Я хочу остаться!

•❅──────✧❅✦❅✧──────❅•

      Если Тэхёна попросить организовать что-то «по-тихому, скромно и со вкусом», он обязательно устроит из этого полномасштабное шоу с аншлагом. Несколько дней омега буквально изводил Хосока в мессенджере вариантами организации встречи, присылая сообщения в три часа ночи и помечая их как «срочно-важно-смертельно».       Сначала он предложил самый крутой ночной клуб города, с VIP-ложей и неоновыми огнями, но сам же признал: его Чимин в такой оплот похоти и разврата не пойдёт даже под угрозой пожизненного запрета на фисташковые эклеры. Потом был вариант с фешенебельным рестораном, где без галстука-бабочки и фамильных бриллиантов на тебя смотрят как на плесень. Тут тоже было много «за» и «против», и в итоге, к огромному облегчению обоих братьев Чон, этот пафосный вариант отпал — Чонгук резонно заметил, что в таком месте Чимин будет чувствовать себя не на «случайной» встрече, а на экзамене по этикету. Дальше в списке мелькали парки, музеи современного искусства и даже сомнительные забегаловки «для колорита», но Тэхёна вечно что-то не устраивало.       Оказалось, что ходить на свидания самому — это начальный уровень сложности, а вот организовывать личную жизнь лучшему другу, который ни сном ни духом не подозревает о готовящемся покушении на свои границы, — это уже уровень «Бог конспирации».       Пак Чимин тем временем почти полностью оправился от коварного вируса и вернулся в родные пенаты офиса. Омегу тут же затянул водоворот рутины: горы отчётов, которые нужны были «вчера», пачки не составленных, но очень важных ответов, изнуряющие и эмоциональные телефонные переговоры, где каждый второй клиент считал своим долгом излить душу, и сражения с офисным принтером, который нагло ломался в самые критические моменты, будто чувствуя чужую слабость. Пока Чимин боролся с замятой бумагой, за его спиной разворачивался целый штаб по планированию его судьбы.       Чонгук, какое-то время честно участвовавший в обсуждениях в общем чате, выдержал ровно до того момента, пока у него не начала дёргаться бровь от идей Тэхёна. Тогда он совершенно спокойно передал бразды правления в его надёжные (хоть и слегка хаотичные) руки. Но на последок попросил ссылку на страничку в соцсети «жениха». Хотелось бы уже видеть, как говорится, товар лицом. Ну, а если честно, Чонгук уже просто хотел посмотреть, из-за кого же столько шума вышло.       Хотел посмотреть — и посмотрел. И, неожиданно для самого себя, завис.       Чонгук никогда не знакомился с омегами «по протекции». Обычно ему это удавалось неплохо и самому по себе, и проблем никаких не было. А тут свидание через друга — это был новый опыт. Новый и, если быть до конца честным, очень неловкий и странный. Хотя альфа и понимал, что сам заварил эту кашу, он всё же считал, что можно было сделать всё проще и по-нормальному. Например, просто подъехать к дому омеги — адрес-то был известен. Подождать, пока он будет заходить или выходить, поговорить уже нормально, рассказать всё как было на самом деле. Пригласить куда-то, пообщаться по-человечески. Чонгук ведь не какой-то там мальчик-одуванчик, а вполне себе нормальный, уверенный в себе альфа, не страдающий излишней стеснительностью.       Но Тэхён наложил на этот план вето. Видимо, в омеге и старшем брате проснулись латентные таланты тайных агентов и свах, так что Чонгуку оставалось только плыть по течению. Встретятся — вот тогда он всё и объяснит спокойно.       Со страницы соцсети на него смотрели те самые золотистые угольки глаз. На главном фото Чимин стоял в осеннем парке у раскидистого дерева. Солнце задорно играло в его каштановых волосах, рассыпая золотые искорки по прядям. Весь образ казался воздушным, почти волшебным. Омега смеялся так искренне, что губы Чонгука невольно растянулись в ответной улыбке.       Полные губы красивой, идеальной формы, пухленькие, будто детские, щёчки и маленький, но очень аккуратный носик с еле заметной в этом ракурсе горбинкой. Даже будь эта горбинка чуть больше и заметнее, она бы ни за что не сумела испортить красоты лица. Эта деталь не портила, а, наоборот, придавала омеге какой-то особый шарм. Свободное тёмное пальто и широкие джинсы завершали образ «милого соседа», по которому хочется сохнуть неделями.       Чонгук невольно залюбовался. Как у такого омеги могут быть сложности в личной жизни? Альфы вокруг что, коллективно ослепли? Хотя, вспоминая их короткий диалог, характер у «парня с собачкой» был тот ещё кремень. Но всё же... Чимин был удивительно красив, причём той не вычурной, естественной красотой, которая с годами становится только глубже.       Чонгук не мог отрицать, что Пак Чимин был по-настоящему привлекателен, и вообще абсолютно не выглядел на свой возраст. Осталось дождаться личной встречи и тогда уже делать окончательные выводы. Вон ведь, на аватарке Тэхёна тоже был сущий ангел, пока он рот не раскрыл в реальности. И теперь этот «ангел» так дрессирует Хосока, что тот скоро, кажется, начнёт лапу подавать и приносить тапочки в зубах. Хотя, если судить по радостному блеску в глазах брата, он был совсем не против такой дрессировки и выглядел абсолютно довольным жизнью. «Возможно, хоть у кого-то из них что-то с личным да сложится удачно», — философски подумал Чонгук. За брата он будет искренне счастлив, если тому всё нравится.       В тайной подготовке и строжайшей конспирации прошла ещё неделя. Тэхён и старший Чон в итоге совершенно отстранили младшего от планирования, и тот покорно ждал своей участи, в какой-то мере даже завидуя блаженному незнанию Пак Чимина.       И вот в воскресенье ближе к обеду, когда Чимин только-только закинул своё бренное, измученное трудовой неделей тело на любимый мягкий диван в гостиной, предвкушая великое ничегонеделание — а именно, сожрать целую пачку сырных чипсов за просмотром долгожданного сериала, — в квартире раздался звонок. — Пилять… — пробухтел Чимин, чувствуя, как внутри закипает праведное негодование, и нехотя скинул ноги с дивана на пол. — Кого там нечистая принесла?       Чимин решительно никого не ждал и ни о каких гостях не был осведомлён. Сегодня был первый нормальный выходной после затяжного больничного, и эта неделя выжала из него все оставшиеся соки. Хотелось просто зарыться в одеяло по самые уши, не думая ни о чём, поглощать вредные для его далеко не идеальной фигуры жиры и наслаждаться тем, как на экране очередной монстр жрёт кричащего омегу, а сильные и красивые альфы спешат ему на помощь. Но у вселенной, как обычно, были свои планы.       Стоило приоткрыть дверь, как в квартиру ворвался вихрь в зелёном шерстяном пальто и, не говоря ни слова, промчался вглубь дома. Чимин несколько раз моргнул, на всякий случай выглянул на лестничную клетку (вдруг за вихрем и правда гонятся?) и закрыл входную дверь на замок. Через три минуты из туалета вышел уже спокойным, почти величественным шагом лучший друг. — Фух, Чимини, ты меня спас, реально! Думал, сейчас прямо из глаз потечёт. — Тэхён начал небрежно снимать пальто, унёс его в коридор и там же скинул свои новые тёмно-зелёные лакированные ботинки. — Что это было вообще? — Чимин скрестил руки на груди, пытаясь выглядеть строго. — Зелёный чай. Жасминовый. Очень вкусный, между прочим, — наставительно произнёс Тэхён. — Но я от него просто истребителем в туалет летаю. По три раза за час после одной чашки! Отёки, конечно, убирает на раз-два, но далеко от стратегически важных мест лучше не отходить. Я еле к тебе добрался, клянусь! Фух, отдышаться бы теперь…       Чимин молча прошёл обратно к дивану и уселся, снова наматывая на себя уютные слои одеяла. — А пришёл-то чего? Мы же, вроде, не договаривались на сегодня. — А мы с тобой гулять идём! — радостно провозгласил Тэхён, потирая руки. — Я знаю одно место… — А никуда мы с тобой не идём, — отрезал Чимин. — Я — овощ. Я — кабачок в тёплой грядке. На улице холод, а у меня тут уют. Я хочу лежать в теплоте и уюте в свой законный выходной, а не шляться по холоду в твоё очередное «одно место». — Чиминииии, шлааааадкий мой! — Тэхён применил тяжёлую артиллерию в виде щенячьего взгляда. — Ну, бубличек мой, я очень хочу туда пойти. Понимаешь? Очень! — Ну так иди, я-то тут при чём вообще? — Одному скучно! — Ну так найди себе альфу на час. — А я хочу именно с тобой! Мы сто лет вместе никуда не выходили удачно, ну пожалуйста, Чимини! — Тэ, где ты раньше был? — Чимин страдальчески вздохнул. — Может, не сегодня, а? Я уже так настроился полежать… Я спать хочу, честное слово. Спать и деградировать. — Никакой «спать»! — Тэхён вскочил и начал активно жестикулировать. — Я хочу именно в то кафе, я там ещё ни разу не был. Говорят, там самый вкусный кофе в этом полушарии. А ещё торты! Чимин, я куплю тебе торт! Хочешь — целый куплю? Какой захочешь, хоть с кремом, хоть с ягодами. Хочешь? — Перестань мной манипулировать, — проворчал Чимин, но уже чувствовал, как его оборона даёт трещину. — Это не манипуляции, это чистая любовь! И инвестиция в твоё счастье. Я тебе тортик, а ты мне — себя. Бартер! — Ничего себе «равноценный» обмен. Меня так дёшево ещё ни один альфа не снимал! — Чимин не выдержал и завалился от смеха на бок. — Значит, решено! — Тэхён торжествующе хлопнул в ладоши и, не теряя ни секунды, развернулся в сторону спальни друга. — Сейчас подберём тебе наряд — и в путь! Навстречу судьбе! — Ээээ! Ничего не решено! Какая, нафиг, встреча, какая судьба?! Тэхён! Ты вообще слышишь меня? Ты знаешь, кто ты после этого?! — кричал вдогонку омега, но друг уже ничего не хотел слышать, скрывшись в недрах шкафа. — Я — любовь всей твоей жизни! — донёсся из спальни бодрый голос Тэхёна под звук летящих вешалок.       Прошло не менее получаса, прежде чем Чимин в долгой и кровопролитной битве отвоевал право идти в том, в чём он сам решит. Друг настойчиво пытался нарядить его в какие-то парадные блузы с рюшами и приталенные пиджаки, в которых было трудно даже дышать, но Чимин был за удобство и простоту. В итоге путём бесконечных споров, торгов и взаимных уступок на Паке оказались чёрные джинсы, слегка расширяющиеся от бёдер, и свободный пушистый свитер с высоким горлом приятного нежного сливочного цвета. Чимин из последних сил отбился от назойливого друга, пытающегося заставить его нанести на лицо «полный боевой раскрас», и ограничился лишь тщательной маскировкой синяков под глазами и прозрачным блеском для губ. Просто и лаконично. Куда штукатуриться, если они просто идут в кафешку чайка попить? Так ведь?       Добираться до этого «самого классного кафе, о котором я так много слышал», пришлось не так уж и долго. Всего двадцать минут на такси, и омеги были на месте. Это было и правда очень милое заведение посреди оживлённой улицы в самом центре города. Место явно популярное, людное и удачно расположенное. Чимин даже удивился, почему он сам раньше ни разу ничего не слышал об этом месте. Если здесь и правда так вкусно, то он бы точно хоть раз от кого-то должен был об этом узнать. Но ни название, ни расположение знакомыми не были, и у Чимина внутри вдруг проснулся неподдельный интерес. Он даже успел мимолётно подумать, как всё-таки хорошо, что Тэхён у него такой настойчивый и, несмотря на все его стоны и протесты, таки вытащил его на свет божий.       Кафе «Глазурь» располагалось на первом этаже современного многоэтажного дома. Рядом находилось несколько офисных высоток, огромный торговый центр и жилой массив. В будние дни, да и в выходные, у кафе наверняка не было отбоя от клиентов. Огромные панорамные окна в пол приглашали и манили прохожих заглянуть внутрь. Даже будучи ещё за несколько метров от входной двери, Чимин уже уловил пьянящий, густой запах свежесваренного кофе и сладкой выпечки.       Когда Тэхён потянул на себя тяжёлую дверь, а звонкий колокольчик над входом ознаменовал приход новых гостей, Чимин на мгновение замер. Ощущение было такое, будто он попал в настоящий рай. Рай, сотканный из ароматов кофе, корицы, ванили, карамели и чего-то ещё — пряного, уютного и наверняка невероятно вкусного. Казалось, всё, что предложат ему в этом месте, обязательно будет божественным и — о чудо! — совершенно бескалорийным. Все равно на вес, всё равно на весь остальной мир — сегодня Чимин решил не думать ни о чём, кроме тех великолепных десертов и пирожных, что гордо и неспешно крутились на праздничной карусели в подсвеченной витрине.       Чимин, ведомый инстинктами и гипнотическим блеском аппетитной глазури, совершенно не замечал того, как на их появление среагировали двое альф за одним из столиков в самом уютном, затенённом углу помещения. Стоило Тэхёну найти взглядом «нужные объекты», как те тоже с нескрываемым любопытством начали осматривать невысокого омегу в тёмном широком пуховике.       Хосок, мельком глянув на Чимина, тут же вернул свой плотоядный взгляд на «зелёного эльфа» Тэхёна, что успел задорно ему подмигнуть. Чон-старший выглядел так, будто готов был прямо сейчас составить список своих новогодних желаний и вручить его Тэхёну лично в руки.       А вот Чонгук... Чонгук просто перестал дышать. В реальности Чимин был в точности таким, как на фото, только в сто раз лучше. Живее, теплее и… пушистее. Невысокий, весь какой-то мягкий, он казался Чонгуку ожившей игрушкой-антистресс, которую немедленно хотелось прижать и тискать. Чимин мягко ступал по проходу, заворожённо глядя только на витрину и вообще ничего не замечая вокруг. Глаза его горели, а маленькие пухлые пальчики что-то непроизвольно перебирали в воздухе в предвкушении десерта.       Это был невероятно красивый омега. И очень забавный. Его красота не была кричащей или вульгарной, как это часто бывало на обложках модных журналов и страницах соцсетей. В ней было нечто гораздо более опасное — уютная, домашняя привлекательность, в которой хотелось утонуть. На омеге не было дерзких брендовых шмоток, тяжёлого макияжа или баснословно дорогих украшений. Но он был прекрасен в своей простоте образа, в которой не было ничего лишнего, и в то же время всего хватало. Чонгук смотрел и чувствовал, что не может заставить себя отвернуться. — Ну вот, видишь, а ты идти не хотел! — услышал Чимин победный голос друга. — Здесь действительно потрясающе вкусно пахнет, признай! — Каюсь, признаюсь, я готов здесь остаться жить навсегда, — пробормотал Чимин, чувствуя, как рот наполняется слюной. — Я не уйду сегодня отсюда, пока не перепробую всё самое вкусное, так и знай. И половину этого праздника жизни оплатишь ты, Ким Тэхён! — Да не вопрос! Сейчас только найдём свободный сто…       Чимин бы и дальше не замечал ничего вокруг, если бы его рукав вдруг не начал методично и очень нервно совершенно автономно трястись. Это отвлекало от созерцания эклеров и начинало раздражать. — Что ты меня таскаешь? Отпусти, говорю! — возмущённо зашипел на друга Пак и попытался высвободить руку, но Тэхён цепко держался за чужой рукав, глядя куда-то в сторону. Вид у него был внезапно взволнованный и даже какой-то пришибленный. — Мини, мне конец… Это звездец и трындец, — прошелестел прямо в ухо Чимину голос Тэхёна. Омега весь как-то скукожился и попытался спрятаться за другом, хотя тот был заметно ниже его ростом и явно ничего не понимал. — Что случилось? Кого ты там увидел? Коллекторы? Кредиторы? Бывшие? — Чимин попытался развернуться, чтобы оценить масштаб угрозы, но друг наклонился ещё ниже и не дал совершить маневр. — Тихо ты! Не вертись! — зашипел Тэхён. — Ладно, ладно, я понял. Что вообще происходит? Объясни толком, — так же тихо, в тон другу, прошипел Чимин. — Возле окна… только тихо. Видишь столик в углу, самый крайний?       Чимин аккуратно, одними глазами, скосил взгляд, стараясь не разворачиваться всем корпусом. За небольшим столиком сидели двое альф и о чём-то вполголоса беседовали. Тот, что сидел лицом, был симпатичным, но выглядел подозрительно грустным. Он траурно смотрел в стол и периодически кивал собеседнику, сидевшему спиной к залу. Скорее всего, его собеседник в чём-то его поучал или читал нотации. Отсюда не было слышно ни слова, но тема разговора явно была невесёлой, потому что «грустный» альфа даже не пытался поднять взгляд. Чимин не узнавал лица альфы, и почему Тэхёна так внезапно «скрутило», было решительно непонятно. — И? — нетерпеливо спросил Чимин шёпотом. — Что дальше? — Я совсем забыл, понимаешь? Мы познакомились на днях, и этот альфа… Ну тот, который плачет в углу... он меня на свидание пригласил. А я взял и забыл! Совсем! А это свидание — сегодня, прикинь? И че теперь делать-то?! — Ну, давай уйдём сейчас крабиками тихонечко, спиной вперёд. Они нас, вроде, не видели, — предложил Чимин. — Потом позвонишь, перезапишешься, если захочешь. Нет? — Но он же такой грустный сидит, Мини… Посмотри только, он же буквально плачет навзрыд! Посмотри на его глазки, он сейчас разрыдается... — Тэхён буквально сочился фальшивым сочувствием. — Нифига он не плачет, не придумывай драму на ровном месте. Альфы плачут только в двух случаях: когда смотрят «Хатико» и в кабинете проктолога. — Плачет, плачет! Посмотри на его глазки, он сейчас… — начал причитать Тэхён, и Чимин понял: его мечты о спокойном поедании тортиков в одиночестве только что накрылись чем-то большим, медным и крайне беспощадным. — Ладно, — вздохнул Чимин. — Тогда вставай ровно и иди к нему. Скажи, что слегка опоздал, «звезда» имеет право… — Ага, аж на три часа? — Тэхён округлил глаза. — Фуууух… Ну да, на три часа. У тебя есть варианты получше? — Но я не могу тебя бросить! Я же сам тебя вытащил из-под тёплого одеялка! Что я за друг такой буду, если оставлю тебя тут погибать одного посреди этого сладкого рая? — Не собираюсь я тут погибать, не нагнетай. Свали уже в туман со своим альфой, а я наемся до отвала и пойду домой. Не маленький же я, в самом-то деле, справлюсь как-нибудь с тортом. — Э, нет. Ты идёшь со мной!       И прежде чем Пак Чимин успел осознать масштаб надвигающейся катастрофы, его уже буквально волоком потащили между столиками в тот самый «траурный» угол кофейни.       Когда омеги причалили к столику, у «грустного» парня мгновенно поменялось выражение лица. Глаза всё-таки поднялись от столешницы и — Чимин готов был поклясться — слегка наигранно и комично попытались вылезти из орбит. — Тэхён! — «грустный» альфа вскинул голову, и его лицо озарилось таким светом, будто ему только что сообщили об отмене всех налогов в мире. — Да, зайчик, это я… Кхм, то есть, да, Хосок, это я, — Тэхён замялся, изображая крайнюю степень смущения. — А я уж подумал, ты не придёшь… Ты не хотел идти со мной на свидание, да? — Хосок поджал губы, играя роль обиженного брошенки.       Тэхён наконец отпустил руку Чимина и лёгким пёрышком опустился на стул рядом с альфой, вдруг сделавшись на удивление смирным и виноватым. — Я хотел! Очень сильно хотел, о альфа! Я просто… я просто запутался в днях недели! Представляешь? Совершенно из головы вылетело, но я так этого ждал, честное слово! Так ждал! Прямо очень сильно, Хосечка! Ты мне веришь? — Тэхён говорил так вдохновенно и нарочито сладко, будто был актёром самого дешёвого провинциального театра, и у Чимина от патоки этого действа аж зубы начало сводить. Таким друга он ещё никогда не видел — это был какой-то запредельный уровень лицедейства. — Верю, моя птичка! — Хосок просиял. — Тогда пойдём, не будем терять ни минуты!       Альфа схватил Тэхёна за руку, и они синхронно, как по команде, начали подниматься из-за столика, глядя друг другу в глаза и совершенно позабыв о невольных свидетелях своего спектакля. Свидетели же — в лице Чимина и Чонгука — настолько офигели от скоропалительности происходящего, что ни один даже слова не успел проронить. Парочка просто встала и спешно удалилась к выходу, оставив Чимина стоять столбом. — Охренеть… — ошарашенно прошептал Чимин, моргая. — Это он меня реально тут бросил?       Только омега собрался развернуться, чтобы начать путь в каком-то ещё неизвестном направлении (подальше от этого позора), как его остановил голос: — Может, не будете уходить? Я угощу вас чаем. И пирожными.       От слова «пирожные» сердечко Чимина всегда начинало петь лесной птичкой, несмотря на любые потрясения. Он медленно обернулся и уставился на мужчину, который всё ещё неподвижно сидел за столиком. — Оставайтесь. Я расскажу вам одну очень интересную историю и постараюсь пригласить на абсолютно нормальное настоящее свидание. Без театральных эффектов и худших актёров современности.       Стоило альфе развернуться и глянуть на Чимина, как омега тут же узнал его. Это был тот самый наглый тип с витаминами. — Это ты! — Чимин сам не ожидал от себя такого вскрика и от смущения зачем-то плюхнулся на свободный стул.— Я тебя помню. Ты… странный альфа. Что ты здесь делаешь? — Я? — Чонгук усмехнулся, глядя на него с теплотой. — Давай сначала закажем тебе что-то грандиозное, и я всё расскажу, ладно? Конечно, ты, возможно, захочешь убить меня в итоге моего рассказа, но я очень хочу извиниться и прояснить ситуацию.       Чимин даже не обратил внимания, когда официант принёс его заказ. Он слушал. Слушал длинную и запутанную историю о том, как Чонгук решил «для смеха» познакомиться с первым встречным, как Тэхён решил сыграть роль заправского Купидона и подключил к этому делу его старшего брата за компанию. Как они всеми правдами и неправдами придумывали, как же выкурить Пак Чимина из дома и организовать им «свидание судьбы». Чонгук рассказывал об этом легко, весело, и омега в какой-то момент поймал себя на мысли, что ему безумно приятен голос и компания этого парня. Ему нравилась его манера общения — с ним было легко, совершенно не хотелось напрягаться, выставлять себя в каком-то лучшем свете или манерничать, как это обычно делают омеги перед альфами. С ним было… просто. Расслабленно. Уютно и тепло. Так, как не было ни с кем и никогда. Тихо и спокойно.       А ещё этот альфа действительно был привлекателен. Во всех смыслах. Впервые за много лет Чимин придал этой мысли какое-то значение. Или впервые за очень долгое время кого-то по-настоящему внимательно рассмотрел. — Поверить не могу, что Тэ устроил весь этот балаган ради меня, — искренне поразился омега. — Я знал, что он бешеный, но даже не предполагал насколько! А ты? Зачем вообще всё это было нужно? Нельзя было как-то… ну, нормально? Вам же всем реально в Голливуд надо, сценарии писать. Играть — это вообще не ваше, надо честно признать, но сюжетная линия… Ваах, просто реально кино какое-то. — Да я и предлагал по нормальному! — воскликнул Чонгук. — Но Тэхён запретил. Сказал, ты меня на порог не пустишь с такими запросами. — Это да… — Чимин задумался. — Это, скорее всего, так бы и было. Тэ меня слишком хорошо знает. — Ну вот, видишь. — А тебе прям сильно надо было? — Чимин подозрительно прищурил один глаз, становясь в этот момент ещё милее. — А мне прям надо было. Сильно, — Чонгук серьёзно кивнул. — Ты ж судьба моя, забыл. Мне гадалка напророчила, а это очень серьёзно. — И ты прям веришь?! — Чимин хмыкнул. — Ты же вообще о нашем свидании забыл, сам только что сказал! — Но я бы вспомнил! — попытался оправдаться Чонгук и снова широко улыбнулся. — Обязательно бы вспомнил. И вот сам посуди: если бы это не судьба была нам с тобой снова встретиться, появился бы Ким Тэхён на моём пороге? Провернул бы он всё это, чтобы нас свести? А? — Ким Тэхён судьбу за яйца возьмёт и сам поведёт туда, куда ему надо будет. В нём я вообще не сомневаюсь, — заливисто засмеялся Чимин. — Это да. И не только судьбу, судя по всему, — улыбнулся альфа в ответ. — А кого ещё? — Ты того лося, что тут спектакль играл с твоим другом, заметил? Брат мой старший, Хосок. Он со мной драться готов был, когда думал, что Тэхён — мой омега. Так что один комплект чужих яиц у Тэхёна уже точно имеется. — Да, он такой. Всегда таким был, — Чимин невольно заулыбался, вспоминая проделки друга. — Шустрый, красивый, находчивый… Мечта, а не омега. Бесноватый немного, зато никогда не скучно. Хороший же выбор. Так ты тоже претендовал? А что не так пошло? Отшил тебя, что ли? — Никто меня не отшивал, — рассмеялся Чонгук. — Я и не смотрел. Ну, в этом плане. — Да? И когда он тебе сообщение написал впервые, ты тоже на его аватарку слюни не пускал? — Чимин хитро прищурился. — В жизни не поверю! Значит, какую-то «шаурму в пуховике» на свидание сдуру позвал, а на суккуба во плоти даже не шевельнулось нигде? Не заливай! Я знаю, что у него там за фото стоит. Даже у меня от него слюни текут! — Ну… — альфа неловко почесал затылок, слегка покраснев. — Ну вот! Хороший мальчик, не страшно же? — Чимин вдруг грустно улыбнулся. — Это нормальная реакция здорового человека, расслабься. Я привык уже давно. Знаешь, сколько раз со мной знакомились, а потом замечали рядом какого-то моего друга и уходили уже не со мной? Да у меня даже с родным братом такая ситуация была. Не смертельно. Спасибо, что это всё хотя бы изначально прояснилось. — Офигеть… — Чонгук был искренне поражён. — И с Тэ такое было? — Нет, с ним такого никогда не было. Тэхён, если видел, что альфа начинает наглеть или засматриваться на другого, просто уводил меня домой. Наверное, из-за того, что он всегда на моей стороне и знает все мои самые плохие стороны, я его и люблю. Никто мне так не близок, как он. Понимаешь? — Чонгук молча кивнул. — Вот поэтому я и не против был, если он тебе вместо меня напишет. Я сам это предложил.       Теперь пришла очередь по-настоящему удивляться Чонгуку. Он даже чашку на стол поставил. — Не понял… — А что тут непонятного? Я тебя сам отдал Тэхёну, — сказал омега и с совершенно спокойным лицом отпил свой чай. — Ты думаешь, визитка к нему как попала? — Я чё-то не догоняю… Как это — отдал? — Просто. Тэхён хотел, чтобы я тебе позвонил, а я не хотел. Вот я ему визитку-то и отдал. И тебя заодно. Типа: хочешь — звони, иди на свидание, вот тебе готовый альфа. Пользуйся. — А если я не хочу? — голос Чонгука стал чуть ниже. — Что ты не хочешь? — Чтобы меня отдавали, не хочу! — почти воскликнул альфа. — А ты-то откуда будешь знать? Ты меня всё равно толком и не видел тогда. Шарфик, очки и Мэдди под мышкой. Нас легко перепутать. — Ничего не легко! Я сразу понял, что это не ты. То есть, понял, что это не тот омега ко мне в мастерскую пришёл. Ну, не то чтобы прямо сразу, конечно, но понял же! — И как это ты вдруг понял? — По глазам! — Чонгук впервые посмотрел Чимину прямо в самые зрачки и даже не собирался отводить взгляд. — Они светились у тебя тогда, в первый раз. Я только их и запомнил. — Это всё из-за температуры было, — Чимин попытался отшутиться, чувствуя, как щёки начинают гореть. Обстановка за столом внезапно перестала быть просто дружеской. — Я ж больной тогда был, вот глаза и блестели. — А мне понравились. И штаны твои… В пироженках которые. — Ладно, я понял, — Чимин вздохнул. — Скажи честно: ты просто «продул» омегу старшему брату и всё. Теперь решил на мне отыграться? Не надо ничего, я всё понимаю. — Ничего я не продул! Я, может, изначально именно с тобой хотел на свидание пойти. Почему ты мне не веришь? — Так ты ж сам сказал — по приколу предложил. — Ну и что? А теперь — серьёзно предлагаю. Пойдёшь?       Чимин вдруг стал очень серьёзным и как-то по-особенному опустил плечи. — Чонгук… Я скучный. И совсем не интересный. — Не согласен. Мне кажется, мы общаемся довольно интересно. Что-то я пока не заскучал ни на секунду. — У меня совершенно отвратительный характер. Я не умею терпеть неудобства и прогибаться постоянно. — Не нужно ничего терпеть. Говори мне обо всём, я буду исправлять, хорошо? — Я старше тебя, скорее всего, да? — Чимин выложил очередной козырь. — Вообще не аргумент. Два несчастных года. Даже не смешно. Дальше. — Такому альфе, как ты, нужна красивая пара. Омега, на которого все будут оборачиваться. — И вот он, этот омега, в наличии прямо передо мной сидит. Ещё претензии есть? — Я не красивый! — почти выпалил Чимин и раздражённо глянул альфе в глаза. — А это уже я буду решать, кто для меня красивый, а кто нет! Откуда вообще такие мысли в голове?! — От красивых омег альфы не пропадают… — эту фразу Чимин проговорил совсем тихим, едва слышным шёпотом, но Чонгук всё равно её уловил. — Красота — понятие сугубо индивидуальное, Чимин. И она совсем не является залогом счастья, поверь мне, — альфа наконец набрался смелости и положил свою большую, горячую ладонь на дрожащую руку омеги. — Я правда не знаю, чего ты так боишься, но ты на самом деле очень красивый, Чимин. И я очень хочу пойти с тобой на настоящее свидание. И пускай наша встреча на самом деле никакая не «судьба», пускай это было просто глупое стечение обстоятельств или нелепое совпадение — мне абсолютно всё равно. Давай просто попробуем. Если не получится — ну, будет что вспомнить. — Что вспомнить? Как ты тоже ушёл? Молча… — голос Чимина дрогнул и он сам испугался неожиданного всплеска своих эмоций. — Почему я должен куда-то уйти? Мне пока и тут хорошо. Никуда я не уйду. Если ты не прогонишь, конечно. — Уйдёшь. Все уходят. Пропадают бесследно. Даже месяц не продержишься. — А я может не уйду, куда ты меня выпроваживаешь? — А если уйдёшь? — Чимин посмотрел на него с такой болью, что у Чонгука сжалось сердце. — А если уйду… то обязательно вернусь. Вернусь, и мы об этом поговорим. Обязательно. Договорились? Но сейчас пока слишком рано об этом думать.       Чимин нервно сжимал и разжимал ладони под рукой альфы, и Чонгук больше не мог на это смотреть. Он крепче сжал чужие, тонкие и холодные руки в свои и попытался согреть их своим теплом. Судя по всему, это сработало. Потому что Чимин постепенно перестал дрожать и, наконец, поднял глаза, в которых затаилось робкое доверие. — Хорошо. Давай попробуем. И ты… ты конечно можешь уйти, если захочешь. Хоть завтра, хоть через время. Со мной не будет легко, ты должен об этом знать. Не подумай, что я истеричка и буду за ноги тебя хватать, устраивать сцены, так никогда не будет. Это мерзко и низко. Человек должен сам желать быть рядом, по собственной воле, по обоюдному согласию, я никогда по-другому и не думал. Просто в случае чего скажи мне обо всём прямо, хорошо? Что бы там ни было. Сразу скажи, не скрывайся, не темни, не жалей меня. Так только хуже. Я знаю о чем говорю. И не пропадай молча, пожалуйста.       Альфа согласно мотнул головой и нехотя отпустил маленькие холодные ручки. Чимин шумно выдохнул, и его дыхание стало намного ровнее. В кафе «Глазурь» по-прежнему пахло ванилью и пряностями, а для этих двоих мир вокруг только что стал на один важный разговор честнее.