Не трогать

Руки словно сами потянулись за телефоном и на автомате набрали номер. - Да, солнце? - в трубке послышался спокойный голос рыжеволосого. - Ты видел новости? - тихо, будто ее кто-то подслушивает спросила девушка. - Мм, нет? - с ноткой сомнения ответил парень. - Тому убили. - глубоко смотря в пустоту произнесла Люмин. - Мне прийти? - голос Тартальи стал более настороженным. Девушка в трубку лишь угукнула и, не прощаясь, сбросила вызов. Поднявшись с дивана, она направилась к кухне и вылила почти остывший чай в раковину - желание пить его как отрезало. Из гостиной всё ещё доносился голос диктора: сухие фразы новостей, от которых внутри оставалось неприятное эхо. Люмин заправила за ухо свисающую светлую прядь, но пальцы едва заметно дрогнули. Услышанное с экрана не отпускало - будто что-то щёлкнуло внутри и застряло, оставив глухой, тянущийся шок. Даже шум воды не смог заглушить это чувство. Стук в дверь. Девушка направилась к входной двери и, отперев замок, впустила парня. Тот, едва переступив порог, расплылся в широкой, почти обезоруживающей улыбке, словно всё вокруг для него в этот момент перестало существовать. Он уже собирался что-то сказать, но, встретившись с её взглядом, слегка замедлился: в её позе и слишком ровном дыхании читалось напряжение, будто она всё ещё была мыслями где-то далеко. Тарталья протянул руку и нежно погладил девушку по щеке. Его улыбка стала приятнее, мысли о убитом Томе начали отпускать, а напряжение отступало с тела блондинки. - Может выпьем? - пройдя на кухню обратилась к своему гостью Люмин. - Оу, неожиданное предложение. - немного откинув брови вверх произнес парень. - Знаешь, в последнее время на меня слишком много навалилось. Думаю, мне не стоит перечислять все события по порядку, ты итак все прекрасно знаешь. - вставая на ципочки и открывая верхнюю полку, с ноткой грусти сказала девушка. Взяв в руки бутылку дорогого пятилетнего коньяка, который дарили её матери на прошлый день рождения, блондинка на мгновение задержалась, словно взвешивая решение, а затем поставила её на стол. Стекло глухо стукнуло о поверхность, нарушив тишину. Рядом она аккуратно придвинула две стопки, выровняв их почти машинальным движением. Аякс с интересом наблюдал за каждым жестом светловолосой - за тем, как она чуть напряжённо сжала пальцы, как избегала его взгляда, будто в этом простом действии скрывалось нечто большее, чем просто желание выпить. - Так будешь? - наконец посмотрев на парня спросила блондинка. - А давай. - с неким вызовом, вслед за ответом не сильно хлопнул по столу рыжий. Рюмки раз за разом наполнялись и опустошались, оставляя во рту терпкое тепло. Голова парня начала слегка мутнеть. Он посмотрел на «собутыльницу» - и заметил, как в её глазах блеснули слёзы, стремительно подступая. Испугавшись, Тарталья резко отодвинул стул и выпрыгнул из-за стола, опускаясь перед девушкой на корточки и осторожно кладя руки ей на ноги. - Солнце? - взволнованно и тихо, почти шепотом обратился голубоглазый. - Мне так обидно, что я делаю не так? Почему в мою жизнь навалилось столько дерьма? - сквозь всхлипы произнесла девушка, вытирая ладонями настигнувшими ее слезы. Аякс тяжело вздохнул и, стараясь двигаться как можно осторожнее, словно боялся разбить Люмин, как фарфоровую куклу, подхватил её на руки. Она была неожиданно лёгкой и безвольно прижалась к нему, дыхание сбивалось. Он на мгновение замер, прислушиваясь, а затем медленно понёс её в сторону комнаты хозяйки дома, ступая тише обычного, будто сам дом стал слишком хрупким для резких движений. Открыв дверь, Тарталья аккуратно положил блондинку на кровать и присел рядом. Смотря на немного румяное от опьянения лицо девушки, он нежно улыбнулся и потянулся поцеловать ее в лоб. - Спасибо тебе. - нарушая тишину произнесла резко успокоившаяся Люмин. - Я не знаю чтобы делала без тебя, честно. - Все в порядке, я… - Но договорить парень не успел — внезапно пьяная девушка ухватила его за воротник и резко притянула к себе. Потеряв равновесие, он повис над ней удерживая тело руками. Чувствуя запах алкоголя и знакомого тепла. Не дав ему опомниться, Люмин коснулась его губ своими - неловко, отчаянно, словно в этом поцелуе было больше растерянности и боли, чем осознанного желания. Аякс на мгновение замер, удерживая вес на вытянутых руках, чувствуя, как дрожат мышцы от напряжения и внезапности момента. Его дыхание сбилось, но, встретив её губы снова, он ответил - осторожно, мягко, будто проверяя, не оттолкнёт ли она его. Он склонился чуть ниже, не позволяя себе лечь полностью, удерживая дистанцию лишь силой рук, и вложил в поцелуй тихую нежность и беспокойство, словно пытался одновременно успокоить её и удержать этот хрупкий миг. - Тарталья… - прошептала Люмин, - я люблю тебя. Вдруг руки девушки обвисли вокруг шеи свисающего над ней рыжеволосого парня, пальцы девушки переплетали спутанные пряди волос. Она снова притянула его для поцелуя, но на этот раз он не был таким нелепым. Их языки сплетались воедино, медленно, почти болезненно интенсивно. Он слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, улыбка растянулась слишком плавно, слишком правильно - мягкая, но пугающая. - Правда? - тихо спросил он, касаясь её запястья, словно проверяя, реальна ли она. В его взгляде читалась смесь радости и опасности. - Ты даже не представляешь, - шептал он, наклоняясь ближе, — как долго я ждал этого. И в этой улыбке скрывалось одно: Теперь ты моя. Навсегда. Сердце Люмин бешено колотилось, грудь поднималась и опускалась в такт его дыханию, а губы слегка дрожали от внутреннего волнения. Она чувствовала его запах - смесь мёда и свежего шампуня, и это заставляло её тело откликаться на каждый его жест. Каждый вдох, каждый крошечный изгиб губ и прикосновение пальцев создавали ощущение полного слияния, когда мир вокруг будто растворялся, оставляя только их двоих, зажатых в теплом, почти горящем объятии. После окончания поцелуя Люмин неожиданно для самой себя запустила руки под футболку парня, гладя горячую кожу через тонкую ткань. Губы Аякса скользнули к её шее, но Люмин, дрожащими от нетерпения пальцами, уже расстёгивала пряжку его ремня. - Тише... - прошептал он, смеясь и хватаясь за её запястье, но она легко вырвалась. - Хочу... больше, - выдохнула она, впившись ногтями в его плечи. Её бледные щеки пылали от смеси алкоголя и возбуждения, янтарные глаза сияли, как лунный свет сквозь туман. Аякс, несмотря на легкое опьянение, осторожно усаживался сверху так, чтобы её плечи оказались под его руками. Его голубые глаза, обычно слегка сумасшедшие от хаоса в голове, сейчас смягчились до нежности: - Ты уверена? - он коснулся её губ кончиком языка, но Люмин уже сама приподняла бедра, притягивая его ближе. Он вошел медленно, стараясь быть нежным, но ее тело сжалось от внезапной боли. Люмин судорожно вцепилась в его волосы, приглушая стон, а Аякс замер, шепча: -Прости… дай время. Она кивнула, глубоко вздохнула и медленно расслабила мышцы. Ее ноги сами обвились вокруг его талии, прижимая ближе. Каждое движение парня было пронзительным - то болью, то странной сладостью. Люмин чувствовала, как он наполняет ее, словно их тела становились едиными. Ее кожа горела от прикосновений его рук, скользящих по бедрам и спине. Она начала двигаться в такт ему, подталкивая его ладонями к себе, пока дыхание не стало прерывистым, а голова закружилась еще сильнее от смеси алкоголя и возбуждения. - Глубже... быстрее... - шептала Люмин, царапая его спину ногтями сквозь ткань. Аякс, дрожа от собственного напряжения, наклонился к её груди, ловя ртом сосок девушки, а пальцы стали водить по её внутренней стороне бедра - так, чтобы каждый его толчок приближал их к чему-то большему. Кровать скрипела под их движением, простыни спутались в беспорядке, но им было не до этого - только дыхание, шёпот искажённых голосов, и ощущение того, что мир сужается до размеров этой постели. Каждый его жест был одновременно нежным и настойчивым: он целовал её шею, оставляя влажные следы, а пальцы осторожно исследовали изгибы тела, словно боясь спугнуть момент. Тело Люмин аркой встречало каждое движение Аякса, а сердце колотилось так, что казалось - вылетит из груди. Внезапно её рука скользнула к его лицу, пальцы ласково провели по щеке, и она прошептала: - Не останавливайся… Аякс замер на секунду, его глаза вспыхнули отчаянной радостью. Он наклонился ближе, шёпотом ответив: - Никогда… Их движения становились всё быстрее: он двигался с дикой осторожностью, как будто боялся сломать её хрупкость, а она встречала каждое движение навстречу, словно пытаясь раствориться в его теле. В комнате царила тишина, прерываемая только их сбивчивыми вздохами, стонами девушки и шелестом постельного белья. Когда всё закончилось - судорожным взрывом тепла между ними, Люмин прижалась щекой к его плечу, а Аякс, дрожа от головокружения, проводил пальцем по её влажной пряди: - Ты... сумасшедшая, - прошептал он с улыбкой. Блондинка лишь рассмеялась сквозь слёзы, смешанные с потом и эмоциями, а её пьяные руки снова потянулись к его волосам.