𝐃𝐨𝐧'𝐭 𝐛𝐞 𝐚𝐟𝐫𝐚𝐢𝐝...

Рука прикрыла зевающий рот, пока существо неспешно просыпалось. Крылья слегка трепетали, отражая яркий свет, наконец ангел оглянулся в сторону окна и приподнял уголки губ. – Мне нравится это место, достаточно прохладное. – Кто ты?... Священник сглотнул накопившуюся слюну, пытаясь унять уже до боли бьющееся сердце, угрожающее вот-вот остановиться. Паника просто от вида? Возможно. Только что он стал свидетелем того, что все молитвы, учения и наказы не были пустым сотрясением воздуха всю его жизнь. – Зачем ты меня спрашиваешь, если и так знаешь? Серафим, божий посланник, спустившийся указать на путь истинный и искоренить грех. Ты Фёдор, да? – Можешь быть...Менее ярким?... –... Прикрутив яркость и начав щупать в комнате всё, что не приколочено, пернатый медленно подошёл к Отцу. – Хм...Какой-то ты...У тебя очень мутные глаза. Присядь. Последовав указу, Фёдор уселся на кровать. Тёплая. Даже очень, аж клонит в сон. Когда Достоевский последний раз чувствовал тепло? Такое человеческое, хотя, очевидно, человеческим там и не пахло. Ангел продолжал бродить по комнате. – Я очень утомился по-прилëту, поэтому занял этот уголок. Моя цель - помочь тебе с твоей чудной фермой) – Фермой? Я священник в церкви, у меня в помине нет никаких угодий... Седовласый склонил голову по-птичьи, Фёдор мог бы поспорить, что за крыльями скрывался недоумëнный взгляд. – Ах да, у вас это называется церковью...Мне нужно поделиться с тобой кое-чем, ладненько?) Ты хочешь попасть в рай? Вопрос простой, но вызвал кучу сомнений у брюнета. А кто мечтает жариться в пасти адской гиены? – Да, хочу. – Какую цену ты готов заплатить за место там? –...Любую. На лице ангела заиграла улыбка, он сел рядом с мужчиной и склонил чужую голову себе на колени, приглаживая угольные волосы. Ещё теплее. Что бы моментально провалиться в сон Фёдору хватило лишь закрыть глаза на долю секунды. Перед ними мелькали картинки. Вот прихожане, они верны своему лидеру и богу, запах так сладок. Они восхваляют, молятся и жаждут вознестись. – Аппетитно, не так ли?) Вряд ли ты поймёшь, ты же человек... Два шрама на спине болезненно заныли, священник невольно нахмурился. – Ты понимаешь...В раю места на всех не хватит, но их души так чисты и безгреховны...Ты даже представить себе не можешь, как это вкусно. Я помогу тебе, а ты поможешь мне)... *** Резко проснувшись, Фёдор обнаружил себя в своей же постели. Казалось, всё это было бредовым сном, но мужчине было всё так же тепло, как и в чужих руках. Снова молитвы, снова судорожное перекрещение самого себя и снова сборы в храм. Кошмар. Просто кошмар, от него жар, да...Эти надежды разбились по приходу в церковь. Впервые Достоевский был не первым, кто ступил на порог священной обители в столь ранний час. Взволнованные прихожане и ученики всё галдели наперебой о "чуде". – Сон об ангеле? У всех? Что ж, сегодня вам выпала честь познать чуть больше, чем остальным грешным душам. Несите эту благую весть всем своим близким и знакомым, они тоже могут спасти себя от гиены огненной. Пришлось держать лицо, хотя всё происходящее Отцу явно не нравилось. У него слишком много вопросов и все адресованы новому "знакомому". Как только тот уединился в скрытой от глаз прихожан части церкви, Фёдор вздохнул. – Я знаю, что ты здесь. Назовись хоть, Серафим. – Любите вы, люди, всему давать имя, чтоб не запутаться. У меня его нет, но если тебе это так нужно, то можешь сам его придумать) Уже знакомое лицо устроилась на балке под потолком и мотыляло ногами. Улыбка неизменно была единственным маячком для распознавания чужих эмоций. – ...Как бы тебя ещё обозвать, перьев мешок...Николаем будешь. Что вообще происходит? – Много чего в мире происхооодит~ Что именно тебя интересует?)