И растаял лед

Утро в поместье Малфоев всегда было тихим. Единственными звуками в столовой были звон серебряной ложечки о фарфор и шорох свежей газеты. Драко сидел напротив отца, стараясь сохранять безупречную осанку, хотя после вчерашней тренировки все ныло. Нарцисса сидела во главе стола, изящно разливая чай. Люциус отложил газету и посмотрел на сына. Его взгляд не был гневным, скорее оценивающим. — Я видел мадам Трюк вчера вечером, — сказал он. — Она говорит, ты стал слишком рассеянным на тренировках. — Просто устал немного, — ответил Драко, стараясь не смотреть на телефон, лежащий рядом экраном вниз. — Разумеется. Но ты должен понимать, Драко, — Люциус подался вперед, и его голос стал чуть тише, — Уилтширская Академия — это не просто школа. Это репутация. А твоя команда — это её лицо. Драко почувствовал, как щеки краснеют. Телефон под его ладонью коротко завибрировал. Сердце предательски пропустило удар. — Я понимаю, — тихо сказал он. — Ты должен быть лучшим, — начал Люциус снова. — Ты — капитан. Ты меня слышишь? — Да… — Люциус, довольно. Он понял, — Нарцисса все же вмешалась в разговор. В этот момент телефон снова дважды дрогнул. Люциус прищурился. — Кто тебе постоянно пишет с утра? — Забини, — быстро соврал Драко. — Спрашивает, во сколько сегодня тренировка. Он вечно всё путает. Люциус едва заметно кивнул, теряя интерес к разговору, и вернулся к кофе. Драко выждал еще минуту, быстро закончил завтрак и, извинившись, почти выбежал из столовой. *** Оказавшись в своей комнате, он первым делом запер дверь. Бросив телефон на кровать, он глубоко вдохнул, прежде чем разблокировать экран. Гарри (09:15): «Привет, Драко. Я сейчас проснулся и подумал, что мне всё вчерашнее приснилось. Пианист из парка вообще существует?» Драко прислонился лбом к холодному стеклу. За окном расстилался безупречный вид. И улыбка сама собой появилась на его лице. Драко (09:28): «Я существую. И, честно говоря, я тоже проверял утром, не исчез ли твой номер из моего телефона. Как ты?» Ответ пришел так быстро, будто Гарри держал телефон в руках, не выпуская. Гарри (09:31): «Все нормально.Только Вуд, наш капитан, с утра пришел рассказывать о плане тренировки. Увидимся вечером?» Драко закрыл глаза. Пора было вызывать такси, чтобы тоже ехать на тренировку. Драко (09:45): «Увидимся. Там же, в восемь. Я принесу ноты, чтобы ты окончательно поверил в мою реальность. И постарайся не убиться на тренировке». Гарри (09:50): «Кстати, скинь фото? А то вдруг я тебя сегодня в парке не узнаю? Драко почувствовал странное замешательство. Он привык, что его фотографируют. Для школьной газеты, на семейных фотосессиях. Но там он всегда был или в форме, или с идеальной укладкой. А сейчас… Гарри просил просто его. Телефон снова пискнул. Гарри (10:00): «Ладно, я первый. На экране появилось изображение. Гарри смотрел прямо в камеру, чуть прищурившись от яркого света. Его черные волосы были растрепаны, очки немного съехали на нос, а на щеках играл живой румянец, как после бега. Но главное — глаза. Зеленые, яркие. Это было настолько «настоящее» фото, что Драко почувствовал, как сердце сделало кульбит и гулко ударилось о ребра. — Черт, — прошептал он, лихорадочно поправляя волосы. Подойдя к зеркалу Драко включил фронтальную камеру и замер. Щелк. Слишком официально. Он выглядел как лорд на приеме. Щелк. Слишком холодно. Кажется, будто он сейчас отдаст приказ Крэббу и Гойлу впечатать кого-то в борт. Он стащил с себя джемпер, оставшись в простой белой футболке, взъерошил пряди и сел на край кровати. Он сделал около десяти кадров, и каждый казался ему катастрофой. В одном он выглядел слишком бледным, в другом слишком напряженным. «Почему это так сложно?» — злился он на себя. В итоге он выбрал фото, где он сидел так, что свет из окна мягко падал на лицо, сглаживая острые скулы. Он не улыбался, но взгляд был мягче, чем обычно. Драко (10:20): «Музыканты не всегда фотогеничны с утра. Вот, чтобы ты не пугался». Ответ пришел через пять минут. Гарри (10:25): «Ого. Драко, ты выглядишь как с обложки. Красивые глаза. До вечера!» Драко отбросил телефон на подушку и закрыл лицо руками. Ему нужно было ехать на стадион и быть безжалостным Малфоем, но в голове набатом стучало: «Он считает меня красивым. Ему нравятся мои глаза». *** В медблоке Академии царила та самая тишина, в которой слышен только мерный ход настенных часов. Ричард Уилсон стоял у окна, изучая какие-то снимки. Когда дверь тихо скрипнула, он не обернулся, но по губам скользнула едва заметная улыбка. Он узнал этот шаг. — Тео, — негромко произнес он, наконец поворачиваясь. Ричард выглядел безупречно. Белый халат подчеркивал его плечи, а синие глаза смотрели на вошедшего парня с мягкой заботой. — Доктор Уилсон… Здравствуйте… я… — Тео замялся у порога, — кажется, я снова потянул ногу вчера на тренировке. Ричард отошел от окна и жестом пригласил его к кушетке. — Присаживайтесь. Посмотрим, что вы там «потянули» на этот раз. Он сел на стул рядом. Его движения были точными и профессиональными. Когда Ричард теплыми, сильными пальцами коснулся его колена, по телу Тео пробежала дрожь. Внимательный взгляд на мгновение задержался на лице Тео, а затем Ричард продолжил осмотр. — Все в порядке, Тео, — тихо сказал Ричард, поднимая глаза, — но я вижу, как вы напряжены. Турнир давит на вас? — Малфой… Драко… он требует от нас невозможного, — выдохнул Тео, глядя в эти невероятные синие глаза, — и мадам Трюк. Кажется, если мы проиграем, мир рухнет. Ричард слегка сжал его колено, словно передавая свою уверенность. — Мир не рухнет. Вы талантливый игрок, Тео. Он поднялся и, вопреки врачебному протоколу, на мгновение положил ладонь Тео на плечо. — И послушайте… Вам не нужно ничего «растягивать», чтобы прийти сюда. Если вам просто нужно… выдохнуть или поговорить, вы всегда можете зайти. Просто так. Договорились? Тео почувствовал, как ком в горле наконец исчез. — Спасибо, Ричард… то есть, доктор Уилсон. — Идите на тренировку, — улыбнулся тот, отходя к столу. — И постарайтесь остаться целым. *** Драко шел по коридорам школы, и звук его шагов эхом отдавался от стен. Образ взъерошенного Гарри на экране никак не шел из головы, создавая странный диссонанс с суровой реальностью предстоящего матча. Когда он толкнул тяжелую дверь раздевалки «Змей», его встретил привычный шум: звон экипировки, гул голосов и резкий запах свежего льда. — О, а вот и наш маэстро! — Блейз, уже наполовину одетый в форму, широко ухмыльнулся, заметив Драко. — Пальцы не болят от клавиш? Драко одарил его своим фирменным ледяным взглядом, от которого любой другой на месте Забини уже бы замолчал, но Блейз только весело подмигнул. Маркус Флинт, капитан обороны, сидел на скамье и методично обматывал клюшку черной изолентой. — Оставь его, Блейз, — вздохнул он. — Главное, чтобы на льду он не зевал. Сегодня Трюк обещала устроить нам проверку на прочность. Как обычно, впрочем. Крэбб и Гойл возились в углу, пытаясь разобраться с заклинившей застежкой на щитке Гойла. Они напоминали двух огромных медведей, которые случайно оказались в хоккейной раздевалке. — Где Нотт? — спросил Драко. — Дай угадаю, — Блейз опять ухмыльнулся. — В медблоке? Наверное, у него внезапно обострился… э-э… вывих левой пятки. Или он просто проверяет, достаточно ли стерильны инструменты у нашего красавчика-доктора. — Если он опоздает, Трюк заставит его бегать в полной амуниции по лестницам, — буркнул Гойл, наконец-то защелкнув щиток. Драко молча затянул шнурки коньков. Он чувствовал, как внутри него снова просыпается капитан — холодный, расчетливый, собранный. Но в мыслях все еще горели зеленые глаза за круглыми очками. — Слушайте сюда, — Драко встал в центре раздевалки, — сегодня работаем по схеме «Б». Никаких лишних движений. В этот момент дверь распахнулась, и в раздевалку влетел Тео. Вид у него был слегка растрепанный, а глаза блестели слишком ярко для человека, который просто шел на тренировку. — Успел! — выдохнул он, бросая сумку на скамью. — Мазь оказалась особенно эффективной? — не удержался от подколки Драко, надевая шлем. Тео только отмахнулся, быстро стягивая куртку. — Выходим. Помните, мы «Змеи». Мы не ошибаемся, —- Драко первым выкатился на лед. Тренировка началась. Драко сорвался с места, ведя шайбу. Он старался думать о тактике, о том, как обойти защиту «Львов», но перед глазами всё время всплывало утреннее фото Гарри. «Он думает, я сейчас играю Баха», — пронеслось в голове, когда он с силой впечатал шайбу в ворота. — Малфой! Еще раз такой бросок, и ты сломаешь штангу! — крикнула Трюк, но в её голосе слышалось одобрение. Драко не ответил. Он просто хотел, чтобы этот день поскорее закончился. Ему нужно было смыть с себя запах пота и льда, спрятать коньки и снова стать тем «музыкантом», которого ждет Гарри. Однако скоро тренировка превратилась в изнурительный марафон. Мадам Трюк не давала игрокам передышки. Свисток резал воздух каждые тридцать секунд. — Быстрее, Малфой! Ты медлишь на развороте! — кричала она, проезжая мимо. Драко стиснул зубы. Трюк была права. Он был не здесь. Каждый раз, когда он закрывал глаза, чтобы восстановить дыхание, то видел не тактическую схему, а зеленые глаза за круглыми очками. В ушах вместо скрежета коньков стоял смех Гарри. Драко заложил вираж, пытаясь уйти от Флинта, но шайба предательски соскочила с крюка. Маркус тут же перехватил её, едва не сбив капитана с ног своим мощным плечом. — Соберись, Драко! — рявкнул Флинт, пролетая мимо. — Ты сегодня, как вареная лапша! Драко затормозил так резко, что из-под лезвий вылетел целый фонтан ледяной крошки. Он тяжело дышал, упершись руками в колени. Пот заливал глаза, щипал кожу, и это бесило. Он чувствовал себя предателем собственного дела. Его учили, что на льду нет места чувствам, только холодный расчет и жажда победы. Но сейчас всё, чего он хотел — это сорвать с себя этот тяжелый шлем и оказаться в тихом парке. — Малфой! — Трюк подъехала к нему вплотную. — Если ты еще раз пропустишь пас от Нотта, я посажу тебя на скамью до конца занятия. Мне не нужен капитан, который витает в облаках. Ты меня понял? — Понял, мадам, — глухо отозвался Драко. Он снова рванул вперед, но движения были механическими. Блейз, проезжая мимо, легонько толкнул его в плечо. — Эй, влюбленный. Оставь мысли о нотах на вечер. Сейчас нам нужно выжить. Трюк сегодня в ярости. — Я в порядке, Забини, — огрызнулся Драко. Но он не был в порядке. Когда они начали отрабатывать броски по воротам, Драко промахнулся дважды, неслыханное дело для него. Каждое движение казалось тяжелым. Он постоянно поглядывал на табло, отсчитывая минуты до конца этого ада. В какой-то момент он так глубоко задумался о том, не слишком ли пафосным было его утреннее фото, что едва не врезался в борт на полном ходу. — Малфой, ты сегодня решил собрать все углы стадиона?! — крикнула Трюк, свирепо свистя. Но настоящий хаос начался, когда они вдруг увидели человека в белом халате. Доктор Уилсон вошел, встал у борта, засунув руки в карманы халата, и стал спокойно наблюдать за игроками. Тео, который в этот момент как раз выходил на перехват, заметил его тоже. Мир тут же сузился до этой точки. Он сбился с ритма, лезвие конька зацепилось за неровность льда, и Тео совершил крайне неловкое, дерганое движение. Его руки взлетели вверх, клюшка опасно качнулась, но чудом Тео устоял на ногах. — Нотт! — рявкнула Трюк, чей свисток едва не оглушил всех присутствующих. — Ты защитник Академии или пьяный олень на льду?! Соберись! Тео почувствовал, как жар заливает лицо под шлемом. Он выровнялся, стараясь придать себе максимально профессиональный вид, но предательски покосился на борт. Ричард едва заметно, одними уголками губ, улыбнулся и чуть склонил голову, словно говоря: «Я всё видел, Тео, и это было… впечатляюще». Блейз, проезжая мимо, чуть не сложился пополам от смеха. — Эй, Тео, может, тебе вызвать носилки? Доктор уже здесь, далеко нести не придется! — Заткнись, Блейз, — прошипел Тео, мечтая провалиться сквозь лед. Драко даже не улыбнулся. Он завидовал Тео. Тот хотя бы понимал, что человек, ради которого он совершает эти нелепые падения, знает, кто он такой. У Драко же всё было иначе. *** Тренировка закончилась в атмосфере полного изнеможения. Трюк была недовольна. Когда Драко наконец зашел в раздевалку, он чувствовал себя выжатым лимоном. Руки дрожали так сильно, что он едва расстегнул шлем. — Ну и денек, — выдохнул Тео, всё еще выглядя смущенным, — Драко, ты как? Малфой посмотрел на свои ладони — те были красными от клюшки, с начинающимися мозолями. — Я должен как-то скрыть это, — прошептал он. — Крем для рук, наверное, надо, — Блейз пожал плечами. Драко опустил голову. Он чувствовал себя последним лжецом, но остановиться уже не мог.