Нить забвения:сквозь времена и боль

Ниндзяго-Сити окончательно погрузился в хаос. Улицы кишели Сыновьями Гармадона, а небо застилал густой фиолетовый смог. Мы потеряли почти всех друзей, но в глубине души всё еще теплилась слабая надежда. Хотя я сама была на грани. С того рокового боя я так и не оправилась — раны были слишком глубоки, а жизненная сила таяла с каждым часом. Дарет осторожно отодвинул мусорный бак, закрывавший потайную дверь, и проскользнул внутрь убежища. В центре пыльного зала Ния и Ллойд изнуряли себя тренировками. — Здесь нас никто не найдет, — выдохнула Мисако. — Ты добыл еды? — Они отобрали всё, — Дарет с грустным видом выудил из кармана нечто сморщенное. — Оставили только пельмешки от самого Мастера Чена. Но, честно говоря, выглядят они не очень съедобно. Он протянул один Ллойду. Тот, почти не чувствуя вкуса, заставил себя проглотить еду. — Хватит отдыхать, продолжим! — Ния снова встала в боевую стойку. Дарет сочувственно посмотрел на них. — Ну и как идут тренировки лидера сопротивления? — Если честно, так себе, — тихо ответила П.И.В.В.Ж. — Пока Аника не подает признаков жизни, он не может взять себя в руки. Его мысли далеко отсюда. В этот момент Ллойд, пропустив удар, отлетел в стену. Он тяжело поднялся, но вместо того, чтобы продолжить бой, подошел ко мне. Я лежала на старых коробках, укрытая колючим пледом. — Сможешь ли ты выжить? — прошептал он, сжимая мою холодную руку. — Сейчас мне особенно тебя не хватает... *** — Я больше не могу! — Ллойд в сердцах отбросил меч. — Вот как? — Ния подошла к нему вплотную. — Ты думаешь, ты один всё потерял? Я лишилась друзей, брата, любимого... Мы должны сражаться ради них! — А что, если... если... — А что, если оставить все «если»? — раздался мой слабый, охрипший голос. — Аника! — Ллойд в мгновение ока оказался рядом. — Где мы? Что произошло? — я попыталась сфокусировать взгляд. — Ты жива... — Ллойд прильнул ко мне, в его глазах стояли слезы. — Конечно, жива. Куда я от тебя денусь? — я попыталась улыбнуться. — Я так боялся, что ты... — Неважно, что ты думал. Главное, что мы вместе. Помоги мне встать, всё тело невыносимо ноет. Особенно нога... кажется, я её совсем не чувствую. Ллойд помог мне сесть. Он вернулся к тренировке с новыми силами, а я осталась сидеть, борясь с приступами боли. Но наш покой был недолгим. — Нужно уходить! — вбежала Мисако. — Бойцы Гармадона прочесывают квартал. — И прочесывают не расческами, — добавил Дарет. — Они вооружены до зубов! Мы бросились к выходу. Я облокотилась на Ллойда, стараясь не отставать, но при каждом шаге нога отзывалась резкой, пульсирующей болью. — Иди, — прошептала я, когда мы свернули в очередной переулок. — Я найду место, где укрыться. Ты должен спастись. — Я не оставлю тебя! — отрезал Ллойд. — Со мной всё будет хорошо, беги! Поддавшись моим уговорам, Ллойд скрылся в тени зданий. Я попыталась залезть за мусорные баки, но нога подвела в самый неподходящий момент. Я рухнула на асфальт, и в ту же секунду из-за угла вышли они. — Так, так... Кто это у нас? — раздался до боли знакомый голос. — Моя любимая «младшая сестренка»? — Не называй меня так, — процедила я, хватаясь за ногу. Харуми медленно подошла ко мне, её взгляд был полон яда. — Милая Аника, твои благородные друзья бросили тебя? Ты снова осталась совсем одна. — Я не одна. Ллойд найдет меня, и тогда вам всем не поздоровится. — И что ты сделаешь без своего Зеленого ниндзя? — Харуми рассмеялась. — Поплачешь? Или будешь угрожать тем, чего у тебя нет? — А что ты можешь без Гармадона? — я парировала удар. — Без него ты — никто. Обычная обиженная девчонка. Лицо Харуми на мгновение исказилось от ярости. — Хватит разговоров. Киллоу, веди её к Императору! *** На крыше небоскреба, где обосновался мой дядя, завывал бешеный ветер. Будь у меня стихия, я бы подчинила его, но сейчас я была бессильна. Киллоу швырнул меня к ногам Гармадона. Я вскрикнула — удар пришелся прямо на больную ногу. — Племянница... — Гармадон медленно повернулся. — Удивлен, что ты выжила. — Я тоже «рада» тебя видеть, дядя. Ты ведь говорил, что у тебя нет племянницы? Гармадон промолчал. Он внезапно поднял руку, и невидимая сила взметнула меня в воздух. — И что теперь? Убьешь меня? — я смотрела ему прямо в глаза. — О нет... Я окажу тебе милость. Я пощажу тебя, но взамен ты поможешь мне найти моего сына. — Никогда! Я ни за что не приведу тебя к Ллойду! — А кто тебя будет спрашивать? Его кулак сжался, и я закричала от невыносимой агонии. Я чувствовала, как в мои вены вливается что-то чужеродное, ледяное и темное. Моя кровь закипала, сердце колотилось так, будто хотело разорвать грудную клетку. Темная энергия Гармадона заполняла каждую клеточку моего тела, выжигая боль и заменяя её холодной, безжалостной силой. Он разжал руку, и я упала на колени. Но на этот раз я не почувствовала боли. Нога была в порядке, а во всём теле ощущалась пугающая легкость. — Ну что скажешь, племянница? Как твоя нога? — с усмешкой спросил он. Я медленно подняла голову. Мои глаза, прежде ясные, теперь светились зловещим фиолетовым огнем. Тьма окончательно поглотила мой разум, стирая привязанности и жалость. — Уже лучше, — ответила я голосом, который теперь казался чужим. — Найди моего сына. — Слушаюсь, Император. Харуми сделала шаг вперед, с подозрением глядя на меня. — Но, Император, вдруг она лжет? Нужно послать за ней людей. Я повернулась к ней, и на моих губах заиграла опасная, холодная улыбка. — Ты сомневаешься во мне, «сестричка»? Напрасно. Теперь я вижу мир так же ясно, как и вы. Я с легкостью подняла Харуми в воздух силой мысли, а затем наотмашь швырнула её в стену. — Больше никогда не смей этого делать, — процедила я сквозь зубы. — Мой император... — прохрипела Харуми, сползая по стене. Гармадон лишь холодно взглянул на неё: — Довольно. Ты не доверяешь моему выбору? *** Я шла по ночному Ниндзяго-Сити, и город больше не казался мне враждебным. Наоборот, теперь он принадлежал нам. Сыновья Гармадона, встречавшиеся на моем пути, замирали и низко кланялись, чувствуя исходящую от меня мощь Императора. Фиолетовые искры иногда пробегали по моим пальцам, смешиваясь с потоками ветра. Теперь мой ветер не просто толкал — он резал, как бритва. Я закрыла глаза и прислушалась. Где-то там, среди серых бетонных коробок, билось сердце, которое я знала слишком хорошо. Энергия Ллойда ощущалась как яркий, раздражающий свет в идеальной темноте. — Нашла, — прошептала я. На моих губах заиграла холодная улыбка. * Новое убежище сопротивления находилось в подвале заброшенного склада на окраине промышленного района. Я бесшумно проскользнула внутрь через вентиляцию, используя силу ветра, чтобы смягчить приземление. Внизу, при свете тусклой лампы, Ллойд сидел за столом, рассматривая карту города. Ния и Мисако о чем-то негромко спорили в углу. — Ллойд, — тихо позвала я, выходя из тени. Он вскочил так резко, что стул повалился на пол. — Аника?! О боже, ты нашла нас! — он бросился ко мне, его лицо светилось от нескрываемого облегчения. — Я уже собирался идти за тобой, я места себе не находил... Он обнял меня, но я не шевельнулась. Его тепло теперь казалось мне обжигающим, неприятным. — Ты ледяная... — Ллойд отстранился и внимательно посмотрел на меня. — Аника, что с твоими глазами? И этот запах... Тьма? — Всё хорошо, Ллойд, — я мягко коснулась его щеки, но в моем жесте не было нежности. — Теперь всё действительно хорошо. Боли больше нет. Дядя... Император показал мне истину. Мы зря боролись с ним. Он — сила, которая нужна этому городу. И он ждет тебя. Ллойд медленно попятился, его глаза расширились от ужаса. — Нет... Нет, Аника, что он с тобой сделал? Это не ты говоришь! — Ллойд, что происходит? — Ния и Мисако подбежали к нам, и Ния тут же выхватила копье. — Она пахнет так же, как Гармадон! — Он спас меня! — мой голос стал громче, в нем зазвучали властные нотки дяди. — Пока вы бежали, спасая свои шкуры и оставляя меня умирать в переулке, он дал мне цель! Он дал мне силу! Я вскинула руку, и мощный поток фиолетового ветра сбил Нию с ног, впечатав её в стену. — Ния! — закричал Ллойд. Он повернулся ко мне.-— Аника, остановись! Мы поможем тебе, Мистаке найдет способ очистить твой разум! — Мне не нужно очищение! — я рассмеялась, и этот смех эхом разнесся по подвалу. — Пойдем со мной, Ллойд. По-хорошему. Дядя хочет видеть своего сына. Ты — часть его наследия, так же как и я. Мы можем править этим городом вместе. Нам не нужны эти слабаки. — Я никогда не присоединюсь к нему, — Ллойд встал в боевую стойку, но я видела, как дрожат его руки. Он не хотел сражаться со мной. — И я не позволю ему забрать тебя. — Жаль, — я наклонила голову набок, и фиолетовое свечение в моих глазах стало нестерпимо ярким. — Значит, придется притащить тебя в цепях. Я рванулась вперед. Моя скорость, усиленная темной энергией, была невероятной. Ллойд едва успел заблокировать мой удар, но сила столкновения была такой, что бетон под его ногами треснул. — Ты стала сильнее... — прохрипел он, пытаясь удержать мой натиск. — Это только начало, Зеленый ниндзя! — я создала вокруг себя вихрь из острых обломков и пыли. Битва в подвале была ожесточенной. Ллойд только защищался, он не мог заставить себя нанести серьезный удар той, кого любил. А я... я больше не чувствовала любви. Только жажду выполнить приказ. — Аника, вспомни! — кричала Мисако из глубины комнаты. — Вспомни наше чаепитие, вспомни, как Ллойд заботился о тебе! Эти слова на мгновение вызвали вспышку боли в моей голове. Я замерла, схватившись за виски. Перед глазами пронеслись обрывки воспоминаний: смех Ллойда, тепло солнца, наш полет на «Даре Судьбы». — Замолчи! — закричала я, и фиолетовая волна энергии отбросила Мисако в сторону. — Довольно! — Ллойд, наконец. Этого времени хватило П.И.В.В.Ж., которая незаметно зашла с тыла. Она применила парализующий дротик, специально разработанный для подавления магических аур. Я почувствовала резкий укол в шею, и мои силы начали стремительно покидать меня. Фиолетовый свет в глазах померк. — Прости меня, Ани... — это было последнее, что я услышала от Ллойда, прежде чем упасть ему на руки и снова погрузиться в темноту. * Когда я очнулась, я была прикована к тяжелому металлическому стулу в какой-то камере. Передо мной стояла Мистаке, помешивая что-то в маленькой чашке. — Темная энергия Гармадона глубоко пустила корни, — проскрипела старуха, не глядя на меня. — Она не просто в её венах, она в её сердце. Я дернулась, цепи звякнули. Я чувствовала ярость, кипевшую внутри. Я хотела разорвать их всех. — Отпустите меня! — зарычала я. — Император придет за мной! Он сотрет вас в порошок! Дверь открылась, и вошел Ллойд. Он выглядел так, будто не спал несколько веков. Он подошел и сел напротив меня, глядя с бесконечной печалью. — Это не ты говоришь, Аника. Мы вернем тебя. Чего бы нам это ни стоило. Я посмотрела на него и оскалилась. — Ты уже проиграл, Ллойд. Ты думаешь, ты держишь меня в плену? — я наклонилась вперед, насколько позволяли цепи. — На самом деле, ты просто подготовил ловушку для самого себя. Дядя уже знает, где вы. Снаружи раздался оглушительный взрыв. Стены убежища задрожали. — Он пришел за своей племянницей, — прошептала я с торжествующей улыбкой. — И за тобой. Стены подвала содрогнулись, и с потолка посыпалась бетонная крошка. Снаружи доносился скрежет металла и торжествующие крики Сынов Гармадона. Ллойд вскочил, накрыв меня собой, когда очередной взрыв выбил дверь камеры. — Ллойд, уходим! — закричала Ния, вбегая в комнату. — Колосс обнаружил нас! Нам нужно уводить Анику через черный ход! Ллойд потянулся к замкам моих цепей, но я почувствовала это. Присутствие. Дядя был близко. Его энергия пульсировала в моих венах, как раскаленный свинец, давая мне силы, о которых я раньше и не мечтала. — Поздно, — прошептала я, и мой голос прозвучал как шелест сухих листьев. В этот момент я рванулась. Цепи, сковывавшие мои руки, раскалились до фиолетового свечения и с оглушительным звоном лопнули. Я не просто разорвала их силой — я расщепила их темным ветром. — Аника, нет! — Ллойд попытался схватить меня за плечи, но я сделала резкий взмах рукой. Мощная волна фиолетовой энергии отбросила его к стене. Ния замахнулась копьем, но я была быстрее. Одним прыжком я оказалась у разбитого проема, где сквозь пыль и дым уже виднелись байки Сынов Гармадона. — Ты идешь не в ту сторону! — крикнула Мисако, преграждая мне путь. — Остановись, пока ты не совершила то, о чем будешь жалеть вечно! Я посмотрела на неё, и на моем лице не дрогнул ни один мускул. — Жалеть? Жалость — это удел слабых, Мисако. Дядя освободил меня от этой обузы. Снаружи, прямо перед входом, приземлился огромный Киллоу. За его спиной на вершине Колосса виднелся силуэт Императора. Фиолетовое небо озарилось вспышкой молнии, когда Гармадон направил свою силу в сторону убежища. — Моя племянница... — эхом разнесся его голос над руинами. — Иди ко мне. Твое место — подле трона. Я обернулась к Ллойду. Он стоял среди обломков, тяжело дыша, его лицо было испачкано сажей и слезами. — Пожалуйста... Ани... не делай этого. Мы всё еще можем всё исправить. Я на мгновение задержала на нем взгляд. В глубине души что-то слабо кольнуло, но темная энергия мгновенно заглушила это чувство. — Ты всё еще надеешься на чудо, Ллойд. Но в этом мире нет места чудесам. Есть только сила. И она теперь на моей стороне. Я развернулась и вышла из дымящегося подвала навстречу своим новым союзникам. Харуми стояла у подножия Колосса, скрестив руки на груди. В её глазах читалась смесь зависти и страха. — Ты всё-таки вернулась, — процедила она. — Я думала, ты слишком привязана к своему «зеленому другу». Я прошла мимо неё, даже не удостоив ответом. С помощью вихря темного ветра я поднялась на плечо Колосса, прямо к ногам Императора. Гармадон медленно положил свою тяжелую руку мне на плечо. Его энергия была обжигающей, но теперь она казалась мне родной. — Ты хорошо потрудилась, Аника. Ты привела нас к ним. Я опустилась на одно колено перед ним, склонив голову. — Мой Император. Город ждет вашего последнего слова. Что прикажете делать с Ллойдом? Гармадон посмотрел вниз, где крошечная фигурка Ллойда всё еще стояла у входа в разрушенный склад. — Оставь его, — холодно произнес он. — Пусть смотрит, как рушится его мир. Пусть видит, что его единственная опора теперь — мой карающий меч. Он взмахнул рукой, и Колосс начал разворачиваться, направляясь к центру Ниндзяго-Сити. Я стояла по правую руку от Императора, глядя на горящий город. Я больше не была Аникой, испуганной девчонкой, потерявшей память. Я была Генералом Тьмы, и мое правление только начиналось. * Вечер того же дня. Храм Императора. Харуми вошла в тронный зал, где я рассматривала новую форму — черные доспехи с фиолетовыми вставками, подаренные дядей. — Император назначил тебя главнокомандующей захваченных кварталов, — сказала она, и в её голосе чувствовалась нескрываемая злоба. — Ты быстро растешь, Аника. Я обернулась, и фиолетовый блеск в моих глазах заставил её отступить на шаг. — Теперь я выше тебя по званию, Харуми. Следи за своим тоном. И помни: если ты еще раз назовешь меня «сестренкой», я сделаю так, что ты забудешь, как дышать. Я вышла на балкон, откуда открывался вид на поверженный город. Где-то там Ллойд и остальные пытались собрать ост атки своих сил. Но я знала: это бесполезно. Ниндзяго пало, и я была той, кто помог втоптать его в пыль.