Квами на свободе!

Четверг, 12:15: Школьная столовая…

      Ками сидел за их обычным обеденным столом, уставившись на сыр и стараясь не паниковать.       С Тикки что-то было не так. Он чувствовал это каждой клеточкой своего существа. То, как она смотрела на него в классе, слишком крепко сжимая его руку, эта странная напряженность в ее глазах…       — Ками! — от весёлого голоса Галиетты он вздрогнул. Она скользнула на сиденье рядом с ним — ближе, чем обычно, прижавшись бедром к его бедру. — Я купила тебе ещё один камамбер в очереди за обедом! И печенье для меня. Разве это не идеально?       — Тикки… — тихо начал он.       — Галиетта, — поправила она с лучезарной улыбкой. — Помнишь? Мы теперь люди. Обычные подростки, которые обедают как обычно.       Но ничто во всем этом не казалось ни обычным, ни нормальным.       — Ты в порядке? — осторожно спросил он. — Вчера вечером, когда ты мне написала…       — Всё просто замечательно! — перебила она, найдя его руку под столом и крепко сжав её. — Лучше не бывает. Почему бы мне не быть в порядке?       — Потому что ты солгала о том, что осталась у Маринетт, — тихо сказал Ками.       Улыбка Галиетты не исчезла, но ее хватка на его руке болезненно усилилась.       — Мне нужно было пространство. Я же тебе говорила. И я его получила. И вот я здесь, и все идеально.       — Правда?» — Ками попытался вырвать руку, но Тикки удержала его.       — Конечно, это так, — сказала она, и в ее голосе появилась легкая резкость. — Мы вместе. Это все, что имеет значение, верно?       Прежде чем Ками успел ответить, к столу нервно подошла девушка из их класса химии — Софи.       — Привет, Ками? — сказала Софи. — Я хотела спросить, не мог бы ты помочь мне с домашним заданием? Я совсем запуталась в…       — Он занят, — ласково сказала Галиетта, даже не взглянув на Софи.       — О, мне нужно всего пять минут…       — Я сказала, — повторила Галиетта, не переставая улыбаться, — он занят. Верно, Ками?       Ками открыл рот, чтобы сказать, что может помочь, но Галиетта так сильно сжала его руку, что он был почти уверен, что это перекрывает его кровообращение.       — Возможно, позже, — с трудом выдавил он из себя.       Софи выглядела разочарованной, но кивнула и повернулась, чтобы уйти.       Вот тогда это и произошло.       Нога Софи зацепилась за абсолютное ничего. Она тяжело упала, поднос с едой отлетел, еда и напитки разлетелись во все стороны. Стоявшие рядом студенты отскочили назад, смеясь и восклицая.       — О нет! — воскликнула Галиетта, тут же отпустив руку Ками и бросившись на помощь. — Софи, ты в порядке? Позволь мне помочь тебе!       Она была воплощением заботы, помогала Софи собирать разбросанные вещи, предлагала салфетки, спрашивала, не нужно ли ей сходить к медсестре.       Но Ками всё видел. На долю секунды, когда Софи падала, он заметил, как в глазах Галиетты мелькнуло что-то красное.       — Это было странно, — сказал Нино, садясь на сиденье напротив них. — Ты видел? Она же не просто… упала. Как будто что-то её подставило.       — Случаются же всякие неприятности, — легкомысленно сказала Галиетта, возвращаясь к Ками и тут же снова беря его за руку. — Бедная девочка. Наверное, ей так стыдно.       Ками пристально смотрел на её профиль. Она выглядела нормально. Говорила нормально. Но этот проблеск красного…       — Ты в порядке? — снова спросил он, на этот раз более осторожно.       — Перестань меня об этом спрашивать, — сказала Галиетта, ее голос все еще был веселым, но в нем слышалась какая-то жесткость. — Я в порядке. Даже лучше, чем в порядке. Я идеальна.       — Ты всё время это повторяешь.       — Потому что это правда, — она повернулась, чтобы посмотреть на него, и ее глаза снова стали такими же ярко-голубыми. — Разве я не идеальна, Ками?       Это было похоже на испытание. На ощущение, что неправильный ответ будет иметь последствия.       — Ты всегда идеальна для меня, — осторожно произнес он.       Улыбка Галиетты стала шире.       — Хороший ответ.

14:30: Коридор между занятиями…

      Аварии продолжались в течение всего дня.       Когда девочка по имени Мари попросила Ками достать что-то с высокой полки, то каким-то образом умудрилась застрять рукой в ​​шкафчике. Уборщику потребовалось пятнадцать минут, чтобы освободить её.       Когда Хлоя намеренно задела Ками и отпустила едкое замечание, ремешок ее дизайнерской сумки таинственным образом порвался, и вся ее дорогая косметика разлетелась по полу в коридоре.       Когда Лила попыталась использовать очередную свою хитрую уловку против Ками, она поскользнулась на мокром пятне, которого явно не было еще две секунды назад.       Галиетта всегда была рядом. И каждый раз Ками видел этот короткий проблеск красного в ее глазах.       — Чувак, — сказал Нино, когда они шли на следующий урок, — это только мне кажется, или сегодня у многих девушек вокруг тебя ужасная неудача?       — Это касается не только меня, — тихо сказал Ками.       — Странно, правда? Как будто… не знаю, кто-то их проклинает или что-то в этом роде, — Нино рассмеялся над собственной шуткой.       Ками не засмеялся.       Позади них Галиетта болтала с Маринетт и Алей, выглядя совершенно нормально. Но каждые несколько секунд ее взгляд скользил по Ками, проверяя, где он находится, и следя за тем, с кем он разговаривает.       — Она сегодня какая-то навязчивая, да? — заметил Нино. — Не то чтобы это было плохо! Навязчивые подружки — это мило! Это значит, что ты ей действительно нравишься!       — Да, — безжизненно ответил Ками. — Она мне очень нравится.

15:45: Библиотека…

      Ками попытался найти немного уединения, отправившись в библиотеку учиться. Ему нужно было подумать, нужно было понять, что не так с Тикки, чтобы ее постоянное присутствие не подавляло его.       Он пробыл там, наверное, минут десять, когда появилась Галиетта.       — Вот ты где! — радостно воскликнула она, садясь на стул рядом. — Я тебя везде искала!       — Мне просто нужно было позаниматься, — сказал Ками.       — Тогда я буду заниматься с тобой! — Галиетта придвинула стул еще ближе, так что их плечи соприкоснулись. — Мы сможем помочь друг другу.       — На самом деле, мне лучше поработать в одиночестве…       — Чепуха! — она открыла учебник, но Ками заметил, что она не читает ничего, что написано на страницах. Она постоянно смотрит только на него. — Мы же команда, помнишь? Созидание и разрушение, мы работаем вместе.       Она сказала это небрежно, но напоминание об их истинной природе вызвало у него мурашки по коже.       — Тикки, — очень тихо сказал он, — нам нужно поговорить. Наедине.       — Сейчас мы говорим, — сказала она, не переставая улыбаться.       — О том, что происходит на самом деле. О прошлой ночи. О…       — Ничего не происходит, — перебила Галиетт. — Всё в порядке. Даже не просто в порядке, а идеально.       — Ты всё время говоришь, что всё идеально, но…       — Потому что всё идеально! — её голос слегка повысился, привлекая взгляды других учеников. Она тут же снова смягчила его, рассмеявшись. — Извини, немного разволновалась. Но серьёзно, Ками, всё замечательно. Мы вместе, мы счастливы, всё хорошо.       — Тогда почему у меня такое чувство, что что-то не так?       Улыбка Галиетты на мгновение померкла.       — Может быть, ты просто параноик. Может быть, ты ищешь проблемы там, где их нет.       — Или, может быть, — осторожно сказал Ками, — прошлой ночью произошло что-то, о чём ты мне не рассказываешь.       — Ничего такого не случилось, — твердо сказала Галиетта. Ее рука снова нашла его руку под столом, крепко сжав. — Я была расстроена, прогулялась, мне стало лучше, я вернулась. Вот и все. Понятно?       Это было не правдой. Ничего из этого не было правдой. Но Ками видел напряжение в её глазах и чувствовал предупреждение в её хватке.       — Хорошо, — тихо сказал он.       — Хорошо, — Галиетта отпустила его руку и вернулась к учебнику, тихо напевая.       Ками пыталась сосредоточиться на своей работе, но украдкой поглядывал на нее. Она выглядела совершенно нормально. Но время от времени, когда она думала, что он не смотрит, выражение ее лица менялось на что-то… другое. На что-то собственническое, напряженное и неправильное.       Что с ней случилось прошлой ночью?       И что еще важнее — как он собирался это исправить?