«Вы готовы к бесконечному счастью?»

***

Жизнь может ранить и вылечить. Может дать или отобрать. Но всё это — лишь взгляды на одну ситуацию с разных точек зрения. Нет худо без добра. Смерть — лишь обратная сторона жизни. И для тех, кто сталкивается со смертью каждый день она перестаёт иметь столь большое значение, перестаёт быть чем-то удивительным. Но если человек совершенно перестает удивляться чему-либо, то ему пора в могилу. Шаманы — одни из тех, кто привык сталкиваться с такими вещами ежедневно. Это заставляет их отращивать толстую шкуру. Но бывает то, что удивляет даже мученников.

***

— йо! Ю-юдзи! Сбоку, где-то возле обломка здания, появилась тёмная фигура. Юджи почувствовал знакомую проклятую энергию и улыбнулся. Сенсей не скрывал своего присутствия. — о! Учитель! А вы чего тут? — проверяю не умер ли кто, пока меня не было. Ваша троица пока справляется. Смотрю ты уже со всем тут закончил? — Годжо осмотрел трупы поверженых проклятий, не снимая повязку. Он прекрасно видел и сквозь нее. — ага.. Можно мне пойти домой? — Юджи рассчитывал на поблажку. Возможно, наставник сегодня добрый? — еще чего. После этого мы поедем в техникум и продолжим тренировку уже там. Ну конечно! — а я думал вы дадите нам отдохнуть! — Юджи был огорчён этой вопиющей несправедливостью. — вот поработаете как следует и тогда будете.. Отдыхать. Ха, смотри ка, мы здесь не одни, — Годжо с полуухмылкой взглянул куда-то вдаль, видимо почувствовав след проклятой энергии. — чего? Ещё проклятья?! — Юджи сжал кулаки, в готовности занимая боевую позицию для того, чтобы в случае чего атаковать. — я так не думаю. Встань рядом, — Годжо осторожно положил руку на плечо Юджи и парень почувствовал, как пласт проклятой энергии куполом окутал его тело, отрезая от внешнего мира. Было приятно в кои-то веки ощутить защиту от Сильнейшего, поскольку подобным покровительством тот занимался крайне редко, предпочитая забрасывать своих учеников в самый эпицентр событий, а самому тихонько приглядывать за ними издалека. Или вообще не приглядывать! — о, бесконечность? Вот это круто! — Юджи почувствовал прилив интриги и захихикал. Рядом с учителем ему мало что угрожало. Пускай земля наедет на земную ось, Годжо сенсей обязательно что-нибудь придумает и всех спасет. Итадори в этом уже давно убедился. — чувствуешь это? Прислушайся, — Годжо похлопал Итадори по плечу, призывая сосредоточиться. Парень нахмурился. — ой, земля дрожит? А где тревога? — Юджи удивленно огляделся по сторонам, не слыша звука сирен. В Японии землетрясения были столь же частой и обыденной вещью, как и пожары. Люди давно не обращали на это внимания, только если не пострадал их собственный дом. — не думаю, что это землетрясение. Не отходи от меня. Юджи кивнул и не успел сказать «хорошо!», как вдруг в паре десятков метров от них он заметил стадо разъяренных африканских слонов. Кажется, они выбежали из-за угла какого-то киоска! Да что здесь происходит?! — это что шикигами!? — воскликнул парень, округлив глаза. — не-а, — Годжо, кажется, был готов рассмеяться. — нам надо бежать! — Юджи уже думал сорваться с места, как тут на плечо надавили и сжали мощной хваткой. Ауч. Можно и полегче вообще-то! — стой на месте, не паникуй, — Годжо безмятежно улыбался, глядя на приближающихся животных. Юджи не разделял его настрой, но не верить наставнику было себе дороже. Они стояли так несколько мгновений, и когда Итадори, открыл закрытые от страха глаза, он с удивлением наблюдал перед собой картину: гигантские звери, словно ручей, оббегали их с двух сторон, груздно перемещая многотонные туши. Юджи чувствовал каждый их шаг. Слоны явно были домашние: на их спинах красовались расшитые разноцветным бисером и бриллиантами ковры, на мордах белыми и красными красками были нарисованы какие-то символы и орнаменты, огибающие глаза и хобот животных. Слоны будто не замечали их самих, убегая от чего-то... или кого-то. — блин, они же не на нас бегут, а от нас! Мне кажется это не хорошо.. — Юджи встревоженно обернулся, глядя на удаляющихся вдаль зверей. — да какая разница? Я ведь сильнейший, так что не кипишуй, все в порядке, Юджи! — Годжо сенсей как всегда на позитиве. Вот это настройчик. Из-за облака пыли, за которым не было видно абсолютно ничего, они потихоньку шли в направлении, откуда и появились слоны. Итадори был готов к чему угодно, но туман не рассеивался, и это начинало становиться подозрительным. — а нормально, что мы так долго идем? — Юджи неспокойно взглянул на наставника. — ох, Юджи, будь добр, не трепай меня каждые пару секунд. Я ведь сказал, всё хорошо, бесконечность не сможет пробить никто. — ой, извините! Мне просто, ну.. Стрёмно как-то. — расслабься, сейчас разберемся со всеми и отправимся отдыхать, так уж и быть отпущу вас всех пораньше. Можешь считать, что тебя за причененный моральный ущерб, а остальных за компанию, чтоб не ныли. — а вот это тема! Спасибо, сенсей! — Юджи сам не заметил, как всё напряжение спало. Наставник обладал удивительным даром поднимать дух окружающих. Итадори страшно гордился тем, что был знаком с таким человеком как Годжо. Еще около минуты они шли не сбиваясь с пути, когда вдруг под ногами они, вместо привычного асфальта и земли наступили на бетонную плиту. Вокруг всё еще сгущались облака пыли, но теперь прояснения стали гораздо виднее. Юджи взглянул вверх. Сквозь коричневатый туман проклёвывались лучи солнца. Странно, до этого было довольно пасмурно, а сейчас небо было кристально чистым. Кажется стало жарче, чем обычно. Итадори решил расстегнуть застежку формы на груди. — м-да, странновато, — Годжо сунул руки в карманы и Юджи перевел на него вопросительный взгляд. — судя по всему из-за пыли мы не заметили как пришли в.. Хах, да, похоже это то о чём я думаю. Глянь, — мужчина показал рукой вдаль, чуть выше своего роста. Из-за клубов дыма виднелись угловатые очертания какого-то строения. Это не было похоже на токийское здание или небоскрёб! — как вы вообще видите хоть что-то через повязку, я до сих пор не могу понять, сенсей, — Юджи взглядом гипнотизировал тёмный аксессуар на лице Годжо. Было неловко иногда понимать, что учитель смотрит на него в ответ, ведь этого было не видно, а никакого таинственного «ощущения, что на тебя смотрят» Юджи никогда за собой не наблюдал. Просто догадывался об этом, исходя из контекста ситуации или фраз. — я вижу не так, как ты или любой другой человек. Представь, что ты смотришь сквозь высокоточный тепловизор. Моё чутьё проклятой энергии в сотни раз сильнее других пяти чувств, но зато это позволяет мне не напрягаться в битве. Я могу предугадывать действия противника, ориентируясь на одну только технику шести глаз. Вот ты, например, при ударе вкладываешь значительную часть энергии в кулак и это видно, я могу наблюдать за этим, как за облаком дыма, скапливающимся возле твоей руки. Поэтому все твои атаки легко читаемы. — эй! — но между тем, это работает и с другими вещами, не только с физическими атаками, но и, например, с проклятыми техниками, которые враги используют против меня. Я всегда вижу как шаман заполняет тело проклятой энергией и могу вовремя увернуться или защититься от атаки. Смотри-ка, мы почти дошли. Юджи взглянул и увидел перед собой широкие каменные ступени. Они вели к огромному входу в какой-то.. Храм? Пыль имела странную тенденцию оседать только прямой линией, словно бы создавая своеобразный коридор из туманных стен в воздухе. — похоже у нас нету выбора, придется идти прямо-о, — Годжо сделал первый шаг, наступив на каменную ступень. Ничего не произошло. Никаких дротиков или ядовитых стрел. Блин, Юджи уже надеялся, что они попадут в Джуманджи. — не нравится мне это всё, — Итадори скрестил руки на груди, сжимая губы. Они продолжили свой путь. Подъём занял не больше минуты. Пройдя сквозь вход, Юджи почувствовал легкую освежающую прохладу. Всё вокруг: пол, потолок и стены, — было сделано из громадных каменных плит. — ох, где это мы? — Юджи неверяще оглянулся, ища за чтобы зацепиться взглядом. — судя по всему мы оказались в чьем-то расширении территории. — что?! Но когда? — встрепенулся Итадори. Юджи привык к тому, что открытие территории активируется и сопровождается самим владельцем, но такового здесь не было. Не могла же она открыться сама? — не знаю, но раз я сам не могу использовать расширение территории, это значит только то, что мы с тобой сейчас без сознания. Все, что мы здесь видим происходит не на яву. Это объясняет то, как мы так быстро переместились из Токио в.. Индию. — чего? Блин! И как отсюда выбраться? — только победить владельца. Вот мы сейчас его и ищем. — разве такое бывает?.. — да, как видишь, — Годжо вздохнул, видимо, испытывая нежелание напрягаться лишний раз — существует много различных видов расширений территории. Некоторые влияют непосредственно на мозг, как, например, моё, некоторые воздействуют на окружающее пространство, как у Сукуны. Самое распространённое это сферообразное расширение территории. Оно возникает в виде небольшого шара, в который заточаются враги вместе с владельцем. Оно не влияет ни на мозг, ни на местность, но зато гарантирует попадание в противника. Думаю.. Мы не сможем использовать наши проклятые техники здесь, раз это первый тип. У Юджи скрутило желудок. «что же делать?» — м-мы же выберемся?.. — с замиранием сердца спросил Итадори. — ха, ну, сейчас узнаем. Смотри. Юджи взглянул в направлении, куда кивнул Годжо и напрягся. Прямо к ним с грациозной походкой шагала молодая девушка. Длинные распущенные угольно-чёрные волосы; тонкие изгибы тела; блестящая бронзовая кожа. И безумные карие глаза, подведенные чёрными линиями. Только их и было видно, поскольку нижнюю часть лица скрывал гунхат, покрытый драгоценными камнями. — ну что мои милые пленные! Вы готовы вкусить сладость запретного плода? — бархатный голос незнакомки очаровал Юджи и вместе с тем заставил напрячься. — вы кто?! — крикнул Итадори и женщина упёрла руки в боки, махнув золотистой полупрозрачной дупаттой, свисающей с плеч так, что её края закрутились в витееватом движении, а затем легли прямо, вновь замерев. — думаю это и есть владелица территории, — тихо усмехнулся Годжо, так, чтобы это услышал только Юджи. — какой же нетерпеливый мальчишка! — девушка закатила глаза. — я — Рати . Индуистская богиня любви, вожделения, страсти и сексуального удовольствия! Лицо у Юджи вытянулось. Он недоуменно посмотрел на наставника, который, почему-то, не подавал виду. Да что это с ним!? — Годжо сенсей, вы слышали вообще? — Юджи встряхнул наставника за плечо, разъяренно шепча. — да.. — мужчина даже не вытащил руки из карманов, выглядя всё таким же безмятежным, как и всегда. Юджи недоумевал. Почему сенсей совсем не удивился? Может они знакомы, поэтому он не боялся? Это какой-то розыгрыш? Или раздутый ритуал приветствия? — вы что... встречались? — Итадори даже не понял, что эта фраза прозвучала двусмысленно. — Юджи, ты в шутники заделался? Почему Годжо сенсей ничего не предпринимает? Очевидно ведь, что враг прямо перед ними! — вы, мальчики находитесь в моих владениях, так что будьте добры, не перешёптываться прямо у меня под носом. Если хотите что-то сказать — говорите громче. Юджи всё это жутко раздражало. Он решил оглядеться по сторонам. Вокруг распростёрлись высокие каменные стены, внутри которых, в углублениях, стояли статуи и были выдолблены горельефы богов, занимающихся повседневными делами и.. Ох, кажется, кто-то из них даже творил всякие непристойности. Юджи не стал вглядываться в детали этих чудоковатых истуканов. Всё здесь представляло собой какое-то святилище... Э. Кажется, это вроде бы называется «мечеть» Когда Юджи вновь вернул взгляд на девушку, шаманка уже сидела на красном диване, заняв удобную позу. Щёлкнув пальцами, она материлизовала на столике перед собой поднос с яствами и, сорвав пару виноградинок, сунула их под гунхат. — что ж, мальчики, вам предстоит сделать многое, если вы хотите выбраться отсюда живыми. Слушайте внимательно, я повторять не буду: чтобы не умереть вам предстоит пройти три испытания. Можете называть их гештальтами. Каждый из них представляет собой ряд заданий, которые вам предстоит выполнить. Первое из них — моя любимая игра чаупар, — девушка взмахнула рукой и откуда-то сверху, будто бы с самого потолка, плавно опустился волшебный ковёр в форме симметричного четырёхугольного креста, всего полметра в диаметре. Он был испещрен квадратиками белого, красного, зеленого и золотого цвета, напоминая чем-то шахматное поле. — правила первого гештальта довольно просты, если победите меня, получите главный приз: возможность выбора. — девушка ухмыльнулась одними глазами — но не думайте, что все так просто. Как я и сказала, всего есть три испытания. Первое — то о чём я и сказала: «жеребьёвка». Если вы обыграете меня в чаупар, то выбор будет стоять за вами, а если выиграю я, то вы, мои сладкие, будете вынуждены сделать то, чего пожелает моя душа. — извините! Это всё, конечно, интересно, но, эм, мы не хотим в это играть, есть какие-то другие испытания? — Юджи больше хотел чего-то связанного со спортом, ведь в этом ему не было равных. — ни в коем случае! Правила для всех одинаковые! — девушка взмахнула рукой, указывая на обоих собеседников. — так что нам предстоит сделать во втором гештальте? — серьёзно спросил Годжо и Юджи удивился тому, как непривычно было слышать такой тон сенсея. — хм, во втором гештальте вам предстоит выполнить всего 3 задания. Первые два всегда неизменны, и вы не первые кто их проходит — вы должны будете: поцеловать друг друга в губы, назвать одну самую главную черту, которая привлекает вас друг в друге и-.. У Юджи на затылке зашевелились волосы. — дамочка! Я не помню как вас зовут, но мне, кажется, вы что-то.. Путаете! Мы с Годжо сенсеем не встречаемся!.. — воскликнул Юджи. — и, наконец, самое интересное, — шаманка проигнорировала сказанное Итадори и продолжила объяснение — то, что будет решено посредством жеребьёвки. Третье задание второго гештальта. Если вы победите, то вы сможете сами выбрать свою участь. — дамочка! — возмутился было Юджи, но на его плечо легла чужая рука и заставила его замолчать. — если хочешь, чтобы мы выбрались отсюда, придется играть по её правилам. Дай мне послушать, что она скажет, — тихо и вкрадчиво попросил мужчина. Юджи удивился, но решил не встревать. Раз Годжо сенсей так говорил, значит это было действительно важно. — когда вы закроете второй гештальт вам предстоит пройти последний. Он называется «коридор удовольствия». Вся суть третьего гештальта заключается в том, что вам необходимо заняться сексом или любым другим способом довести участника до оргазма, — девушка вновь сорвала виноградинку с грозди. У Юджи задёргался глаз. Что с этой сумасшедшей не так?! Она что не понимает, что они просто напросто не могут выполнить все эти бредовые указания, о которых она так чувственно распыляется? Да и что это за извращенские затеи у нее такие! Какой вообще секс? У Юджи даже отношений не было, он ещё не целовался, а тут предлагают заняться.. В общем стоило покивать с умным видом и начать искать способ выбираться отсюда. Ему впервые было жаль, что они уже расправились с Сукуной, ведь тот мог заблокировать чужое расширение территории по своему желанию, как было в битве с Махито, и тогда бы им не пришлось выслушивать всю эту чушь. Но, раз уж Сукуны здесь нет, то Годжо сенсей явно придумает что-то, он был мастером находить выход из таких ситуаций. Юджи мог не волноваться. — сейчас начнется первый этап! Первый гештальт — игра и выбор. Предупрежу заранее: я всегда выигрываю чаще. Не зря, все-таки я уже тысячу лет этим занимаюсь. Хотя шансы у вас есть, эта игра не только на стратегию, но и на удачу. Ах, я совсем забыла сказать — на все последующие два гештальта, не считая этого, разумеется, у вас будет ровно 20 минут. Я буду предупреждать, когда у вас останется 10 и 5 минут до конца! С каждым словом Юджи всё больше и больше недоуменно улыбался, не понимая как такую несусветную ерунду вообще можно было придумать. Это правда условия выхода из расширения территории? Больше похоже на какой-то ужасно скучный сценарий дешёвой порнушки! — а что будет, если мы не успеем? — с опаской уточнил Итадори. — вы умрёте. Да, кроме того, вы не можете просто сделать всё как вам захочется, есть три важных условия. Первое — вы в случае вашей победы в первом гештальте, сможете выбрать в качестве дальнейшего испытания всё, что предпочтете нужным, но обязательным условием является то, что этот выбор будет требовать от вас соматического контакта, то есть прикосновений. Нельзя загадать «послать воздушный поцелуй» или что-то похожее на это. Второе — вы должны делать это с чувством. Так, чтобы мне не было скучно. И третье — по окончании последнего гештальта кто-то из вас, это может быть как один, так и сразу двое, но вы должны достигнуть оргазма. Без понятия, кому из вас предстоит постигнуть эту вершину наслаждения, но пока это не случится гештальт не закроется и вы не выберетесь. Сделайте всё по правилам и выйдете отсюда целыми и невредимыми! Возможно даже более счастливыми, чем до этого! — нет, ну это же просто возмутительно! Годжо сенсей, скажите ей! — уже не сдерживая гнев, закричал Юджи. — это не смешно! — это не шутки, — несколько секунд мужчина напряженно молчал, скрестив руки на груди — думаю ты не понял, но нам действительно предстоит сделать всё это, иначе мы отсюда не выберемся. Другого выхода нет. — ..это какой-то розыгрыш? Первое апреля ещё не скоро, Годжо сенсей, меня всё это не веселит, давайте просто... Вы же можете разрушить эту территорию? — Юджи начал всерьёз переосмыслять то, стоило ли ему теперь рассчитывать на своего учителя. У него появились сомнения. — ох, мальчик, ты очень наивен. Моя расширенная территория называется «бесконечное счастье влюблённых». Она представляет собой храм Кхаджурахо. Это — моя обитель. Всё здесь подчиняется моим правилам и законам, ничто не может навредить мне, в том числе и ваши проклятые техники. Вы не сможете даже докоснуться до меня. Единственное, что у вас все ещё есть, это проклятая энергия, используйте её с умом. Юджи нахмурился, встал на ноги и собрался было накинуться на девушку, но его тут же с силой скрутили и уткнули лбом в ковёр. — сенсей! — прокряхтел Итадори. — Юджи, если ты собираешься сделать что-то вне правил, то предупрежу заранее — ничего не сработает. Лучше расслабься и выбирай на какую сторону ты сядешь. Мы примем бой. — уж нет, этот невежда не будет играть со мной. — девушка с легостью махнула рукой, расправляя шелковый платок, и на игральном коврике выросли небольшие фишки — но тебе я хочу дать шанс победить. Что ты хочешь выбрать в качестве испытания для второго гештальта? — ... — что такое? Ах, наверное, вы оба все ещё стесняетесь этого? Ох, люди такие забавные. Это ведь твой ученик, да? Думаю, тебе не хочется делать ему плохо, поэтому я не стану загадывать ничего жестокого, хотя это не запрещено. Ну, а что выбираешь ты? — ..я могу выбрать уже после игры? — хм, правилами это не запрещено. Да будет так, — кивнула девушка и махнула рукой. Юджи вскрикнул, когда внезапно взлетел в воздух, подхваченный ожившим ковром, на котором он до этого лежал. — эй! — парень подумал было спрыгнуть, но ковёр ощетинился, будто зверь, и Итадори понял, что ему не стоит сопротивляться. — слушайте правила: у каждого игрока будет четыре фишки двух цветов: у кого-то — чёрного и жёлтого, у другого — красного и зелёного. Фишки, а в нашем случае это будут ракушки, расставляются по рукавам доски по часовой стрелке: жёлтые, чёрные, зелёные и красные. Ход определяется броском костей. Используют три длинные кости с разметкой граней 1, 2, 5, 6 или две кости с разметкой 1, 3, 4, 6. Фишки могут превращаться в суперфишки: если две фишки одного цвета оказались на одной клетке, они объединяются и в дальнейшем ими ходят как одной фишкой. Таким образом можно создавать и тройные, и четверные фишки. Если ход фишки оканчивается на клетке, занятой фишкой другого цвета, — последняя сбивается и ставится в чаркони, откуда ей придётся путешествовать заново, начиная с первой клетки. Выигрывает команда, первой заведшая все свои фишки в дом. Жёлтые фишки можно заводить в дом только после того, как заведены все чёрные, а зелёные — после того, как заведены все красные. Выигрывает тот, кто первым завёл в дом все фишки. Тот, кто имеет право первым зайти в дом, должен стремиться сделать это. Цель второго игрока — сбивать фишки противника и таким образом сдерживать его. У Юджи мозги поплыли от слушанья этой нудятины. Рати рассказывала так отточенно и складно, будто делала это уже в сотый раз — оно и понятно. Но вот Итадори ничего не понимал. Эта игра сама по себе казалась весьма скучной: тут нет интеллектуального напряжения шахмат, нет динамики нард... Но набор для нее выглядел довольно красиво. Он стал рассматривать фишки, о которых упомянула богиня — это были позолоченные ракушки каури. Юджи понял, что в чаупар играют не обычными кубиками, а длинными игральными костями. Блин, лучше б в монополию поиграли! — если я проиграю, то ты выберешь что-то, что не навредит моему ученику? — холодно уточнил Годжо. — я не богиня заботы или доброты, но так уж и быть пожалею вас, раз уж я пообещала. Вы мне уже нравитесь. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то, неважно ты или он, плакал или расстраивался, хотя этот мальчик мне нагрубил. Но моя цель это не победа или унижение над врагом — я покровительница любви и плотских утех, мне вовсе нет дела до драк и баталий. Я просто люблю открывать людям глаза и показывать то, чего они не замечали раньше. Вы, быть может, считаете меня сумасшедшей, и думаете, что никогда и ни за что не занялись бы ничем связанным с любовью, не окажись вы в моей проклятой территории, но поверьте, вы можете получить от этого гораздо больше удовольствия, чем вам сейчас кажется. В сексе нет ничего плохого, люди, как и все другие существа, издревна занимались этим. — ты упускаешь одну важную вещь, — перебил Годжо и Юджи удивился тому, насколько безмятежно звучал его голос, будто бы он вовсе не понимал или не хотел понимать о каких именно вещах рассуждала шаманка — насколько бы приятно то, о чем ты говоришь ни было, инициатива исходит не от нас двоих, а значит это не настоящая любовь и никакого удовольствия мы не получим. Ты играешься с судьбами людей, Рати. Юджи удивился тому, насколько хорошо сенсей запоминал чужие имена, сам он, в отличии от Годжо, уже благополучно забыл, как назвалась «богиня». — хм? Знаешь, открою секрет, но многим людям просто необходим толчок для того, чтобы пойти на что-то большее. Я бы не стала запечатывать вас, если бы не видела между вами ничего. В этом не было смысла, вы ведь не нападали на меня. Риск смерти это лишь издержки моей техники, связанные с тем, что мне, также, необходимо использовать её в бою. У меня ведь тоже есть свои враги. А ещё, когда у людей есть явный стимул не медлить и сразу переходить к действиям всё обычно становится гораздо интереснее! Да, и к тому же, вы бы ведь не попали сюда, были бы вы святыми. Можете считать этой расплатой за все совершенные вами убийства. — эй, мы убивали не потому что нам это нравится, а потому что мы предотвращали убийства других людей! Проклятья и те, кто им помогают опасны. Маги только выполняют свою работу! А ты убьёшь нас просто так, если время выйдет и мы... не.. Не успеем! — Юджи хотел свалиться с ковра и хорошенько встряхнуть девушку за плечи, чтобы та пришла в себя. — маги, значит, только выполняют свою работу? Так ведь и я занимаюсь тем же. Разве нет? Я ведь уже говорила — я богиня любви и удовольствия. А еще я тоже не беру ответственность за весь причинённый ущерб, как и шаманы, жертвующие жизнями многих людей. — мы скоро начнем? — спросил Годжо, переводя тему. Не хватало ещё, чтоб они договорились до того, что разозлят богиню и им вообще не дадут выбора. — смотрю ты уже спешишь закончить со всем этим? Не волнуйся, в этом нет никакой необходимости. Будь на то моя воля, я бы оставила вас здесь подольше, но тогда вы скорее всего будете пользоваться этим временем не по назначению. Годжо молча прожигал девушку взглядом. — хах, да, вижу, тебе ещё не хватает смелости это принять. Этот парнишка ведь тебе не безразличен? Вот и причина, по которой вы здесь оказались. Поверь, я сразу замечаю такие вещи. Если хочешь позаботиться о нём, то тебе придётся принять весь «удар» на себя. — я знаю, я и собираюсь этим заняться. — ха, ну вот и отлично. Тогда приступим.

***

Юджи с замиранием сердца следил, как последняя желтая фишка передвигается на центр и доходит до конца. Они победили. Победили! — ох, вот это удача, поверить только! Вы везунчики. Ну что, какое испытание предпочтете выбрать? — мы можем посовещаться? — конечно. Юджи вместе с ковром опустился на землю и неуклюже слез, еле как устояв на одной ноге от падения. — сенсей! — парень был очень рад наконец заполучить внимание наставника, ведь тот, казалось, просто профессиональнейше игнорировал его с тех пор, как они попали в туман. — что тебе нравится? — внезапно спросил мужчина. Голос Годжо прозвучал совершенно нейтрально, будто бы полицеский задавал вопрос на допросе. Итадори даже немного жутко стало. — в плане? — Юджи опешил. — раз мы победили, то можем сами выбрать то, что сделаем. Второй гештальт обязывает нас коснуться друг друга каким-то изощрённым методом, поэтому я и спрашиваю: что тебе нравится? Юджи скрестил руки на груди, пыхтя и уводя взгляд в сторону. — э-э, да не знаю. Может всё-таки не будем делать то, что она сказала? — Юджи сделал голос потише и придвинулся к старшему ближе, чтобы это услышали только они. — Юджи, я сам не меньше твоего хочу выбраться отсюда, но раз мы уже попали в территорию, то выход наружу нам обеспечит только Рати. Таковы условия любой территории. Поэтому мы и должны её задобрить. — оу.. Ладно.. а как определить, что мне нравится? Я, типа, завибрирую, если куда-то не туда нажать? Что мы вообще будем делать? — ладно, давай разберемся с этим немного попозже. Сначала выполним первые два задания. — оу! Хорошо! Юджи даже не знал, как реагировать на это всё. Ох, первые два задания? Да, кажется Рати — о, наконец-то запомнил её имя — говорила, что второй э-э.. Этап, что в нем, в общем-то, предстоит сделать кажется три каких-то действия? Он только про поцелуй запомнил, это звучало смешнее всего. Хотя, что уж таить, чмокнуть сенсея звучит заманчиво! Да, Мива бы убила его за такое, хах! — можно сделать любой поцелуй? — уточнил Годжо, обращаясь к шаманке. Та встрепенулась и, выглядя слегка удивлённой, ответила: — ох, как я могла забыть. Нет, поцелуйчики в щеку не считаются. Только в губы. — эй, да ладно, вы этого не говорили! Так нечестно! Фу, блин, это же извращенство! — Юджи краснел, не представляя как им придется всё это выполнять. — не забудьте, время уже пошло. Если не хотите лишиться жизни, советую вам не медлить! Юджи не ожидал почувствовать на своём затылке прохладную хватку чужой руки. Годжо повернул его голову к себе и, когда Итадори не успел осмыслить происходящее, поцеловал. Юджи не сопротивлялся, когда язык скользнул меж его губ и мокрой змеей вполз внутрь. Закрывая глаза, парень пытался сосредоточиться на ощущениях. Ох, всё это.. Просто кошмар какой-то. Сенсей, что вы творите?! Несколько секунд Юджи просто привыкал к ощущениям. Затем он, подумав, что негоже сейчас филонить попытался ответить, но чужой язык ускользнул от его собственного и Годжо освободил Итадори из плена. — м-м, ну, ладненько, пойдет, — Рати выглядела не особо впечатленной, и Юджи возмутился. — эй! Что значит пойдет! Это вообще-то первый поцелуй в моей жизни! — парень раскраснелся. — о, так я сорвал розу твоей молодости? Ох, извини, малыш, — Годжо усмехнулся и парень не понял, за чью сторону тот играет. — я вас прощаю, но вот она меня жутко бесит! Что вам не понравилось-то? — я многое за жизнь повидала. Бывали такие первые поцелуи, что я бы с уверенностью назвала их последними. А ваш был самый обыкновенный, может даже чуть хуже. — так, блин, всё время идёт, что там дальше! — Юджи смутился. Это, блин, что какой-то экзамен по поцелуям? — теперь скажите о вещах, которые вам друг в друге нравятся, — голос богини звучал сонливо, с ноткой скуки. М-да, дело было плохо, если они ее не раззадорят, то свободы им не видать! Юджи подумал около пары-тройки секунд и с святой невинностью выдал: — ...сенсей, моя самая любимая вещь в вас это то, каким сексуальным и уверенным вы бываете, когда, э-э-э, тренируете Мегуми! — чего-о? — недоуменно протянул Годжо. Шаманка рассмеялась, а мужчина выглядел так, словно Юджи его только что в живот ударил. — кто бы мог подумать! — Рати захихикала, а Итадори вспыхнул стыдом. — эй, я пошутил вообще-то! — он скрестил руки на груди. Ладно, наверное, надо было придумать что-то поостроумнее. Теперь же ещё перед сенсеем объясняться за это. И перед Мегуми! Хотя, если он не узнает.. Блин, нет, такой человек как Сатору точно всем в техникуме расскажет об этой истории! Ладно, не суть. Это всё потом. Чёрт, стоило быстро исправлять ситуацию. — если серьёзно, сенсей, то-о у вас, ну, очень красивые глаза. И вы сам очень красивый. У вас очень необычная внешность, я считаю вас эталоном красоты! — спасибо, Юджи, — Годжо улыбнулся, но Итадори понял, что про его косяк старший ещё не скоро забудет. — тогда вот моё откровение: мне безумно нравится твоя открытость, а ещё твоё милое личико. Оба перевели взгляды на шаманку. — ... Ага... Отлично, — Рати, в судейской скуке, легла на диванчик спиной и зевнула, прикрыв глаза, — а теперь делайте то, что вы там хотите и готовьтесь умирать... — чего!? Эй! Рати! — Юджи возмутился. — не спать! — м-м, вы такие поверхностные. В жизни ничего скучнее не видела, как тут не уснуть, — шаманка откровенно издевалась над двумя заключенными. — знаете, за столько лет мне порядком поднадоело смотреть на таких стеснительных и непутёвых как вы. Никакой интриги от вас не дождёшься. Можете считать вы уже трупы. — эй, Юджи, взгляни на меня, — Годжо окликнул парня и тот обернулся — ищи во мне все что хочешь, но нам надо угодить ей. Подумай хорошенько, что ей может понравится? — а не легче спросить у нее самой? — не думаю, что даже если бы она знала чёткий ответ, она бы нам сказала. Просто представь, что ты живёшь несколько тысяч лет. Из-за чего ты мог бы влюбиться в меня? Подумай. Юджи вздохнул, пытаясь представить себе свою жизнь через такой долгий срок. Наверняка многое в мире изменится и он, как дедушка, будет бурчать на всякие новые гаджеты и то какие вокруг молодые зелёные ходят... — ну не знаю. Вы мне нравитесь за то, какой вы.. старомодный? — так, нет, Юджи. То, что ты скажешь должно быть правдой... Хотя бы отчасти — Годжо стянул с себя повязку и подмигнул. Итадори обомлел, глядя на кристально чистые глаза цвета алмаза, обрамленные тонкими пушистыми ресницами. — оу, — парень нахмурился — давайте лучше вы первый! — младшие вперёд. — так нечестно! — мальчики, время идёт, — зевнула Рати. — ладно, тогда.. Эм.. Хм, мне нравится, что вы способны понять меня как никто другой. Вы такой мудрый. Я уверен, что даже спустя много лет вы будете наставлять меня. И какие бы испытания нас не ждали, если вы будете со мной, то я знаю, что справлюсь. Когда я рядом с вами, я не боюсь даже смерти. Я уверен в том, что что бы не случилось, вы будете рядом со мной... В печали и в радости короче.. — оу, Юджи, — Годжо не сдержался и в порыве нежности затискал младшего в объятиях. — какой ты романтик. — неплохо, думаю я это засчитаю. Теперь очередь «сенсея» — Рати повернулась лицом к двум собеседникам. — кажется, у нас получится! — Итадори обрадованно взглянул на Годжо. — Юджи, я не могу назвать самую главную черту, которая мне в тебе нравится. Я люблю тебя, и приму таким, каким ты сам хочешь быть. Мне давно уже неважно, умру я или нет, думаю я уже достиг своей единственной цели, поэтому не думаю, что дальше мне будет интересно достигать каких-то вершин. Но ты вселяешь в меня желание жить. — ого, прямо исповедь какая-то. Ну ладно, души вы вывернули, пришло время прикоснуться друг к другу не только духовно, но и физически. И так, что вы выбрали? Годжо хмыкнул, а Юджи остолбенел. Чёрт, он совсем забыл об этом! — а что должно быть обязательно для выполнения задания? Только то, понравится ли тебе смотреть на нас? — да какая разница, понравится ли мне или нет, вы, кажется, так и не поняли зачем вы здесь! Юджи хотел было возмутиться, но решил дослушать. — ваше сегодняшнее испытание — не пытка и не наказание. Это то, что вы должны были пережить сами. Ваша точка соприкосновения. Хотя вам, видимо, нужно еще время для того, чтобы осознать это. Люди ходят на свидание, проводят друг с другом время. Вы делаете практически тоже самое. Разница только в том, что самое важное для вас здесь и сейчас должно быть не оплатой счёта за ужин или похода в кино. Нет. Ваша главная задача — доставить удовольствие именно друг другу. Понять и услышать своего визави. Мне нет дела до того, сколько танцев вы будете выплясывать передо мной. Я хочу увидеть другое, мне важно наблюдать за тем, как нежно расцветает любовь, и как люди, наконец-то, начинают по-настоящему видеть друг друга. Вы можете говорить и смеяться вместе сколько угодно, но пока вы не откроете свои сердца, пока жизнь не заставит вас понять, что каждый из вас по своему уязвим и только вместе вы сможете выдержать всё, до тех пор я не буду довольна. Сейчас вы лишь делаете вид, что стараетесь. Доверие — вот что самое главное в любых отношениях, и особенно в любви. А между вами его, как я вижу, не так много, как могло бы быть. Если вы доверьтесь друг другу, тогда сможете выбраться отсюда. В остальных случаях я могу лишь пожелать вам удачи. Решайте сами. Юджи нахмурился, понимая, что всё это уже нельзя назвать никаким приключением. Это не забавная история для рассказов на застолье, не милое воспоминание, которое подарит приятное ощущение тепла в трудную минуту. Это проверка на прочность. Проверка на совместимость. И почему именно с Годжо сенсеем? А ведь если бы это был не он, а кто-то ещё... А кто ещё? Мегуми? Мегуми отличный друг, вредный правда, любит понудеть, но на него можно положиться. Целоваться с ним.. Было бы неловко. Признание наверняка вышло бы таким же скомканным как и с Годжо сенеем в первый раз. Нобара? Ох, Кугисаки та ещё заноза в заднице, кажется, Юджи бы умер от одного ее недовольного взгляда, как только бы он собирался поцеловать её. С остальными было бы почти также. Ох, Сукуна.. Кажется, он бы вообще не позволил такой ситуации произойти, но если бы это случилось... Юджи бы с лёту остался без головы. Выходит, что учитель единственный, с кем Юджи понесет минимальные потери! Вернее, вряд ли понесет хоть какие-то. Годжо сенсей спокоен, когда нужно. Он не станет издеваться или вспоминать это, чтобы поехидничать. Кажется, за всем этим слоем беззаботности и несерьёзности живёт совсем другая личность. Человек уставший от жизни и преград. Человек уставший от своей силы. А Итадори взасос с ним лобызался, минуты две назад! Юджи вспомнил каким мокрым и неловким вышел поцелуй.. Бр-р! Это даже не было мерзко. Просто как-то.. Никак. Ну вернее, нет, Годжо сенсей хорош во всём, целуется он довольно жадно можно сказать это был неплохой опыт, но это! Блин. Юджи не хотел, да даже не думал целоваться с мужчинами.. Ох, это ведь меньшая из проблем. Последним шагом ведь было.. Фе! И как им вообще предстоит заниматься этим? Ну правда. Это ж вроде... Ну, растягиваться там... Юджи интересовался этим вопросом пару раз, просто из научного любопытства! И это не самое безопасное занятие! Разве нет? — Годжо сенсей! А как мы вообще будем.. Ну, того, — смущенно прошептал Итадори, и Годжо усмехнулся, отрицательно кивнув в жесте «не сейчас». — вы сами у себя отнимаете время, — девушка вздохнула, взяв с блюдца засахаренное печенье в форме приплюснутого слона. — что вы придумали? — Юджи взволнованно посмотрел на Годжо. Они ведь могут просто обняться? Правда же? Парень встревоженно перевел взгляд на Рати, которая, заскучавше, отвернулась в сторону, не смотря на них. Юджи внезапно почувствовал, как его притянули и сжали в объятиях. Итадори успел только уйкнуть от удивления. «Я люблю тебя, и приму таким, каким ты сам хочешь быть» Эти слова зацепили Юджи. Сатору действительно произносил это всерьёз? Он ведь велел Итадори говорить правду, хотя бы частично. А сам он придерживался того же правила? Или сказал просто первое, что пришло в голову? Ладно, к чёрту всё! Тари — или как там её — хочет, чтобы он доверился наставнику? Отлично! Пусть так и будет! Сатору выпустил Итадори из уютного плена. Юджи удивленно заглянул за спину учителя. Антураж вокруг кардинально изменился — громадный просторный храм с высокими потолками превратился в небольшой убраный отельный номер. О боже, серьёзно? Это шутка какая-то? — не знаю как у людей сейчас принято, уже несколько веков не слежу за этим, но больше всего, думаю, подходит именно это место. Юджи с недоверием осмотрел комнату, но как только заметил уже знакомый красный диванчик, он оторопел и воскликнул: — эй, да это же издевательство! Так разве делается?! Ты что, будешь сидеть здесь и смотреть на нас все это время? — Юджи тыкал на девушку указательным пальцем. — ну, мне это не обязательно, территория сама знает, о вашем состоянии: и душевном, и физическом. Поэтому, когда вы закончите, вы сможете выйти отсюда целыми и невредимыми и без моего ведома. Ах, я напомню условия, если вы забыли — чтобы закрыть третий гештальт, вам необходимо- — да мы!.. помним! — Юджи уже краснел и дёргался от каждого слова, произносимого неосторожной в формулировках богиней. — а-а? Да что за мода такая пошла, перебивать! — Рати скрестила руки на груди — знаете что? Теперь мне точно плевать на вас. Не хотите моего покровительства во время своего первого соития, да будет так! Юджи хотел было извиниться, вспомнив, что главным условием всей их деятельности было «задобрить богиню», но не успел. Рати топнула ногой, так, что платки, свисавшие с ее плеч, взвеялись, и, словно языки пламени, обмотали девушку и та растворилась в нежной шелковой шали. Парень зашипел от досады. — м-да, — Годжо вздохнул. Итадори похлопал глазами и вновь не успел ничего подумать, как ему в лоб уже зарядили залихватский щелбан — я же говорил, что ее нельзя злить. — блин, я... Извините!.. сенсей, — Юджи уже не знал как нужно было обращаться к наставнику, учитывая их «новое» положение отношений. Он не припоминал, чтобы существовало какое-то местоимение для человека, который обучает тебя боевым искусствам, признаётся в любви и-и целуется с тобой. Ладно, не по своей воле конечно, но всё-таки очень странное сочетание! — п-хах, вряд ли я теперь уже твой сенсей, — Годжо загадочно ухмыльнулся, и Юджи нахмурился. — эй, да ладно вам! Нет смысла обращать на это внимания, ну, вернее, мы не будем об этом вспоминать и просто можем оставить это нашим.. Секретом? Никто ведь кроме нас и Тари не узнает! — Юджи облизнул губы, взволнованно смотря на наставника. — её зовут Рати. — ну, Рати! Разницы никакой! Я к тому, что, ну, если мы сами не будем вспоминать об этом, то-о и менять ничего не придется! — наверное, — с толикой грусти произнес Годжо и Итадори разделял его настроение, только вот видеть наставника таким понурым было непривычно... Обычно он не реагировал так — в любом случае всё это ещё не закончилось. Ты готов к тому, что нам нужно сделать? Да что эти двое заладили! Юджи тут вообще-то пожалеть Годжо хотел! А вот не заслужили! Ками! Ну, сделают, а что еще им остается? Как будто Юджи сам и без них не понимал масштаба всей проблемы! Чёрт, сколько у них времени осталось? — а как Рати узнает, что мы всё сделали? — парень пробурчал эти слова, стараясь не представлять, что будет дальше. Даже в детстве он так не переживал, стоя перед школьным кабинетом медсестры, в предверии прививки! Хотя в тот момент поводов поволноваться было гораздо больше! — она упомянула, что ей необязательно наблюдать за нами, чтобы мы вышли. — ох, хорошо.. Ну, а.. А как мы вообще будем?.. — Юджи даже в мыслях не хотел произносить слово «секс», уж слишком смущающим оно было. — я думаю, это можно сделать несколькими способами. Сексом является не только само проникновение, но и всяческая близость перед этим, предполагающая возбуждение. — а-а-ай, блин, как же нас угораздило попасть вот в такой просак? Годжо сенсей!! — извини, Юджи. Думаю это моя вина. Я не успел среагировать, когда почувствовал приближение слонов. Тот момент — это и было раскрытием территории. Как только маг произносит название техники, и активирует её проклятой энергией, она срабатывает. Но есть некоторый промежуток времени, в который можно успеть прервать открытие. Мы попали сюда из-за моей невнимательности. Вау. Что ж. А это было что-то новенькое? Юджи и так уже надолго запомнил слова наставника, сказанные в качестве эдакого «признания в любви», а тут сенсей извиняется.. Это точно Годжо Сатору? Или сегодня Рождество? — да ладно вам! Переживем. Самое главное закончить всё это! Так что не расстраивайтесь раньше времени.. — постараюсь, — Годжо стал снимать с себя куртку. Юджи ошеломленно взглянул на него, но решил, что идея была вполне здравая. Парень проделал тоже, что и старший, а затем они молча остановились, неуверенно глядя друг на друга. — вы точно не знаете другого способа вызволить нас отсюда? — я.. Нет, раз мы уже попали в проклятую территорию такого типа, выйти из нее можно только по желанию самого владельца или при выполнении условия. Я знаком, с одним магом, у которого территория работает похожим образом. Она помещает тебя в зал суда, где ты не можешь использовать проклятые техники, из-за тамошних законов. Выберешься ли ты оттуда или нет, зависит от того, сможешь ли ты доказать свою невиновность на суде. То есть попадание в территорию не гарантирует твоё поражение, но, чтобы не попасть под атаку ты должен выиграть заседание. — чего-о? А какие обвинения? — Юджи слушал внимательно. — я не уверен, как это всё работает, я не сражался с ним, поэтому возможно я что-то упускаю, но кажется обвинения берутся из реальной жизни. Если ты нарушил закон, неважно где, и неважно какой, это будет рассмотренно в суде, вернее на заседании суда в проклятой территории. Не думаю, что тебе это пригодится, но того мага звали Хироми Хигурума. — чёрт, не хотел бы заиметь удачу сразиться с ним. — не думаю, что это опасно, если ты знаешь свои конституционные права и понимаешь условия работы его техники. Откровенно говоря, конечно, никто из нас абсолютно честно жить не может, все мы пару раз нарушали закон, даже не подозревая об этом, но остаться целым и невредимым после такой территории вполне возможно. А вот про это место я бы так не сказал. — блин, у нас наверное чуть больше десяти минут осталось, раз она всё еще не предупредила нас о том, что времени мало. — стоит поторапливаться. Помочь тебе снять одежду или сам справишься, чемпион? — да не надо. П-хах. Вот же ж.. Хрень, я ещё правда не перед кем не раздевался! Отвернитесь что ли! Неприлично же.. — а что неприличного? Чего мы там не видели? Резче давай. Или предлагаешь нам любезно умереть от руки богини страсти и нежности? — рассмеялся Годжо и Юджи подхватил настрой наставника. — да, ляжем на кровать возьмёмся за ручки, и будем ждать своей участи. Хотя бы умрем с достоинством! — отличная идея. Погоди... Знаешь, думаю это даже может помочь. — чего? Да я пошутил вообще-то! — я понял, но думаю, что единственный выход отсюда, не считая преодоления всех гештальтов, это забастовка — мы можем намеренно отказаться выполнять условия и, думаю, есть вероятность, что это поможет. У любой территории есть точка равновесия. То есть вся суть территории состоит в ее полезном действии. Полезность может быть самая разная, моя территория, например, позволяет мне перегружать мозг противника. Но в противовес у нее есть определённые слабости, чтобы, так сказать чаша весов не пошатнулась. — о, правда? А какие слабости? — ага, так я тебе и рассказал. Вдруг мне понадобится победить тебя, а ты уже знаешь о том, как меня одолеть? Нет-ушки. В общем у каждой территории есть свой тёмный угол, то есть слабое место, которое позволит врагу остаться невредимым при любом раскладе. Проблема в том, что его очень трудно найти, поэтому я и не вспоминал о нем до этого момента. Если видимых углов мы с тобой не видим, значит они кроются в самом условии того, как попаданец вообще должен выбраться из этой территории. Нам внушили то, что у нас нет выбора, но возможно это вовсе не так. Если хочешь спрятать что-то очень хорошо, спрячь это на самом видном месте. — оу, а это идея! То есть вы предлагаете нам просто ничего не делать? И все? Так просто? — именно так. Ложись на кровать, отдохни, а я пока посмотрю что здесь есть в других комнатах. — фух, вот бы сработало! Не хочется умирать вот так.. — мы мало что потеряем в случае нашей кончины, можешь не переживать, от такого обычно умирают мгновенно. — кстати, а вы говорили, что это особый вид территории! Я не совсем понял, но мы где-то типа, эм, в вымышленной реальности? Всего этого нет на самом деле? — да, эта техника влияет на мозг и по всей видимости сейчас, в настоящем мире мы просто отключились и все, что мы сейчас видим это лишь видение, которое нам внушает техника Рати. — вот это да. Как все запутано, — Юджи вздохнул, присаживаясь на край кровати и, суя руки в карманы красной толстовки, в которой он остался, после того как снял куртку студенческой формы. Та покоилась на столике неподалёку. — и не говори. Не представляю, что было бы, попади ты так неудачно с кем-то еще. — о, я уже, кстати, думал об этом! Мне кажется...

«ДОВОЛЬНО»

Юджи испуганно дёрнулся, не понимая откуда раздался громогласный голос, а Годжо застыл на месте. — сенсей! — парень попытался встать, но перед глазами всё уже застилала густая непроглядная тьма. Будто Юджи оказался в абсолютной пустоте. Лишь под ногами всё еще ощущалась твёрдая поверхность, но в остальном парень не видел больше ничего.

***

— где я? — нахмурился Годжо, глядя в пустоту. Словно из тумана ночи на свет вышла Рати, выглядя зловеще. Её длинные подолы платков развивались сзади, будто раздуваемые невидимым и неслышимым ветром. — какой смысл мне говорить об этом? Думаешь, если будешь сопротивляться, то это поможет? Ты и твой неняглядный разгневали меня! Обычно, из-за страха смерти, все выполняют мои условия быстро и сразу! Но вы оба, видимо, самые умные? Это невыносимо, просто какой-то.. Атас! Так бы и придушила вас, но мне нельзя этого делать! — девушка, словно разъярённая тигрица ходила вокруг Сатору, будто вокруг добычи, а шелковая ткань плыла за ней легким, волнистым, развивающимся в воздухе шлейфом. — Вся суть моей техники заключается в том, что, как вы двое Голубков уже успели догадаться, влюблённые попадают в вымышленную реальность. Это место можно назвать претворением моего сознания. И если вы думаете, что здесь ужасно, то спешу сказать, что вы не единственнве, кто страдает, находясь тут! Моя территория при открытии действительно погрузила вас в сон, но находясь здесь несколько суток, в настоящем мире проходит не больше пары мгновений! Эта техника не создана для битв, поскольку в этом и есть вся суть моего божественного воплощения. Я не Богиня войны или страданий. Богине любви нужно сделать всё, чтобы те, кому это необходимо, смогли наконец разделить нежные чувства друг к другу! Я возвращаю любимым огонь любви, разжигая в них страсть, если она угасла! И то, что вы оба до сих пор даже не разделись до гола... Это возмутительно. Ты спрашивал где ты? Вот тебе ответ — вы оба всё еще в моей территории! И знаете что? До тех пор, пока влюблённые не пройдут все шаги и препятствия и не станут парой, я не смогу их отсюда выпустить, как бы мне не хотелось! Поэтому я и сказала о том, что правила важны, их нельзя нарушить! Вы так уверенно шли в начале, я думала ты наберешься своей дурацкой смелости и на этот раз направишь её в нужное русло, но нет! Вы знаете, сколько мне пришлось терпеть, пока вы двое нецелесообразно тратили мое время? Я думала стоило только уйти, как вы накинетесь друг на друга! Но наблюдая за вами я увидела, что вы готовы горы свернуть, лишь бы не признавать очевидного! Я живу уже тысячи лет, но даже так, я не хочу торчать здесь ещё столько же, пока вы, наконец, не поймете одну простую истину! Для вашей любви существует гораздо меньше преград, чем вы думаете! Об этом я и говорила, когда вы пытались понять, что мне от вас нужно! Я не ждала от вас больших свершений, мне лишь нужно было, что бы вы в кои-то веки увидели друг друга с другой стороны! Какие же.. Вы. Просто двое глупых и хилых смертных, которые всё никак не могут принять наконец свои чувства! Взгляни! — Рати с силой взмахнула рукой и Годжо, не успев среагировать, почувствовал, как его припечатало к стене спиной. Он все еще ничего не видел в темноте. Девушка исчезла, словно растворившись в гуще чернил. — отпусти меня! — ещё чего! Давай я покажу тебе, что ты не замечаешь, на что ты не смотришь и не пытаешься взглянуть! — раздался чужой голос. — ты просто не хочешь верить, ведь это неприглядная правда. Годжо потерянно глядел в пустоту, слыша вкрадчивый, почти ехидный голос Рати. Он раздавался так, будто бы девушка была рядом, совсем близко. Но в темноте никого не было. Мужчина закипал от ярости, неконтролируемой, первобытной, но гораздо больше сейчас он боялся. Боялся даже подумать о том, что Рати могла быть права. И ещё он боялся за Юджи. — а что будет, если я поставлю тебя в положение, в котором ты никогда не мог бы оказаться до этого? Я знаю, что тебе просто не хватало духу, чтобы сделать то, о чём я говорю. Ты ведь всё ещё считаешь Юджи своим учеником? Живя с такой установкой, ты ведь никогда не сталкивался со своими настоящими желаниями! Сколько бы ты не убегал, твои чувства и скрытые мотивы от этого никуда не исчезают. Люди называют это «мерой испорченности», хотя на самом деле в каждом из нас это есть. И даже вздумать не смей о том, что этого можно было бы избежать. Думаешь так просто можешь уйти от судьбы? Избежать капитуляции? Я не дам тебе забыть о том, что здесь произошло! Считай это божественным даром! Я дарю тебе то, чего у тебя до этого не было — зрение. Сатору судорожно вздохнул. Он понимал, что всего мгновение и что-то произойдёт, поэтому боялся моргнуть, но всего на секунду он бессильно опустил голову, закрыв веки не по своей воле, а затем тело окатило волной. удовольствия.

Только не это...

Он стоял у стены, прижатый к ней спиной. Приподняв голову вверх он боялся пошевелиться, чувствуя, что происходит внизу. — разве тебе не нравится? Посмотри, тебя уже ничего не держит. У тебя даже есть возможность убежать. Я тебя не держу. Сатору противился воле богини, но до слуха донесся тихий стон. Ошибки быть не может. Годжо почувствовал неконтролируемую слабость в ногах, ощущая всю неправильность и вопиющую несправедливость своего положения, но краем сознания его мутило от понимания. . . — сенсей, — вдруг послышалось снизу и Сатору не мог соврать себе, он точно знал кому принадлежал голос. Запрокинув голову, он зажмурился от безысходности. — ну же, посмотри на своё желание, посмотри на то, что ты скрываешь. Тебе не нравится думать о себе как о том, кто может совратить своего ученика? Но на правду не обижаются, Сатору. Если хочешь вырасти над собой, то прошу, посмотри вниз и перестань делать этот испуганный вид, если тебе это нравится. В этом нет ничего такого. — хватит, — Годжо содрогнулся в до неправильного приятной истомной судороге. Он знал, к чему все идет. Это тянущее чувство не перепутать ни с чем. Сатору был на грани. Он чувствовал каждое движение юркого языка, чувствовал влагу и тепло гортани, вбирающей в себя его чувствительную плоть. Каждый горячий вздох снизу сопровождался собственным желанием застонать от немоготы. Сатору стоял на пропасти, он уже терял равновесие, как тут его взяли за руку, переплетая пальцы. Теплая хватка. Именно так Годжо и представлял себе ощущение от касаний Итадори. — Юджи. Пожалуйста, — взмолился Годжо, взбрасывая голову к верху, как можно выше. Лишь бы не смотреть. Чужие пальцы были якорем, держащим его в толике гулкого осознания — пожалуйста.. Прошу, Юджи... Сатору не знал о чем умолял. Он хотел, чтобы все это закончилось, чтобы ничего этого не было. Даже зная, что это иллюзия, он не мог принять одной простой вещи. Если бы это был кто-то другой, он бы сразу отдёрнул его голову от себя, как и сказала Рати. Но она... Она действительно выбрала именно того, к кому Сатору питал слабость, к кому он был привязан, приставлен душой и сердцем. — пожалуйста, я не могу, остановить тебя. Прошу, пре.. Прекра.. Ти. Глаза Сатору закатились за орбиты. Его скрутило, захлестнув волной невыносимой предогазменной судороги. Ему было почти больно от того, как хорошо и ярко ощущалось это мгновение. Словно неосторожный шаг на краю обрыва, когда сердце замирает, а ноги теряют опору. Он наглухо забывает обо всём, что связывало его оковами рационализма. Сатору хватает чужую голову и, толкая ладонью в затылок, прижимает как можно ближе к себе. — Юджи-и-и... — выстанывает Годжо, видя искры в своих глазах.

***

— эй! — Итадори остервенело оглядывался по сторонам, видя вокруг лишь бесконечную тьму. Где это он? — знаешь, повезло тебе с муженьком. У него крепкая воля, правда использует он ее не к месту. — вы... Вы о Годжо сенсее!? Пожалуйста, простите нас за все! — парень молился всем Богам, надеясь, что те смилуются и позволят им выбраться отсюда живыми. — раньше надо было думать о извинениях. — прошу, не убивайте нас! Мы, мы всё сделаем, обещаю! — я и так знаю, что вы сделаете всё. Но, уже слишком поздно говорить мне об этом. Раз угрозы вам не помогают, значит придется перейти к действиям. Юджи, не видя ничего перед собой почувствовал, как руки вздернуло вверх и сковало над головой странной невидимой силой. — ты ведь считаешь, что это всё просто дурацкий случай, шутливая воля судьбы? Я хочу пролить свет на некоторые вещи. Ты — вовсе не главный актёр на этой сцене. Годжо, вот о ком тебе стоит думать в первую очередь. — о чём вы.. Говорите? — Юджи нахмурился, стараясь не обращать внимания на странное теплое ощущение возле шеи. Перед собой он все еще ничего не видел. — порой, чтобы показать людям то, чего они не видят недостаточно просто сказать им об этом. Моё дело — дать вам силу увидеть. А как я это сделаю, всё это время зависило только от вас. Сейчас вы оба дошли до крайней точки. Хоть я и зла, мне все еще необходимо выполнить свою работу. И раз я считаю, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, так я и поступлю. Наслаждайся компанией любимого сенсея, пока ты обездвижен, а я пойду займусь кое-чем другим. Не скучай. — что?! Эй! Нет, п-погодите! — Юджи вздрогнул, ощущая мурашки по всему телу. Парень не поверил глазам. Перед ним совсем близко стоял наставник. На нем не было тёмной повязки, его волосы были слегка небрежно растрепаны в разные стороны, торча, будто иглы ежа. Единственное, что Итадори немного смутило это размер зрачков — те словно пытались вытеснить весь белый цвет хрустальной радужки и заполнить всё чёрным. Наверное, это игра света? Вокруг было так темно, что Итадори вообще удивлялся тому, как он видел в таком мраке. Кажется по физике они проходили что-то такое. Свет, не отражающийся от тел и поверхностей — это прямой падающий луч и человека он будет ослеплять. Луч может отражаться от предметов и преломляться. Но самого источника света здесь не было, а предметы были видны. Вернее только сам Юджи и сенсей. Парень беззаботно улыбнулся. Хорошо, что с наставником всё хорошо. Они вместе, теперь всё будет в порядке, пускай и ненадолго, но они обязательно что-то придумают... Не успел парень вздохнуть с облегчением, как в его губы вцепились поцелуем. На этот раз это было намного более требовательно, чем до этого. Юджи не понял зачем Годжо делал это снова, ведь все задания они уже выполнили, и теперь оставалось только.. В общем, последний гештальт. Но парень не мог сказать об этом старшему, по скольку тот, похоже, не планировал останавливаться, чтобы дать ему произнести что-то. Может Рати сделала им поблажку? Если они, допустим, поцелуются пару минут их выпустят отсюда? Блин, и спросить не у кого. Придется ждать! Парень постарался влиться в процесс, чтобы отвлечься и не так сильно нервничать. Отвечать наставнику оказалось довольно.. забавно. Это было похоже на очень увлеченную игру в карты, которая, подходя к концу, заставляла игроков выкидывать все накопленные у них козыри. К собственной неожиданности, спустя пару десятков секунд таких страстных лобызаний реакция тела у Юджи последовала совсем не.. Не та, которую мог бы предугадать сам Итадори. Да, видимо он тут совсем кукухой поехал. Интересно, сенсею будет неловко, если он заметит, что у Юджи встал? Нет, ну а что? Когда тебя уже пару минут к ряду кошмарят, пытаясь через рот, по всей видимости, высосать твою душу, ещё и против твоей воли, вряд ли реакция будет нормальной. Правда же? Может, это просто такая странная реакция на напряжение? Чертов Родриго умудрялся встать даже от одного вида мягких французских булочек какой-нибудь славной миловидной девушки, тогда чему здесь удивляться? Наверное, дружку показалось, что он тут целуется с Дженифер Лоуренс полминуты. М-м, ладно, это начинало надоедать. — сенсе-, — парень отстранился, уведя голову в бок и разлепив их губы, но вместо того, чтобы дать ему отдышаться, Юджи стали выцеловывать ниже подбородка. — сенсей, ну правда! Скажите что-нибудь! Это всё часть вашего плана? В ответ ничего не послышалось. Лишь темнота отвечала Юджи гулким молчанием, а руки, поднятые вверх, начинали затекать, становясь холодными. Несколько секунд Итадори даже не знал, что делать. Годжо будто изменился. Обычно он бы пошутил что-то в ответ. Похлопал бы Юджи по плечу, сказал бы не переживать и.. И просто бы проявлял заботу? Но теперь Сатору совсем не обращал внимания на моральное состояние Итадори и всё усреднее ублажал его.. О чёрт, не-не-не, что он делает!? — сенсей! — Юджи зажмурился, когда рука изучающе провела по причинному месту. Парень протяжно вздохнул, пытаясь успокоиться. — ты такой податливый, — Годжо промурлыкал это куда-то за ухо парня. — я хочу проверить насколько хорошо тебе может быть, если я приласкаю тебя. Юджи нервно усмехнулся и подумал «наверное, переигрывает для Рати». Когда Сатору прижался к нему вплотную, вклинив колено между бёдер, Юджи стал сомневаться в том, действительно ли это всё актерское мастерство наставника. Чёрт, у него капитально встал! Годжо ведь.. Он ведь опустит этот факт при отчёте в департаменте, после того как они выберутся? Он вообще будет упоминать то, что они застряли во вражеском расширении территории или всё-таки решит не позорить их? Интересно, в реальности они сейчас в отключке? А сколько времени уже прошло с тех пор как они отрубились? Что если их кто-то найдет? Может кто-то извне поможет им выбраться.. — Юджи, ты не обращаешь на меня внимание? — Годжо склонил голову на бок и парень почувствовал, как бедро мужчины уверенно потерлось о его пах. М-да, каким бы стрёмным ни было то, что здесь происходит, Итадори не может не признать — ощущения не самые отвратительные. Местами даже.. Приятные? Может стоит просто расслабиться и подыграть? Рати ведь это нужно? — вы сегодня очень шаловливый, — парень улыбнулся, слегка приобняв наставника за шею, ведь руки освободились от таинственных оков. Боже, как это всё было неловко... Ну и ладно! К чёрту! Оставь надежду, всяк сюда входящий! Юджи толкнулся бедрами навстречу ноге сенсея и закатил глаза, от того, насколько хорошо стало от трения. — м-м, я хочу чтобы ты говорил так обо мне почаще, малыш, — Итадори глупо моргал, пытаясь понять, что вообще делать. Хотелось обматерить всё и как-то сбежать, восвояси, чтобы довести себя до пика уже самостоятельно. Но ведь это будет не по правилам? Чёртовы правила! И Юджи забылся в ощущениях, как только подумал о том, что слишком долго не смотрит на наставника. Его прижимали к стене, лаская и целуя, словно в последний раз. Юджи чувствовал себя так, будто на него свалился и придавил огромный тёплый плед, окутывающий своей тяжестью. От возбуждения было так жарко, что парень едва не терял сознание, чувствуя себя с жадностью поглощаемым и таким желанным... Когда Юджи застонал в предоргазменной судороге, Годжо быстро подловил его и, впервые за всё время, просунул руку в штаны, сжимая в член Итадори в кулаке. Юджи сжался и уткнулся в плечо мужчины, забывая о всяком стыде, предаваясь пороку и наслаждению. — чш-ш, вот так, молодец, — Сатору немного подвигал рукой, когда Итадори всхлипнул от накатившего экстаза, выжимая из Юджи остатки жидкости, а затем расслабил и вытащил руку, заботливо застегивая и приглаживая ширинку. — сенсей.. — у Юджи не получалось сказать ничего внятного, лишь с нежностью и лёгкой грустью смотреть в глаза наставника. — всё будет хорошо.

***