Кровожадный

Оглядываясь назад, Занке следовало бы догадаться, что после его второй неудачной встречи с расхитителями один из них окажется слишком большим безумцем, чтобы так просто оставить его в покое. Именно поэтому он сейчас и мчался по темным, пустынным переулкам этого городка, надеясь сбросить с хвоста преследовавшего его психа. «Что бы вы ни делали, парни, не пытайтесь в одиночку справиться с расхитителями, если никто не знает, где вы находитесь. Я, конечно, знаю, что вы все можете за себя постоять, но это опасно, когда мы не в курсе, где вас носит». Таково было предостережение Энджина команде «Акута». К несчастью для Занки, он был а) в полном одиночестве и б) не мог никому сообщить о своем местоположении. Вторая часть, по общему признанию, была его собственной ошибкой: он лишь туманно сказал Семиу, что отлучится за новым лаком для Прелестного Посоха. Он не замечал ничего странного, пока не вышел на городскую площадь. Вокруг сновало множество людей, покупавших товары в многочисленных палатках, заполнивших все пространство. Но тренировки в академии обострили его чувства, позволив уловить, что кто-то идет за ним по пятам. Быстрый взгляд, брошенный на одно из зеркал, продававшихся в лавке, позволил ему мельком увидеть знакомую фиолетовую одежду и длинные дреды, схваченные золотыми манжетами. Первым инстинктом Занки было увести расхитителя как можно дальше от толпы. Судя по всему, преследователь охотился только за ним, и если бы он добрался до Занки, то сопутствующего ущерба, скорее всего, было бы не избежать. Вторым инстинктом было не подавать виду, что он заметил слежку. С этими мыслями Занка быстро покинул рыночную площадь и свернул в ближайший переулок. Как только он ускорил шаг в узком проходе, он услышал, как шаги позади него тоже участились, и сорвался на бег. Чего, черт возьми, хотел от него Джаббер, он не знал, но точно был уверен, что не собирается оставаться здесь, чтобы это выяснить. Он поднял запястье, обвитое чокером, и как раз в тот момент, когда собирался послать сигнал SOS Энджину, шаги позади него зловеще стихли. Сбитый с толку, Занка резко обернулся и обнаружил, что в переулке, кроме него, сложенных деревянных ящиков, разного мусора и нескольких заполненных баков, никого нет. К сожалению, это была его вторая ошибка за день. Что-то тяжелое обрушилось на него сверху, сбив с ног, и не успел он даже попытаться отправить отчаянное сообщение через чокер, как обутая нога с силой придавила его запястье к земле. Теперь Джаббер сидел на нем сверху; холодный металл сверкнул, и его запястье оказалось зажато между двумя отравленными когтями, прежде чем Занка смог использовать свободную руку, чтобы оттолкнуться. Одно неверное движение и лезвие вопьется в плоть, наполнив его токсинами, которые обездвижат его на следующие тридцать минут. — Ах-ах-ах, так делать нельзя, — усмехнулся Джаббер, глядя на Занку сверху вниз. Вандал выглядел чересчур довольным видом своей пойманной добычи. — Не хочу, чтобы нам кто-то мешал, понимаешь? — Какого хрена тебе от меня надо, — сплюнул Занка, прожигая взглядом своего пленителя. В пылу борьбы Прелестный Посох отбросило куда-то за пределы его ограниченного обзора. Придется придумать другой способ послать сообщение Уборщикам, но с Джаббером, пригвоздившим его к земле, шансов на это становилось все меньше. — Оу, ты что, не скучал по мне? А я вот скучал, мой дорогой Зан-Зан, — проворковал Джаббер и Занка мысленно пообещал себе выбить из него всю дурь, как только освободится. Джаббер громко расхохотался, увидев на лице Занки выражение абсолютной ярости. — Считай это небольшой расплатой, м? Сломанные тобой ребра болели адски, чел! — Разве ты не чертов мазохист? — презрительно хмыкнул Занка, концентрируя энергию, чтобы попытаться высвободить прижатую руку, но тщетно. В ответ Джаббер еще сильнее надавил ногой, вдавливая запястье Занки в землю. Джаббер посмотрел в сторону, на мгновение задумавшись и склонив голову набок. — Ну… да, но все равно! Через некоторое время эта херня перестала быть забавной! — Вандал снова сосредоточил свое внимание на Занке, его широкая улыбка напоминала ухмылку Чеширского кота. — Так что давай снова повеселимся, ммм? Если он позволит этому продолжаться, ему точно конец. Мгновение, одна-единственная секунда, чтобы отвлечь его, это все, что ему было нужно, чтобы попытаться сбросить этого маньяка с себя. Нога на его руке сменилась острым металлом, дразняще скользящим по ладони, предупреждение, чтобы он тщательно подбирал свои следующие движения. Лицо Джаббера было уже слишком близко, его возбужденное дыхание почти смешивалось с раздраженными выдохами Занки. Это была, безусловно, самая идиотская идея в его жизни и Занка был уверен, что будет жалеть о ней до последнего вздоха. Приподняв голову, Занка сократил расстояние между их губами. Он бы расхохотался в голос, увидев потрясенное выражение на лице Джаббера, если бы ситуация не была столь отчаянной с его стороны. Рот рейдера приоткрылся, словно он собирался сказать что-то, чего Занка, без сомнения, предпочел бы не слышать. Воспользовавшись моментом, Занка скользнул языком внутрь, углубляя поцелуй. Сначала Джаббер не отвечал, будто происходящее настолько выходило за рамки его ожиданий, что он, впервые за долгое время застигнутый врасплох, не знал, что делать. «Что ж, теперь нас двое», — подумал Занка, коснувшись своим языком языка другого, отчего расхититель содрогнулся. Затем, словно лопнувшая натянутая резина, Джаббер рванулся вперед, убирая когти и обхватив обеими руками лицо Занки, чтобы ответить на поцелуй с жадностью изголодавшегося. «Мерзко, это так мерзко», — почти истерично думал Занка, пока Джаббер исследовал его рот, скользя языком по зубам и лаская нёбо. Рейдер настойчиво прижимался своими губами к губам Занки, его зубы впивались в распухшую от поцелуев плоть, пока привкус железа не смешался со вкусом, который Занка теперь мог безошибочно определить, как вкус Джаббера. «Это так мерзко, так мерзко, так… хорошо?..» Что? Их поцелуй прервался с отчетливым влажным звуком и оба, тяжело дыша, уставились друг на друга: ошеломленные темно-синие глаза встретились с широко распахнутыми пурпурными. Зрачки Джаббера были расширены, тьма почти поглотила фиолетовую радужку. В его глазах сверкал огонек, который Занка видел раньше во время их боев. Возбуждение. Передышка продлилась недолго и новый, грубый поцелуй вновь лишил его дыхания. В голове Занки метались лишь две мысли. Первая — этого не должно было происходить, и вторая — он должен был положить этому конец. Его руки были свободны, он вполне мог протянуть их, оттолкнуть вандала и сбежать в безопасное убежище штаб-квартиры. И все же он не сделал ничего из этого. Словно марионетка, одержимая чужой волей, вместо этого Занка запустил пальцы в темные пряди, притягивая Джаббера ближе. Их языки сплетались в танце, пока из многочисленных порезов на губах, оставленных агрессивными укусами Джаббера, продолжала сочиться кровь. — Ммм, ты такой вкусный, — прошептал Джаббер, задыхаясь, и, прежде чем Занка успел ответить, опустил голову, рванул вниз молнию на его форме и яростно впился зубами в фарфоровую кожу шеи. Занка дернулся от этого ощущения, чувствуя, как теплая кровь хлынула из укуса. — Что ты дел... — он осекся, издав низкий стон, когда грубый, бархатистый язык прошелся по ране, слизывая пролившуюся кровь. Этот звук лишь подстегнул Джаббера и он переместился на другую сторону шеи Занки, захватил ртом участок нетронутой кожи и впился в него так сильно, что кровь закапала на землю. Третьей ошибкой Занки за день (а может быть, уже и четвертой) было то, что он случайно ударил коленом по промежности Джаббера. Рейдер застонал ему в шею и лицо Занки залилось краской, когда он понял, что тот возбужден. Это начинало походить на опасную игру и в голове Занки забили тревожные колокола того, что ему определенно стоит уйти, пока есть возможность. — Эй, Зан-Зан, — прохрипел Джаббер, продолжая оставлять укусы на обнаженной коже Занки. — Я и не знал, что ты хотел такого веселья. Впрочем, не жалуюсь. — Он наконец прекратил терзать шею Занки и ухмыльнулся, глядя на лежащего под ним Уборщика. Кровь окрасила его зубы в красный, с маленькими алыми мазками в уголках рта. Занке не следовало бы находить это привлекательным, и все же… Вздрогнув, Занка очнулся от своих предательских мыслей и до него только сейчас дошло, что Джаббер решил, будто это то, чего он хотел, а не просто уловка, чтобы вырваться из его лап. В конце концов, это ведь и было только уловкой, верно? — …верно, ага, — пробормотал Занка, и его дыхание сбилось, когда Джаббер опустил руку и сжал его твердеющий член через ткань. Когда он успел возбудиться? У него не было времени на размышления, потому что мозолистые пальцы уже скользнули под его штаны и белье, начав поглаживать его головку. Его бедра непроизвольно дернулись вверх, смазка размазалась по руке Джаббера. Что ж. К черту все. Занка потянулся вперед и рванул лицо Джаббера вниз, снова впиваясь в его губы, пока свободной рукой расстегивал одежду расхитителя. В качестве небольшой мести за то, что тот заставил его истекать кровью, Занка грубо укусил Джаббера за губу, пока не почувствовал металлический привкус крови. Джаббер издал приглушенный стон в рот Занки, и где-то на задворках сознания тот начал понимать, почему другой так упорно пытался заставить его кровоточить. Может быть, дело было во вкусе крови Джаббера на его языке или в том, как Джаббер срывал с него одежду, царапая кожу тупыми ногтями, негласное обещание, что он заставит Занку истекать кровью еще больше. Что бы это ни было, Занка почувствовал головокружение и, более того, ощущение, что он вот-вот взорвется. Побег? Кого он, черт возьми, обманывал, он мог сделать это давным-давно. Когда верхняя часть его формы была распахнута и отброшена в сторону, а нижняя снята, Занка почувствовал себя ужасно незащищенным, его эрекция была теперь полностью открыта вандалу. Джаббер был раздет примерно так же, его куртка исчезла, и лишь черная майка прикрывала его торс, в то время как штаны и белье были отброшены в сторону. Однако, стесняясь себя, Занка попытался свести ноги, на что их тут же раздвинул расхититель. — Не стесняйся меня, дай-ка посмотреть, — шелковым голосом произнес Джаббер, опускаясь на колени между ног Занки, его член опасно приблизился к входу. — Заткнись, — пробормотал Занка, ненавидя то, каким слабым и задыхающимся он звучал. Его тело дрожало, когда пальцы Джаббера начали обводить его вход. Если бы кто-нибудь сказал Занке, что он лишится девственности в каком-то случайном сыром переулке с Джаббером Вонгером, он бы расхохотался до слез. Что ж, сейчас ему было совсем не до смеха. Единственное, что он чувствовал, это ошеломленное предвкушение и нарастающее удовольствие. — Надо было предупредить, что мы будем этим заниматься, я бы принес смазку, — усмехнулся Джаббер, и Занка быстро схватил его руку, останавливая его от дальнейших действий. — Раз уж ты так настаиваешь на моей крови, почему бы нам для разнообразия не использовать твою, — проворчал Занка. Оглядевшись, он заметил осколок разбитого стекла сбоку. Ранее он не мог до него дотянуться, когда был прижат к земле. Он приподнялся, схватил осколок, не обращая внимания на порез, который тот оставил на его пальцах и ладони. Кровь, которую, как он знал, Джаббер с жадностью выпьет, алым окрасила его руку. Без всякого предупреждения он потянул руку Джаббера к себе и полоснул осколком по его ладони. От этого действия Джаббер содрогнулся в удовольствии, когда кровь хлынула из раны, покрывая загорелые пальцы бордовыми полосами, несколько капель упали на обнаженный живот Занки. — Вот тебе и смазка, ммф… — Зубы стукнулись о зубы, когда остальные слова Занки были украдены Джаббером, грубо поцеловавшим его еще раз. Агрессивность движения заставила Занку упасть обратно на твердую поверхность, пока Джаббер кружил своим языком во рту Занки. Джаббер продолжал топить Занку в бездыханных поцелуях, впитывая его всхлипы, когда он ввел один покрытый кровью палец в Занку. — Такой узкий, как я помещусь, детка? — Кончики ушей Занки вспыхнули от этих слов, и он шлепнул своей порезанной рукой по рту Джаббера. Это нисколько не обескуражило его, вместо этого Занка содрогнулся от ощущения языка Джаббера, скользящего по ране. Его спина выгнулась, когда Джаббер ввел еще один палец, разрабатывая его дырочку, прежде чем добавить третий. Толстые пальцы начали массировать внутренности Занки и особый изгиб пальцев Джаббера вырвал из него сдавленный стон. Вандал злобно ухмыльнулся и Занке следовало бы знать, что ничего хорошего от этого выражения ждать не стоит. — Нгх… ах… АХ! — Занка зажал рот рукой, пытаясь заглушить абсолютно грязные звуки, вырывающиеся из него, пока Джаббер продолжал терзать его простату. Джаббер цыкнул и отдернул его руку, прижав её над головой Занки. — Дай мне услышать тебя, Зан-Зан… — Пошел… ты… мнх, — выдохнул Занка, когда пальцы резко вышли из него. Он, вероятно, выглядел совсем разбитым и уж точно так себя чувствовал. С размазанной по рту и рукам кровью, с окровавленными укусами, покрывающими его шею, и с бордовыми пятнами на остальной коже. Но по тому, как Джаббер пристально смотрел на него, можно было подумать, что Занка — божественное существо, подаренное ему небесами. — Ты так хорошо выглядишь в таком виде, — промурлыкал Джаббер, взяв израненную руку Занки и поднеся её к своему рту. — Покрытый собственной кровью, блять, я не могу насытиться этим. — Джаббер прижался губами к порезанной плоти, прежде чем прикусить её зазубренный край и еще больше раскрыть рану. Занка зашипел от боли, его рука задрожала, когда из теперь уже расширенного пореза хлынула кровь. — Ты чертов псих, — проворчал Занка, наблюдая, как Джаббер наслаждается его кровью, которая теперь свободно стекала по его руке. Это вызвало у Джаббера особенно громкий смех. — Ты такой же, как я, мой дорогой Занка. — Кроме того, — с усмешкой Джаббер наконец оторвался от окровавленной руки, прижав её к своему болезненно твердому члену. — Нам нужно было больше «смазки». — Брови Занки нахмурились от раздражения на очевидное напоминание, но он ничего не сказал и вместо этого сосредоточился на том, чтобы втирать свежую кровь в член Джаббера. Он был большим, венозным и тяжелым в его руке. Только сейчас до Занки начало доходить, поместится ли он в нем вообще. Джаббер тяжело дышал, пока Занка покрывал его орган вязкой жидкостью, из-за действий Занки из него начала вытекать смазка. Наконец, Джаббер расположил кончик своего окровавленного члена перед входом Занки. Он толкнулся и рука Занки заскребла по земле в поисках опоры, когда Джаббер вошел еще на дюйм. — АХ! — В глазах Уборщика навернулись слезы, голова откинулась на землю, пока он пытался вместить в себя член, по-хозяйски прокладывающий себе путь внутрь. «Больно, больно, больно», — лихорадочно думал Занка, и он, несомненно, больше никогда не будет этого делать. Слезы текли из уголков его плотно сжатых глаз, поскольку болезненное растяжение затмевало любое удовольствие, которое он мог бы почувствовать. Глаза Занки туманно приоткрылись, когда он почувствовал мягкие поцелуи на своих веках. Он понял, что сильно дрожит и дышит прерывисто, пока Джаббер непрестанно целовал его лицо. Джаббер перестал пытаться войти в Занку глубже, вместо этого он теперь прижался к губам Уборщика и лениво целовал его. Это было очень необходимое отвлечение и Занка был в равной степени удивлен и благодарен. Удивлен, что Джаббер не решил просто трахнуть его, не заботясь о его комфорте, и благодарен, что Джаббер не был полным мудаком. Он прервал поцелуй стоном, когда рука Джаббера обхватила его полувозбужденный член и начала возвращать его к прежней твердости. — Хм, надо было догадаться, что с самого начала будет слишком, — пробормотал Джаббер. Он экспериментально вытащил те несколько дюймов, которые Занка смог принять, прежде чем медленно втолкнуть их обратно. Занка всхлипнул от ощущения, но это было не так ужасно, как раньше. Столько он мог выдержать. Его руки нашли путь под майку Джаббера, ногти впились в его спину достаточно глубоко, чтобы на темной коже появились капельки крови. Джаббер сжал бедра Занки до синяков, начав задавать темп, в котором он осторожно использовал только кончик своего члена. Это действительно не должно было заставить Занку почувствовать, как где-то глубоко в его груди зажглась маленькая искра эмоций и все же это произошло. Утолщенные пальцы снова нашли его вход, дразня его, пока Джаббер входил и выходил лишь головкой своего члена. — Мнгх… хаах… — Он не продержится долго, не с двойным ощущением от толстого члена Джаббера, растягивающего вход в его нутро, и его руки, попеременно ласкающей его дырочку и дергающей его член, все это время пачкая тело Занки липкой кровью. — Скоро кончишь, детка? — соблазнительно прошептал Джаббер ему на ухо. — Давай, кончи для меня. Спина Занки выгнулась, он закричал, еще больше оставляя красные полосы на коже Джаббера, когда струи спермы выстрелили из его члена, покрывая его окровавленный живот белыми пятнами. Джаббер хрипло застонал, когда нутро Занки сжалось вокруг него и его оргазм последовал вскоре после оргазма Занки. Джаббер неглубоко вошел в него, содрогаясь, когда он кончил внутрь с громким стоном. Занка лежал неподвижно на земле, слишком уставший, чтобы делать что-либо, кроме как пытаться отдышаться. Он чувствовал боль повсюду, раны на его теле жгло при малейшем движении. Будет адски трудно объяснить, почему его форма была в крови, а также почему кровоточили его рука и шея. — Кто бы мог подумать, что маленький Злюка может быть такой шлюхой, — присвистнул Джаббер, уставившись на Занку. Его глаза скользили по растрепанной фигуре, словно вырезая этот образ в своей памяти. — Я даже как-то ревную к другим людям, с которыми ты трахался. Занка злобно посмотрел на расхитителя. — Это был мой первый раз, сволочь, — он заставил себя сесть, морщась от боли, пронзившей его от этого действия. Сперма капала из его дырочки и с нахлынувшей послеоргазменной ясностью он начал жалеть обо всем. Может, ему следовало просто дать Джабберу отравить его, может, это была бы куда лучшая участь. Но теперь было слишком поздно для сожалений и он мог лишь натягивать на себя одежду, спасая последние остатки своего достоинства. Он уже сбился со счета, сколько ошибок совершил за этот день. Джаббер хихикнул. — Да ладно, серьезно? Я был у тебя первым? — он тоже натягивал на себя одежду. Но Занка был быстрее и он уже встал, полностью одетый и более чем готовый запереться в своей комнате и никогда не выходить. — Пошел ты, — рявкнул Занка, схватив Прелестный Посох там, где он упал, и зашагал прочь. Кровь приклеивала его кожу к одежде ужасным липким образом, порезы и укусы жгло и они снова открывались при каждом соприкосновении с тканью, и в целом все было просто слишком для Занки. — Эй, эй, че на тебя нашло? — Сильная хватка на его запястье не дала ему уйти. Он попытался вырвать руку, но с переполняющими его эмоциями это движение было слабым и абсолютно не помогло освободиться от захвата Джаббера. «Не вступать в бой». Точно, так что ему нельзя было размахивать своим дзинки на случай провокации со стороны Джаббера, потому что он снова облажался, не сказав никому, где он. Быть может, вся причина, по которой Энджин говорил им не сражаться с Вандалами в одиночку, заключалась в предыдущих неудачах Занки. — Отпусти меня, — процедил Занка, склонив голову, когда почувствовал предательскую влагу в глазах. Его челка закрывала ему обзор, поэтому он был застигнут врасплох, когда внезапно Джаббер оказался перед ним, обхватив лицо Занки обеими руками и заставив его посмотреть на себя. Занка вызывающе сузил глаза, отказываясь признавать соленые дорожки слез, стекающие из его глаз. Джаббер вздохнул и внезапно Занка оказался в объятиях Вандала. Он напрягся, готовый оттолкнуть Джаббера, когда рука легла ему на голову, поглаживая его так, как гладят напуганное животное. — Ты идиот, — хихикнул Джаббер, продолжая перебирать пальцами волосы Занки и впервые в жизни Занка понял, что ему придется с ним согласиться. Занка отчаянно надеялся, что его последней ошибкой было растаять от прикосновений Джаббера.