Запрещенный номер

      В стане «Портовых Псов» меж тем царил раскол.       — Он что, с ним чаи теперь гоняет? С этим зазнайкой из «Литераторов»? — проворчал громила-защитник, агрессивно втирая мазь в синяк. — После всего, что этот чёртов Дазай с нами вытворял?!       — Накахара ничего просто так не делает, — огрызнулся капитан «Псов», партнер Чуи по нападению. — Может, это тактика такая, чтоб секреты выведать. Ты же сам видел его игру! Да все видели!       — А ещё я видел, как он ему перед матчем воду передал!       В итоге ожесточённая словесная перепалка едва не переросла в драку. И чтобы помирить партнёров и не разводить лишние сплетни, Чуе пришлось перед всей командой признаться:       — Да, мы с Дазаем общаемся. И иногда тренируемся вместе. Он научил меня кое-чему, чтобы в итоге мы могли закатать под лёд не только его команду, но любую другую. Или с моей игрой какие-то проблемы?       О главном он, конечно же, умолчал. Но в его тоне было столько привычной злости и несокрушимой уверенности, что ропот стих, пересуды за глаза тоже прекратились. Всё-таки вера сокомандников в своего нападающего, одного из бесспорных лидеров, была сильнее любых подозрений. А оставшееся недосказанным ни его игры, ни остальной команды никак не касается, решил Чуя.       В лагере «Литераторов» царило недоумение иного рода.       Ещё бы — их капитан, бесстрастный стратег Дазай, начал позволять себе… Немыслимое! Он мог на секунду дольше обычного задержать взгляд на скамейке соперника, где в этот момент сидел Накахара. Во время разбора игр потенциальных соперников он, анализируя действия «Псов», иногда говорил «Чуя» вместо «Накахара» или «нападающий под номером «15». А ещё, что было совершенно недопустимо, однажды после жаркой стычки у ворот, он, отъезжая, показал ему, этому рыжему недомерку, большой палец. Это что, типа жест одобрения был?!       — Слыхали, он тому коротышке в больницу кофе приносил, — шептались игроки «Литераторов» на тренировке. — Говорят, они там чуть ли не часами болтали.       — Не может быть. Дазай? Он же людей терпеть не может. Особенно таких, неотёсанных.       — Да он же ему улыбался после матча! Я видел.       Ледяная непроницаемая стена, которой был Дазай для своей команды, дала трещину. И сквозь неё проглядывало что-то тёплое, живое, уязвимое. Одних это не на шутку испугало, других — заинтересовало. Ещё бы: их безупречный холодный стратег и вечно скучающий гений вдруг по-настоящему ожил. И причина его оживления носил номер «15» и по-прежнему орал на льду, как бешеный.       На глазах сотен болельщиков их вечное соперничество превратилось в безмолвный, идеальный по синхронности и игровой красоте танец. Дазай и Накахара по-прежнему сходились в эпических столкновениях друг с другом, клюшка к клюшке, но игроки на скамейках и зрители на трибунах, ничего не ведая о том, что на самом деле связывало двух таких непохожих парней, шептались: «Смотрите, они как будто читают друг друга!».       И ни у кого не возникло ни малейших сомнений: если в будущем этим двоим случится играть в одной команде, быть по одну сторону хоккейной площадки, это будет самый «смертоносный» дуэт в истории лиги, который не оставит соперникам ни единого шанса на победу.