Сердце на льду: Огонь в зоне отчуждения

Прошла неделя, и Такемичи понял одну вещь: быть менеджером «Томана» — это всё равно что пытаться укротить стадо разъяренных быков, которые к тому же виртуозно стоят на коньках. Его день начинался в пять утра. Холод арены стал его верным спутником. Такемичи таскал тяжелые баулы с формой, наполнял десятки бутылок изотоником и следил за тем, чтобы Баджи не подрался с кем-нибудь еще до начала разминки. — Ханагаки, подай полотенце! — крикнул Чифую, проезжая мимо и эффектно тормозя так, что веер ледяной крошки обдал Такемичи с ног до головы. — Чифую! Я же только что переоделся! — возмутился Такемичи, вытирая лицо. Мацуно рассмеялся, подъехал ближе и, неожиданно для самого себя, протянул руку, чтобы стряхнуть снег с волос Такемичи. Его взгляд на мгновение смягчился. — Извини, партнер. Ты просто забавно злишься. Кстати, спасибо, что подклеил мою клюшку вчера. Она сегодня как влитая. Такемичи улыбнулся, и Чифую быстро отвернулся, пряча легкий румянец за решеткой шлема. В этот момент к ним подъехал Мицуя. Он двигался по льду с грацией фигуриста, хотя на нем была полная защитная экипировка. — Такемичи, не перетруждайся, — мягко сказал он, забирая у Ханагаки тяжелую сумку с шайбами. — Ты выглядишь бледным. Если ты свалишься с простудой, эта банда разнесет арену за один вечер. Ты — единственный, кто их сдерживает. — Я в порядке, Мицуя-кун! Я просто хочу, чтобы вы победили в субботу, — с жаром ответил Такемичи. Мицуя посмотрел на него с нескрываемым восхищением. В этом хрупком парне было столько искренней веры в них, сколько они сами в себе давно не находили. Мицуя поправил перчатку и добавил тише: — После тренировки зайди в швейный цех. Я подогнал твою куртку менеджера по размеру. Хочу, чтобы ты выглядел достойно. Такемичи не успел поблагодарить, потому что по арене разнесся оглушительный свисток. Это был Дракен. — Хватит болтать! Майки на льду! Майки вылетел из подтрибунного помещения как пуля. Он не просто катался — он доминировал над пространством. Каждое его движение было наполнено мощью. Он сделал круг, заложил крутой вираж и остановился прямо перед Такемичи, едва не сбив его с ног. — Такемуччи! — Майки стянул шлем, его волосы были влажными от пота, а глаза горели азартом. — Смотри внимательно. Этот гол — для тебя. Он развернулся, подхватил шайбу и в одно мгновение пересек зону. Щелчок! Шайба со свистом влетела в «девятку» ворот, едва не порвав сетку. Майки победно вскинул клюшку, глядя на Такемичи и ожидая его реакции. Ханагаки, как и всегда, восторженно зааплодировал, заставив капитана довольно ухмыльнуться. Но идиллия была нарушена. Тяжелые двойные двери арены распахнулись с грохотом, который не предвещал ничего хорошего. На трибуны, цокая каблуками ботинок по бетону, вышли двое. На них были яркие куртки команды «Раппонги» — главных конкурентов в лиге. — Ой-ой, как тут мило, — протянул высокий парень с длинными косичками, в которые были вплетены золотистые нити. Ран Хайтани. — Майки всё так же играет в героя? Рядом с ним стоял его брат, Риндо, поправляя очки в стильной оправе. Его взгляд сразу зацепился за Такемичи, который стоял у бортика. — Брат, посмотри. Кажется, у «Томана» появилась новая игрушка. И какая симпатичная. Братья Хайтани начали спускаться к самому льду. Команда «Томан» мгновенно сгруппировалась. Баджи оскалился, Дракен сжал клюшку так, что та хрустнула. Ран подошел к бортику и, проигнорировав рычание Баджи, наклонился к Такемичи. Он протянул руку и бесцеремонно коснулся подбородка Ханагаки, заставляя того поднять голову. — Привет, малыш. Не хочешь сменить команду? У нас в Раппонги менеджеры не таскают тяжести. Мы их носим на руках. — Убери от него свои лапы, Ран, — голос Майки прозвучал как удар хлыста. Он уже был у бортика, загораживая Такемичи собой. — Или я перееду твои пальцы коньками. Ран лишь рассмеялся, его глаза опасно блеснули. — Спокойно, коротышка. Мы просто пришли посмотреть на ваше «слабое звено». Но, кажется, нашли ваше «сердце». Риндо подошел с другой стороны, рассматривая Такемичи с холодным любопытством. — Значит, это из-за него вы стали играть так... агрессивно? Интересно. Надеюсь, на льду ты так же хорош, как и твои защитники, Ханагаки-кун. Такемичи чувствовал, как между игроками буквально искрит воздух. Это было то самое «пламя», о котором предупреждали. Ревность, спортивная злость и что-то еще, более глубокое и темное, смешалось в один коктейль. — Я... я никуда не уйду, — твердо сказал Такемичи, хотя его голос немного дрожал. Он посмотрел прямо в глаза Рану. — Я менеджер «Томана». И мы победим вас в финале. На секунду братья Хайтани замолчали, пораженные его смелостью. А затем Ран широко улыбнулся, облизнув губы. — О, я определенно хочу забрать его себе. Риндо, нам придется постараться в субботу. Когда Хайтани ушли, в раздевалке воцарилась тяжелая тишина. Майки обернулся к Такемичи. Его взгляд был тяжелым, собственническим. — Такемуччи, — тихо сказал он. — С этого момента ты не отходишь от Дракена или меня ни на шаг. Даже в туалет. Понял? Такемичи только кивнул, понимая, что теперь он не просто помогает команде. Он стал главным призом в игре, где правила наруш аются каждую секунду, а цена победы — его собственное сердце.