина Степановна и учитель балета Лилия Барановская — всё галдели о успеваемости Юры. Блондин сидел в стороне, поджав к туловищу колени и недовольно теребя свою олимпийку "Russia". Юра злился, ему было стыдно за себя. Он готов был сам себя заживо закопать, когда видел расстроенное лицо деда. Противно… — Дедуль… Прости меня, я не хотел чтобы так вышло… — Шептал Николаю подросток, пока взрослые спорили между собой. Нина Степановна горячилась, всё лепетала о том что юного Плисецкого нужно наказать, отчислить, а тренер голосил о том, что не нужно принимать никаких поспешных решений по отношению к подростку. — Юра мой самый ценный фигурист! И вы собираетесь из-за этой оплошности лишить его карьеры?! Это уму непостижимо! Нина Степановна, да я сам возьму за него ответственность! — Тренер нервно махал руками, переживал за будущее фигуриста. Как так вышло? Почему он проиграл? Юра не знал. В горле стоял противный комок стыда и обиды на ситуацию, а голова гудела от криков взрослых. Старик нервно сидел на кухне, его руки дрожали и он сжимал их сильнее, теребя и пытаясь не нервничать. Плисецкий сам уже не выдерживал такого эмоционального давления, поэтому под шум учителей втихую ушёл из дома. Даже куртку не надел. Всхлипывая и сжимаясь всем телом от холода, он шёл вдоль жилого дома. Юра ещё не успел убежать подальше. Руки онемели от холода и подросток не выдержал. Буря эмоций сорвалась с языка, с ярких морских глаз. И он заплакал. Подросток скатился по шершавой стенке панельного здания и съёжился в комок. Он кричал, а его спина содрогалась как будто вот-вот разломится пополам, а из неё вылезет что-то чёрное, не человеческое. В тусклом свете фонарей надрывистые всхлипы и крики никого не интересовали. Усталые "взрослые" шли после работы в свои одинокие квартирки, они уже давно не люди, уже давно не живые, а Юра жил. Через боль, но жил. — Мне страшно. Мне так страшно… Страшно… — Слова Юры заплетались в тугой узел, он не мог остановиться, молил Бога о том, чтобы всё это кончилось. Что "всё"? Буллинг? Синяки на теле? Порванные тетради? Юра. Плисецкий был неподвластен никому, ни тренерам, ни деду, ни себе. Его эмоциональные катастрофы задевали всех, заставляли ужасаться с выходок этого "трудного" подростка. Взрослые охали, обсуждали его, а одноклассники боялись. Юра видел это, видел их страх, их осуждающие взгляды через пелену безразличия. Он много раз пытался потушить этот огонь, пытался исправиться, стать "удобным", но ничего не получалось. Становилось только хуже. Пятнадцатилетний фигурист был совсем один. Он был белой вороной, выбивался из стаи. Юра надеялся что когда-нибудь найдётся человек, который "исправит" его, он искал этого человека, пытался всеми силами хвататься за новые знакомства, но все заканчивалось одним. Одиночеством. Метель уже накрыла его тело пеленой снега, тёплой и согревающей. Плисецкий не хотел вставать, да и не мог. Истерика утихала и юноша кажись смирился с ситуацией, но не с собой. Блондин не боялся неудач, он не боялся осуждения, не боялся ненавистников в спорте, даже проиграть не боялся. Он боялся разбиться о чье-то хорошее отношение к нему или же о свой характер. Какой же он бестолковый. Вспыльчивый, упрямый, ноет постоянно, ещё и без друзей. Кошмар, а не ребёнок.

***

— Ты монстр! Уходи из нашего класса, ты нам не нужен, психопат! — Кричал полноватый азербайджанец-самбист, в два раза больше Юры. Неподалёку лежал шестиклассник, схватившись за лицо, он хныкал от боли, пока вокруг него собрались напуганные одноклассники. Плисецкий стоял вдали, он чувствовал их взгляды, а слёзы сами катились по его щекам большими горячими каплями, ему было страшно. Он не понимал почему так произошло. Он просто толкнул одноклассника. Как так вышло, что крючок от парты вонзился в его глаз? Юра не знал. Страх сжимал его тело и он стоял не двигаясь, пока не пришел учитель и медсестра. Плисецкий тогда впервые ощутил себя монстром, впервые попробовал "ликвидировать" этого монстра и задушить его ремнём от брюк. Не вышло. Было страшно.

***

Страх самого себя был главным его врагом, он постоянно скручивал живот и сжимал горло, постоянно вредил фигуристу. Он не винил себя никогда, у него не было совести. Был страх. В последний месяц Плисецкий позволял "себе" выходить наружу, и это не подростковая шалость, это как найти в детском возрасте мёртвую кошку со вспоротым животом, это гнилое мясо, это жир, отделившийся от отваренной кожи. Мерзкое чувство. Больше всего он боялся за деда. Блондин конечно не причинит ему вреда своими руками, но чужими вполне возможно. Поэтому он терпел, молчал, забывал эту боль на тренировках, лёжа в ванной, вдыхая воду. Домой он вернулся через сорок минут, в квартире было тихо, остался только обеспокоенный тренер, который тут же побежал к порогу встречать своего "золотого" фигуриста. — Юра! Господи, ты где был?! Бегом в ванную! — Обеспокоенный Яков продолжал голосить, но уже от страха за здоровье подростка, а не от злости. Следующие двадцать минут Плисецкий отмачивался в горячей ванной, пока на кухне в приглушённом свете шёл разговор о его переезде. Ванную тренер не закрыл, он знал что будет делать Юра, поэтому позаботился о том, чтобы поглядывать иногда за ним. Подросток молчал, поджав колени к груди. Он сидел в воде и наблюдал как из крана падали капли, расплываясь по слегка желтоватой воде. В груди было пусто, уныло и тяжело, впрочем как и всегда. Юра ненавидел это состояние, оно было таким шершавым и грязным, будто он скользит коленями по брусчатке растирая их в кровь… или занимает второе место на соревнованиях.

***

Прошло уже порядка двадцати минут с момента когда Отабек проснулся. Всё-таки не его это было мотаться всю ночь, чтобы "разобраться" с конкурентами. Изменилось в нём что-то, после того случая с наркотиками. Заспанный Алтын, не обедав и не глотнув хотя бы одного стакана воды, тут же побрёл на улицу, чтобы покурить. Каждое "утро" у него начиналась одинаково. Это уже обычай. Традиция. Он бы сказал — ритуал. Казах вынырнул из подъезда, щурясь от резкого света подъездной лампы. В руке зажатая между пальцами сигарета. Он неторопливо достал зажигалку, щёлкнул колесиком и поднёс пламя к сигаре, которая тут же оказалась зажатой между губ. Затяжка — и сигарета разгорелась. Тишина нарушалась гулом проезжающих машин, скрипом обуви по снегу и шипением сцепившихся кошек. Люди шли домой. Затяжка — и клубок дыма вырвался наружу, заставляя Отабека насладится этим приятным привкусом табака. В конце улицы у обшарпанных металлических ворот стояла машина. Незнакомая новая иномарка чёрного цвета, около которой светилась знакомая белобрысая макушка. Это Юра. Плисецкий, облечённый в спортивную куртку, переминался с ноги на ногу рядом с небольшим мужчиной в строгом чёрном пальто. Это был Юрин тренер. Дедушка Юры стоял поодаль, скрестив руки на груди, его взгляд был непроницательным, хотя легко можно было догадаться что он очень переживает за любимого внука. Отабек был лишь наблюдателем этой картины, пока юный Плисецкий не заметил его. Их глаза встретились, и фигурист тут же направился к бандиту, у которого на виске до сих пор красовались бинты, переклеенные пластырями. — Это… сорян что забрал у тебя биту… Ну, сам понимаешь, надо было… — Говорил, отводя взгляд от Алтына, Юра. Кажись на мгновение, Отабеку показалось что уши Плисецкого порозовели. То ли от стыда, то ли от смущения. Юра вновь приоткрыл свои потрескавшиеся губы, хотел было что-то сказать, но казах его тут же перебил, понимая к чему ведёт этот диалог. — Мы ещё встретимся? — Заглядывая по привычке в глаза блондина, искренне интересовался Отабек, но чёткого ответа так и не последовало. Юра лишь пожал плечами и улыбнувшись, под оклики тренера убежал к машине, тут же скрывшись в ее салоне. Машина плавно тронулась с места, оставляя Отабека провожать её взглядом. Дым сигареты таял в воздухе, словно остатки только что увиденной сцены, после которой одинокий дедушка уходит в свою опустевшую квартиру, сломленный тоской по уезжающему внуку. Алтын затянулся еще раз, медленно выдохнул и подумал: «Значит, всё-таки вернёшься».