глава 2
17 января 2026 г., 05:39
Рома вспоминает про существование Кати именно тогда, когда в их классе и в принципе в школе начинается активная подготовка к новому году. Декабрь наступает неожиданно и парень удивляется тому, насколько быстро пролетело время. Здание постепенно украшали различной мишурой и гирляндами, рисовали снеговиков на окнах, а внизу установили большую ёлку. Дети радуются, но парень не разделяет их восторга. Особенно, когда на очередном классном часу начинаются выборы человека на роль деда мороза. Кажется, тот должен был ходить по классам и раздавать какие-то подарки младшим, а потом и проводить главную ёлку для начальной школы на пару со снегурочкой. Роль снегурочки досталась Смирновой. По словам Антона, так происходит каждый год и девушка расхаживает в голубой шубке по школе, перекидывая длинную косу с одного плеча на другое.
Лилия Павловна смотрит в журнал, уперев подбородок в скрещенные вместе пальцы. Женщина пробегается взглядом по списку и останавливает его на чьей-то фамилии.
— Пятифан.
Рома готов был залезть под парту и сказать, что он в домике, лишь бы его не поставили в пару к Катерине. Девушка была рада, хоть и скрывала это за хищной ухмылкой довольно умело. Антон украдкой смотрит на поникшего Пятифана и пихает его в бок.
— Потерпеть нужно всего лишь неделю.
— Сколько?
Брюнет делает вымученное выражение лица и затем смотрит на Катю, которая хмыкает и отворачивается.
— Итак, Рома и Катя будут дедом морозом и снегурочкой в этом году. Да-да, Пятифан, не делай такое лицо.
Женщина начинает рыться у себя на столе в поиске каких-то документов.
— Вам нужно будет в течение недели до нового года ходить по классам и раздавать подарки, проводив мини-игры между учениками. Затем провести ёлку для начальной школы.
Пятифан устало смотрит на учительницу, уже представляя насколько тяжёлой предстоит быть неделя. В компании со Смирновой, которая не будет давать ему прохода, парню предстоит строить счастливое выражение лица и ещё изображать для детей деда мороза. Антона эта ситуация явно забавляет, но лишь до того момента, пока он не вспомнит о Кате.
— Вот текст, который нужно будет выучить до ёлки. Что до остального, то Катя объяснит на месте. Всё понятно?
Лилия Павловна протягивает брюнету какие-то бумаги. Тот лишь кивает и берёт их в руки.
На перемене парень жалуется Петрову и Полине о сложившейся ситуации, размахивая листами у них перед носом.
— Я буду похож на отбитого деда мороза. Только послушайте.
Он устремляет взгляд в листок и положив руку на живот, начинает произносить, изменяя голос:
— Хо-хо-хо детишки, кто вел себя хорошо в этом году?
Полина начинает смеяться первая и Петров, не выдержав, подхватывает её. Рома растерянно смотрит на них и кладёт руку себе на лоб.
— Как маньяк какой-то.
Брюнет плюхается рядом с ними и вздыхает, пока парочка не перестает смеяться.
— Ты ещё не мерил костюм и бороду.
Антон смотрит на него, улыбаясь.
— Самое ужасное то, что мне придётся таскаться со Смирновой.
Рома прикрывает лицо своим сценарием. Полина переглядывается с Петровым и вздыхает.
— Уверена, что она заранее сказала выбрать тебя.
— Вот же настырная. Ну ничего, я ей устрою здравствуй, ёлка, новый год.
Парень снова вчитывается в текст.
Неделя и правда начинается не очень, но радует лишь то, что не нужно ходить на занятия. Как сказала Лилия Павловна им предстоит полностью посвятить себя подготовке к празднику и этим мини-спектаклям на каждый день. Рома считает, что всё не так уж и плохо, но стоит лишь натянуть на себя красное пальто деда мороза, как он готов взять свои слова обратно. Катерина показывается перед ним в наряде снегурочки и он ей правда шел, что не скажешь о Пятифане и его праздничном одеянии. Девушка оглядывает его с головы до ног и ухмыляется, взяв в руки красную шапку с белой отделкой.
— Спокойно, Рома, дети не кусаются.
Брюнет стоит перед зеркалом и уже боится представить, как ему придётся нацепить на себя это белое нечто в виде бороды.
— Что не скажешь о тебе.
Парень бросает это не подумав и девушка замолкает на пару минут, а затем подходит ближе и как-то любовно оглаживает свою косу.
— Я кусаюсь лишь в исключительных случаях.
Смирнова щурит глаза и надевает шапку на указательный палец, начиная крутить её.
— Проверять не хочется.
— Боишься меня?
Она подаётся вперёд и Рома делает шаг назад, впечатываясь в стоящий сзади стол. От Кати пахнет карамелью, но запах вновь настолько приторно-сладкий, что Пятифан морщит нос. Девушка улыбается ему и её свободная рука резко ложится ему на грудь, заскользив ниже. Рома перехватывает её ровно в тот момент, когда длинные ногти цепляются за ремень штанов. Брюнет крепко сжимает её руку и наклоняется к ней ближе. Замечает в её зелёных глазах интерес вперемешку со смятением. Рома улыбается, не менее хищно, чем она и аккуратно забирает шапку из её руки.
— Что ты, Катенька. Не гадюка же ты, в самом деле.
Смирнова тут же хмурится и отталкивает его от себя. Конечно, парень понимает, что играть на чувствах других нехорошо, но Катя человек сложный, себе на уме и потому парень не чувствует укола совести. Он думает, что это всё иллюзия, она играет, как и всегда. Вот только девушка, прикусив губу и выбегая из помещения, чувствует досаду. Это злит её и, расправив подол, она быстрым шагом уходит прочь. Пятифан раздражает, но и привлекает одновременно. Она редко позволяет себе подобную слабость, но в этот раз её сердце не устояло и Катерина буквально поплыла, стоило ему лишь хоть раз улыбнуться ей при встрече. Нужно иметь гордость и девушка решает, что он ещё просто не понимает с кем именно связывается. Она лишь начинает свои проделки.
Позже Пятифан проводит кучу времени за тем, что слушает стишки детей, какие-то пожелания и мечты на новый год. Это всё непременно чудесно, но уже на двадцатом таком ученике, парень ловит себя на мысли о том, что был бы не прочь оказаться сейчас на физике вместе с остальными. Катя не говорит с ним, лишь изредка бросает взгляды, а потом вручает подарки из красного мешка.
Оказавшись в коридоре после душного класса, Рома тянет белую бороду вниз и выдыхает. Девушка оказывается рядом.
— Покажи хоть каплю заинтересованности, а то дед мороз выходит слишком уставшим.
Она морщит носик и складывает руки на груди, оглядывая его с ног до головы. Брюнет закатывает глаза, чувствуя, что ещё немного и он просто спреет в этой шубе.
— Помалкивай, а то вообще без деда мороза останетесь.
Катя хватает его за ворот и дёргает на себя. Её лицо находится слишком близко и парень различает на коже под глазами пару блесток, которые осыпались с теней.
— Лучше ты придержи язык за зубами, Пятифан. Твоя милая мордашка не всегда действует на меня.
Девушка улыбается и слегка хлопает его по щеке. Затем она разворачивается и подол веером раскрывается в воздухе. Катя идёт дальше по коридору. Ему ничего не остаётся, как последовать за ней.
Выдыхает парень лишь в последний день на подготовке к дискотеке. Он стоит в актовом зале, пока Полина листает что-то на компьютере, к которому подключены колонки. Он отбрасывает в сторону шапку и, уже изрядно доставшую бороду, в сторону. Девушка готовит музыку к ёлке и напевает себе что-то под нос. Рома усаживается рядом с ней и заглядывает в монитор.
— Ещё никогда не чувствовал себя настолько глупо.
Морозова украдкой смотрит на него и улыбается.
— Осталось совсем чуть-чуть.
Парень кивает и снимает с себя шубу, вешая ту на спинку стула.
— Где Антон?
— Скоро подойдёт.
В последнее время они проводили мало времени вместе. Последнюю неделю Пятифан больше провел в компании Смирновой, часто вспоминая Петрова и успокаивая себя тем, что впереди были каникулы. Брюнет умолкает и прикрывает глаза, ощущая, как усталость медленно оседает на его плечи. Полина нарушает молчание.
— Знаешь, ты первый с кем Антон ведёт себя так.
Эти слова заставляют снова обратить внимание на девушку. Рома вопросительно смотрит на неё и она отвлекается от монитора, полностью развернувшись к нему.
— Раньше он боялся всех. Почти никого к себе не подпускал и сдавал назад первый. Я очень рада, что с тобой у него всё иначе.
Пятифан выпрямляется и как-то подозрительно смотрит на свою собеседницу.
— Ты всё знаешь?
Он говорит это тише, словно боится, что их могут подслушать. Девушка кивает в ответ.
— Чувствую себя неловко.
Рома хмурится, вызвав тем самым смех у Полины. Она больше ничего не говорит, дабы не смущать Пятифана ещё больше, но тот задумывается над её словами. Они непременно радуют и заставляют чувствовать себя особенным. Брюнет хотел быть таким для кого-то, в частности для Антона, ведь парень стал ближе, чем кто-либо другой.
Светлая макушка появляется в зале и Рома сразу же встаёт со стула. Петров улыбается ему и подходит ближе, замечая уставшие глаза и слегка потрепанный вид.
— Не зря дед мороз отдыхает целый год. Выглядишь... не очень.
— Спасибо за комплимент.
Пятифан, хоть и ворчит, но тоже улыбается и троица начинает обсуждать план проведения елки. Их удивляет, что до сих пор не появилась Катерина и не обозначила им всё, что нужно. Рома думает, что она просто не желает с ним пересекаться и в этом он с ней полностью солидарен. Петров пускает пару шуток в сторону брюнета и его образа, пока Рома не берет свою шапку и не натягивает ему на голову по самые глаза.
— Тебе идёт больше, чем мне.
Вскоре Полина уходит, закончив с составлением новогоднего плейлиста и парни остаются вдвоем. Рома кладёт свою голову Антону на плечо.
— Как будешь праздновать новый год?
Петров прижимается щекой к тёмной макушке. Пятифан не знает, что ответить. Он ковыряет пальцем край стола перед собой.
— Никак. Мы его давно уже не празднуем.
Парень наконец отвечает. Слышится тяжёлый вздох Антона. Ему жаль, что Рома не может прочувствовать всю атмосферу праздника. Отвлечься хоть на чуть-чуть и провести весело время. Без пьянок и ругательств, которые царят у него дома. Блондину хочется как-то помочь, но он не знает, что лучше сделать и потому поднимает голову, беря Рому за руки. Слегка сжимает в своих и поглаживает кожу большими пальцами.
— Хочешь, можешь прийти к нам.
Антон слегка улыбается, встречаясь с взглядом карих глаз.
— Это неудобно. У вас своя семья.
— Перестань.
Рома не желает спорить, но он знает, что ему будет лучше остаться дома. Как всегда лечь в кровать, закутавшись с головой в одеяло, и пока салюты будут заглушать ворчания отца, парень сможет заснуть и ненадолго забыться.
— Всё нормально, Антон. Правда.
Пятифан натягивает улыбку, старается убедить парня в том, что нет ничего страшного, если он не встретит новый год. Он привык и этот год не отличается ничем от предыдущих.
— Я бы хотел провести эту ночь с тобой.
Блондин наклоняется к нему ближе, прижимается своим лбом к его. Рома смотрит на их руки, чувствуя, как уже рвётся показаться искренняя улыбка.
— Это не последний новый год.
Антон закатывает глаза и отпускает его, отстраняясь.
— Иногда ты меня бесишь.
Брюнет смеётся и хватает Петрова одной рукой за шею, притягивая назад и целуя. Он чмокает его в губы и нос, а затем произносит:
— Главное, что не всегда.
Катерина, идущая по коридору к актовому залу, замедляет шаг, когда слышит чьи-то голоса. Девушка оглядывается назад и вновь прислушивается. Два голоса, явно принадлежавшие парням, доносятся из зала. Смирнова тихо ступает ближе к приоткрытым дверям, стараясь не шуметь и не привлечь внимание раньше, чем это нужно. Она узнает в голосах своих одноклассников и решает посмотреть, ведь Пятифан так часто таскается в компании Петрова. Что они обсуждают? А вдруг её? От этой мысли она хмурится и заглядывает в узкую щель ровно в тот момент, когда Рома притягивает к себе Антона. Девушка сразу же выпрямляется и делает шаг назад, прикрыв рот рукой. Ей показалось или брюнет сейчас целует Антона? Сердце неожиданно начинает биться чаще. Мысли копошатся в голове, подобно червям, не давая соображать более ясно. Девушка достает телефон и подносит его к проему, делая фото. На нем красуются ее два целующихся одноклассника. Катя быстро убирает телефон и уходит прочь, в надежде, что её никто не видел. Картина, увиденная в актовом зале, продолжает стоять перед глазами. Смирнова скалится.
— Не боишься значит?
Она бубнит это себе под нос и, мерзко хихикнув, направляется в сторону кабинета её матери.
Ёлка проходит довольно весело, хоть Пятифан и чувствует себя уже жутко уставшим. Дети утомляют, постоянно дергают и о чём-то спрашивают. Один мальчик настолько надоел Роме, что парень оттянул бороду вниз и сказал ему о том, что тот срывает весь праздник и дед мороз к нему больше не придет. Мальчик теперь больше молчит и косится в его сторону, стараясь лишний раз не попадаться на глаза. Катя, неожиданно став более радушной и приятной, перестаёт лезть к Роме ближе и водит хоровод вокруг елки вместе с детьми. Её улыбка широкая, глаза сверкают и она бы могла сойти за настоящую снегурочку, если бы не эта натура, которая прячется внутри. Девушка порой смотрит в сторону парня и вновь вспоминает то, что ей явно не нужно было видеть. Она не может представить, как такое вообще возможно и даже немного злиться на Петрова. Неужто это ревность? Нет, всего лишь дело принципа. Брюнет должен был быть её, но тот предпочёл совершенно другую сторону. Девушка прячет свой козырь в рукаве и делает вид, что ничего не знает. Нужно лишь подгадать момент.
Праздник заканчивается и Рома скидывает с себя костюм. Он надеется, что в следующем году эта участь обойдёт его стороной или к тому времени его попросту выгонят из школы. Смирнова, сняв с головы кокошник, потирает лоб. Они остаются в зале вдвоем, когда музыка стихает и все остальные уходят прочь. Девушка подходит ближе к парню.
— Увидимся после каникул.
Она улыбается настолько дружелюбно, насколько это у неё вообще возможно и уходит, оставляя за собой всё тот же карамельный шлейф. Рома смотрит ей вслед и решает не задумываться о том, что послужило такой резкой перемене настроения.
×××
Приближение праздника больше наводит тоску и тревогу, чем счастье и радость. Рома точно не помнит, когда они в последний раз ставили ёлку, накрывали на стол и всей семьёй садились встречать новый год. Когда он был меньше и глупее, то родители иногда привозили его к бабушке и новый год встречали у неё. Тогда атмосфера была иная, отец ещё не вел себя так, а мать была полна жизни. Брюнет находил под большой ёлкой подарки, а затем объедался конфетами и засыпал на полу под голубой огонёк. Утром просыпался уже в постели и удивлялся тому, как так произошло. Всё было довольно просто: отец укладывал его на кровать. Те редкие моменты, когда мужчина бережно относился к сыну, лишь бы не разбудить. Всё это было в прошлой жизни, кажется даже, что в несуществующей. Рома думает, что ему это просто приснилось и на деле всегда было иначе. Его били и заставляли считать себя ненужным, лишним и одиноким. Пятифан смотрит на то, как снег крупными хлопьями опускается вниз. Он оседает на крыши домов, деревья, скамейки и машины, превращая все в белоснежное кружево. На стекле красуются узоры мороза. Рома всматривается в них, стараясь различить что-то знакомое, но видит лишь сплошной бессмысленный рисунок, который пересекает всё стекло и увивает поверхность резными узорами. Возможно, у него просто нет фантазии. А вот Антон бы что-нибудь здесь обнаружил. При мысли о нем парень улыбается. Должно быть он сейчас активно готовится к празднованию, пока его сестра не перестает спрашивать о том, когда же уже можно будет открыть подарки. Мать с отцом в соседней комнате. В последнее время она всё чаще пропадает на работе, уставая сильнее и, приходя домой, валится с ног. Мужчина, на удивление, ведёт себя тише, чем обычно и Рома наслаждается этими минутами покоя. Быть может, всё ещё наладится? Когда бьют куранты и с улицы слышится первый залп фейерверков, Пятифан невольно вздрагивает. Он приоткрывает глаза и смотрит в сторону окна, различая на фоне темного неба яркие всполохи. Люди кричат с новым годом, смеются и открывают шампанское, а он лежит в своей комнате и думает, что для него ничего и не изменилось. На телефон приходит уведомление. Рома открывает сообщение и видит, что оно от Антона. Парень просил выйти на улицу. Брюнет тут же вскакивает со своего места и спешит в коридор. Он тихо надевает на себя куртку и обувь, выходит в подъезд и сбегает по ступеням вниз. Открывая двери подъезда, первое, что он видит это Антона, которого уже знатно припорошило снегом. Пятифан подходит к нему ближе. — Я всё же не смог оставить тебя одного. Ещё и без подарка. Петров улыбается ему и только сейчас Рома различает в его руках довольно большой прямоугольный предмет, завернутый в подарочную упаковку. — Антон. Брюнет слегка хмурится, но тот не хочет слышать возражений и протягивает подарок ему. Блондин слегка нервничает и кусает губы, наблюдая за тем, как Рома поддевает пальцами край упаковки. Снег ложится на его волосы и ресницы, прилипает к одежде. Отовсюду слышатся залпы салютов и чьи-то крики. В ярких отстветах фейерверка взору карих глаз открывается его собственный, настоящий портрет. С полотна на него смотрит знакомое лицо. Тёмные, задумчивые глаза. В потресканных губах любимая сигарета, дым от которой тянется вверх. Антон в точности передал его черты лица. Немного грубые, подстать хулиганскому образу, но по своему привлекательные. На него смотрит серьёзный Рома Пятифан, который предстал перед Петровым в первый день их знакомства. Брюнет переводит глаза на парня и не находит слов. — Я снова увлекся рисованием. Знаешь, после той ночи, когда я нарисовал тебя, сидящим на окне, я вдруг понял, что просто обязан нарисовать тебя более стояще. Антон улыбается и тоже смотрит на свою работу. — Это был прорыв. Самый настоящий. Я даже должен сказать тебе спасибо, ведь именно ты помог моему вдохновению проснуться. — Спасибо. Это слово слетает с губ Ромы тихим шёпотом. Петров подходит к нему чуть ближе и стряхивает снег с его волос. — С новым годом. Антон знает, что у Пятифана нет ничего взамен, но ему ничего и не нужно. Главный подарок уже стоит сейчас перед ним и блондин чувствует себя самым счастливым человеком на планете, если такое вообще возможно. Рома благодарен ему. Для него это значит многое и он чувствует, как сердце на секунду замирает в груди. Петров рисовал его. Старался. Вырисовывал его образ, раз за разом промазывал кистью губы, глаза, брови и нос. Он любовался им. Наяву и нет. В своей голове, в своих воспоминаниях. Рома позволяет себе поцеловать Антона в лоб. Мимолетно, едва касаясь, но по особенному. В этот миг оба понимают, что значат друг для друга многое. Когда блондин уходит, а брюнет возвращается домой, то он ещё раз окидывает взором портрет и решает, что лучше всего его спрятать. Подальше от чужих рук и глаз. Аккуратно обернув его назад в бумагу, Рома открывает шкаф и убирает подарок вглубь, пряча под своей одеждой. Лишь бы отец не нашёл, лишь бы не испортил. Пятифан снова улыбается и утыкается лбом в прохладную поверхность шкафной дверцы. Антон подарил ему не только этот портрет, но и чувство важности, своей нужности. Чувство любви. Каникулы проходят довольно скучно. Пятифан сидит дома, оставаясь порой с отцом один на один. Мужчина не реагирует на него, делает вид, что парня попросту не существует. Радует лишь это, но и то, что он внезапно перестал пить. Это наводит на подозрения, ведь раньше Петр всегда находился в компании своей стеклянной подруги. Теперь же мужчина, пусть и тяжело, но начал выходить из этого состояния и стал больше походить на человека. В Роме внезапно просыпается надежда. Она слабая и он не даёт ей до конца разгореться, ведь нужно быть готовым к тому, что отец снова сорвётся. Такое было и не раз. Но, возможно, Пётр всё же решил взяться за ум и начать ту самую новую жизнь? Вот только даже не смотря на то, что он трезв, как никогда, Пятифан не особо имеет желания с ним разговаривать. За все его упрёки в его сторону и бесконечные побои, это было своего рода наказание, но брюнет не знает, совестно ли вообще мужчине за это. В один из морозных солнечных дней Рома собирается на прогулку с Антоном и его сестрой. По словам блондина та очень хочет покататься с горки и, если брюнет не против, то может присоединиться. Естественно, Петров надеялся, что тот согласится и был даже в этом уверен. Они не виделись около недели и каникулы уже подходят к концу. Пора наверстать упущенное время. Парень накидывает капюшон от толстовки на голову и, заглянув в комнату, где сидит отец перед телевизором, берет пачку с тумбочки. Он аккуратно достает оттуда пару сигарет и прячет в карман. Его давно закончились, а купить нет возможности. У матери просить уже стыдно, а потому ограбить немного отца не кажется чем-то плохим. — Ты куда? Голос Петра заставляет вздрогнуть. Рома останавливается на выходе и оборачивается через плечо. Из комнаты на него смотрят пустые глаза отца. — Гулять. Пятифан не желает объясняться дальше и слушать какие-то возражения, а потому открывает дверь и скрывается в подъезде. Пётр ещё какое-то время смотрит на то место, где только что стоял его сын. Рома выходит на улицу и через пару метров закуривает сигарету. Он точно не знает, где здесь были специальные горки, где обычно все катаются на санках, ледянках и ватрушках. Лишь знает, что они находятся недалеко от парка и потому направляется в его сторону. Снег хрустит под ногами, мороз щиплет за щеки и нос, норовит пробраться под одежду. Пятифан выпускает дым в холодный воздух и останавливается около входа в парк. Докурив сигарету, он проходит через главные ворота и до его ушей долетает детский смех. Парень выходит к площади, на которой расположились уже накатанные людьми горки. Дети резвились и смеялись, кричали что-то друг другу. Рома находит глазами Антона с Олей. Девочка уговаривает брата скатиться вместе с ней, но тот мотает головой и подталкивает её ближе к склону. — Ну Тоша! Сестра топает ногой и снег разлетается в разные стороны. В поле их зрения возникает брюнет. Оля тут же улыбается, уже совсем не стесняясь парня, и машет ему рукой. Антон оборачивается к нему. — Рома, представляешь, Тоша не хочет кататься вместе со мной. Девочка тут же складывает руки на груди и надувает губы, изображая сильную обиду. Петров закатывает глаза, а Пятифан смеётся, пихая его в бок. — Тоша, ну ты зачем такой вредный? Рома наигранно хмурит брови, а затем встречается со скептическим выражением лица блондина. — На меня это не действует. Антон собирается уже отойти назад, когда сестра усаживается на санки и готовится скатиться вниз. Девочка исчезает внизу, а брюнет подходит ближе к краю. — Устоять ты всё равно не сможешь. Пятифан говорит это, усмехнувшись, и сначала Петров не понимает о чем речь. Парень делает вид, что он оступился и начинает падать вниз. Антон инстинктивно подаётся вперёд и хватает брюнета за руку, но тот предательски плюхается и утягивает за собой блондина. Они вместе съезжают с горки вслед за Олей, которая уже была внизу и, широко распахнув глаза, смотрела на приближающихся парней. — Рома, я тебя ненавижу! Антон кричит это, приземляясь в сугроб, пока Пятифан хохочет где-то рядом и отряхивает снег с головы и с капюшона. Оля подбегает к ним и, взявшись рукой за живот, давится от смеха. — Это очень смешно! Твоё лицо! Девочка показывает пальцем на брата, который был весь в снегу. Петров хмурится и бросает недовольный взгляд на Рому, который уже успокаивается и невинно смотрит в ответ. Поправив очки и стряхнув с них снег, Петров рукой забирает горсть и кидает прямо в лицо брюнету. Тот не ожидает такой подлости. Антон уже улыбается и поднимается на ноги, продолжая отряхиваться. — Ты бросаешь мне вызов. Пятифан поднимается следом, прихватив с собой снега, и превращает его в небольшой шарик. Петров не успевает среагировать, когда в него прилетает ответный удар. Оля хихикает, прикрыв рот варежкой. — Ты первый начал. Блондин наклоняется, чтобы зачерпнуть пальцами ещё, но брюнет срывается с места, убегая. Антон бежит следом, а его сестра, зажав в руке веревочку от санок, бежит за ними. Она что-то кричит и смеётся, когда её брат всё же попадает в Рому. Тот сворачивает и прячется среди сосен, которые опустили свои ветви до самой земли. Петров замирает и Оля врезается в него. Шапка съезжает на глаза и девочка поправляет её, вглядываясь между стволами. Антон шмыгает носом и пробирается следом за парнем. — Ты же знаешь, что я найду тебя по следам. Блондин говорит это и останавливается, прислушиваясь. Слышны лишь голоса остальных посетителей парка и крики детей в отдалении. Антон делает ещё шаг и из-за ближайшей сосны в него прилетает очередной ком снега. Рома смеётся и уже хочет скрыться и дальше, но Петров хватает его за руку и они вместе падают в сугроб. Пятифан чувствует, как снег заваливается за шиворот и холодит кожу. Он открывает глаза и понимает, что Антон сидит на нём. — Попался. Он улыбается и выдыхает. Брюнет поднимает руки перед собой, давая понять, что он сдаётся. Петров выглядит особенно красиво в свете зимнего солнца и на фоне снежных сосен. Его голубые глаза сверкают, отражают в себе всё снежное убранство. Роме кажется, что он сможет даже разглядеть в них своё отражение. Антон уже собирается вставать, ведь сидеть в такой позе в снегу не очень удобно, да и люди могли увидеть. Пятифан резко садится, почти сталкиваясь лбами с парнем и Петров широко распахивает глаза. — Надо возвращаться к Оле. Он говорит это тише и его взгляд невольно падает ниже, на губы Ромы. Антон подавляет в себе желание поцеловать его прямо здесь, ведь это явно было не лучшим решением, хоть и таким соблазнительным. Когда он поднимается на ноги, то протягивает брюнету руку, чтобы помочь встать. Не успев отряхнуться, на них обрушается новый поток снега. Оля смеётся, держа ветку сосны за её конец и смотрит на парней, которые теперь окончательно походили на двух снеговиков. Они переглядываются между собой и как-то странно улыбаются друг другу. Девочка тут же срывается с места, понимая, что она следующая в этой снежной битве. Троица возвращается домой под вечер и Антон затаскивает Рому к себе, чтобы обогреться. Карина в ужасе смотрит на них, а Борис прикрывает рот рукой, пряча улыбку. Все были замерзшие, в снегу и с красными лицами. Женщина тут же начала раздевать Олю и велела парням сделать тоже самое. Антон не прячет улыбки от причитаний матери. Они все вместе сидят на кухне и пьют горячий чай. Оля рассказывает о том, как здорово они погуляли и как было смешно, когда Антон скатился с горки. Блондин изредка поглядывает на Пятифана, проверяя, всё ли у того в порядке. Парень выглядит довольно спокойным и тоже слушает Олю, словно его и не было там в этот момент. Когда Карина уводит девочку в её комнату, чтобы уложить спать, Борис обращает внимание к Роме. — Поздно уже. Давай-ка оставайся у нас. Петров удивлённо смотрит на отца, но тот выглядит совершенно спокойным и не замечает удивлённого взгляда сына. Обычно, они не разрешали кому-то из знакомых Антона оставаться у них на ночь. Причина точно неизвестна, но блондин уже даже не старался её узнать. — Да я не так далеко живу и могу... — Так. Возражений я не принимаю. Борис перебивает Пятифана и встаёт со своего места, хлопая того по плечу. — Антон уж точно против не будет. Мужчина улыбается им и уходит с кухни, оставляя парней вдвоем. Рома в недоумении смотрит на Петрова. — Даже не спрашивай. Я и сам не знаю, что это было. Они смеются и убирают за собой, затем тоже уходят в комнату. Брюнет решает, что нужно предупредить мать о том, что останется ночевать у своего одноклассника, чтобы та не переживала. — Моя мама всё ещё настороженно относится к тебе, а вот отцу ты нравишься. Антон закрывает дверь в комнату и поворачивается к Роме, который усаживается на край кровати. — Были те, кто не нравился? — Были. Блондин садится рядом с ним. Он снимает очки и ложится. Стоит голове коснуться подушки, как усталость тут же даёт о себе знать. Приятное расслабление бежит по телу. Пятифан оказывается рядом. — Как дела у тебя дома? Антон поворачивает голову, слегка сощурив глаза. — Не знаю. Наверное, лучше, чем было. Отец ведёт себя крайне тихо. Рома тоже поворачивает к нему голову, встречаясь с его взглядом. Блондин скользит пальцем по руке брюнета, вырисовывая на ней какие-то узоры. — Может, он одумался? Пятифан усмехается в ответ, но ничего не отвечает. Он бы хотел так думать и даже верить в это, но тревожный голос внутри предательски шепчет о том, что расслабляться рано. Антон тоже замолкает и прикрывает глаза. Рома ещё какое-то время рассматривает его, а потом проваливается в сон. Утром они просыпаются от громкого голоса Бориса. Пятифан раскрывает глаза и тут же садится, когда дверь в комнату открывается. Он надеется, что мужчина не успел заметить того, что парни лежали практически в обнимку. Антон садится рядом. — Просыпайтесь, сони. Уж обед скоро. Мужчина ухмыляется, оглядывая их и скрывается в коридоре. Рома потирает лицо руками, пока блондин встаёт с кровати. Парни толкаются в ванной. Брюнет специально отпихивает того от зеркала и раковины, не давая нормально умыться. Антон прихватывает пальцами Рому за бок и тот шикает, отступая. Он украдкой смотрит на закрытую дверь, а затем толкает Петрова к ней, уперевшись одной рукой в грудь. — Вот же неугомонный. Блондин улыбается, а Пятифан наклоняется к нему ближе, целуя. Антон касается мокрыми от воды руками его лица и отвечает. Затем вытирает руки о его толстовку и смеётся в губы. — Я тебе это припомню. Пятифан ударяет его по бедру и они вместе выходят из ванной комнаты. Позже Антон провожает Рому, пока Борис о чём-то оживленно спорит с матерью на кухне. Блондин неловко улыбается и потирает шею, пока брюнет натягивает куртку. — Они хорошие. Пятифан говорит это просто так, без всяких объяснений и прочего. Хочет показать Антону, что всё нормально и что эти шуточные споры куда лучше, чем то, что творится у него дома. Брюнет так и не познакомил Петрова даже со своей матерью. Он считает, что это не нужно ни ей, ни самому Антону. Может тот и хотел бы узнать её, но сейчас было не лучшее время и потому они даже не заводят об этом разговор. Рома уходит, сказав, что они увидятся завтра в школе. Петров улыбается ему вслед и, махнув рукой, закрывает дверь. Он возвращается на кухню, где Карина уже машет на мужа кухонным полотенцем, а тот лишь прикрывается каким-то журналом и улыбается во все тридцать два. Пятифан возвращается домой нехотя, как и всегда. Ему нравится проводить время у семьи Петровых, пусть они и чужие люди, но довольно приятные и относятся к нему хорошо. Да, Карина ещё настороженно смотрит на парня и порой не скрывает своего недоверия, но она хотя бы не испытывает к нему презрения, а это уже что-то значит. Антон говорит ей нужно время и Рома не имеет ничего против. В конце концов, времени у них полно. Дома снова тихо. Оксана что-то делает на кухне, а отца нигде нет. Брюнет даже не спрашивает о нем, когда говорит матери, что он вернулся домой. Женщина улыбается ему и спрашивает о том, как он провел время. Парень, как и всегда, отвечает своё заученное: — Нормально. Он прикусывает нижнюю губу, когда видит слабое разочарование в её глазах. Мать хотела бы, чтобы сын был с ней более честен и откровенен, но она понимает, что скорее всего упустила это навсегда. Возможно, они могли бы начать сначала, но не сейчас, когда между ними стоит отец. Пятифан уже не думает, что это реально, но мать порой старается сделать первые шаги на путь к этому. Вот только Роме сложно и он отталкивает её каждый раз. — Отец ушёл куда-то. В последнее время он сам на себя не похож. Женщина садится за стол и украдкой смотрит на парня, надеясь, что тот всё-таки поговорит с ней. — Да, всё больше трезв. Это ли не ужас? Брюнет говорит сарказмом, но прикусывает язык, когда замечает на лице матери тревогу. Он смягчается и пожимает плечами. — Может, просто понял, что пора вернуться к нормальной жизни? Как раньше. Оксана кивает, пряча слезы. Пятифану на секунду кажется, что она хочет сказать что-то ещё, но молчит и тогда Рома уходит к себе. Подобные разговоры ему всегда не нравились.×××
Школьные будни начинаются обыденно. Одноклассники делятся между собой впечатлениями о проведенных каникулах, а Пятифан следит за Смирновой, которая ведёт себя тише, чем прежде. Она всё чаще исчезает где-то на переменах, ни с кем не говорит и уходит первая после окончания занятий. Неужели у неё что-то случилось? Лилия Павловна озабоченной не выглядит, а значит не знает, что с её дочерью. Либо умело это скрывает. Впрочем, Роме не должно быть до этого дела, но почему-то становится тревожно. Он вспоминает последний разговор с Катериной. Кто знает, что может задумать эта девчонка? Девушка все каникулы впервые не находила себе места. Она улыбалась внешне и выглядела вполне спокойной, но внутри бушевали смешанные чувства. Катя часто рассматривала сделанную ей фотографию и кусала губы, понимая, что лезет не в свое дело. Но она всегда это делает, ведь не может устоять. Ей хочется узнать все секреты, расковырять самые больные раны и потом надавить на них при случае. Она всегда должна иметь козырь на человека, чтобы, если тот сделает ей пакость, девушка ответила тем же. Но эта ситуация отличается от других. Это не похоже на обычные девчачьи сплетни, в которых чаще обсуждают парней, кто кому что написал или какое классное платье урвала девочка из параллельного класса раньше, чем они. Катерина знает, что это повлечет последствия. Но обида, внезапно охватившая её, перемешивается с чувством, которое обычно возникает при желании сделать какую-нибудь гадость. Злорадство. Смирнова ухмыляется, крутит в руке телефон и украдкой смотрит на Пятифана, который каждую перемену скрывается в компании Петрова. Девушка дожидается, когда в классе остаётся лишь она и мать, а потом сразу стирает границы ученицы и учительницы. Катя подходит к женщине. — Мам, надо поговорить. Смирнова отлично играет. У неё это получалось лучше всего и потому состроить обеспокоенную гримасу не составило труда. Девушка показывает матери фотографию и нервно теребит косу, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Теперь она не одна, кто знает об этом. От этого становится даже легче и Катерина слабо выдыхает, когда Лилия Павловна в шоке смотрит на экран телефона, а потом переводит взгляд на дочь. — Я сама видела, да-да-да. Девушка активно кивает головой, подтверждая свои слова. — Так, Катерина. Ни слова никому до выяснения обстоятельств. Чтобы молчала в тряпочку! Женщина говорит строго и Катя снова кивает ей, чувствуя, как желчь внезапно подкатывает к горлу. Это просто побочный эффект. Она забирает телефон и оставляет мать одну, покидая класс. Смирнова хищно улыбается, двигаясь по коридору, уже представляя, какие лица будут у родителей этих двоих. Такое просто недопустимо. Такое нужно истреблять. Девушка ловит себя на мысли, что можно было принять куда более радикальные методы объяснения парням о том, что они совершили ошибку. Слить фотографию. Пристыдить. Унизить. Катя тут же достаёт телефон и открывает фото снова, уже поддаваясь желанию. Ещё немного и нажать галочку. Вот же кнопка, просто нажми и все увидят. Но девушка замирает, когда видит впереди компанию из троих человек. Антон, Рома и Полина. Они что-то обсуждают и смеются. Такие беззаботные, лёгкие. Пятифан не станет её собственностью, это уже, как факт. Он не обратит своё внимание на ту, которая только лишь и ищет возможности испортить кому-нибудь жизнь. Она ему просто не нравится. Это внезапное озарение охлаждает её. Зелёные глаза смотрят на экран телефона и девушка выключает его, так и не закончив начатое. Становится тяжелее дышать, когда она понимает, что уже все равно запустила процесс. Время не вернуть вспять. Родителей Петрова и Пятифана вызовут в школу. Им не отмыться от этого. Катя кусает губы и проносится мимо своих одноклассников, понимая, что если они узнают, кто всё это сделал, то ей будет не отвертеться. Однако, девушка старается себя убедить в том, что поступает правильно. Они сами виноваты. Карина и Борис удивляются не меньше Антона, когда узнают новость о том, что их вызывают в школу. Их сын был всегда прилежным учеником, не хулиганил и не выделялся чем-то плохим. Женщина припоминает Рому, но блондин уверяет её, что ничего не делал и брюнет совершенно не при чем. Однако, когда он узнает, что у Пятифана ситуация та же, пугается не на шутку. Что случилось? Почему им ничего не сказали? В голову лезут разные мысли, от самых пустяковых до самых пугающих. Рома и Антон стоят у кабинета директора, где пару минут назад исчезли их родители и Лилия Павловна. Блондин впервые увидел отца и мать Пятифана. — Твой отец пришёл. Петров не знает зачем говорит это. Рома кивает, нервно перебирая рукой по волосам. — Мать хотела идти одна, но он настоял. Решил поиграть в примерного родителя. Парень закатывает глаза, а затем натягивает слабую улыбку. Он видит, как волнуется Антон и разделяет с ним это полностью. Оба не знают какой приговор им подписывают в этом кабинете. — Как думаешь, что случилось? Брюнет не сводит глаз с Петрова. Тот пожимает плечами, прислоняясь затылком к стене. — Понятия не имею, но я сейчас просто сойду с ума. Дверь открывается и показываются их родители. Растерянные Карина и Борис, напуганная Оксана и слабо скрывающий своё недовольство и злость Петр. Парни смотрят на них в ответ и нервно сглатывают. Рома понимает, что дело дрянь, раз его выглядят именно так. Карина как-то странно смотрит на них, а потом переводит взгляд на Пятифана и качает головой. — Идём, Антон. Борис говорит немного тихо и Петров не сразу понимает, что от него вообще хотят. Он бросает напоследок взгляд на Рому и уходит с матерью и отцом. Брюнет переводит взгляд на Оксану и Петра. Мужчина, сжав челюсть, говорит грозно: — Дома поговорим. Марш! Он отвешивает парню слабый подзатыльник и Пятифан идёт вперёд, уже представляя, что будет дома. Они не поговорят, а наоборот, помашут кулаками. Точнее, бить будет больше отец, а Рома будет стараться избегать его ударов. Он не в силах ему ответить. Мужчина, не смотря на свой алкоголизм, имел много силы и каждый удар наносил точно, выверенно и не жалея. Всю дорогу они шли молча. Парень иногда посматривает на мать, в надежде, что хоть она что-то ему объяснит, но та молчала. Он видит слезы в её глазах. Да что же произошло? Когда они оказываются дома, то Пятифан не успевает и опомниться, как его хватают за грудки и впечатывают в стену. — Петя, подожди. — Не надо, Оксана! Он по-другому не понимает. Мужчина не сводит полных злости глаз с сына и вжимает в стену всё сильнее. Рома в ужасе смотрит на него, схватив за руки. — Петя, он же ребёнок. Женщина пытается отпихнуть мужа от парня, но он не сдвигается с места. Она начинает плакать и отступает, когда Петр трясёт Рому и тот ударяется головой о стену. — Я, значит, его растил. Воспитывал. Уму разуму учил. Он толкает его в комнату и брюнет, споткнувшись о диван, падает на пол. — А он оказывается по углам парней зажимает. Отвечай мне, выродок, почему я должен краснеть за тебя?! Мужчина отвешивает ему смачную пощёчину. Пятифан зажмуривает глаза, чувствуя, как начинает гореть кожа. Это всё привычно, уже знакомо, но его слова заставляют нервничать сильнее. Он знает о нем. Знает об Антоне. Знает о них. — Пап, я понятия не имею, о чём ты говоришь. Рома знает, что оправдываться нет смысла, но отвечает больше на автомате. Петр тяжело дышит, нависая над ним. Сейчас, кажется, он был зол, как никогда и брюнет подумывает о том, что возможно это его последние минуты жизни. — Ах, ты не имеешь понятия. Оксана! Он рявкает и женщина заходит в комнату на дрожащих ногах. Она жмётся к стене и в ужасе смотрит на них. — Просвяти нашего дорогого сына. Петр отступает и брюнет смотрит на мать. Та молчит, глотает слезы и прикрывает рот рукой. Наконец женщина подает голос: — Ромочка, скажи ему правду. Она неожиданно начинает рыдать ещё сильнее, чем прежде и бросается к нему, падая на колени. Рома непонимающе смотрит на неё. — Нам в школе показали фотографию, где ты и Антон... Оксана утирает слезы с щек. Пятифан понимает, о чем идет речь. Кто-то видел их и теперь об этом знают в школе. Но до школы ему совершенно нет дела, ведь куда хуже была реакция отца. — Это ведь неправда? Ты не целовал его. Мать мотает головой, а брюнет молчит. Он не знает, что говорить. Не знает из-за чего именно она плачет. Ей жаль его или она испытывает к нему презрение и плачет от безысходности? — Это правда, мам. Рома говорит спокойно. Отчего-то слова легко слетают с губ. Парень понимает, что сейчас за его правду придет расплата. Отец хватает его за волосы и Пятифан морщится. — Бессовестный! Смотри, кого ты вырастила! Смотри! Петр кричит на жену, но та лишь плачет и мотает головой. Дальше всё происходит быстро, пока удары не становятся такими беспорядочными, что Рома перестает их даже считать. Время словно замедляется. Он видит перед собой Петра, чувствует его тычки и пинки, чувствует, как много крови во рту. Вот бы просто исчезнуть. Прямо сейчас провалиться под землю, подальше от этого тирана и истеричной матери. — Я выбью эту дурь из тебя! Смеет позорить меня! Петр ударяет Рому головой о стену и это становится последней точкой. Вот он финиш. Когда парень не может и поднять руки, элементарно что-то сказать. Брюнет уже переживал это. Однажды, его даже клали в больницу, сославшись на то, что он просто упал с лестницы. Но лишь он знал и молчал, что на деле его избил собственный отец. Может, он просто сам хочет от него избавиться, но духу не хватает? Брюнет чувствует, как ломит всё тело. Он сплевывает кровь прямо на пол и поднимается на четвереньки, затем прислоняется к дивану, усаживаясь на полу. Парень находит глазами всё ещё злого Петра. Он смотрит на сына ненавистно, злобно, точно дьявол из преисподней. — Сильный, щенок. Мужчина усмехается и делает шаг к нему, но Оксана встаёт между ними. — Оставь его. — Отойди. — Я сказала оставь! Женщина кричит истошно, надрывно. — Уходи из моего дома. Прочь из моего дома! Она указывает рукой на выход и судорожно выдыхает. Мужчина замирает на месте, вдруг растерявшись, а затем хмурится и быстрым шагом покидает комнату. Рома слышит, как хлопают входные двери. — Рома? Ромочка. Оксана зовёт его, но Пятифан не отвечает. У него просто нет сил. Парень кладёт голову на край дивана и обессиленно смотрит на неё. Женщина садится рядом с ним и касается рукой его лица. — Прости меня, слышишь? Господи, прости меня, Рома. Слезы продолжают стекать по её щекам. Пятифан смотрит на неё, чувствуя, как во рту пересохло и хочется пить. Она не виновата. Правда ведь? Брюнет хочет верить, что её вины нет. Она не виновата в том, что её муж обычный подонок, беспробудный алкаш и тиран. Но она могла это исправить, могла избавиться от него раньше. — Всё будет хорошо, слышишь? Он не вернётся больше. Надо было сделать это раньше, но я такая дура... — Мам, перестань. Рома поднимает голову и морщится, когда тело снова сковывает боль. — Я могла это всё исправить, но так боялась. Я любила его. Боже... Оксана прикрывает руками лицо. Ей стыдно. Она чувствует, как её распирает чувство стыда и вины изнутри. Её сын, самый родной человек, который у неё был, сидит перед ней и смотрит своими тёмными глазами, полными обиды и разочарования. Он имеет право это испытывать, но не ту боль, которую они ему нанесли. — Ты просто надеялась. Пятифан облизывает сухие губы. Он всё ещё чувствует привкус крови, от которого начинает изрядно мутить. — Это было глупо. Я виновата перед тобой, очень сильно. Если можешь, прости. Я бы хотела начать всё сначала, мы бы могли жить другой жизнью, но теперь... Её голос вновь дрожит и она умолкает. Брюнет слабо улыбается ей, чувствуя, как сознание покидает его. — Всё нормально, мам. Мы ещё сможем. Парень отключается. Антон сжимает руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу. Сердце бешено бьётся в груди и он старается унять панику. Ничего страшного не произошло, верно? Просто какой-то пустяк и сейчас ему всё расскажут. Родители выглядят озабоченными. Карина смотрит на Бориса, который проводит рукой по лицу и не знает, как начать разговор. — Антон. Давай только честно. Мужчина всё же обращает на него внимание и кладёт руку на стол. Его глаза серьёзные, внимательные. Мать следует его примеру и тоже смотрит на сына. — Между тобой и Ромой совсем не... не дружеские отношения? Петров замирает. Он испуганно смотрит на них. Кажется, сердце перестает биться. Всё останавливается и теперь существуют лишь он, его мать и отец. Парень молчит, не в силах повернуть языка. Ком в горле не даёт дышать. Конечно, когда-нибудь ему бы пришлось признаться в том, что он другой ориентации. Но он и думать не мог о том, что это будет так внезапно и тяжело. Что они теперь подумают? Разочаруются в нём? Откажутся? Мысли мощным потоком проносятся в голове. Антон сжимает край своей кофты и оттягивает её. Мать скользит по нему взглядом. Её глаза не чужие, по прежнему родные. Она смотрит мягко, даже ласково, с пониманием. — Антон, скажи правду. Мы поймём. Женщина бросает взгляд на мужа и тот кивает. Борис тоже смягчается, когда замечает чрезмерную нервозность сына. Это непросто. Им всем непросто, но нужно уметь разговаривать с друг другом. Нужно доверять. — Да. Мне... Антон умолкает снова и выдыхает, прикрывая глаза. Нужно сказать и будь, что будет. — Мне нравится Рома. Никак друг. Я ему тоже. Наступает тишина. Такая давящая, что парню уже хочется закричать, лишь бы нарушить её. Кто он в их глазах? Всё ещё их сын. Обычный мальчик-подросток, который влюбился в такого же обычного мальчика. Петров думает, что его не поймут. Конечно, он знает, что родители любят его, они всегда его во всём поддерживали и старались относиться с пониманием. Но ему кажется, что этого они не поймут. Много было случаев, когда от детей даже отрекались, не хотели их больше знать. Разве Антон виноват в том, что он такой, какой есть? — Я понимаю, что, возможно, стал вашим полным разочарованием. Я хотел вам признаться, но просто боялся, а теперь... — Стой-стой-стой. Борис поднимает руку и парень умолкает. — О чем ты говоришь? Ты наш сын. — И мы никогда не разочаруемся в тебе. Конечно, эта новость стала шоком для нас. Но, Антон, мы тебя любим и хотим, чтобы ты был счастлив. Карина поддерживает слова мужа и наклоняется вперёд, чтобы взять Антона за руку. Парень смотрит на них в недоумении. — Вы не откажетесь от меня? Этот вопрос заставляет их улыбнуться. — Глупый ты, Антон. Маленький и глупый. Борис смотрит на парня, слегка улыбаясь. Мужчина испытывает растерянность, как и его жена, им ещё нужно осмыслить всё это, осознать и принять. Но они примут сына, в любом случае. Кто бы ему не нравился, они принимают его. Блондин старается улыбнуться в ответ и чувствует, как намокают глаза. Он тут же утирает их и выдыхает, смотрит на родителей и понимает, что он и правда глупый. Как можно было в них сомневаться? Думать о том, что они отвернуться от него? — Но есть и проблема. Женщина выпрямляется и вздыхает, потирая лоб рукой. Борис кивает её словам. — Лилия Павловна сказала, что школе не нужны проблемы. Так же, как и нам. Как и Роме. Вам нужно быть более внимательными, понимаешь? Осторожными. Сам знаешь, чем это может обернуться, если узнают остальные. Антон кивает. Он всё ещё не может поверить в то, что происходит. Кто-то увидел их, рассказал про них и теперь в школе могут появиться слухи. Петров вспоминает о Кате и тогда всё окончательно встаёт на свои места. — А откуда вообще Лилия Павловна об этом узнала? — Она сказала, что видела вас лично. Показала фото. Карина слегка хмурится, когда замечает на лице сына смятение. Он явно что-то знает, но не говорит. — Антон? Женщина обращается к нему, но тот делает вид, что всё уже хорошо и немного нервно улыбается. Нужно успокоиться. Обдумать всё. Может быть их и правда видела Лилия Павловна, а не Катя? — Пожалуйста, будь аккуратнее. И поговори с Ромой. Только сейчас парень вспоминает про него. Вспоминает злой взгляд его отца и чувствует, как сердце обрывается в груди. Что будет с ним? Ведь его отец точно убьёт его за это. Парень вскакивает со стула, испуганно смотря на мать и отца. — Что с тобой? Женщина обеспокоенно смотрит на него в ответ. — Рома. У него отец немного... не в себе, я не знаю! Но он убьёт его за это. — Так, тише-тише. Борис встаёт со своего места и подходит к сыну, кладя тому руки на плечи и усаживая назад. — Он, конечно, мужиком суровым мне показался, но убивать собственного сына? Не думаю, что он способен на такое. Антон мотает головой в ответ. — Он избивает его. В последнее время уже не так часто, но до этого да. Мужчина переводит взгляд на жену и та хмурится. Родители Пятифана ей не понравились, в частности его отец, и потому слова блондина не кажутся выдумкой. Она изначально предполагала, что парень из неблагополучной семьи, но ведь он не виноват, что родился в ней. Родителей не выбирают. — Всё будет нормально. Борис говорит это спокойно, в попытке донести до Антона хоть что-то, но тот не слышит. Он вскакивает со стула и бежит в коридор, не обращая ни на кого внимания. Петров обязан проверить Рому. Прямо сейчас, не смотря на то, что на улице уже стемнело и что, возможно, дома был его разгневаный отец. — Антон! Мать кричит ему вслед, но парень уже скрывается в подъезде. Не застегнув до конца куртку, он бежит по улице, в надежде успеть. С Ромой всё хорошо, он сидит у себя дома, смотрит телевизор или пьет чай. Курит свои излюбленные сигареты, это точно! Антон сворачивает к его дому, чуть не поскальзываясь. Дыхание сбивается, мысли путаются, а сердце бьётся где-то в горле. Дверь в подъезд открыта и Петров вбегает внутрь, бежит по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Он останавливается у нужной двери и нажимает на звонок. Ему кажется, что с каждой секундой он словно теряет его. Тревога не уступает место разумным мыслям. Что он может сделать, даже если Рому сейчас убивают? Дверь открывается и он видит перед собой заплаканную женщину. Он не успел? Всё же опоздал? — Здравствуйте, а где Рома? Антон спрашивает это тихо, чуть дрожащим голосом. — В своей комнате. Ты проходи. Она пропускает его в квартиру и закрывает дверь. Женщина тут же скрывается в ближайшей комнате и затем выходит, кивая парню. Блондин медленно заходит туда. Пятифан сидит на своей кровати, прислонившись к стене. — Рома... Антон подходит ближе и замечает его разбитое лицо. Он боится и представить, что с ним делали всё это время. Парень садится на кровать и тянет руки к нему, желая увидеть этот кошмар. — Антон, не надо. Брюнет не позволяет ему до конца оголить тело и опускает футболку, но голубые глаза успевают различить синяки и гематомы на коже. Рома смотрит на него пустым взглядом. Словно он находится где-то далеко, не здесь. — Мне очень жаль. Антон не знает, как ему помочь. Облегчить его боль. Вот бы забрать её себе, стереть все эти синяки и ссадины, хотя бы разделить её с ним, лишь бы парень снова посмотрел на него и блондин бы увидел его горящие, пусть и немного печальные, глаза. — Скажи, сильно болит? Может тебе что-то нужно? Брюнет мотает головой, старается прервать поток переживаний Антона. Он аккуратно касается его руки и Петров сжимает его пальцы. — Ничего не надо, Антон. Ты же уже здесь. Он улыбается ему. Улыбается своими разбитыми губами и блондин чувствует, как сжимается его сердце. Парень злится на себя за то, что не в силах был его защитить, спасти от этого кошмара. Петров стягивает с себя куртку и садится ближе к Роме. Он аккуратно обнимает его, стараясь не сделать ещё больнее, но Пятифан уже не чувствует боли. Он чувствует покой, который приносит с собой Антон. — Я очень сильно за тебя испугался. Он шепчет ему это на ухо и брюнет смотрит в его глаза, различая в них беспокойство. Парень бежал к нему, позабыв обо всём, хотя и сам мог подвергнуть себя опасности. — Меня не будет пару дней. Можешь ещё немного побояться, а потом я вернусь. Брюнет тихо посмеивается, а Антон хмурится, но затем всё же улыбается и касается своим лбом его. — Не смешно. — Но ты же улыбаешься. Петров смотрит в карие глаза и понимает, что не сможет без него. Если сейчас они расстанутся, то он попросту не вынесет этого. Пятифан стал важен для него, стал близким человеком, родным. Антон влюбился. Так, как обычно говорят, попал в омут и потерял себя с головой. Но он не жалеет. Рядом с Ромой хорошо. Он чувствует себя на своем месте, словно так и должно быть, словно так всегда должно было быть. Может, это и глупо, но они точно созданы друг для друга. Антон хочет в это верить и верит. — Я тебя люблю. Он говорит это тихо, но уверенно, искренне. Рома слегка отстраняется, всматривается в лицо напротив и молчит. Петров не отводит взгляда в сторону, смиренно ждёт ответа. Ему нужно было это сказать и дать понять Пятифану, что тот вовсе не один, как думает. — Я тебя тоже, Антон. Он слегка кивает, словно соглашаясь с собственными словами, и блондин улыбается. Так легко, по-дурацки, но радостно. Парень подаётся вперёд и слегка касается своими губами его губ, затем щек, носа и глаз. Везде, где может достать и прикоснуться. Пятифан слегка морщится, а затем улыбается и ловит губы Антона своими. Они не виноваты в том, что чувствуют. Люди имеют право любить и они любят. Рома ощущает, как это чувство наполняет его до краёв. Внутри всё расплывается приятным теплом, обволакивает его сердце, заставляя биться дальше. Биться для Антона, ведь оно теперь принадлежит ему. — Что сказали твои родители? Брюнет спрашивает это, не зная, хочет ли услышать ответ. — Кажется, они поняли. Честно сказать, я удивлён и совершенно этого не ожидал. Блондин смотрит на Пятифана, понимая, что у того такого не будет. Его побои тому доказательства. Антон вздыхает, но парень не выглядит уже сильно удрученным. — Твои родители умеют удивлять. Блондин улыбается, соглашаясь. — Нам нужно быть осторожнее. Кто-то видел нас. Рома кивает в ответ, прекрасно понимая, что его легкомысленность до добра не довела. Антон не злится на него за это, ведь и сам был не лучше. — Уверен, что это Смирнова. Брюнет фыркает, стоит лишь только произнести её фамилию. — Если это она, то самое главное, чтобы она не растрепала об этом всей школе. Петров уже представляет, как придет завтра туда и встретиться с косыми взглядами. Все будут шептаться, показывать на него пальцем и смеяться. Ехидно и даже злорадно, как всегда смеётся Катерина. — Я поговорю с ней. Голос Ромы звучит серьёзно, даже слишком, и Антон невольно напрягается. — Не надо. С Семеном ты уже поговорил однажды. Пятифан шуточно закатывает глаза, а затем, не скрывая довольной улыбки, произносит: — Девочек не бьют. Максимум, оторву ей косу. — Рома! Брюнет смеётся и Петров подавляет в себе желание хорошенько треснуть ему. Вскоре парню всё же нужно возвращаться домой и он встаёт с кровати. Уже на выходе из комнаты, он вдруг оборачивается и говорит: — Помни, что я с тобой. Мы перенесём это вместе, слышишь? Не смей думать, что ты один. Антон уходит. Рома остаётся один на один со своими мыслями. Пятифан думает над его словами. Тот был прав, брюнет больше не один. У него есть Петров, с которым он может разделить абсолютно всё. Рома чувствует, что открылся ему окончательно, доверился. Блондину удаётся дотронуться до его сердца, заставить поверить в то, что Пятифан может быть не одинок в этом мире. Мысли о том, что он какой-то неправильный, исчезают из головы. Не важно, что считает отец или что подумает мать. Главное, что у него есть тот, кто его действительно понимает.×××
К удивлению Антона, придя в школу, косых взглядов он не встречает. Наоборот, все даже не обращают на него внимания. В целом, так было и до этого и если раньше это заставляло испытывать лёгкую тоску и обиду, то сейчас даже вызывает больше облегчение. Никто не тычет в него пальцем, не смеётся и не кричит вслед плохие слова. Всё идёт своим чередом и это непременно радует. Парень встречается с Полиной. Та замечает беспокойство Петрова, хоть он и усердно его прячет. Она оглядывает коридор и спрашивает: — Где Рома? Блондин вздыхает, понимая, что от неё ничего не утаишь. Вот только место для обсуждений было весьма неподходящее. — Он приболел. Антон всё же решает соврать. Он может рассказать ей обо всём и потом, но только не сейчас. К тому же, парень не уверен, что Пятифан хотел бы, чтобы Морозова знала про то, что творится в его семье. Девушка недоверчиво смотрит на друга, но с расспросами не лезет. На уроке математики Лилия Павловна тоже не спрашивает о том, куда делся брюнет. Скорее всего, его мать сообщила о том, что он будет отсутствовать какое-то время. Петров смотрит на Катю, которая сидит на первой парте и по своему обыкновению крутит косу в пальцах. Выглядит она спокойно, так, как будто ничего и не знает. Может, это и правда не она? Антон не решается выяснять у неё что-либо, решив, что это может лишь усугубить ситуацию. Он вдруг понимает, что и не ловит на себе странные взгляды её матери. Должно быть, женщина решила, что это просто неправильно. Она сделала всё, что могла, чтобы защитить их репутацию. Вот только, она умолчала о том, кто же всё-таки обо всём рассказал. Катя оборачивается и смотрит на то место, где должен сидеть Рома. Его нет и это наводит на странные мысли. Девушка ничего не знает про его семью и уж тем более про ситуацию, которая в ней сложилась. Но вот Петров сидит здесь, а где же Пятифан? Смирнова может узнать у Антона, но гордость не позволяет и она лишь строит догадки о том, куда же запропастился парень. В любом случае, она пока не испытывала и капли сожаления о содеянном. Возможно, теперь Пятифан поймёт, что нужно думать наперёд. Рома же, сидя дома, впервые ни о чем не думает вообще. Ни об отце, ни об матери, ни об учёбе и даже ни об Антоне. Его голова абсолютно пустая. Он устал, как физически, так и морально. Нужна была перезарядка и этот внезапный больничный подарил ему её, хоть для этого и пришлось пережить мало приятного. Оксана ухаживает за сыном, волнуется. Она уходит на работу и по своему возвращению сразу идет к нему, чтобы узнать, как он себя чувствует и, быть может, в чем-то нуждается. Пятифан видит, как мать старается загладить свою вину, старается исправиться и так же он видит искреннее раскаяние в её глазах. Им правда стоит начать сначала и брюнет делает шаг навстречу. Рома чувствует себя немного лучше, не смотря на то, что передвигаться было всё ещё больно. Мази и обезболивающее помогают ему. Сидя за столом на кухне, он впервые за последнее время может спокойно перекусить и поговорить с матерью, не страшась, что зайдёт отец. Женщина решила менять замки и полностью забыть про мужа, подав на развод. Вот только тот совсем не объявляется, но это и мало волнует сейчас. Нужно немного передохнуть. Пятифан не разговаривал с женщиной о том, что происходит между ним и Антоном. Оксана тоже молчит, боясь спугнуть сына и что тот снова закроется от неё. Однако, это нужно было обговорить, ведь щепетильная тема висит огромным грузом. — О том, что случилось в школе... Рома решает начать диалог первым. Он смотрит на мать украдкой, боясь встретиться с её взглядом напрямую. — Всё нормально. Я понимаю. Женщина улыбается ему и обхватывает чашку обеими руками. Он видит, как они слегка дрожат. Тремор преследует её уже давно и руки часто начинают трястись от волнения. — Серьёзно? Пятифан удивлённо вскидывает брови. — Я знаю, что была плохой матерью. Мне нужно было лучше относиться к тебе. Больше обращать внимания. Тогда бы ты был открыт мне. Оксана чувствует, как слезы вновь застилают глаза. — Но я не имею ничего против твоего выбора. Я рада, что ты смог найти своего человека. Они улыбаются друг другу. Роме важно это слышать и нужно. Женщина смахивает слёзы. — Кажется, мы делаем успехи. Парень соглашается с ней. Выстраивать доверие заново очень сложно, но они будут стараться. В конце концов, она всё ещё его мама, а он её сын. Им нужно оберегать друг друга, не смотря ни на что. Все люди ошибаются и некоторым нужно прощать эти ошибки. Самое важное то, чтобы люди их осознавали. Она осознает. Что до отца, то парню так же безразлично. Уж кто-кто, а он точно не извиниться и не примет то, что поступал всё это время неправильно. Мужчину по-прежнему охватывает злость. На сына, на свою жену и даже немного на себя. Он пропадает в барах снова, напиваясь до беспамятства и валяясь затем в подворотнях или каких-нибудь незапертых подъездах. Петр окончательно теряет себя. Он не видит никакого смысла в жизни, чувствует и испытывает лишь ненависть к окружающим. Мужчина думает, что его все предали, оставили и теперь ему суждено лишь скитаться, как собаке. Он не идёт домой, ссылаясь на то, что ему там нечего делать, ведь делить со своим сыном площадь он не намерен. Петр не любит его. Возможно, никогда не любил. И то, что парень получал от него, вина была лишь его самого. Мужчина воспитывал его, хотел, чтобы тот вырос достойным человеком. А он что? Наплевал на это и пошёл крутить романы с парнями. Стоит лишь об этом подумать, как злость снова берет своё и он пинает ближайший столб. Нужно было добить его. Оторвать голову. Это недопустимо, это нужно исправить. Петр решает вернуться домой и закончить начатое, но в один из вечеров, когда он окончательно набирается смелости и духу, встречает на своём пути другого. Антон Петров. Тот самый одноклассник его сына. Тот самый, который развратил его, сбил с нужного пути. Мужчина чувствует, как руки сильнее сжимаются в кулаки, а глаза наливаются кровью. Алкоголь туманит разум, заставляет идти кривой походкой, но Петр сделает это. Он просто обязан. В этом нет ничего сложного. Нужно достать нож-бабочку, раскрыть его и приставить к горлу для начала. Напугать жертву. Антон в ужасе смотрит на мужчину перед собой и старается не делать резких движений. От него пахнет спиртным и чем-то ещё. Чем-то отвратительным, тошнотворным. — А вот и ты, самый главный герой истории. Петр усмехается ему в лицо и надавливает на кожу сильнее. Лезвие слегка надрезает её. Тонкая струйка крови бежит вниз. Антон морщится, но не издаёт и звука. — Страшно? Не бойся. Я сделаю всё быстро. Блондин и хотел бы возразить, вырваться, но тот держит на удивление крепко. Лезвие ножа блестит в свете фонаря. На улице тихо. Неужели он правда умрёт так? В переулке от рук какого-то потерянного навсегда человека. — Не делайте этого. Подумайте хотя бы о Роме. Антон решается сказать это. Он чувствует, как страх сковывает тело. Знает, что одно неверное движение или слово и всё – его прирежут, как свинью. — О Роме? Он теперь такой же, как ты. Ты осквернил его. И тебе за это отвечать. Мужчина явно был не в себе. Петров понимает, что не сможет до него достучаться. Остаётся лишь надеяться на то, что их кто-нибудь увидит. Однако, улица пуста. Петр вновь усмехается и щёлкает ножом перед его носом. Ему нравится наблюдать за тем, как парень боится, страшится его. Напоминает чем-то Пятифана, который тоже раньше с ужасом смотрел на него. Мужчина уже собирается нанести первый удар, как до них доносятся чьи-то шаги и голоса. Антон хватается за слабую ниточку спасения, уже готовится даже закричать, но Петр ударяет его в живот ножом раньше. Лезвие точно входит внутрь. Петров распахивает глаза и рвано выдыхает, чувствуя боль. Ему кажется, что она везде. Шаги приближаются и мужчина, явно испугавшись того, что может быть пойманным, вырывает нож и бросает парня. Его силуэт скрывается где-то в глубине переулка. Блондин медленно скатывается по стене, прижав руку к ране. Ему не помогут. Его найдут уже мёртвым. Парень опускает взгляд вниз и видит окровавленные пальцы. Его дыхание рваное, слезы стекают по холодным щекам. Кто-то кричит впереди. К нему подбегает группа каких-то людей, должно быть, тех самых, что шли мимо. Мужчина пытается до него достучаться, женщина вызывает скорую. Остальные в ужасе смотрят на него. Антон молчит. Он не слышит, что ему говорят. Наверное, нужно смириться. Это его судьба, а её надо принимать. Но что же будет с его родными? С Олей? Девочка будет долго плакать и проситься к брату, пока не подрастёт и не поймёт, что тот уже не вернётся. Карина и Борис будут винить себя, что не сберегли сына. А что же будет с Ромой? Он окончательно закроется в себе. Потеряется в этом большом мире. Голубые глаза закрываются. До его ушей доносится чей-то голос: — Потерпи, парень! Сейчас тебя подлатают. Блондин вновь открывает глаза и видит яркие вспышки. Что это? Тот самый свет в конце тоннеля? Различает чьё-то лицо среди всего этого. Знакомые черты. Тёмные брови, такие же тёмные глаза и хулиганская улыбка. Он не знает реально это или лишь игра его воображения. — Рома. Имя слетает с окровавленных губ тихим шёпотом. Парень улыбается ему и кажется что-то говорит, но Антон не слышит. Неужели и не услышит больше никогда? А ведь предстояло сказать ещё так много. Пережить столько всего. Парень закрывает глаза и теперь уже окончательно. Карина и Борис сидят в больничном коридоре. Оля, прижавшись к матери, мирно спит. Девочка не до конца понимает, что произошло. Ей говорят, что брату просто немного нездоровится и что всё будет хорошо. Однако, она чувствует тревогу родителей, их страх и переживания. Что-то происходит и это что-то от неё прячут. От усталости и беспомощности она засыпает. Женщина тихо поглаживает её по плечу, прижав к себе. — Кто мог это сделать? Её голос дрожит. Борис крепко держит её за руку, переживая не меньше, чем она. На их плечи свалился тяжёлый груз. Их семья, всегда такая сплоченная, теперь вынуждена переживать тяжёлую ношу. Врачи сказали, что в целом рана не смертельная и важные органы не задеты. Это заставляет выдохнуть и слегка успокоиться, но Карина всё равно продолжает гонять в голове страшные мысли. — Он сильный. Справится. Мужчина слабо улыбается ей и женщина улыбается ему в ответ. Антон правда сильный. Он сможет пережить ещё многое и это тоже. Карина верит в него, но сердце больно сжимается, стоит лишь представить его бездыханное тело. Оля, проснувшись, потирает сонные глаза и смотрит на пару рядом с собой, а затем оборачивается на шум сзади. — Рома. Говорит девочка и указывает на парня, который выглядит не менее растерянным, чем они. Встречаться с родителями Антона отчего-то неловко. После того, что произошло, Пятифан бы ещё долго их избегал, но обстоятельства совершенно другие и на неловкость нет времени. Он останавливается напротив них и встречается с заплаканными глазами Карины. Борис оглядывает парня и хмурится, замечая следы от побоев. — Что случилось? Рома спрашивает это, тяжело выдохнув. Он бежал сюда от самого дома, как только ему сообщили о том, что Петров оказался в больнице. Парень тут же позабыл про своё состояние и, превозмогая боль, помчался к нему. Мужчина указывает на место рядом с собой и брюнет послушно садится. — На Антона напали. Неизвестный с ножом. Борис это говорит тихо, чтобы дочь не услышала. Карина решает увести её подальше, отвлечь и отвлечься немного самой. Они исчезают в конце коридора. Пятифан смотрит на мужчину и не знает, что сказать. Внутри поселяется ужасающая мысль. Нападающий мог быть его отцом. Рома чувствует, как ком встаёт в горле. Тревога окутывает его, сжимает в тиски и дышать становится тяжелее. В зоне рёбер давит. — Но врачи говорят, что всё обошлось. Эта новость радует и парень выдыхает, прислонившись к спинке стула. Но тревога никуда не исчезает. Что, если его отец окончательно сошел с ума и напал на Антона? Ему терять нечего и былые замашки никуда не исчезли. Борис ещё раз оглядывает брюнета и вздыхает. — Значит, он не врал. Пятифан вопросительно смотрит на него. — Насчёт твоего отца. Рома хмурится и отворачивается. — Это уже привычное состояние. — Это, конечно, всё пройдет. Но может остаться здесь. Мужчина тыкает пальцем ему в грудь, там, где бьётся сердце. — А это залечить куда сложнее. Рома задумывается над его словами. Он был отчасти прав. Ему нужно отпустить всё это, забыть и перестать ненавидеть того, кто его не ценит и не любит. Отпустить всю боль, терзания и просто жить дальше. Ведь, если он продолжит мучить себя этим, то ничем хорошим это не кончится. Вот только, как об этом не думать и не переживать, если его отец мог быть потенциальным убийцей? К ним возвращается Карина и Оля в компании врача. Тот говорит, что с парнем всё в порядке, у него стабильное состояние. Рану зашили, органы целы и, если так будет и дальше, то пойдёт на поправку быстрее. Все чувствуют облегчение. Но оно ненадолго, ведь как только блондин придёт в себя и сможет дать показания, начнётся следствие. Нападавшего будут искать. Они все вместе выходят из больницы и семья движется к машине. Брюнет закуривает сигарету, оставаясь стоять у входа. Карина оборачивается к нему. Её взгляд пронзительный, кажется, что она смотрит в саму душу. Роме становится неуютно от этого взгляда, но женщина тут же смягчается. Она неожиданно понимает, что ей жаль. Жаль, что она так недоверчиво относилась к нему прежде. Сказав что-то мужу, Карина подходит к курящему брюнету. — Антон в тебе всё же не ошибся. Она говорит это неожиданно. Рома смотрит на неё в упор, пока сигарета тлеет в его пальцах. — Ты хороший. Извини, что так настороженно к тебе относилась. Женщина улыбается ему. Искренне, по доброму. Пятифан улыбается в ответ. — Всё нормально. Я понимаю какой образ создаю. Она кивает и уже собирается уходить назад, но говорит напоследок: — Внешний вид обманчив. Женщина уходит, оставляя его стоять и дальше в легком недоумении. Он смотрит, как удаляется их машина, вскоре совсем исчезая из виду. Брюнет возвращается назад в больницу и сидит там до последнего, задремав возле небольшого пункта охраны. Мужчина, который был сегодня на дежурстве, сделал ему чай и развлек какими-то историями из жизни. Его будят утром и парень не сразу понимает, где находится. Молодая медсестра приветливо улыбается ему и сообщает, что Антон пришёл в себя. Брюнета ненадолго пускают к нему. Петров выглядит бледнее, чем обычно. Его кожа больше серая, губы почти бесцветные, а глаза потерянные. Парень переводит взгляд на Рому, когда тот входит в палату. Тут же слегка улыбается и Пятифан, улыбнувшись в ответ, подходит ближе. — Я тебя видел. Голос Антона тихий. Парень говорит с трудом и чувствует себя слабо, но Рому видеть непременно рад. Голова мутная, тяжёлая. Перед глазами всё немного плывёт. — Где? Пятифан усаживается рядом с его койкой. Парень задумывается на немного, не зная, как правильно высказаться. — Среди тех людей. Наверное, воображение решило подшутить надо мной. Петров касается рукой лба. Тело похоже на вату, рука кажется неимоверно тяжёлой. — Как ты себя чувствуешь? Рома обеспокоенно смотрит на него. Ему больно видеть Антона таким. Он чуть не умер и, возможно, в этом есть вина самого Пятифана. Парень не до конца уверен в том, что нападавшим был его отец, но чувство вины всё равно заседает внутри. Не уберёг. Не смог. — Странно. Всё такое... воздушное. И голова чудная. Петров хмурится, смотря на свои пальцы. — Честно, ты и со стороны выглядишь чудно. Они оба улыбаются. Рука Ромы тянется к его и он слегка касается тёплых пальцев. — Я рад, что ты жив. Он говорит это тихо и приподнимает его руку, касаясь своими губами гладкой кожи. Блондин слегка щёлкает его по носу. — Ты от меня так просто не отделаешься. — Я тебе сейчас палец откушу. Антон тихо смеётся и старается убрать руку. Теперь он чувствует себя лучше. Немного, но лучше, потому что Рома был с ним. Воспоминания постепенно возвращаются. Смутный образ мужчины, выше его на голову, возникает в голове. Он словно снова чувствует приставленный к горлу нож. Петров смотрит на Пятифана. Стоит ли ему говорить, что это был его отец? — Что с тобой? Рома замечает, как хмурится Антон. Он молчит и довольно долго, борясь с тем, как лучше поступить. Если он не скажет, то брюнет всё равно узнает, когда начнётся следствие. А если мужчину не найдут? Вдруг, он уже скрылся? Стоит ли вообще кому-то об этом говорить? — Нападавший. Это был он. Твой отец. Петров смотрит на Пятифана и встречается с его тяжёлым взглядом. Карие глаза смотрят теперь серьёзно, в них снова сквозит презрение и ненависть. — Ты должен сказать полиции, когда тебя будут допрашивать. Рома говорит это, нахмурившись. Антон закусывает нижнюю губу. Он ничего не чувствует от того, что его чуть не убил отец того, кого он любит. Это было мало важно на фоне того, что он в принципе чуть не погиб. Вот только какого брюнету осознавать это? — А как же ты? Он ведь твой близкий человек. Я не могу просто взять и... — Можешь. Пятифан перебивает его. — Он мне никто. Как и я для него. Я переживу, уж поверь. Но Петров вдруг сомневается. Будет ли это правильным решением? Конечно, мужчина совершил ужасный поступок, хотел убить его, за что-то отомстить, но он был не в себе. Удивляется, что вообще ищет ему оправдания. С чего бы вдруг? Ведь Петр ужасен, если даже его собственный сын хочет, чтобы тот оказался за решёткой. — Я не могу. Блондин произносит это тихо. Смотрит печально, обессиленно. Пятифан вскакивает со своего места и нервно проводит руками по волосам. — Ты хоть понимаешь, что он сделал? — Я понимаю, но это нечестно по отношению к тебе. Рома чувствует, что готов прямо сейчас вскрыть себе череп. Может Антон просто не до конца пришёл в себя? Он ещё одумается, поймёт, что такому человеку, как Петр, место лишь в клетке. Самой грязной и дальней, про которую никто не помнит. Он должен сгнить в ней заживо. — Не скажешь? Брюнет не получает ответа на этот вопрос. Больше ничего не говорит и выходит из палаты. Петров бредит. Просто ничего не понимает. Брюнет был бы лишь рад тому, что его отец наконец-то окажется в заточении и получит по заслугам. Он просто обязан получить наказание. Антону же кажется, что это разрушит Рому окончательно. Парень всегда мечтал о другой жизни. Тихой и спокойной, где никто друг друга не презирает. Он надеялся, что отец изменится. Вот только сейчас Пятифан уже не надеется ни на что. Такие люди не меняются и раз Петров не хочет признаваться сам, то это сделает он. Возвращаться в школу было странно. Это место теперь кажется каким-то чужим, неприятным и мерзким. Особенно, когда Роме приходится сидеть за одной партой, ходить одному по коридорам и постоянно думать о том, как же там Антон. Естественно, в школе уже обо всём все знали и главной сплетницей стала Смирнова. Катерина то и дело шепчется со своими подружками, поглядывая на Рому. Пятифану хочется вырвать ей язык, чтобы та замолчала навсегда. Интересно, её мучает совесть? Должно быть нет, если она, как ни в чем не бывало, продолжает крутиться перед ним и стрелять глазками. На одной из перемен к нему подходит Полина. Девушка приветливо улыбается. — Выглядишь неплохо. Она оглядывает его с ног до головы и брюнет усмехается. — Спасибо, наверное? В целом он и правда чувствует себя уже лучше. Всё заживает, боль постепенно уходит, но вот обида и ненависть нет. В его голове всё чаще и чаще возникает образ отца. Как он бьёт его, как злорадно улыбается и говорит ему, что он никчёмный. Как он же, своими руками, хочет убить Антона. Брюнет не знает, как с этим жить, но утешает себя тем, что Петров всё же окажется благоразумным и всем всё расскажет. — Как Антон? — Идёт на поправку. Блондин всё ещё лежит в больнице, но его состояние улучшается. Врачи говорят, что скоро выпишут его домой, но скорее всего ему придётся временно перейти на домашнее обучение и сильно не напрягаться, чтобы восстановиться полностью. — Не представляю, что ему пришлось пережить. И тебе тоже. Брюнет знает о чем она. Он ничего не отвечает, давая понять, что тема крайне для него неприятная. В коридоре появляется Лилия Павловна. — Так, все ко мне в кабинет. Живо. Рома и Полина переглядываются между собой, но идут следом за женщиной. Катерина собирает остальных и они все садятся на свои места. В классе появляется лейтенант полиции в сопровождении своего напарника. Пятифан удивляется, когда видит перед собой Константина Тихонова. Мужчина работал раньше у них в посёлке и парень довольно часто с ним встречался, когда его ловили за хулиганство. Видимо, мужчина перевёлся в город и выбрался из той дыры. Константин, с позволения Лилии Павловны, произносит довольно громко: — Насколько вы знаете в нашем районе произошёл несчастный случай. На вашего одноклассника было совершено нападение. Рома сжимает в руках карандаш. Он выглядит крайне напряжённым и не сводит взгляда с Тихонова. Тот, приметив его, едва заметно кивает. — Мы бы хотели попросить вас о том, чтобы вы были аккуратнее. Не ходили в тёмное время суток по улице одни и не разговаривали с подозрительными людьми. Катя, вдруг оживившись, резко подает голос. — А нападавшего уже нашли? Лейтенант переводит на неё взгляд. Смотрит сурово, холодно. — Поиски продолжаются. Если вы вдруг что-то знаете, то всегда можете нам рассказать. Это может помочь делу. Брюнет ломает карандаш. Неужели Антон так ничего и не рассказал? Не признался им, что нападавшим был никто иной, как Петр? Рома злится. Злится и на себя и на Петрова, а ещё на Катерину, которая вновь обернулась к нему. Дальше Пятифан не слушает. Мужчина говорит что-то о мерах безопасности, но брюнет полностью утопает в своих мыслях. Нужно срочно рассказать. Признаться во всём и тогда, быть может, его ещё успеют поймать. Домой отец не заявлялся. Он знает, что его ждёт после и может сбежать, залечь на дно. Рома вскакивает со своего места, когда мужчины уходят и урок подходит к концу. Парень хватает свой рюкзак и бежит за ними следом. Только бы успеть, только бы не ушли. Пятифан выбегает на улицу и видит, как Тихонов стоит и курит у полицейской машины. Пятифан подходит к нему и мужчина обращает на него внимание. — А, Рома. Неожиданная встреча. Он слабо улыбается ему, выпуская дым через нос. Брюнет кивает ему. — Как поживаешь? Константин различает на его лице тревогу и невольно напрягается. Парень явно хочет что-то сказать. — Как всегда. Скажите, Антон не сказал вам, кто на него напал? Мужчина тут же тушит окурок и оглядывается на своего напарника. Затем вновь смотрит на Пятифана и наклоняется к нему чуть ближе. — Знаешь, кто это? — Мой отец. Лейтенант был в курсе ситуации в семье у парня. Знал про его отца, про то, что тот уже отсидел в тюрьме и потому ничуть не удивился словам Ромы. Но так же он знал, что брюнета часто били и что он затаил обиду на Петра. — Уверен? Ты же знаешь, что за клевету тоже светит срок. — Антон сам мне рассказал. — Подожди, ничего не понимаю. Что ж он нам-то ничего не сказал? Мужчина хмурится всё сильнее и всё с большим недоверием смотрит на Рому. Пятифан кусает губы и говорит на выдохе: — Всё сложно. Он просто боялся, что это скажется плохо на мне и... Не важно. Главное сейчас найти моего отца. Константин смотрит какое-то время на него молча, что-то обдумывая. Затем, вздохнув, наконец произносит: — Ладно. Но знай, если вы оба за нос меня водите, то последствия ждать себя не заставят. Рома лишь кивает в ответ. Тихонов садится в машину и они уезжают со школьного двора. Брюнет чувствует, как внутри появляется абсолютная пустота. Вот и всё. Теперь ведь всё закончится? Петра найдут, обязательно найдут и посадят. Он будет гнить в тюрьме до самой своей смерти, загибаться там и задыхаться от собственной злости и беспомощности. Из раздумий его вырывает голос Кати. Девушка оказывается сзади и брюнет оборачивается. Зелёные глаза смотрят пристально, но немного напряженно. Девушка явно хочет поговорить и Пятифан вполне не прочь. — Как ты? Вопрос срывается с её уст и повисает в воздухе. Катерина чувствует себя уязвимо рядом с ним. Она ненавидит это чувство и всеми силами старается придать себе свой обычный вид. Надменный, осуждающий. Пятифан неожиданно усмехается и делает шаг ей навстречу. — Как я? Ты серьёзно? Девушка теряется окончательно. Рома видит, что ей не всё равно, что её поедает совесть изнутри и именно сейчас рядом с ним она сломалась. — А как ты думаешь, Смирнова? Мой отец избил меня до полусмерти, а затем чуть не убил Антона. Парень шипит это, сквозь зубы, прямо ей в лицо. Он хочет, чтобы она призналась ему сама. Сказала, что это всё началось именно из-за неё. Катя молчит, ошарашенно смотрит на него и жалеет, что вообще пошла за ним. — Ты ведь не признаешься, верно? Рома морщится и выпрямляется. Ему противно лишь от одного её присутствия. Катерина сжимает руки и выдыхает. — Да, это я. Но ты сам виноват. Ты мне нравишься, а я... — Нравлюсь? Это смешит его. Парень улыбается и Катя хмурится его реакции. — Ты себя вообще слышишь? Смирнова, когда человек нравится, то необязательно портить ему жизнь. — Да, я сделала эту чертову фотографию! Но я жалею! Я не знала, что всё обернётся именно так! Девушка кричит на него и чувствует, что вот-вот просто расплачется. Он не должен увидеть её слёз, просто не смеет видеть её слабости. — Фотографию? Она достает телефон и показывает ему снимок. Рома пинает снег, а затем хватает Смирнову за плечи. Довольно сильно, что девушка морщится. — Ты хоть понимаешь, что ты вообще сделала? Насрать мне на твою фотографию. Если бы ты не растрепала всё это, то мой отец бы никогда не узнал об этом. А так он ненавидит меня и тронулся умом, что напал на Антона и чуть не прирезал его! Ты понимаешь?! Пятифан кричит ей это прямо в лицо и Катя не сдерживает своих слез. Они бесконечным потоком скатываются по её щекам. Девушка молчит. Она всё прекрасно понимает. Чувствует, как чувство вины противно пожирает изнутри. — Плачешь. Значит, ещё не совсем бесчувственная сука. Он отпускает её. — Ром, прости. Вот! Я удалю это! Смотри. Рома, пожалуйста! Катя удаляет при нём фотографию и показывает экран телефона парню. Брюнет смотрит на неё пустым взглядом, а затем идет назад в школу, бросая на ходу: — Иди ты к черту, Катерина. Дальше дни проходят, как в тумане. Домой к Пятифану ещё не раз захаживает полиция, допрашивает его и мать, осматривает квартиру и роется в вещах Петра. Константин выглядит хмурым и ничего не говорит. От отца словно ничего и не осталось, ни намёка на то, что он тут был. Следов нет. Он просто исчез. Антон подтверждает слова Ромы о том, кто на него напал. Говорит, что просто не понимал, что происходит и теперь, уже на более ясную голову, соображает лучше. Тихонов не стал лезть дальше с расспросами и просто начал свою работу. Карина и Борис тоже узнали о том, кто чуть не прирезал их сына. Женщина злилась и даже запретила Антону видеться с Ромой. Парня забрали из больницы и привезли домой. Блондин чувствует себя неплохо, но могло быть и лучше. Всё пошло наперекосяк. Мать твердила про учёбу и экзамены, говорила о том, что теперь уйдёт много времени на суды и следствия. Зачем он только связался с Пятифаном? Борис же молчит. Ничего не говорит насчёт всего этого, словно у него нет слов. Мужчина в частности согласен с женой, но стоит вспомнить вид несчастного Ромы, как он понимает, что тот ни в чем не виноват. Парень не виноват в том, что его отец пошёл по наклонной. Карина была строга. Её можно было понять, ведь она переживает за сына, она чуть не потеряла его. Борис переживает не меньше и выглядит сейчас куда более растерянным, чем раньше. Их порой вызывают в участок, приходят домой и спрашивают о чём-то Антона. Жизнь делится на "до" и "после". Петров неожиданно ловит себя на том, что даже сам злится на Рому. Зачем тот обо всём сказал? Ведь блондин хотел, чтобы всё было иначе, а теперь про брюнета и его отца поползут ненужные слухи. Наверняка в школе уже обо всём все знают. Парни не виделись уже достаточно времени. Антон переживает и не может разобраться в своих чувствах. Может, мама права? Не стоило подпускать так близко Рому к себе и начинать всё это. Петров снова начинает сдавать назад, прятаться в защитном панцире. Ему нужно поговорить с Пятифаном и всё обсудить. Это просто необходимо. Женщина почти не выпускает его из дома, хоть блондин и чувствует себя сносно. Бок уже практически не болит и ходить проще. Вот только ужасные воспоминания никуда не делись. Иногда парню снятся кошмары, где его убивают снова и снова. Это нужно отпустить. Просто стереть из своей памяти. Может, стоит стереть и Рому? В один из дней, когда Антону надоедает сидеть дома, он всё же выходит на улицу. Сказав матери, что он просто побудет недалеко от подъезда, парень написал Пятифану, что нужно поговорить. Занятия в школе уже закончились и вскоре Рома показывается в его поле зрения. Брюнет подходит ближе к нему и они оба чувствуют внезапную неловкость. Кажется, что они не виделись целую вечность и между ними уже начинает образовываться пропасть. Это чувствует Антон, ведь он сам начинает отдаляться. Парень смотрит на Рому, понимая, что не в силах его забыть. Как они вообще могут забыть друг друга, после всего, что между ними было? Это будет болезненно, но всё проходит. Верно? Блондин вздыхает и, поправив очки на носу, начинает первый. Разговор из легкого и обыденного медленно переходит в тяжёлый. Антон чувствует, как вопрос вот-вот сорвётся с губ и разрушит всё, что они выстраивали. — Зачем ты рассказал про отца? Он встречается с карими глазами. Такие родные, разве могут стать вскоре чужими? Петров чувствует, как ему тяжело дышать. — А не должен был? Я уже говорил, Антон. Рома хмурится. Его удивляет то, что Петров до сих пор не понимает всего. Как он может вообще думать о том, что ему нужно остаться на свободе? — Я знаю, но ведь это оставит на тебе отпечаток. Будут слухи. В школе будут смотреть косо и станут относиться иначе. Антон смотрит на парня с сожалением. Ему не хочется, чтобы Пятифан почувствовал себя чужим, снова отвергнутым и ущербным. Детей часто судят по их родителям. Унижают, обзывают, говорят то, что медленно ломает. — Плевать мне на это. О чем вообще говорить, если твоя жизнь подверглась опасности? Всё, что меня волнует – это ты. И то, что это произошло по вине моего отца. Я итак постоянно думаю о том, что, возможно, этого можно было избежать. Это... тяжело. Парень выдыхает и опускает плечи. Брюнет выглядит уставшим и Антон понимает его, даже очень хорошо. Им обоим нужно всё обдумать. Нужно как-то справиться с этим. — Ты не виноват. Ты не мог на него повлиять. Наша вина лишь в том, что мы не были осторожными. Петров отводит взгляд в сторону. Как лучше поступить? Слова матери так и крутятся в голове. Оставить Рому и жить дальше. Стоит лишь посмотреть на парня и внутри всё обрывается. Это добьёт его окончательно. А что насчёт самого Антона? Это непременно оставит отпечаток, большую глубокую рану на сердце, которая будет заживать намного дольше. А, возможно, не заживёт никогда. — Мама говорит, что я зря с тобой связался. Это звучит более жёстко, чем блондин хотел бы. Пятифану кажется, что ему снова отвесили смачную пощёчину. Он понимает Карину, осознает всю сложность ситуации и это лишь больше заставляет его думать о том, что он виноват здесь целиком и полностью. — Рома, я запутался. Всё слишком сложно и я просто не понимаю, что мне делать. К нам ходит полиция, мне нужно думать об учёбе и меня разъедают чувства изнутри. Петров слышит, как дрожит его голос. Слова мощным потоком выливаются на брюнета и тот лишь молча слушает его. Страшная мысль о том, что Антон клонит к расставанию, врезается в мозг слишком явно. Он не может его оставить. Нет, он не сделает этого. Он ведь говорил. — Антон, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. Мне не лучше, чем тебе. Я и сам не до конца осознаю, что происходит, но нам нужно пройти через это. Ты ведь сам говорил, помнишь? Рома подходит к нему ближе и заглядывает в голубые глаза. Они блестят от выступивших слёз и Пятифану кажется, что он сам сейчас расплачется. — Я помню, но многое изменилось. Вот оно. Чувство, когда тебя режут сильнее, чем ножом по телу. Оно разрывает тебя на куски и заставляет истекать кровью. Умирать мучительно и долго. — Ром, нужно всё прекратить. Пятифан бы предпочёл расстрел. Чтобы так сразу и навсегда. Он не хочет умирать медленно, умирать морально внутри, а снаружи оставаться живой, но пустой оболочкой. — Нет, подожди. Он хмурится и сглатывает ком в горле. Кажется, что всё тело дрожит. Ему это просто сниться. Всё это один длинный страшный кошмар и вот сейчас парень откроет глаза и всё будет хорошо. — Мне больно это говорить. — А мне больно слышать. Брюнет чувствует, что внутри вперемешку с обидой и горечью просыпается злость. — Проще сбежать, верно? Как и всегда. Почему ты отталкиваешь меня, Антон? Я знаю, что не смог уберечь тебя от всего этого, но я бы очень хотел. Я же переживаю за тебя! Рома срывается и кричит, не беспокоясь о том, что их могут услышать. Блондин хлопает глазами и смотрит на него в ответ. Он молчит, тем самым добивая ещё больше. — Всё, что ты мне говорил, не правда. Все твои слова просто очередная ложь. Вымысел. Раз – и этого больше нет. Пятифан щёлкает пальцами и нервно улыбается, затем чувствует, как одна слеза предательски скатывается по щеке. Его мир рушится прямо сейчас. Он не сможет восстать из под его обломков и просто останется где-то там, под этим обвалом из чувств и эмоций пока не опустеет окончательно. — Так будет лучше для всех. Антон говорит это тихо, будто у него пропал голос. Всё кажется таким неправильным, но уже ничего не вернуть назад. Они ошиблись. Обожглись. Вот только кажется, что брюнет и вовсе сгорел до тла. — Так будет лучше для тебя. Пятифан думает, что лучше просто уйти. Оставить всё это, постараться забыть. Тело сковали, как цепями, и ноги отказываются слушаться. Рома проводит руками по лицу и выдыхает. — Я надеюсь, что тебе и правда будет лучше. Пусть без меня. Он прикусывает нижнюю губу, чувствуя, что слёзы уже душат. Чувствам нужно выйти наружу. — Я всё равно люблю тебя, Антон. Пусть это и делает мне очень больно. Пятифан разворачивается и уходит быстрым шагом, сжав челюсть, пока слёзы наконец-то начинают стекать по щекам. Блондин не увидит этого, не сможет прочувствовать его боли. Рома ускоряется, почти бежит, лишь бы уйти подальше от этого всего. Спрятаться, исчезнуть, как будто тебя никогда и не было. Антон стоит на месте и долго смотрит вперёд. Ему хочется верить в то, что он поступает правильно, но сердце, которое царапается о ребра в груди, даёт понять, что нужно бежать следом за Пятифаном. Петров борется с этим чувством. Надо уметь отпускать. Они ранили друг друга, но это пройдет. Всё проходит.×××
Дни становятся однообразными. Школа, дом. Дом, школа. И так по кругу. В промежутках между этим Пятифан узнает у лейтенанта Тихонова, как идут дела с поисками отца. Кажется, они нашли зацепки. Это непременно радует, но Рома уже не чувствует былой ненависти, как раньше. Имеет ли это смысл, если всё уже случилось? Антон оставил его, как и все до этого. Ходить на учебу всё труднее, ведь он не может сосредоточиться абсолютно ни на чем. В школе все молчат. Даже Катерина не смеет высунуть языка и сказать какую-то пакость. Девушка словно отстраняется и исчезает, становится просто фоновым шумом, иллюзией, картонной фигуркой. Пятифану нет ни до кого дела. Возможно, все и знают, кто на самом деле напал на Антона, но молчат. Не шепчутся и не пускают сплетни. Но даже, если бы об этом узнал весь город, то брюнет бы не пожалел о своём поступке. Ему не привыкать. Парень уже переживал это. Пусть тогда он был меньше и глупее, понимал мало что в жизни, но он уже сталкивался с этим. Рома думает об Антоне постоянно. Даже сейчас, сидя за последней партой, он смотрит в окно на серое небо и вспоминает его лицо в солнечном свете. Как они тогда гуляли в парке и просто дурачились, а маленькая Оля так резво смеялась. Вспоминает голубые глаза. Пятифану они нравились больше всего. Выразительные, яркие, его родные. Рядом кто-то плюхается и парень поворачивается, замечая Бяшу. Кажется, тот перестал таскаться с Семеном, да и Бабурин вовсе не ходит в школу. Говорили, что парень перевёлся в другую. — Чего тебе? Рома хмурится, оглядывая его. Игорь выглядит менее ехидным, чем раньше и не смотрит подозрительно с усмешкой. Он пожимает плечами. — Парни всё вспоминают, как ты тогда утер нос Бабурину. Знаешь, предложение всё ещё в силе. Пятифан выгибает одну бровь. — Ну, насчёт влиться в компанию и всё такое. Хоть отвлечешься от своих мрачных мыслей. А то ходишь, как грозовая туча, на. Брюнет молчит. Он тупо смотрит на Бяшу и понимает, что тот ничего не знает. Возможно, думает, что у Пятифана просто нет настроения, а не то, что его семья распалась и человек, которого он любит, бросил его. Для Будаева выглядит всё слишком просто. Рома наклоняется к нему ближе. — Значит, слушай меня сюда. Я уже говорил, что ты и твоя шайка мне нахрен не упёрлись. Если не перестанешь меня с этим доставать, то я найду тебя, на. Откручу голову тебе, на. И пиздец тебе будет, на. Понял? Пятифан встаёт со стула и усмехается, когда видит растерянность на лице парня. Бяша хмурится и корчит недовольную гримасу. — Вообще-то, я с тобой по хорошему. Рома хватает его за шею, надавливая пальцами и парень замирает, слегка скрючившись. — А я умею только по плохому. Бывай, "дружбан". Он хлопает его по плечу и отпускает. Игорь потирает шею и что-то бубнит себе под нос. Пятифан выходит из кабинета. Прогуливать уроки снова начинает входить в привычку. Раньше он часто прогуливал их со своими друзьями, если их вообще можно так назвать, а сейчас в полном одиночестве. Можно уйти домой или засесть в школьном туалете, предварительно разогнав оттуда всякую мелочь. Рома чувствует, что возвращается к прежнему себе. Прошлая жизнь, которую он так хочет забыть, окутывает его с ног до головы болезненными воспоминаниями. Наверное, это его предназначение. Оно ведь существует у всех? У него это просто стать отшельником, либо затесаться в компанию к хулиганам и снова загреметь в участок, нагло улыбаясь и говоря, что это лишь цветочки. Парень просто пойдёт по стопам отца. Вот и всё. Брюнет курит, стоя на улице за углом школы. Зима подходит к концу и воздух уже становится теплее. Солнце всё ярче и выше светит в небе. Рома наблюдает за тем, как некоторые ученики уже уходят домой. От общей толпы отделяется знакомая фигура и парень различает в ней Полину. Девушка подходит к нему и машет рукой, слабо улыбаясь. — Лилия Павловна о тебе спрашивала. Говорила, что если ты не перестанешь сбегать с уроков, то она тебе... Ну, в общем, будет плохо. Рома улыбается, делая очередную затяжку. — Ладно. На математику, так и быть, приду. Там она мне точно ноги оторвет или уши в трубочку свернёт. Морозова смеётся и они вместе удаляются с территории школы. Полина периодически разговаривала с ним, но с вопросами не лезла. Когда у брюнета было более менее хорошее настроение, то они могли даже провести вместе весь день. Однако, сейчас он выглядит отстраненным снова и девушка кусает щеку, не зная, как лучше себя вести. — Я сегодня зайду к Антону. Хочешь, могу ему что-нибудь передать. Рома смотрит на неё и встречается с её мягким взглядом. Она была в курсе событий, естественно, ведь Петров не станет от неё ничего скрывать. Пятифан не злится. Полина была хорошей и пытается его поддержать, но брюнет старается показать, что ему это не нужно. Справится сам, как и всегда. — Ты же знаешь. Это бесполезно. Пятифан прячет руки в карманы и смотрит себе под ноги. Морозова вздыхает и отводит взгляд. — Я знаю. Просто мне очень жаль, что всё вышло именно так. Мне казалось, что Антон наконец-то смог довериться и открыться. Рома украдкой смотрит на неё. — Кажется, это сделал только я. — Жалеешь? Они останавливаются. Девушка смотрит на него, ловит печальный взгляд карих глаз. — Нет. Послужит уроком. Рома даже улыбается и она улыбается ему в ответ. Они прощаются и Пятифан уходит дальше. Морозова смотрит ему вслед и затем направляется к дому Антона. Девушка часто заходит к нему после школы. Карина с улыбкой встречает её, предлагает чай и печенье, а затем Полина заходит в комнату к Антону и встречается с его голубыми глазами. Парень старается держаться хорошо. Стойко. Она даже удивляется этому. Пережить такое страшно, но справиться с последствиями ещё страшнее. Она передаёт ему нужные задания и Петров кивает, забирая их. — Некоторые спрашивают о том, как твои дела. Когда ты вернёшься. Полина садится на край кровати и наблюдает за тем, как парень раскладывает все тетради и учебники по местам. — Думаю, уже на следующей неделе. Был на осмотре вчера, сказали, что я в норме. — След остался? — Небольшой. Антон каждый вечер рассматривает место ранения перед зеркалом. Специальные мази и препараты должны были помочь и шрама не останется. Петров надеется, что ему не придётся жить с этим и дальше. Чтобы это служило напоминаем. Кажется, он постепенно начинает отпускать ситуацию, просто продолжая жить дальше. Но иногда всё же тревожные мысли лезут в голову. — Ты уверен, что вынесешь это? Девушка задаёт вопрос неожиданно и блондин не сразу понимает о чем идет речь. Он вопросительно смотрит на нее. — Встречу с Ромой. Она замечает, как в голубых глазах проскальзывает тень тоски. Он явно скучает. Антон по-прежнему не может оставить лишь его, отпустить и забыть. Да как такое вообще возможно? Говорят, если сильно любишь, то отпускаешь. Но это не правда. Чтобы отпустить, нужно быть сильнее своей любви. Петров не может. — Я не знаю. Парень выдыхает и садится рядом с ней. — Я говорила с ним сегодня. Он выглядит плохо, Антон. Поникший, ни с кем почти не разговаривает, пропускает занятия. Петров чувствует в этом свою вину. Он оставил его, просто выкинул, как какого-то котёнка. Сказал, что так будет лучше, но соврал и не только ему, а и самому себе. По одному они были бесполезны. Просто два человека, которые сгорали от своих чувств и обиды, злости на что-то. Антон бы хотел сказать, что просто так сложились обстоятельства, но вот только враньё всё это. Полный бред. — Я такой идиот. Парень упирается локтями в колени и наклоняется вперёд, пряча лицо в ладонях. Полина касается своей рукой его плеча. — Ты просто запутался. Я понимаю, тебе тяжело и ты не знаешь, как лучше поступить. Но, знаешь, мне кажется лучше справиться со всем этим вместе, а не по одиночке. Антон поворачивается к ней и встречается с её улыбкой. — Я знаю твою маму. Она остынет. Она поймёт. Карина и правда поймет. Мать просто переживает за него и хочет уберечь от горечи, но она уже пришла в их жизнь. — Да, наверное. Но я такого ему наговорил. Я просто убил его. Лучше бы он меня возненавидел. — Ему хватит ненависти. Пора бы Роме начать чувствовать и что-то другое. Полина была права. Брюнет рос с этим чувством, жил с ним почти каждый день. Он хотел чувствовать что-то ещё, быть нужным и любимым. Чувствовать себя важным и наконец перестать упрекать и винить во всём самого себя. Антон кивает, соглашаясь. — Да, ты права. Я подумаю. Морозова закатывает глаза, продолжая улыбаться. — Думай быстрее, Тоша. А то Катя снова начнёт плести свои сети. Они смеются и начинают разговаривать о чём-то менее важном. Как Антон и говорил, в школу он вернулся уже со следующей недели. Это было немного даже приятно. Увидеть знакомые стены, кабинеты и людей. Торчать постоянно дома было тем ещё испытанием, особенно, когда в каждом углу тебя поджидают твои страхи и сомнения. Должно было стать легче. Петров заходит в класс вместе с Полиной и его встречают громкими возгласами, от которых он сильно удивляется. Одноклассники улыбаются ему и говорят, что он настоящий герой и просто молодец, что справился со всем этим ужасом. Катя не смотрит в его сторону. Девушка делает вид, будто его просто не существует, но Антон тоже не обращает на неё внимания. Так даже лучше. Полина слегка касается его руки и Петров смотрит на неё. Морозова слабо кивает в сторону и парень смотрит в указанное направление, замечая за последней партой Пятифана. Тот сидит, подперев голову рукой и смотрит в тетрадь, бездумно чиркая ручкой. Рома видит его. Чувствует его присутствие, но не смеет даже поднять взгляда. Если он посмотрит на Антона, то это будет его конец. Блондин садится на своё место, чувствуя себя максимально некомфортно. Девушка была права и встреча с Ромой даётся крайне тяжело. Пусть они даже не обменялись взглядами, кивками или не заговорили, но одно лишь присутствие угнетает. Антон смотрит на пустой стул рядом с собой. Вспоминает, как разглядывал брюнета в день первой их встречи. Он тогда был таким серьёзным и хмурым, совсем, как сейчас. В класс заходит Лилия Павловна и улыбается, натыкаясь взглядом на Антона. — С возвращением. Парень кивает ей, слабо улыбнувшись в ответ. Женщина переводит взгляд на Рому и вздыхает, кладёт журнал на стол и садится в кресло. — Пятифан, ты можешь вернуться на своё место. Брюнет поднимает взгляд, скользя им по Антону и тот чувствует это. Едва заметно напрягается. Согласится? Пересядет? Петров не знает, что хуже. То, что он откажется или то, что он всё же снова сядет к нему. — Мне и здесь неплохо. Его голос звучит отрешенно, безжизненно. Как будто говорит робот. Лилия Павловна кивает, решая, что лучше не настаивать. Женщина начинает урок. Пятифан слушает её, вперив взгляд в доску. Бяша, который сидит на первом ряду на последней парте, качается на стуле и маячит в поле зрения. Рому это раздражает. Он смотрит на парня и представляет, как тот валится со стула, с грохотом падает и все смеются. Игорь, украдкой посмотрев на него, резко останавливается и спокойно садится, схватив в руку карандаш. Это заставляет усмехнуться. Брюнет вновь смотрит на доску. Лилия Павловна пишет какие-то примеры, которые Рома не имеет понятия, как точно решать. Пятифан смотрит на Антона и чувствует, что ему душно. Воздуха как будто не хватает. Внутри просыпается тревога, паника, точно сейчас случится нечто плохое. Парень касается груди и слегка потирает её, словно это может помочь разогнать тревожные чувства. Рома смотрит на женщину, которая поворачивается к классу и подает голос: — Можно выйти? Лилия Павловна кивает и Пятифан пулей вылетает из кабинета в коридор. Там чуть получше, но всё равно что-то не то. Воздуха так же не хватает и он мчится вниз по лестнице на первый этаж. Грудь сдавливает, сердце бешено колотится, а ладони потеют. Пробегая мимо охраны, Рома открывает дверь и почти вываливается на улицу. Он вдыхает полной грудью и прикрывает глаза, стараясь успокоиться. Нужно дышать ровно, отбросить все настойчивые мысли и подумать о чём-то хорошем. В голове снова образ Антона. Вот он стоит перед ним, совершенно здоровый и живой и одновременно такой далёкий. Рома чувствует, что это больно. Видеть его, слышать его, ощущать его присутствие. Брюнет не находит ничего лучше, как вернуться в класс и после урока просто сбежать. Это становится невыносимо. Если до этого он мог ходить в школу, зная, что блондина там не будет, то сейчас это становится проблемой. Пятифан ухмыляется мысли о том, что ещё в начале года он шел туда больше из-за него, а теперь бежал. Бежал от него. Однако, как бы он не пытался доказать себе то, что это пройдет и нужно как всегда перетерпеть, то становится понятно, что он не забудет Петрова даже под дулом пистолета. Антон и Полина выходят из класса, наблюдая в коридорное окно за тем, как Пятифан закуривает сигарету на улице и уходит прочь. — Это и правда тяжело. Петров вздыхает. — Вы просто мучаете себя. Нужно поговорить. Полина с сожалением смотрит на него. Антону кажется, что это бесполезно. Он сам оттолкнул Рому, а теперь будет лезть к нему с разговорами? Он просто боится. Боится его реакции, боится того, что сам не выдержит. Но он уже сейчас не выдерживает и с этим нужно было что-то делать. Когда занятия закончились и парень приходит домой, то в коридор к нему выходит мать. Карина явно чем-то озадачена и с волнением смотрит на сына. — Что случилось? Антон тоже пугается. Женщина сглатывает, а затем отвечает тихо: — Его нашли. Петров с матерью оказывается в полицейском участке. Тихонов выходит к ним и коротко кивает в знак приветствия. Вид у него был уставший, даже измученный. Мужчина мало спит, больше работает и много курит. Дело непростое с учётом того, что в главных ролях были два мальчика с крайне странным отношением к друг другу. Константин не лез в это, больше обращая внимание на Пятифана и его ситуацию в семье. Ему было жаль парня и лейтенант надеется что то, что Петра поймали, ему хоть как-то поможет. — Антон, мне нужно, чтобы ты подтвердил то, что именно этот человек на тебя напал. Тихонов кивает какому-то парню и тот открывает дверь в ближайшую комнату. Это была допросная, а так же там проводились встречи подозреваемых с их близкими или кем-то ещё. Антон смотрит на мать и затем заходит в комнату. За столом, в наручниках, сидит мужчина. Это был Петр. Он выглядел ужасно. Худой, кожа серая, выцветшая и местами покрыта какими-то тёмными пятнами. Глаза впали, под ними образовались синяки. Губы сухие, плотно сжаты. Волосы грязные, сальные. Мужчина был в грязной одежде, явно давно не принимал душ и в целом больше походил на бездомного. Стоило лишь пустым мутным глазам посмотреть на Антона, как у парня вновь перед глазами всплывает тот момент. Страх, холод, боль. Петров тут же выходит из комнаты назад и кивает Тихонову, чувствуя ком в горле. — Это он. — Тогда вы свободны. Дело остаётся за малым. Суд и можно забыть об этом кошмаре. Карина кивает и выдавливает из себя тихое: — Спасибо. Они уже собираются уходить, как в помещении появляется кто-то ещё. Антон оборачивается и видит перед собой Пятифана. Женщина слегка хмурится, а Петров тут же отводит взгляд в сторону. Рома проходит мимо них, стараясь придать себе уверенный вид, но всё же встречается взглядом с Антоном. Тот смотрит с бескрайним сочувствием. Он и представить себе не может, что испытывает сейчас брюнет. Ему нужно будет снова встретиться со своим худшим кошмаром в виде его отца. Карина дёргает сына в сторону двери и парень плетется за ней следом, то и дело оборачиваясь на Рому. Они выходят на улицу и садятся в машину. Петров отворачивается от матери, уставившись в окно. — Он не заслужил всего этого. Парень решается завести этот разговор. Слышит вздох женщины. — А ты заслужил? Антон тут же разворачивается к ней и встречается с её внимательным взглядом. Она вновь старается нагнать на него какой-то ужас, заставить почувствовать себя уязвимо, лишь бы он не смел ей перечить. — Нет. Никто этого не заслужил. Роме приходится хуже. Его родной отец убийца, который мучал его всю жизнь. Ему придётся переживать это всё в одиночку. Антон не надеется достучаться до нее. Он знает, что и сам не лучше, когда пошёл у неё на поводу и решил, что её решение правильное. Пятифана нельзя было оставлять. Ему нужна поддержка, опора, а не очередной удар в спину. Блондин чувствует, как глаза снова начинает щипать. Он тут же отворачивается и умолкает, прикусив язык почти до крови. Мать ничего не говорит больше и они вместе уезжают домой. Брюнет смотрит на Константина, пока тот роется в какой-то папке. Мужчина наконец обращает к нему своё внимание и тяжко вздыхает. — Уверен? — Да. Рома отвечает решительно. Во взгляде сквозит холодность. Лейтенант кивает и указывает на ту же дверь. Пятифан подходит ближе и подносит руку к дверной ручке, замирая на секунду. Сейчас он снова увидит его лицо. Он хочет посмотреть в его пустые глаза. Парень открывает дверь и исчезает за ней, подавляя желание сдать назад. Слишком часто он это делал, пришло время ответить. Мужчина поднимает голову с потерянным выражением лица. Он выглядит жалко в глазах сына. Брюнет проходит к стулу напротив, садится и, сцепив руки в замок, кладёт их на стол. Петр внимательно следит за ним. — Выглядишь отвратительно. Пятифан морщит нос, чувствуя тухлый запах, исходящий от него. Мужчина усмехается и откидывается на спинку стула. — Доволен, выродок? Я здесь из-за твоего длинного языка. — Нет, ты здесь по своей вине. Какого это, а? Испытать это снова? Рома знает, что давит на больное. Ему даже нравится, когда он видит, как меняется взгляд отца. Мужчина смотрит с ненавистью и злобой, зная, что сейчас он ничего не в силах изменить. Он попался и его сын приложил к этому свою руку. — Нужно было прирезать тебя тогда, а затем и поганца твоего белобрысого. Петр снова начинает действовать так, как действовал всегда. Сначала унизить, уничтожить морально, а потом добить и физически. Вот только моральное давление всегда хуже и сейчас он делает упор именно на это. На его губах появляется злорадная ухмылка. — Я бы убил его, если бы не та компашка. Они меня спугнули, признаю. Потом бы я пришёл за тобой. Потому что ты – выродок. Ущербный, никому ненужный. Рома чувствует, как внутри закипает злоба. Она мешается с ненавистью, копившейся многие годы и рвётся наружу. Пятифан не может это сдержать, он крепко сжимает челюсть и отец улыбается ехидно, говоря: — Ты ведь ничего не сможешь сделать. Засадил меня за решётку? Молодец. Но это всё, на что ты способен, мелкий гадёныш. Брюнет вскакивает со своего места и ударяет так сильно, что голова мужчины отлетает назад. Он ударяется о спинку стула и охает, чувствуя, как кровь начинает стекать по губам. Петр широко распахивает глаза и с удивлением смотрит на сына, который обходит стол и хватает его за волосы. — Я тебя ненавижу. Ты мерзкий, жалкий ублюдок. Я надеюсь, что ты сгниешь в этой камере заживо и ни одна душа никогда не найдет тебя. Парень ударяет его лицом об стол и Петр стонет от боли, пачкая всё вокруг своей кровью. Рома крепче сжимает пальцы, чувствуя, как вся накопленная ненависть выходит наружу с каждым ударом. Петр валится со стула и что-то скулит, просит оставить его и хочет заползти под стол. Пятифан отпинывает стул в сторону и заставляет мужчину лечь на спину. — Тебе больно, да? Больно? Рома наклоняется к нему и видит, как тот кивает. — Мне тоже было больно, ублюдок. Брюнет плюет ему в лицо и выдыхает, выпрямляясь. Он в последний раз окидывает взором Петра и выходит из комнаты, оставляя того корчиться на полу от боли. Константин смотрит на парня и его окровавленные руки. Лейтенант тут же бросается в комнату, но брюнет, доставая зажигалку и сигарету, бросает через плечо: — Я сломал ему нос, да и только. Пятифан усмехается и выходит из участка. Тихонов провожает его тяжёлым взглядом, но не останавливает, прекрасно понимая, что это было нужно. Петра поднимают на ноги и уводят прочь. Мужчина практически ничего не видит и говорит, что ему тяжело дышать. Рома оказывается на улице и чиркает зажигалкой, прикуривая. Дым наполняет лёгкие и затем вырывается наружу через глубокий выдох. Брюнет вдруг чувствует себя лучше. Внутри образовалась пустота, но та была приятной. Он больше не чувствует ненависти и обиды, всё это осталось там в кабинете. Парень шагает по улице, перепрыгивая через первые весенние лужи и чувствует, что впервые за последнее время его голова лёгкая, почти воздушная, без единой мысли. Ему нужна была эта перезарядка. Домой парень возвращается под вечер. Оксана уже была там и выходит в коридор к сыну, обеспокоенно смотрит на него и сжимает в руках полотенце, когда замечает его разбитые костяшки. — Что случилось? Пятифан стягивает с себя куртку и обувь, а затем переводит на неё взгляд. — Его поймали. Всё почти закончилось. Женщина приставляет ладонь к лицу и Рома различает в её глазах слезы. Он не знает от горя это или от облегчения, но мать неожиданно тянет его к себе и обнимает. Так крепко, как только может. Парень слегка теряется, но аккуратно обнимает её в ответ. — Теперь всё будет хорошо. Слышишь? Теперь всё будет по-другому. Она проводит рукой по его спине, пока несколько капель слез стекают по щекам. Пятифан молчит. Он неожиданно чувствует себя спокойно и хватается за это ощущение, не желая его отпускать. Их отношения, пусть и были далеки от идеальных, но потихоньку налаживались. Рома старается снова начать ей доверять и делиться всем тем, что его беспокоит. Женщина благодарна ему за это и в ответ старается наверстать упущенные годы. Она старается окружить его теплом и заботой. Вот только Пятифан так и не может раскрыть ей того, что его мучают чувства к Антону. Когда парень ушёл из его жизни, то они лишь стали тяготить. Брюнет носит это в себе и улыбается внешне, стараясь показаться таким же, как и всегда. Но стоит остаться одному и его просто накрывает с головой. Воспоминания крутятся на подкорке сознания, образы встают перед глазами. Быть может, у них могло быть всё хорошо, но у них отняли этот шанс. И Пятифан не знает кто именно, но и винить кого-то уже бесполезно. Ему стоило быть аккуратнее, Катерине стоило держать себя в руках, а отцу просто исчезнуть из их жизни. Здесь нет одного виновного. Но теперь это не имеет смысла. Ведь Антон больше не с ним, а значит нужно учиться отпускать снова. Парень находит его подарок и снимает с него упаковочную обертку. Он ставит свой портрет на стол, прислоняя к стене, и садится напротив. Интересно, Петров правда видел его таким? Грубым, серьёзным и отчужденным. С полотна на него вновь смотрит парень, за плечами которого много плохого. Брюнет кладёт голову на стол и прикрывает глаза. Кто-то аккуратно касается его плеча и он вздрагивает, выпрямляясь. Оксана ласково улыбается ему и тоже смотрит на портрет. — Ты не показывал мне. — Было не лучшее время. Она кивает ему и рассматривает своего нарисованного сына. Затем переводит взгляд на самого парня. — Как бы странно не звучало, но любой конец – это хорошее начало. Женщина уходит, оставляя Рому в легком недоумении. Наверное, она была права.×××
Антон ощущает себя, как в какой-то дешёвой мелодраме. Дни тянутся долго и тоскливо, парень старается отвлечься на учёбу, но мысли о том, что с ним произошло за последнее время так и не покидают головы. Суд состоялся и Петра посадили, но покоя это не принесло. Кажется, лишь родители немного успокоились и теперь они могли выдохнуть, забыв об этом кошмаре. На заседании парень Рому не видел и в школе тот появляется тоже всё реже. Антон понимает, что теряет время. Он не может оставить всё вот так и отпустить Рому, так и не поговорив с ним. Блондин не знает, что именно ему это даст, но возможно хотя бы после они смогут начать жить в гармонии с собой. Петров разбирает вещи в шкафу. Сверху на него падает чёрная олимпийка. Антон берёт её в руки, понимая, что так и не вернул вещь владельцу. Рома очень любил её. Блондин улыбается, вспоминая, как тот постоянно её таскал, пока не отдал ему в тот день после стычки с Бабуриным. Кажется, это было очень давно. Он надевает её на себя, всё ещё чувствуя ментоловый запах. Всё же родной, уже любимый. Прикрывает глаза и видит Рому, который стоит сзади него. Его руки обвивают его талию, он шепчет ему что-то на ухо и Антон улыбается. В груди что-то жмёт, когда он открывает глаза и понимает, что это лишь игра воображения. Он больше так не может. Петров стаскивает с себя олимпийку и выходит в коридор, спешно натягивает на себя куртку и ботинки. — Куда ты собрался? Карина, сложив руки на груди, смотрит на сына. Парень тут же прячет вещь за спиной и не знает, что ей ответить. Скажет правду и женщина не отпустит его, а соврет, то тоже ничем хорошим не кончится. Антон выдыхает и достает олимпийку из-за спины, пряча от неё теперь свои голубые глаза. Карина смотрит на вещь в его руках и вздыхает. Её губы расплываются в слабой улыбке. — Иди. Петров удивлённо смотрит на неё и она кивает ему. Он тут же открывает дверь и срывается с места, пока та не передумала. Карина смотрит ему вслед. Антон выбегает на улицу и, шлепая по мокрому, таявшему снегу, спешно идёт в сторону знакомого дома. Он не знает, что ему сейчас скажет и что сделает, но он очень хочет его увидеть. Парень чувствует внутри тот самый трепет, волнение, но оно приятное. Петров перепрыгивает через лужу, пробегая по той же улице, где по осени он бежал за руку с Ромой. Антон кусает нижнюю губу, подавляя улыбку от воспоминаний. Впереди маячит знакомый дом. Парень надеется, что он примет его, выслушает, хотя бы заберёт свою вещь. Блондин заходит в открытый подъезд и поднимается на нужный этаж. Замирает у самой двери, слушая стук собственного сердца. Либо сейчас, либо никогда. Дрожащей рукой он звонит в звонок. Антон сжимает в своих руках олимпийку, изрядно её помяв. Старается разгладить, но дверь открывается и он видит перед собой Рому. Пятифан удивлённо смотрит на него и затем замечает свою вещь в его руках. — Привет. Петров замирает снова и понимает, что все слова, что он так хотел ему сказать, просто исчезли. Голова была пуста. — Привет. Рома отвечает ему немного тихо. Парень явно был шокирован тем, что Антон пришёл к нему. Внутри заседает маленькая надежда, но брюнет старается отмахнуться от неё. — Нашёл вот. Он протягивает ему олимпийку. — Она так и осталась у меня. Я подумал, что стоит вернуть. Она тебе нравилась. Рома забирает вещь, слегка касаясь его пальцев. Их словно ударяет током. Это чувствуют оба, но стараются не подавать вида. — Спасибо. Я и забыл про неё. Пятифан слабо улыбается ему. Они стоят молча, глупо уставившись друг на друга. Это всё? Их окончательный финал? Рома не смеет и думать о том, что их ещё можно спасти, ведь Антон тогда дал понять всё предельно ясно. Но чертова надежда всё же разгорается внутри. Антон борется со своими чувствами. Вспоминает слова Полины. Она, как и всегда, во всем права. Парню нужно поговорить с ним, сказать хоть что-то и извиниться. Не важно примет Рома это или нет. Петров опять трусит. Может, зря он это всё вообще затеял? Смотрит на Пятифана, в его карие глаза и решает, что пора перестать бегать от самого себя. Антон подаётся вперёд и обхватывает лицо брюнета руками, притягивая к себе. Он целует его решительно, так чувственно и брюнет широко распахивает глаза. Петров отстраняется, пробегаясь взглядом по его лицу. — Прости меня. Прости за всё. Антон не отпускает его, пока тот внимательно смотрит в ответ. Роме кажется, что он уже давно его простил, а может и вовсе не обижался. Всё это вышло вместе с его гневом в тот самый день, когда он в последний раз видел своего отца. — Я знаю, что я ужасно с тобой поступил. Мне нужно было остаться с тобой, но я просто струсил. Петров прижимается своим лбом к его и прикрывает глаза, чувствуя, как слёзы снова подступают. — Антон, я не обижаюсь. Пятифан отвечает все так же тихо. Блондин отстраняется от него, заглядывает в карие глаза и понимает, что не сможет скрыть своей печали. Слезы предательски стекают по щекам. — Ты должен. Рома, почему ты просто не выгонишь меня? Брюнет затаскивает парня в квартиру, закрывая дверь и бросая олимпийку куда-то в сторону. Затем он поворачивается назад к блондину и начинает вытирать его слезы. — Я не могу. Ты ведь знаешь, что я буду последним идиотом, но я не смогу отпустить тебя навсегда. Я старался, но у меня ничего не вышло. Антон прикрывает глаза, выдыхая. На самом деле он рад, что брюнет не отталкивает его, не выставляет за дверь, а просто принимает. — Я тоже не могу. Это всё душит меня изнутри. Я хочу отпустить, но знаю, что это будет моей самой большой ошибкой. Ты нужен мне, Ром. Нужен очень сильно. Пятифан целует его прежде, чем тот успевает сказать что-то ещё. Антон отвечает, попутно стягивая с себя куртку. Та падает на пол, но это сейчас волнует меньше, чем стоящий перед ним Рома. Он целует его жадно, как в последний раз. Брюнет скользит руками по его телу, прижимает к себе ближе, пока блондин буквально плавится от его прикосновений. Они соскучились. Изголодались по друг другу. Антон тянет парня в сторону комнаты, не отрываясь от него ни на секунду. Рома падает на кровать, а Петров усаживается на его колени сверху, кусает его губы, а затем проводит по ним языком. Руки Пятифана скользят под одежду, пальцы щекотят кожу, вызывая мурашки. Петров позволяет ему трогать себя везде, где только вздумается и сам бездумно шарит руками, прижимается ближе и просто задыхается от нахлынувших эмоций. — Я тебя люблю. Он шепчет это в его губы, смотрит в тёмные карие глаза. Пятифан скользит кончиком языка по его шее, оставляет мокрую дорожку из поцелуев и заставляет парня прикусить нижнюю губу, когда проводит рукой по его ширинке. Антон снова отдаётся весь полностью, без остатка. Сейчас существовали только они и никто больше. Сердца бешено бились в груди, разрываясь от чувств. Петров горячо выдыхает в его губы, цепляется руками крепко, словно боится, что тот может сбежать. Всё остаётся позади. Всё становится абсолютно не важным. То время, когда они были порознь, заставило многое переосмыслить. Антон понимает, что не сможет без Пятифана, как бы от этого не бежал и не старался скрыться. Пусть все будут против, но теперь он его не оставит. Да, он совершил ошибку, но именно на них и учатся. Главное, уметь их исправлять. Рома понимает, что всё-таки важно давать второй шанс. Пусть не всем, но это важно. Нужно учиться отпускать и не поддаваться негативным эмоциям. Они оба урок друг для друга, который остаётся усвоен. Сейчас, когда Антон так трепетно его целует, парень вновь теряет свою голову, как в первый раз. Они растворяются друг в друге окончательно. Антон ни о чем не жалеет. Ни о том, что встретил тогда Рому, ни о том, что заговорил с ним и ни о том, что сейчас к нему пришёл. Блондин рассматривает его лицо, не желая упускать этот момент. Рома лежит напротив, смотрит в ответ и молчит. Иногда слова просто излишни. Иногда ты просто всё понимаешь без них. — Неужели всё закончилось? Петров нарушает тишину между ними. Он не знает о чем именно спрашивает, но скорее обо всём сразу. — Наверное, всё только начинается. Антон улыбается в ответ на эти слова. — Мы можем начать сначала? Рома кивает, кусая нижнюю губу и затем улыбаясь в ответ.×××
Солнце высоко светит в небе. Бабочки и стрекозы кружат над просторным лугом. Зелёная трава и мелкие цветы покачиваются от лёгкого ветра. Он играет с ними, заставляет прижаться к друг другу ближе. Чьи-то длинные тонкие пальцы перебирают маленькие бутоны. Антон сидит рядом с Ромой, пока карандаш вырисовывает что-то на бумаге. Они находятся посреди большого зелёного луга, пока солнце приятно согревает, а ветер играет в их волосах. — Что ты снова рисуешь? Пятифан нарушает тишину, переводя взгляд с ясного неба на парня. — Всё, что мне кажется красивым. Его рука скользит по бумаге, слышится тихое шуршание грифиля. Рома внимательно наблюдает за ним. Несколько непослушных прядей светлых волос падают ему на лоб и парень периодически трясёт головой, чтобы те не лезли в глаза. Он выглядит довольно расслабленным. Карие глаза вновь устремляются в небо. — Я всё ещё удивляюсь тому, что моя мать нашла общий язык с твоей. Антон улыбается в ответ на это и кивает, соглашаясь. — Меня больше удивляет то, что она нашла в себе силы принять всё, что случилось. Но это и радует. После всего, что произошло, Карина и Борис решили, что нужно дать сыну шанс. Шанс на счастье, перестать вставать у него на пути и просто следовать за зовом сердца. Хоть мать и ворчала порой, но смотрела на брюнета с добротой и той мягкостью, которую адресовала всегда лишь своей семье. — Она славная, хоть и строгая. Заставляет меня бросить курить. — Это, кстати, было бы неплохо. Брюнет морщится в ответ на эти слова, а Петров вновь смеётся. — Вы не понимаете, в этом есть свой шарм. — Интересно, какой же? Просвяти. Антон украдкой смотрит на парня. Он продолжает что-то усердно рисовать на бумаге, не показывая этого Пятифану. — Ну, вот берёшь ты сигарету. Затягиваешься. Дым так обволакивает всё и сразу как-то спокойнее становится, голова пустая. Рома поднимает одну руку, бездумно крутя ей в воздухе. — Она у тебя и так всегда пустая. Петров шутит. Пятифан хмурится и приподнимается на локтях. — Так, Антон. Ты явно нарываешься на неприятности. — Правда? Они встречаются взглядами. Голубые глаза смотрят озорно и весело, а карие с лёгким хитрым прищуром. Блондин не помнит, когда в последний раз видел в них печаль или пустоту. В них лишь проскользнула тень какого-то безразличия, когда Пятифан читал повестку о том, что его отец умер в тюрьме. Покончил с собой, не выдержав. С тех пор от этого не осталось и следа. Карие глаза были полны жизни и вернувшейся радости. — Правда, правда. Рома тыкает пальцем того в бок и Антон смеётся, стараясь увернуться от следующего, так называемого, удара. Брюнет перехватывает его руки и заваливает на траву, нависнув сверху. — Наконец-то твоё внимание полностью на мне. Он наклоняется к нему ближе, слегка касаясь губами кончика носа, а затем и самих губ Антона. Тот слегка щуриться от солнца. Парень позволяет поцеловать себя, а затем, ущипнув его, улыбается. — Это нечестно. Рома кусает его за кончик носа и тут же поднимается на ноги, пока Петров недовольно ворчит на него. Пятифан смеётся и бежит по зелёному лугу вперёд. — Я же тебя всё равно догоню! Антон поднимается следом и бежит за ним. Они смогли начать сначала. Смогли пройти через те испытания, что приподнесла им судьба. Пусть они были и не вместе какое-то время, но всегда помнили друг о друге и переживали. Их сердца вновь бьются в унисон. Антон подарил Роме надежду на новую жизнь. На то, что он тоже способен быть любимым и любить сам. Подарил ему спокойствие и тепло, то, чего он был лишён практически всегда. Он подарил ему дом. Они нашли поддержку в друг друге, опору, что-то своё родное. Их судьбы тесно переплились и теперь парни шли бок о бок, не страшась ничего. Всё осталось в прошлом. Дальше было только светлое будущее. Ветер поднимает ввысь небольшой рисунок и несёт его над лугом, вслед за его творцом. На нём изображен парень с тёмными глазами и лёгкой улыбкой на губах.
Примечания:
буду признательна, если вы оставите парочку слов о работе 🥺🤍
спасибо за то, что прочитали!
