Хаос и перья

      Томми сидел на стуле, строя из канцелярских принадлежностей на столе шаткую башню. Скрепки, ручки, ластик — всё шло в ход. Карандаш лёг сверху, башня устояла.       — Прости, Гост. Эндера сегодня не будет. Он помогает с... — Би замялся, покосившись на Томми. —... с заданием. Информаторы передали, что вблизи объекта видели Ифрита и Часового. Ангел изрядно забеспокоился и предпочёл не рисковать. Особенно из-за второго. Сам знаешь, какую подлянку с остановкой времени он может выкинуть.       Томми навострил уши, но виду не подал.       Ифрит.       «Огненный маньяк» в глазах горожан. Или «с хуя ли ты герой, то?» — со стороны Томми. Тот, от кого бед было в разы больше для города, чем от преступников. Основной задачей Ифрита было разгонять митинги и сохранять задницу Шлатта.

«Прекрасное решение, о великий мэр. Держать того, кто спалил множество домов и не понёс наказания».

      А потом спрашивается, почему мета-людей общество на дух не переносит? Одним словом не герой, мудак под защитой убуханной власти.       А вот Часовой...        Карл Джейкобс.       Несколько месяцев назад он пропал. Один очень знакомый мститель "случайно" взломал его аккаунт и выудил информацию в сеть. Обычный, ничем не примечательный студент. Началось всё с обсуждения внешности в сети, а закончилось преследованием.       Томми даже немного рад его возвращению.       — Эндер вроде говорил, что предупредил тебя, — добавил Би.       Томми уже готовился слушать новый план на день, как Гост покачнулся и выдал:       — Точно! Я совершенно забыл! А ведь у меня были планы... — он театрально приложил руки к груди. — Ангел по доброте душевной дал мне время выйти в свет нашего прекрасного города Л'манбурга! Ах, как же печально, ведь мне не на кого оставить малыша Тесея.       — Л'манбурга? — Томми покосился на призрачного наставника, даже не обратив внимания на бесящее «малыш».       — Раньше город так назывался, — пояснил Би. — Лет сто назад.       — Девяносто три года назад, — поправил Гост. — Что, Тесей, в школе историю прогуливал.       Томми бросил школу в одиннадцать. Он промолчал.       «Л'манбург. Херня какая-то. Но звучит... лучше, чем Мэнбург.»       — Так что, Би...       Гост лениво накинул руку на плечо пчелиного друга, который был заметно ниже, и оттянул его в сторону. Томми сделал вид, что занят башней.       — Слушай, — голос Госта понизился шепота. — Не хочешь поближе познакомиться с нашим новичком?       Би покосился на Томми, потом обратно на Госта.       — Настолько важное дело, что ты готов сбросить его на меня, наплевав на правила? Ангел же сказал...       — О, новый альбом Lovejoy того стоит. Ты бы знал, сколько я ждал релиза.       — Если Блейд узнает...       — А ты не ходи в местах его обитания. — Гост понизил голос ещё сильнее, заговорщицки наклоняясь к уху Би. — Я же всего на несколько часов. К тому же Тесею нужны новые знакомства. А ты, как никак, один из самых обаятельных ребят, которых я только знаю.       Би обречённо вздохнул.       — Ты когда-нибудь перестанешь втягивать меня в свои авантюры?       — В день, когда ты перестанешь в них ввязываться. — в его голосе послышалась улыбка.       Они обернулись к Томми. Тот поднял голову от башни, подозрительно щурясь.       — Он как чихуахуа.       — Угу, — послышался смешок.       — Придурки, я вообще-то вас слышу!       — Гост, я... — Би начал было, но тот перебил:       — Я куплю тебе ту, странную квадратную игру которую ты так сильно хотел.       — И мягкую гигантскую на весь мой рост пчелу?       Повисла пауза.       — Чёрт, Би, а ты умеешь торговаться. — Гост покачал головой, но в голосе слышалась уважительная усмешка. — По рукам.       Они обменялись рукопожатием.       — Надеюсь, Тесей будет ещё жив, когда я вернусь, — бросил он уже на выходе, не оборачиваясь.       Башня из канцелярии рухнула.       — Так, стоп. — Томми резко встал, едва не опрокинув стул. — Это что?! Меня, блять, сейчас продали?!

***

      Третий этаж Синдиката.       Коридоры сменяли друг друга.       — И чем бы нам заняться — задумчиво произнес Би и начал крутить головой.       — Может ты оставишь меня, а сам пойдешь заниматься своими, эм...чудоковатыми злодейскими делами?       — О, я этим сейчас и занимаюсь!       — Достаешь своим существованием?       — Тесей, это называется пытки. И это очень по-злодейски!       — Я считаю, что ты не тянешь на злодея. У тебя слишком дружелюбная маска. На клоуна скорее.       — Маски обманчивы. Под моей скрывается безжалостная машина для убийств.       — Да ну? И сколько ты уже уничтожил?       — Эм... ну... технически...никого.         — О, господи, какой ужас, я в ахуе, — протянул Томми, разводя руками. — Маньяк, блядь, недоделанный.       — Я подумываю начать свою карьеру серийного убийцы с того, кто назвал мою маску клоунской. Так что советую тебе быть повежливее, Тесей.       — Угрожаешь мне, насекомофил? — Томми даже не думал трусить. Наоборот — подался вперёд, явно наслаждаясь перепалкой.       — Предупреждаю, чихуахуа.       — О, мы перешли на оскорбления? Ладно, тогда слушай сюда! Твоя маска выглядит так, будто её рисовал ребёнок-даун, которому в первый раз в жизни дали фломастеры. И ещё он был без рук. И слепой.       На секунду Томми показалось, что он перегнул. Что сейчас дружелюбный парень в маске пчелы скинет всю свою доброжелательность, как ненужную маскировку, и покажет, почему его вообще держат в Синдикате.       — Ну всё, — Би остановился и развернулся к нему всем телом. — Сравнивать мою маску с поделкой детсадовца — это не уважение. И причина для начала войны!       — О нет, только не война! — Томми театрально схватился за сердце. — Что же я буду делать, когда твоя армия пчёл-убийц начнёт жалить меня? Только не говори, что у тебя есть армия пчёл. Пожалуйста, скажи, что у тебя нет армии пчёл.       — У меня нет армии пчёл, — мрачно сказал Би. — Пока нет.       — «Пока нет»? — озадаченно произнес Томми. — Ты сейчас серьёзно? Ты что, работаешь над этим? Это твой грандиозный злодейский план?        — Я пчеловод-стратег, — с достоинством сказал Би. — Запомни это имя. Оно войдёт в историю.       — В историю долбаебов.       Би сделал шаг вперёд и с силой пихнул Томми в плечо. Тот резко выдохнул, отступил на шаг, а потом — не думая, на чистом упрямстве — пихнул в ответ. Би пошатнулся, но устоял. В следующую секунду они уже толкались, как два придурка в школьном коридоре, сцепившись в потасовке.       — Отъебись! — выпалил Томми, уворачиваясь от очередного тычка.       — Сам отъебись! — Би попытался схватить его за капюшон, но промахнулся.       — Ты первый начал, пчелиный ублюдок!       — А ты первый оскорбил мою маску!       — Потому что она оскорбительна для моего чувства прекрасного!       — Эй вы! — рявкнул кто-то сбоку. — Живо прекратили!       Оба замерли.       Из-за угла вышел мужчина в чёрной маске. Высокий, широкоплечий, с нашивкой на плече.       Би выпрямился, одёрнул толстовку и виновато произнёс:       — Извините.       — Вы что, в детский сад пришли? Немедленно прекратите безобразие и ведите себя соответственно статусу!       — Есть, сэр.       Шаги гулко отдавались от стен, постепенно затихая. Томми смотрит вслед, потом переводит взгляд на Би. Повисла тишина. Томми хрюкнул. Би прыснул. И через секунду они оба давились смехом, прислонившись к холодной бетонной стене.       — Ладно, всё, соберись! - сказал Би, стараясь взять себя в руки. Он ударил себя по маске в районе щёк несколько раз и взял Томми за руку. — Идем в комнату отдыха. Там законно можно отпинать друг друга, как следует.       Тесей запыхавшийся, но довольный последовал за ним.