Alone in a room

Ястреб не знает когда уснул или отключился, понять грань между этими понятиями ой как сложно. Он не знает сколько проспал, и снова задается вопросами где он и кто он. Хотя, пытаться найти ответ на эти вопросы в.. Множесивенное количество раз, уже утомляет и не вызывает интереса как первые десять попыток. Но ответ на удивление приходит так же быстро, как и был задан вопрос, когда он слышит писк аппаратов и ощущает тяжесть тела. Ну да, этого следовало ожидать, снова уснул под дозой обезбола и успокоительного - супер! Ты теперь почти накркоман Ястреб, неплохое достижение в двадцать четыре года. Но мысли о бренности своего положения прервал хриплый и басистый голос. - Проснулся?, - ох, дайте возможность и Ястреб бы возбудился от этого баса слева от него. Но всю малину и красочность портило много чего, устанешь перечислять. И станет противно уже на третьем пункте из этого громадного списка. Ястреб знает о чём говорит, он считал. - Ястреб, - чуть строже хрипит мужчина, хотя, сказать честно, он явно терпит. Делает поблажки из-за его состояни? - Да да, проснулся. Какими судьбами вы тут? Простите, не при параде немного, - стараясь давить счастливый голос и строить невозмутимый вид, мурлычет парень. Хотя какой там, посмотрите на этот скелет в бинтах, привязанный к кровати. Выглядит жалко, да? Но он пытался, можно похвалить хотябы за это. - На шутки силы есть, это хорошо, - слышится скрип стула и в следующие пару секунд Энджи встаёт напротив Ястреба, - завтра утром тебя выписывают. Сердце пропускает удар и эта чертова аппаратура его фиксирует. Пип-пииип-пип. Это уже раздражает. - Вы ужа знаете? Какая жалость.. Сюрприз не удался. Но не переживайте, Старатель, всё правда.. - "в порядке", хотел сказать он, но какой там. Под кожей словно бегают муравьи, а его перекаченное всеми видами обезбаливающих тело сравнимо с желе. Ночные и не только кошмары не отпускают, а всё, что имеет синий оттенок вызывает панику и заставляет задыхаться. - Прекрати ради бога, - раздраженно шикает Энджи и в другой ситуации Ястреб бы покрылся мурашками и продолжал выводить того дальше, смеясь, - Они не заберут тебя. До твоего полного выздоровления и период реабилитации, твой опекун я, - твердо говорит Энджи, прерывая ураган мыслей и вот снова пииик-пик-пик-пиииик. Это ему просто сниться, очередной кошмар, просто глюки же, да? Хотя нет, зуд и жар он чувствует вполне хорошо, это не может быть сном. Он должен радоваться такому шансу быть рядом со Старателем, но почему-то ему страшно от этого всего. Слишком много всего, это слишком для его мозга сейчас. - Зачем, - единственное, что смог выдавить из себя Ястреб, смотря в одну точку, куда-то сквозь мужчину, подавляя приступ паники и возможно рвоты от того, как сильно начала кружиться голова. - Ты спас сотни жизней и хочешь гнить тут или быть угробленным до конца комиссией? Ястреб, три месяца ты торчишь в этой больнице. Три месяца ты в медикомантозной коме и бреду, лишь последние дни стал хотябы отвечать внятно и нормально реагировать на что-то, - по голосу Энджи, Ястреб понял что тот зол, но зол он явно не наго, а на тех, кто к этому причастен, или стойте.. он расстроен? Ястреб не понимает, шум в ушах и писк мешает ему уловить нотки в голосе Энджи, - Не такого обращания заслуживает тот, кто спасал, рискуя собой. Не пытайся натянуть улыбку и сказать, что всё будет хорошо. Я знаю какие игры ведёт комиссия. Ястреб снова смотрит на эту злощастную сакуру за окном, которая уже отцвела и сейчас раздражала ещё сильнее. Неужели всё было настолько плохо и ему не давали придти полноценно в себя всё это время? Легче было уж сразу подстроить его смерть или что-то такое. Было бы куда проще, а так.. Что ему ответить? Что он знает о том, что комиссия скорее всего специально держала его в таком состоянии и скорее всего планирует избавиться в ближайшее время, раз были какие-то причины держать на этом свете, а сейчас они не оправдались ? Ах, Старатель сам это озвучил, точнее не так. Он завуалировал, чтобы не нагнетать, спасибо. Теперь Ястреб бесполезен, у него нет крыльев, нет ничего. Ястреб теперь на все сто десять процентов бесполезная, испорченная и сломанная кукла в их руках. Пик-пик-пик. Да заткнись же ты. - Вы ведь всё знаете, так почему продолжаете стоять на моей стороне и пытаетесь помочь? Я не стану тем, кем был раньше. Мои руки по локоть в крови, с меня нечего взять, надо мной весит крест и смертный приговор, - точка. Занавес. Он смог это произнести, признать, но от этого лишь хуже становится, хотя должно быть наоборот, наверное. Ястреб ещё ярче чувствует как подкатывает желчь к глотке. - Прекрати себя хоронить, - рявкает Энджи, но тут же затихает, шумно выдыхая и Ястреб готов сказать наверняка, что тот выдохнул пар, он же прав? Горячая рука опускается на тощее, замотанное бинтами плече, от неё исходит жар, мощь и.. забота? Засунь эти мысли себе в задницу, Ястреб, ну серьёзно. - Ты встанешь на ноги. Ты всё еще герой. Ты всё ещё Ястреб, - будь у Ястреба сейчас больше подвижности или хотябы сил, он точно бы вскочил и запрыгал от такого для подтверждения слов мужчины. Но увы, у него выходит лишь сглотнуть тяжелый, острый ком в горле вместе с желчью и закрыть глаза. - Вы жестоки, Старатель. Знаете ведь об этом? - Ястреб усмехается и кусает щеку изнутри, стараясь держать себя в руках. Его персональный ад только начинается. *** Старатель сказал - Старатель сделал. Уже к обеду Ястреб сидел в приемной, держа в руках папку с кучей бесполезных на его мнение бумажек. Анализы, снимки, записи на разных дисках его переломного скелета, бесполезные в общем. Нужно будет выкинуть. Стоять, сидеть и в целом двигаться было жутко непривычно, его иногда пошатывало и подгибались колени. Не хотелось снова вспоминать, как он вставал буквально час назад с кровати и как сильно пожалел о том, что умеет ходить. Ох, где же его мышцы, где его скорость и годами оттачиваемые навыки? Правильно, они похороненны. - Идем, - голос раздвется как гром где-то над головой, заставляя вздрогнуть. Но Ястреб слушается, молча поднимаясь, старается держать ровновесие и спину ровно, лишь бы футболка не терлась о пустую спину, тревожа его змеиный мозг. Ястреб замечает взгляд Энджи, который непонятно что выражает, но это не отвращение, как можно было бы подумать. Это похоже на жалость. Не смотри так, прошу. Ты не должен. Дорога до машины прошла как в тумане и сейчас, сидя словно на иглах, Ястреб обдумывает побег к себе в квартиру, чтобы закрыться там как в клетке и забыться. А ещё его пугала доза в виде всего двух таблеток обезбаливающего в день. Нет, ну серьёзно? Пичкали литрами, а тут жалко стало? Ну это конечно круто они придумали, но Ястреб тоже не из простых, выкрутится. - Пока что ты поживешь у меня, - говорит Старатель, словно ставит перед фактом, хотя нет, не так. Ястреба ставят перед фактом. Выбора у него явно нет, спорить или спрашивать нет смысла и он это знает. У него никогда не было выбора. Спина чашется, а ноги немеют, словно внутри него что-то закипает и шевелиться, а в глазах постепенно сгущается тьма, которая не проходит, сколько не моргай. Он всё ещё под утренней дозой препаратов от той самой медсестры с теплыми руками.. Ох, он забыл сказать ей спасибо. Жаль. Взгляд Энджи всегда был тяжелыми и ощутимым, но сейчас, когда Ястреба укачивало, мотыляло от одного края сознания до другого, он казался невыносимым. Неужто это всё из-за того, что он так привык к лежачему положению и тело отвыкло от того, что умеет ходить и держать вес на костях? Хочется взлететь и оглохнуть от ветра в ушах, а не звона и жара. Он горит? Хах, забавно. Очень комично, так ведь? Как он докатился до такого состояния, что сидя рядом с кумиром всей своей жизни, да даже просто сидит, дрожит от напряжения, накатывающих волнами судорог и плывущим зрением? Но почему? Почему его так тресет из-за.. А из-за чего собственно? - Ястреб! Чужой голос звучит где-то далеко, по ощущениям в нескольких метрах от него. В нём явно ноты злости, хотя нет.. погодите. - Чёрт тебя дери, Ястреб, дыши! - хрипит мужчина куда-то ему в затылок. А, вот оно что.. дышать, да. Нужно дышать. Ястреб сидит почти с полностью высунутой на улицу головой, ветер обдает лицо приятными прохладными волнами и от этого так приятно, что аж больно. На затылок давит горячая рука и внутри всё орет о том, чтобы Ястреб брыкался, защищался, но он закрывает глаза. Уголки губ дрогнули в легкой улыбке, словно он принял свою участь смерть. Ястреб позволяет телу взять контроль над ситуацией и он отключается, так и не поняв, что всё таки случилось. О дева Мария, спаси и сохрани. Хотя нет, пошла ты к чёрту. На моих плечах сидят демоны, а Сатана уже точит когти. *** Голова ощущалась квадратной и Ястребу казалось, что его точно приложили чем-то тяжелым по затылку. Вокруг была подозрительная тишина, хотя нет, где-то отдаленно слышались шорохи и словно звон, похоже на.. Посуду? Но долго размышлять об этом не выходит, спину тут же пронзает неприятное жжение и боль, стоило попытаться подняться. Из глотки вырывается непонятный звук, что-то между скулежом и хрипом, пока Ястреб снова падает лицом в подушку. О..Приятно пахнет, не то что раньше. Неужели поменяли? Стоп. Раскрыв глаза и подняв голову, парень морщится от света из окна и не узнает помещение, где находится. Это не больница. Сердце заходится бешенным ритмом за пару секунд, пока глаза бегают по аккуратному и чистому помещению, в попытке ухватиться за подсказку. Средних размеров кровать, тумбочка, шкаф, торшер где-то в углу, с очень странной резной шляпкой вокруг лампы(кто вообще придумал такое нечто?), окно и две двери. Медленно в памяти всплывает последний день, выстраивается логическая цепочка событий и его отпускает тревога, пусть и не до конца. Хорошо, допустим, он в доме Энджи, но почему такой провал в памяти? Он точно помнит как они сидели в машине и о чем-то говорили, или говорил только Ястреб, а Энджи терпеливо слушал его бред. Отключиться во время рассказа казалось полным бредом и позором. Да и тело странно ноет, от сидячего положение во время сна такой ломоты явно не будет. Хотя с какой стороны посмотреть. Если иногда лежать больно, какой там спать сидя? Попытки напрячь извилины отзываются лишь спазмами где-то под коркой черепа. - Проснулся? - голос позади заставляет вздрогнуть, обернуться и замереть, как будто его застали за чем-то постыдным, но оцепенение так же быстро спадает, как и пришло. Это Энджи, - У тебя был приступ в машине и ты отключился. Я не стал будить тебя по приезду, но раз проснулся, приходи завтракать. Тебе нужно принять лекарства. Сухо, по фактам, словно отчет прочитал, но ответы на свои вопросы Ястреб получил. Стоит сказать спасибо? Это будет уместно? Внимание Ястреба переключается на внешний вид Энджи, который был таким домашним сейчас. Спортивные штаны, огромная футболка, тапочки с каким-то логотимом и очки на носу, ну не прелесть ли. Хорошо, об этом можно подумать после, сейчас Ястребу нужно разобраться с тем, чтобы привести себя хотябы в более и менее человеческий вид, оценить обстановку вокруг него более точно и выпить обезбол, пока муравьи под кожей на начали тревожить ещё сильнее. - Да, хорошо, скоро буду. Умоюсь только, спасибо, - чуть сконфуженно отвечает Ястреб, поняв, что Энджи стоит не просто так в дверях, пиля его взглядом. Хотя его словно сканировали, проверяли на трезвость и жизнеспособность. Неловко. Но получив ответ, Энджи уходит, прикрывая за собой дверь. Полежав ещё несколько минут в раздумьях и собравшись с силами, Ястреб содрал с кровати тяжелое, словно налитое бетоном тело, осмотрелся уже спокойнее и глянув на дверь в углу комнаты, осторожной и хромой походкой идет к ней. Ванна, небольшая, но личная. Супер, у него есть спасательный уголок на экстренные случаи, просто прекрасно. Смотреть на себя в зеркало не хотелось, точнее нет, не так, было страшно смотреть на свое отражение. Ястреб был уверен на все двесте процентов, что выглядит просто ужасно. Грязные и неровно отросшие волосы, щетина, бледная, как у трупа кожа и сухие, искусанные губы. Отвратно. Благо на раковине, так любезно оставленные хозяином дома, лежали бритва, щетка и всё необходимое для него сейчас. Ястреб никогда бы не подумал о том, какое облегчение ему может доставить обычная, казалось бы, рутина - умыться, побриться и отмокнуть в душе под струями прохладной воды, где он провел по меньшей мере двадцать минут. Вода приятно стекала по телу и унимала вечный зуд по всему телу, особенно спине, которую периодами хотелось разодрать в кровь. Ястреб простоял бы ещё дольше, но желудок учтиво намекал о том, что пора поесть. Дом за пределами комнаты встретил его тишиной и приятным запахом риса с мясом, благовоний и чистоты. Почти как в больнице, но куда приятнее и уютнее. Не такая гнетущая атмосфера. Энджи сидел за барным столиком, что-то печатая в ноутбуке, сосредоточенно хмуря брови. Всё тот же Старатель, но комфорт плюс версия. - Твоя миска с едой в микроволновке. Можешь пользоваться всем, что есть в доме, но есть условия. В моем кабинете ничего не трогать, в доме ничего не ломать. Твои таблетки будут на столе каждое утро, - говорит Энджи не отрываясь от монитора. - Так любезно с вашей стороны. Я словно домашний питомец, обещаю быть послушным, - отшучивается Ястреб и подготовив всё для еды, садится на стул, ерзая. Ужасно неудобно, футболка трется о спину, поясница гудит от такого положения и отдает спазмами куда-то в колени, - Что пишите? Я думал, что вы уже варнулись к работе. - Судебное письмо, - спокойно отвечает Энджи, мельком бросив взгляд на Ястреба, который в свою очередь тыкал палочками в тарелку, - Я больше чем на пол года в отставке, поэтому работаю из дома. - Судебное? Неужто кто-то пытается вставить вам палки в колеса, - Ястреб непонимающие вскинул брови, наклоняя голову немного в бок, жуя кусочек курицы. Пресная, но куда лучше, чем могло быть. - Нет, не мне. Тебе. Я буду судиться с комиссией, - фраза, произнесенная так спокойно, ударяет сильнее плетки. Аппетит тут же пропадает, в голове так и орут сирены, шипят змеи, а живот скручивает спазмом. - Что?