На грани неба и бездны

Спокойствие в резиденции было хрупким, как первый лед. Изана медленно привыкал к мысли, что Касуми рядом не потому, что её отец заперт в соседней комнате, а потому, что она сама так решила. Однако тень прошлого настигла его там, где он ожидал меньше всего. Через неделю после освобождения детектива Накамуры, на пороге резиденции появился человек, которого Изана ненавидел и любил одновременно. Манджиро Сано, более известный как Майки, пришел один, без свиты, в своей неизменной накидке «Тосвы». Изана встретил его во внутреннем дворе. Какучё и Хайтани замерли по периметру, готовые в любой момент превратить гостя в решето. Касуми наблюдала за этим из окна, сжимая подоконник - она чувствовала, что воздух между двумя лидерами буквально искрит. - Ты пришел сюда сдохнуть, Манджиро? - ледяным тоном спросил Изана, медленно снимая серьги-ханафуда. - Или ты думал, что я приглашу тебя на чай? - Я пришел поговорить, Изана, - Майки стоял неподвижно, его взгляд был пустым и тяжелым. - Нам нечего делить, кроме общего горя. - У нас нет ничего общего! - взревел Изана. Он сорвался с места, нанося удар такой силы, что обычный человек потерял бы сознание. Майки заблокировал удар, но отлетел на несколько метров. Изана не останавливался. Он обрушил на «младшего брата» серию сокрушительных атак. Он хотел сломать его, уничтожить само напоминание о Шиничиро, о семье Сано, к которой он так отчаянно хотел принадлежать. В какой-то момент Изана повалил Майки на землю и занес кулак над его лицом, намереваясь переломать ему кости. - Ты - никто! У тебя была любовь Шиничиро, у тебя была семья, пока я гнил в одиночестве! - кричал Изана, его пальцы уже сжались для финального удара. - Шиничиро скучал по тебе, Изана... - негромко произнес Майки, глядя брату прямо в глаза, даже не пытаясь закрыться. - Перед смертью он часто говорил, что его единственная боль - это то, что его брат Изана так далеко. Он не хотел бы, чтобы мы убивали друг друга. Ты - мой единственный живой старший брат. Единственная нить, которая связывает меня с ним. Пожалуйста... хватит. Рука Изаны замерла в сантиметре от челюсти Майки. Костяшки его пальцев дрожали. Слова «старший брат» и имя Шиничиро подействовали как ледяной душ. Безумие в глазах Короля «Поднебесья» начало уступать место невыносимой тоске. Изана медленно разжал кулак. Вместо того чтобы нанести удар, он протянул ладонь Майки. Когда их руки сомкнулись, это не было захватом - это было признание. Первое за долгие годы. - Почему ты пришел именно сейчас? - спросил Изана, помогая Майки подняться. - «Вальхалла», - коротко ответил Майки. - Ханма Шуджи окончательно потерял берега. Они решили, что если «Тосва» и «Поднебесье» заняты внутренними делами, то город принадлежит им. Вчера их люди напали на Эмму. Глаза Изаны сузились. Эмма была той самой сестрой, о которой он старался не думать, но чья кровь всё же текла в его жилах. - Напали на девчонку? - переспросил он, и его голос стал опасно тихим. - Её избили прямо у школы. Передали «привет» мне. Она в больнице, - Майки сжал кулаки. - Нам не нужно объединяться навсегда, Изана. Но «Вальхалла» должна исчезнуть. Ханма думает, что он великий кукловод, но он не знает, что бывает, когда два Короля встают плечом к плечу. Изана обернулся к Какучё. - Собери Хайтани. Собери всех бойцов. Сообщи всем: сегодня «Поднебесье» и «Токийская Свастика» идут за душами своих врагов. Он посмотрел на Касуми, которая выбежала во двор, видя, что драка прекратилась. - Касуми, отправляйся в больницу к Эмме. Позаботься о ней как о моей сестре. А мы... - он снова посмотрел на Майки. - Мы пойдем и напомним Ханме, почему это небо принадлежит нам. В ту ночь два самых опасных объединения Канто слились в одну сокрушительную волну. Изана и Майки шли впереди, и в этом странном союзе было что-то пугающее и величественное одновременно. Шиничиро Сано, наверное, улыбался бы, видя, как его братья наконец-то стоят рядом, защищая то единственное, что у них осталось - друг друга.