six different ways

Температура в городе Дерри достигла тридцати одного градуса по Цельсию. Кто-то сидел дома под вентилятором, а кто-то проводил время на улице, обдуваясь прохладным ветром и плавая в озере. Элис Мэйсон относилась к первому типу людей. Только вместо своей комнаты, она сидела за стойкой в небольшом музыкальном магазинчике, направив на себя холодный воздух вентилятора. С неудачниками они не общались уже неделю, Тозиер после того вечера тоже пропал, а сидеть дома девушке не хотелось, так что она не придумала ничего лучше, чем проводить время с пользой. Ей уже доводилось работать в этом месте позапрошлым летом, так что хозяйка — Миссис Гроуз — с радостью снова наняла Элис. Сегодняшняя утренняя поставка была давно принята и разложена. Приехала куча новых пластинок и кассет со свежими альбомами и песнями культовых групп и исполнителей, которые подняли спрос клиентов в три раза больше, чем обычно. Черноволосая работала за двоих, ибо у ее помощницы Марты сегодня был выходной. Но, слава богу, час пик уже прошел и в обеденное время почти никто ее не беспокоил. Элис читала какой-то модный журнал, который ей принесла хозяйка. Из радио тихо играла очередная песня Queen, которой она подпевала. Звук колокольчиков, который сообщал о прибывшем клиенте, отвлек ее, заставив поднять голову и отложить журнал в сторону. — Добрый день, чем могу… — Начала она, но остановилась, когда увидела зашедшего в ларек Хэнскома. Бен, судя по всему, тоже не ожидал ее здесь увидеть, потому что его удивление говорило все за него. Парень подлетел к стойке и с улыбкой поздоровался. — Эл, привет. Не ожидал тебя здесь увидеть. — Подросток облокотился на стойку, подперев подбородок кулаком, а затем продолжил. — Ну, что нового? — Привет. Да так, ничего особенного. — Мэйсон встала со стула и включила кондиционер на полную мощность, чтобы он обдувал и новоприбывшего. — Четвертый день работаю, дома все равно делать нечего. Парень хмыкнул и кивнул, соглашаясь с ее словами. Раз он тоже сидел дома или в библиотеке, значит, с неудачниками они не разговаривали и не виделись, что было очень печально. Неловкая тишина заполонила пространство, Элис разжала поджатые губы и выдохнула. — Так ты… Что-то хотел купить? — Она получила одобрительный кивок и вышла из-за прилавка, проходя к стеллажу с новыми поставками. — Нам сегодня много нового завезли, что конкретно хочешь? Бен обернулся к ней и замялся, топчась на месте, а затем наконец заговорил, понизив голос и опустив голову. — New Kids on the Block. Слова прозвучали очень тихо и невнятно, что заставило девушку навострить уши и переспросить. — Что? — New Kids on the Block! — Выкрикнул парень, сразу прикрыв рот от неожиданно громко прозвучавших слов. Она помедлила пару секунд, кивая головой, а затем подозвала Бена рукой к самой дальней полке. Оба подростка встали напротив полностью заполненного стеллажа, наполнение которого в основном состояло из кассет и пластинок “Wham!”, “Rick Astley” и все любимыми “New Kids on the Block”. На самом деле, было странно, что практически никто не покупал ничего связанного с их музыкой. Исполнители-то достаточно популярны, просто… Не для всех, так скажем. Русый с огромной радостью и восхищением смотрел на издание альбома “Hangin’ Tough”. Хэнском всему своему окружению прожужжал уши, что безумно хочет найти этот выпуск. Он ходил по всем музыкальным магазинам в городе, заходя туда по несколько раз в день, и каждый раз ничего не находил. И вот, когда он уже перестал делать эти бессмысленные попытки, его мечта стоит буквально перед ним. Бен опустился на корточки, с улыбкой вертя издание в руках. Элис стояла сзади, положив руки в задние карманы джинс и неловко начала разговор. — Слушай, эм… — Она вытащила руку из кармана, почесывая локоть ногтем, накрашенным черным лаком. — А ты с ребятами не связывался? Может с Бев? Мэйсон сразу заметила, как спина друга напряглась, а пальцы чуть сжали упаковку. Она уже открыла рот, чтобы попытаться что-то сказать, исправиться или вообще заткнуться, не упоминая эту тему снова и снова, но Бен обернулся, поднявшись с корточек, как всегда задумчивым и невинным голосом произнеся. — Нет, мне никто не звонил. Я пару раз видел Стэна, когда выходил из библиотеки, но мы не общались, просто взглядами перекинулись. Девушка кивнула головой, снова поджав губы. Ее бесило, что никто из них не делает первый шаг к примирению. Да, она бы и сама могла хоть кому-то позвонить или поймать на улице, но стоило ли это делать? Ей вообще казалось, что только она жаждет перемирия и старого общения, ибо по друзьям не было видно, что им хотелось о чем-то разговаривать. Но эту тему поднимать она не станет, как минимум, не с Беном. Ребята прошли к кассе, где Элис пробила заветную покупку Хэнскома, а он напихал ей несколько купюр, оставив сдачу на чай. Перед выходом из магазина, он обернулся через плечо. — Слушай, приходи завтра на пустошь. Это важно. Пухляк вышел из помещения, оставив черноволосую переваривать сказанное. Пустошь? Зачем? Во сколько? Где конкретно? Было столько вопросов, оставшихся без ответов.

***

Оставшийся день прошел размеренно и без спешки. Покупателей было достаточно много, но они не нахлынули волной, что давало Элис хоть немного передохнуть в перерывах. Она даже успела сходить разок в магазин, купив газировку и мороженое, чтобы хоть как-то утолить голод и спастись от жары. На часах было восемь вечера. Это именно то время, в которое магазин заканчивает свою работу. Девушка перевернула вывеску, сменив надпись на «закрыто», убрала мелкий мусор, оставшийся после смены и взяла рюкзак со всеми вещами. Небо было залито фиолетово-голубым закатом. Она наконец вышла на улицу, вдохнув свежий воздух. Солнце давно перестало палить, температура чуть снизилась, появился даже теплый ветерок, которого все жители города так жаждали. Именно по причине адской жары, днем людей было гораздо меньше, все выходили к вечеру, примерно в такую погоду. Поэтому улочка, на которой располагался винтажный ларек Spin Again, была освещена теплым светом, доносившимся из многочисленных кафешек, за летними столиками которых располагались люди. Также, чуть дальше можно было услышать Джазз, который почти каждый день играл один дядюшка на главной улице, привлекая к себе народ, который кидал ему розы и деньги. Элис с легкой улыбкой на губах вдохнула свежий воздух. Вот какой Дерри ей нравился. Она вставила ключ с большим количеством разных брелоков в скважину, закрывая смену. Ветер трепал ее волосы. Когда девушка сунула связку в карман и обернулась, то увидела возле себя никого иного, как Генри Бауэрса. Увидев эту морду, она закатила глаза и выдохнула себе под нос. — Да вы верно издеваетесь… Высокая фигура встала перед ней. Элис окинула парня раздраженном взглядом. Глаза сразу зацепились за свежие раны и синяки, красовавшиеся на его смазливом личике и шее. — Слышь, Мэйсон. — Он встал почти впритык к девушке, отчего она нахмурила брови и сглотнула вязкую слюну. Ну ведь не будет он избивать ее на глазах у такого количества людей? — пронеслось у нее в мыслях. Хотя честно сказать, в этом она была совсем не уверена. Бауэрсу ничего не мешало шпынять неудачников или любых других ребят, которые ему не понравились на глазах у всей школы. Даже на глазах полиции он это делать не боялся, ведь его отец был копом (хоть по всему городу и ходят слухи, что он своему папаше хоть отсосать готов, лишь бы полицейский ствол получить). Генри схватил ее за тонкое запястье, сжав его почти до синяков. — Мне итак Тозиер кабину начистил, так что не смей трепаться ему обо мне, поняла? — Сквозь зубы процедил Бауэрс. Парень не дал ей ничего ответить, лишь плюнул под ноги и резко зашагал в сторону, скрываясь в переулке. И вот опять ее оставили с бардаком в мыслях. О чем она не должна была трепаться? А потом, Элис поперхнулась воздухом, когда перебрала их диалог в голове. Синяки были от Ричи, твою ж мать. Это ведь точно было не из-за нее, ведь так? Бауэрс ничего не делал им, с того момента, как ему и его дружкам начистили лица во время спасения Майка из их «плена». Дорога до дома ей не запомнилась, потому что все время девушка крутила в руках наушники, так и не вставив в них кассету и не надев их на голову. Мысли были забиты сегодняшним днем. Бен позвал завтра на пустошь, Генри резко объявился, так еще и с новостями, что Тозиер начистил ему лицо. Самое главное - она не могла ни с кем это обсудить. Возможно это было знаками вселенной, что ей стоило позвонить Марш, но что она скажет? «Привет, Бев. Да, я сначала бросила вас с Биллом, а потом не звонила неделю, но у меня есть срочные новости для тебя!». С раздражением открыв входную дверь дома, Элис застала интересную картину. Лора сидела за столом с темноволосым мужчиной. На вид лет сорок, выглядит ухоженно, с идеально выбритым лицом, в белой поглаженной футболке, с идеальной улыбкой на лице. Светловолосая перевела взгляд на дверной проем, в котором стояла девушка. Женщина подозвала дочь. — Эли, милая, иди к нам. Элис разулась, кинув рюкзак у первой ступени лестницы. Она прошла на кухню, где за островом сидела мама с ее коллегой - Ником. — Элис, здравствуй! Тебя ведь Элис зовут, я прав? — Мужчина поднялся с места, протянув девушке руку. — Да, да. Здравствуйте. — Она пожала руку в ответ, окинув парочку взглядом. Они сидели за какими-то бумагами, судя по всему по рабочим делам. В прозрачной тарелке возле лежали свежие фрукты, а в стаканах намешаны фрукты. Лора в последнее время увлеклась готовкой смузи и свежевыжатых соков, вечно нося их с собой на работу. По словам матери, Ник был очень приятным мужчиной. Без детей, с одним разводом за спиной. На маминой работе он был кем-то вроде начальника, но к сотрудникам был очень лоялен и добр. Не нагружал их лишней работой, всегда вовремя платит зарплату, никогда не кричал на них. В целом, был спокойными и веселым молодым человеком. В последнее время, он начал проявлять Лоре излишнее внимание. Обеденный перерыв проводил с ней, на выходных они часто гуляли вдвоем, пару раз он дарил ей цветы. Мэйсон было приятно такое внимание от босса, он и сам ей нравился, поэтому она решила позвать его в свою обитель. — Будешь ужинать? — Мягко спросила женщина. — Нет, спасибо. — Элис взяла из холодильника бутылку газировки. — На работе сложный день выдался, устала что-то. Лучше у себя посижу. Лицо светловолосой озарила лучезарная улыбка, она погладила дочь по макушке. — Она работает? — Удивленно спросил Ник. Остаток разговора Эл уже не слышала, потому что все таки удалилась на второй этаж в свою комнату, но она была уверена, что мама объясняла и рассказывала коллеге, какая умничка ее дочь, как она старается и как она ее ценит. Девушка устало свалилась на кровать, откинув рюкзак и наушники в сторону. Спать не хотелось, хотелось чем-то занять себя. Она переоделась в домашние штаны и темную футболку. Отвлекаться от тяжелых мыслей ей всегда помогало рисование. В основном, Элис рисовала незамысловатые наброски, пейзажи или людей. Либо кого-то из знакомых, либо вымышленных. Черноволосая села за заваленный вещами стол и достала из ящика альбом с простым карандашом. Эл подпевала песне “Cracked Actor” от Дэвида Боуи. Он был одним из ее любимых музыкантов, она считала, что текста, музыка и идеи Боуи были гениальными. У нее было куча плакатов, пластинок и кассет с его музыкой, так что Элис спокойно могла заявить, что она фанатка Дэвида. На бумаге машинально вырисовывались линии, о которых девушка не задумывалась. Она лишь вслушивалась в слова песни, не думая о конкретных образах, которые вырисовываются.

You sold me illusions for a sack full of checks You've made a bad connection 'cause I just want your sex

Песня закончилась, как и портрет человека. Тишина в комнате вернула внимание девушки на рисунок, и когда она отодвинула голову, то обнаружила, что все это время рисовала Ричи. Кудрявые темные волосы, острые черты лица, россыпь веснушек на щеках, очки, которые он давно хотел снять, карие глаза… Она и сама не поняла, как так получилось, но выдохнула, вырвала лист и бросила его куда-то в сторону, раскачиваясь на стуле. Элис и сама не понимала, почему так зацепилась за Тозиера. С их первой встречи в младшей школе она подружилась именно с балаболом, в более взрослом возрасте общалась тоже ближе всего с ним, сейчас думает о нем. Ее мучала мысль об этом поцелуе. А вдруг она поспешила, вдруг оттолкнула его таким поведением? Или вдруг для Ричи поцелуй не значит ничего особенного, просто обыденная вещь, которую он может совершить с любой девушкой и забыть, а Элис как дура цепляется за него и ждет чего-то? Вздрогнуть ее заставили стуки в окно. Сначала тихие, медленные, затем звук начал были громче и быстрее, будто ей пытались булыжником проломить стекло. Она встала со стула и отодвинула штору, глядя вниз на источник шума. Глаза зацепились за фигуру, стоящую под окном. Ричи кидал маленькие камешки в стекло, пытаясь докричаться до подруги. Мэйсон удивленно раскрыла рот и до конца открыла окно. — Ричи? — Она будто не верила, что он правда здесь стоял. Элис и моргнуть не успела, как парень уже залезал в ее окно. Прошлым летом ребята нашли лазейку. Лора не всегда отпускала дочь гулять по вечерам с неудачниками, поэтому Тозиер подсказал Эл, что можно спускаться и подниматься обратно по невысокому козырьку, который находился прямо под ее окном и был достаточно надежным и прочным. Именно это сейчас сделал парень. Он запрыгнул на козырек и вскарабкался вверх, а затем залез в окно, даже не спросив разрешения. Девушка отошла на шаг назад, давая брюнету пространство. Он ввалился на пол комнаты, быстро сгруппировавшись и встав, делая вид, что так и должно было случиться. — А через дверь как нормальный человек зайти нельзя было? — Язвительно, но не со злостью, а с неким весельем и даже интересом спросила черноволосая, скрестив руки на груди. — Это слишком скучно, так круче. — С пафосным видом ответил парень, на что Элис саркастично и с удивленным видом кивнула. Ричи выглядел немного по-другому. Он все же снял очки и немного вытянулся в росте, хотя они не виделись всего неделю. Девушка заметила небольшую ссадину, которая выделялась ярко красным цветом на его бледном лице. Она непроизвольно прильнула рукой к скуле, на которой было боевое ранение. — Подрался? — Спросила она, опустив взгляд на разбитые костяшки, которые Тозиер и не пытался прятать. — С Бауэрсом? — Откуда ты знаешь? — Удивленно спросил он, накрыв своей рукой ее. На ее немногословный ответ «знаю» он лишь хмыкнул. Брюнет завалился на кровать Элис, по королевски кладя ногу на ногу и кладя руки под затылок. — Скучала без меня? — Как всегда самодовольно и с ухмылкой. — Почему не звонил? — Она не сдвинулась с места, лишь обернулась в сторону, где лежал друг. Балабол замялся, поменяв положение с лежачего на сидячее. — У меня проблемы были. Но сейчас все путем. Девушка оглядела парня с ног до головы. — Какие же у тебя были проблемы, что даже минутки не нашлось на разговор? А с Генри драться время у тебя есть, да? Элис подошла ближе к кровати, где и сидел этот юный драчун. Тозиера, судя по всему, ее претензии не понравились. На лице парня отображалось нежелание говорить об этом, но раз уж она вытягивала из него слова, то его рот на замке не удержался. — Слышь, хватит, ясно? — Ричи поднял голову на девушку, осматривая ее своим недовольным взглядом, каким он был когда его расспрашивали о вещах, которые его бесили. — Я не ребенок, хватит меня контролировать. С этих слов Мэйсон буквально выпала. Она недоуменно на него посмотрела и выгнула бровь, а после облокотилась об ближайшую стену. — Контролировать? Ричи, что ты несешь? Мы, вроде как, встречаемся, а парень и девушка должны поддерживать друг с другом контакт, не думал об этом? — Встречаемся? С каких пор? — Брюнет резко поднялся с кровати и встал к стене напротив подруги. — Оу, ну то-есть этот поцелуй ничего не значил, ну ясно. Тогда вали нахрен отсюда! На последних словах она сорвалась. Ее голос дрогнул и исказился до хриплого звука. Но такой расклад Тозиера тоже не устроил. Что его вообще устроит? Он не сдвинулся с места, просто остался, будто врос в пол, а на недовольный взмах руками с ее стороны, он ответил. — Ну конечно, я же тебя от скуки поцеловал, мне делать-то больше нечего. — Слова с сарказмом вырвались с его горла. — Причем здесь это вообще? — Девушка снова взмахнула руками. — Я пытаюсь с тобой поговорить, а ты не можешь внятно ответить мне. Говорю тебе уходить, а ты будто приклеился, с места не сдвигаешься! Рич выдохнул. Лицо держалось, но Элис видела, как сжимаются его кулаки. Несколько минут парочка простояла в тишине, но затем ее нарушил тихий голос. — Я просто… Не умею разговаривать. Ты думаешь меня попросту называют балаболом? Да я язык за зубами держать не умею! — Подняв глаза на Ричи, она смогла разглядеть в нем того самого очкарика, с которым уже когда-то разговаривала на подобную тему. Легкая улыбка на его лице, которой он пытался доказать, что он это делает не со зла. Улыбка, из-за которой Элис казалось, что она могла простить ему всё, хоть и знала, что это неправильно. Он приблизился. Всего на шаг, не настойчиво, а просто в качестве более убедительного звучания. — Слушай, Элис. Ты мне нравишься, просто охренеть можно насколько сильно. Но мне проще там, ну… Приобнять тебя, за руку взять, подарить какую-нибудь глупую штуку, которая тебе будет вовсе не нужна. Она смягчилась. Ее пыл усмирился, спина и плечи расслабились, переставая быть такими напряженными. Ногти вонзились в локти, она кусала губы и водила взглядом по полу, осмысляя услышанное. — Я постараюсь. Ради тебя постараюсь быть не таким придурком, несущим бред. — Кудрявый запустил руку в волосы девушки, поглаживая её макушку. — Прости меня, Эли. Тёмные глаза наконец снова встретились. Его мягкий и виноватый взгляд, и ее все еще немного жесткий, но все же остывший. — И ты прости. Я переживала за тебя просто до чертиков, а ты, мудак, даже не удосужился написать. Эти слова были сказаны не с той злобой, что была в самом начале вечера. Элис показывала свое беспокойство и заботу о нем, а не обвинения и наезды. Ричи легко и тепло усмехнулся, вылезая рукой из ее волос. Его руки опустились, обе пары рук оказались на одинаковом расстоянии. Их пальцы медленно коснулись друг-друга, переплетаясь вместе. — Прости меня. Я не буду так исчезать больше. — Мягкая рука легла на щеку девушки, очерчивая пальцем ее острую скулу. — Никогда. В этот момент весь мир замер. Дыхание застыло, все конечности тоже. Когда их лица приблизились, а дыхание стало обрывистым и горячим, Эл переплела их пальцы по другому, сжимая руку парня почти до хруста. Губы соприкоснулись, затягиваясь в поцелуй. Он был таким же нежным и невинным, каким был и в прошлый раз. Они жаждали его всю неделю, что не общались и не виделись. Каждый вечер перед сном они думали об этом моменте, перекручивая воспоминания об их первом поцелуе вновь и вновь, желая повторить его. Руки Тозиера лежали на аккуратной спине Элис, медленно делая круговые движения. Холодные руки черноволосой касались мягкого лица парня, пододвигая его ближе к себе. Спустя несколько минут, когда дыхание спёрло, а губы покраснели, они отстранились, но не разрывали взгляда. Хриплый голос брюнета нарушил уютную тишину. Он спросил: — А теперь то мы пара?