Хаос и перья

      Гост довёл его до комнаты и сказал, что заберёт, как только его «интересная и весёлая лекция» подойдёт к концу. Томми дружелюбно пожелал ему застрять в стене. Гост ушёл, оставляя наедине с новым коллективом.       Томми ненавидел школу. И сидя в комнате с серыми стенами, он вспомнил почему. Группа из двадцати человек сидела на стульях в ожидании начала инструктажа. Он чувствовал себя лишним. Его маска то и дело привлекала внимание. Буквально белая ворона среди серых придурков.       Нога раздражённо постукивала по полу под гул голосов. Сдружаться Томми ни с кем не хотел — его волновал лишь побег. Они находились в подвале, и пока физического (ну, не совсем) присмотра в виде Госта не было, он мог позволить себе разгуляться. Глаза окинули помещение. Можно просто попробовать уйти. Сделав несколько глубоких вдохов, он встал. Сразу несколько человек развернулись к нему. Руки задрожали, и Томми спрятал их в карманы выданной серой толстовки (спасибо, что волнуетесь о здоровье пленника в холодном подвале). Дверь предстала перед носом, и ручка повернулась. Сердце забилось быстрым ритмом. Он вышел.

Не повезло — сказала судьба.

      Томми упёрся в чужой торс. Блять.       — Простите, задержался.       Мужчина в чёрной маске положил руки на плечи, заставив подростка вздрогнуть.       — Всё, садитесь, начинается основной инструктаж. — Маска опустилась. — Ты, я так понимаю, тот самый Тесей? Меня уже предупредили, что ты не больно усидчивый.       Голос мужчины звучал спокойно. Но Томми всё равно отпрянул, смотря прямо в бок. Выход был так близко — виднелись коридоры, — но он не мог дотянуться до них. Первый этап провален. Томми фыркнул и уселся на своё место.       — Так давайте представимся. На сегодня я буду вашим инструктором. Вы можете звать меня по моему рабочему коду 29485776940, — проговорил он.       Окружение напряглось и начало оборачиваться. В глазах Томми мужчина был гением: нет вопросов — нет проблем.       — Или можете звать меня проще. Панз.       Панз выглядел молодо. Светлые торчащие волосы, спортивная фигура. Верхушка рубашки была чуть открыта, обрамляя светлую кожу. Для себя Томми сделал вывод: непунктуальный и беспорядочный человек. У такого можно и карточку доступа украсть без проблем.       — Извините, — многие обернулись на голос. — А когда мы сможем получить имена?       Томми присмотрелся к бейджам, что виднелись на шее. Номера. Обычные, ничем не примечательные комбинации из цифр.       — Ну, зависит от того, надолго ли вы с нами. — Томми взял свою карточку в руки. Тесею «повезло», значит. — В лучшем случае вам потребуется год, если вы не будете нарушать правила организации. В худшем — больше, либо... вас позорно вышвырнут, и путь сюда для вас будет обрезан.       — И как вы узнаете, что это были мы? Мы же в масках, а, как я знаю, организация любит держать в людях анонимность.       Панз тяжело вздохнул. Кажется, он не шибко хотел отвечать на все вопросы, и Томми понимал его в каком-то роде. Ведь его самого, когда он был ребёнком, тоже бесило, что взрослые постоянно спрашивали: «А как ты оказался в детском доме?» Однажды одной такой тётке в красном пальто он язвительно ответил: «А вы почему пришли? Никто не дал?» Томми не был удивлён, что его тогда не забрали.       — Вопрос хороший. И в каком-то роде он облегчает мне задачу. Вы спрашиваете, как мы узнаем вас снова? Проще простого. После инструктажа вы все вместе пойдёте сдавать свои... отпечатки пальцев. — Мужчина развёл руки, усмехнувшись.       Аудитория загудела недовольством.       — Если вас что-то не устраивает, вы можете уйти. — Панз указал на дверь. — Организация никого не держит. Ваши личные проблемы и причины, почему вы здесь, нас не волнуют. Вы либо используете ваш шанс, либо больше не возвращаетесь. Ах да. За дверью вас уже ждут. Хотите уйти — подойдите к чёрной маске с красной тряпкой на плече. Я даю вам десять минут. Решайте.       Видимо, по тому, как спокойно вёл себя Панз, такое происходило часто. Стулья заскрипели, и ряд из двенадцати человек двинулся к выходу. Томми хотел встать — сама идея сваливать прямо сейчас была слишком предвкушаема. Но он лишь забил ногой об ножку стула. Не отпустят. Он всё ещё Шрауд. И это бесило вдобавок больше. Поднялся ещё кто-то, и Томми закусил губу.       — Тесей, как ты здесь оказался? — голос раздался вблизи, и Томми поднял взгляд.       Панз сел напротив, боком, прижимаясь к спинке стула грудью. Вблизи на шее Томми подметил золотую цепочку, слабо видневшуюся из-под ткани.       Опять. Сначала Эндер и Би, теперь и этот. Ему точно нужно придумать одну ложь на всех. Жаль, он не может просто послать его...       — Я просто оказался ебать каким классным чуваком. Ангел Смерти был свержен моей вулканической харизмой. — О да, Томми, звучит очень правдиво.       Мужчина молчал, и это заставляло Томми нервничать.       — Что ж. — Панз провёл по подбородку, задевая край маски. — Верю... ты и вправду очень... колоритный.       И что это должно значить в глазах этого мудака?       — Вообще, я спрашиваю не для того, чтобы тебя смутить. Просто ходят необычные слухи.       Слухи. Интересно, какие слухи о нём вообще могут идти?       Томми замер. Что, если они знают о Шрауде?       Гост говорил, что ему здесь не рады. Насколько? Хотелось развернуться и уйти, пока не стало слишком поздно. Пальцы сжали колено, и он выдавил из себя:       — Какие слухи?       — Ну... К примеру... — Паника подступала к горлу. Только не про Шрауда. Только не про Шрауда... Только не... Он зажмурился. — ...что у Ангела Смерти есть ребёнок.       Пальцы разжались.       — Что...       — Ходили они, правда, и до тебя, но сейчас... это достигло таких масштабов. — Панз усмехнулся.       — Вы думаете... я его сын? — Звучало глупо. Люди взаправду верят в это? Хотя... Томми ведь и сам использовал такой метод, когда буллил Шлатта в интернете. Слухи расползались через чур быстро. И теперь он сам оказался в эпицентре. О, ирония.       — Я ничего не думаю. Лишь интересуюсь. — Томми скептически поднял бровь. — Слухи есть слухи. Верить можно во всё что угодно. Главное — проверять информацию, уж такая у нас работа. В особенности когда каждый раз к нам пытаются пробиться разного сорта... люди.       Томми перевёл взгляд на группу. Осталось всего шесть человек.       — А ты давно здесь?       — Ммм, второй год, кажется. Работа не шибко сложная, моя по крайней мере уж точно. — Он привстал. — Новички с каждым разом становятся только наглее. Словно это не они нуждаются в помощи, а мы. — В голосе прозвучала неприятная, скользкая нотка. — Даже мета ведут себя доброжелательнее, хотя могли бы просто избавиться от любых из нас.       Томми молчал, удивлённый резкой искренностью. Это было необычно. Панз, видимо заметив, что собеседник слишком тих, неловко почесал затылок.       — Прости, дружище. Не бери на свой счёт. Раз Ангел доверяет, то и я должен.       Томми улыбнулся. Ангел не доверял. Один из сильнейших мета-злодеев приставлен к нему. Выделенная комната буквально закрыта снаружи. И белая маска... Маска стала основным способом контроля — слишком заметная среди толпы.       — Не всем стоит доверять, — сказал Шрауд.       Панз молчал.       — Ты прав, парень. Не всем, — тихо добавил Панз, подходя к висящей зелёной доске. — Итак, — громко начал он. — Нас осталось совсем мало. Можно начинать. И добавлю: если кто-то будет перебивать мой наичудеснейший инструктаж, в того я не пожалею кинуть мелом. Начнём же.       Панз не говорил ничего такого, чего не сказал бы Гост. Он рассказывал про уважение к организации, о почтении перед чёрными масками. И посвятил он этой теме долгих полчаса. Томми заподозрил, что мужчина делал это в основном для себя, но не стал его в этом упрекать, хотя очень хотелось. Он затронул серые маски и их предназначение. Было скучно. Гост рассказывал увлекательнее — или может, потому что с ним было просто гораздо интереснее? Томми откинул эту мысль.       — А белые? — спросила женщина.       Томми дёрнулся, прочувствовав заинтересованные взгляды на себе.       — Белые — уникальный случай. Они выдаются на усмотрение вышки. Условия могут быть разными. Но могу вас обрадовать: до белой маски можно дорасти, если доказать свою значимость. — Кажется, про что-то такое говорил Гост. — К примеру, вытащить людей с того света.       — Мета-способность к возрождению... — выдохнул один из оставшихся. — Это вообще возможно?       Что... Ещё один целитель?       — Ну, способности бывают разными, и всех мы знать не можем. Но данный случай не про них. Одна из белых масок за счёт своего усердия и трудолюбия спасла множество наших, буквально вытаскивая их из гроба. Если дорастёте до чёрных, то сможете встретиться. Сама она редко бывает на нижних этажах.       Обычный человек. Доктор Синдиката, по видимому. Белая маска.       Томми взглянул на свои ладони.       — А он? — в Томми тыкнули пальцем, и его это разозлило.       — А я любимчик руководства, по блату, — дерзнул сказать он. Ну а что? Если ползут слухи, то будет глупо не добавить ещё остроты.       Аудитория утихла, словно погрузилась в задумчивую тишину.       — Ну или так, — послышалась улыбка в голосе Панза. — В любом случае это означает, что белые маски под защитой организации.       Смотря от кого защищать. Ведь он не чувствовал себя в безопасности.       Взгляд вновь упал на золотую цепочку.       Интересно, как там поживает Кью.

***

      Как и полагалось, Гост ждал, лаская носком ботинка пол. Он выглядел скучающим. Как только Томми вышел, он оттолкнулся от стены и приблизился к нему.       — Ну как? Понравилось?       — Как если бы тебе сказали ждать пять минут, а потом просто забыли о твоём существовании на несколько часов.       — Звучит не очень.       — Так и есть.       Гост издал сочувствующий звук, и они двинулись по коридору. Томми утопал в своих мыслях, не глядя на дорогу.       — Слушай, — Гост пристроился рядом. — Ты чего такой кислый? Инструктаж — это всегда нудно. Зато теперь ты понимаешь свою ситуацию лучше.       — Ура, — без интонации сказал Томми. — Могу я получить корпоративную кружку или только после испытательного срока?       — О, у нас есть кружки! — Гост прошагал вперёд, вскинув руки. — Но их дают только после первого успешно выполненного задания. Чтобы ты понимал, зачем рискуешь жизнью.       Класс. Собственная кружка. Если вылезет отсюда, накупит их горы.       — Панз сказал, обо мне слухи ходят, — бросил он, косясь на Госта.       — О, правда? — Тот ничуть не удивился. — И какие?       — Что я сын Ангела Смерти.       Гост остановился, и Томми, не успев затормозить, врезался в него. Да что за день такой?!       — Ты чего?       Плечи Госта затряслись. Мелко, часто, будто его колотил озноб.       — Я что-то не так сказал?       — Не-не... — Гост прислонился к стене, пальцы вцепились в бетон. — Мне просто надо...       Он издал звук, похожий на удушье, и Томми на секунду испугался.       Смех. Глухой, сдавленный, вырывающийся сквозь стиснутые зубы. Гост пытался его подавить, но тело не слушалось — плечи ходили ходуном, голова запрокинулась, упираясь затылком в стену.       — Господи, — выдохнул он, всё ещё всхлипывая от смеха. — Это... это лучшее, что я слышал за последние...       Он не договорил, потому что Томми толкнул его в плечо.       — Да что с тобой не так?!       — Всё, — честно ответил Гост, отталкиваясь от стены и снова становясь вертикально. — Всё со мной не так. Ты бы знал, малыш.       — Не называй меня малышом.       — Тесей. — Гост машинально вытер несуществующие слёзы, и его голос наконец обрёл привычную, насмешливую интонацию. — Просто поверь мне: слухи о том, что ты сын Ангела, — это самая смешная вещь.       Томми сощурился.       — А что в этом смешного? — спросил он. — Я недостаточно хорош для такой роли? Не вписываюсь в семейное древо?       — Вписываешься, — быстро сказал Гост, приобнимая Томми за плечо. — Даже слишком хорошо.