Каталина
18 января 2026 г., 06:31
Каталина никогда не забудет первые впечатления от Нового Арка. Волнение от прибытия в новый город превзошло тревогу перед вступительными экзаменами. Всё казалось таким большим и шумным. Здания гораздо выше, автомобилей больше, дороги лучше, а люди выглядели иначе. Весь путь от станции до Академии казался сном. Ей было страшно моргнуть, вдруг открыв глаза, она увидит покосившиеся дома, полуразрушенные улицы и лица земляков.
Ничего в жизни девушка не ждала так, как своего пятнадцатилетия. Ведь именно в этом возрасте наступала частичная дееспособность, а вместе с ней — право поступить в Академию Нового Арка. На лотерею Каталина не рассчитывала. Если удача где-то существует, то её она решила обходить стороной. Вместо этого девушка завела блокнот.
Одна из пружин для переплета отлетела, обложка с котенком помялась, а листы намокли и запачкались. Но блокнот наполнялся поставленными целями и задачами. Первым делом Каталина составила список требуемых документов и вычеркивала пункты по мере их сбора:
— заверенная копия свидетельства о рождении;
— заверенная копия удостоверения личности;
— заверенная копия характеристики с места учебы;
— заверенная копия табеля успеваемости;
— заверенная копия медицинской карточки;
— справка об отсутствии заболеваний, препятствующих поступлению на государственную службу;
— фотография размером 3×4 см.
Пройдя муки бюрократического ада, Каталина радостно смотрела на вычеркнутые пункты. За этим делом её застала «та женщина». Ей не хотелось отпускать её, но права вмешиваться в жизнь дочери она потеряла вместе с правом называться матерью. Восемь лет прошло с того дня, но Каталина так и не простила её.
Она надела свою лучшую одежду и села в поезд, отправляясь навстречу своему будущему. Кто же знал, что первое столкновение с «реальностью» случится ещё до пересечения порога Академии. Отношение жителей страны к выходцам из Альбии оставляет желать лучшего, но прилетевшая в голову бутылка даже её выбила из колеи. Голова закружилась, перед глазами поплыло, и Каталина бы упала, если бы не другая девушка.
— Ты в порядке? — она держала её за плечи. — Эти уроды совсем страх потеряли. Надо заявить на них. Я запомнила номер машины и смогу дать описание мерзавцев.
Девушка возмущалась, словно бутылка прилетела в неё. Каталина смогла сфокусировать взгляд и разглядеть свою спасительницу — девушки красивее на свете не найти. Длинные светлые локоны струились по спине, а аккуратные пальцы с изящным маникюром оттряхивали с её волос и одежды зеленый напиток, уже въевшийся в ткань.
— Не получается. Подожди здесь пару минут, — она отошла и вернулась с салфетками и бутылкой воды. Но вывести зелень так и не вышло, — прости, придется сдавать в химчистку. Ты ведь тоже в Академию Нового Арка?
Каталина кивнула.
— Я так и подумала, — от неё веяло уверенностью в себе, — меня зовут Симонетта. А тебя?
На секунду Каталине подумалось, что над ней смеются. Однако лицо Симонетты было таким прекрасным, что не ответить ей она не могла:
— Я Каталина. Приятно познакомиться. Спасибо за помощь, — она почувствовала слезы, подступающие к глазам. Как же так? Почему именно сейчас? Её губы задрожали. — Я не могу прийти в таком виде. Не в первый день. На меня, итак, все будут пялиться, — она была готова расплакаться.
— Ну-ну, — Симонетта положила руки ей на плечи, — все будет хорошо. Давай так, — она расстегнула пуговицы своего свитера и протянула его ей, — надень. Под кардиганом никто и не увидит это недоразумение. Напомни, я подскажу тебе хорошую химчистку, где очистят твою блузу. Бери, не стесняйся.
Каталина поблагодарила её и решила не говорить, что денег на химчистку у неё нет. Хотя кофта была ей велика, но скрыла зеленые следы.
***
Видимо настал момент, когда госпожа Удача улыбнулась даже Каталине — её соседкой стала Симонетта. Войдя в комнату 472 дочь директора банка Барди принялась командовать одноклассницами: — Девочки, — она хлопнула, изображая их кураторшу, — хочу сразу уведомить, что у меня аллергия на ананасы. Поэтому буду признательна, если вы не будете кушать их в моем присутствии. У меня кожа краснеет и горло опухает. Мало приятного… «Из неё выйдет хороший оратор», — решила Каталина, наблюдая, как Алекс и Амбер внимательно её слушают. — … и ещё я не особо люблю волосы в сливе. — Я тоже, брр, — Амбер, носившая салатовые колготки, поежилась, — у меня брат никогда не убирает. Мерзость. Там еще такие кудрявые попадаются, — она изобразила тошноту. Алекс, самая высокая из них, подняла руку: — Позвольте и мне предупредить, — её голос прозвучал робко, — иногда бывает, что я скриплю зубами во сне. Если вас это будет беспокоить, прошу скажите мне сразу. — Не волнуйся, — уверила Симонетта, — у меня крепкий сон. Сплю как убитая. — Я тоже, — широко улыбнулась Амбер, — я привыкла засыпать под храп брата. Его через стенку слышно. Каталина кивнула вслед за ними. Перед сном она дождалась, когда девочки лягут спать и лишь тогда осмелилась надеть старую футболку, доставшуюся от бабушки, с пятнами не смывшейся краски и крови.***
Ученическое самоуправление осуществлялось Студенческим советом. Ими проводились конкурсы, викторины, а также торжества, посвященные разным праздникам, в том числе государственным. В целях приветствия новых учеников Академии в актовом зале общежития они устроили вечеринку. Каталина старалась держаться подальше от толпы. Ей не хотелось излишнего внимания, которого, итак, доставало во время учебы. Так, недавно ей в сумку подкинули опарышей. После физкультуры, последнего урока недели, совмещенного с классом «Б», девушки прошли в раздевалку и принялись переодеваться. Однако Каталина стояла, как вкопанная, наблюдая за личинками на своих вещах. Она чувствовала взгляды, прикованные к ней. Те, кто решил «просто пошутить», замерли в ожидании её реакции. Ей хотелось кричать и крушить, но этого допускать ни в коем случае нельзя. Они лишь этого и ждут. «Я не доставлю им такого удовольствия», — сказала себе девушка и потянулась за рубашкой. При этом она коснулась чего-то противного и еле сдержала рвотные порывы. — Каталина, что случилось? — Амбер заметила её промедление, но стоило ей заглянуть внутрь сумки, как её пальцы вцепились в запястье соседки. Она лишь казалась хрупкой и рыхлой. Хватка у неё оказалась стальной. Каталина чувствовала, как леденеет её кожа. — Черт, — протянула Амбер с притворной наигранностью. Выходило у неё ужасно, лицо исказила натянутая улыбка, не достигавшая потяжелевшего взгляда и нахмуренных бровей, — могла бы сказать, что мы сумки перепутали. Чего молчала? Они заметили, как несколько девочек переглянулись. Если Каталина — альбийка без связей, то оба родителя Амбер работали в системе. Мать была пилотом, говорила девочка, а отец — сотрудником Отдела кадрового обеспечения. Тем же вечером Амбер и Симонетта, решили найти виновников и преподать им урок. Алекс, услышав о произошедшем, их поддержала. Лишь Каталина относилась к этой затее с опаской. В случае, если все пойдет прахом, крайней выставят именно её. — Чего такая грустная? — рядом с ней оказался Нино, переминавшийся с ноги на ногу в такт музыке. Каталина повернулась к нему. Светлые волоски росли над его верхней губой, а лицо обсыпали прыщи. Руки так и тянулись к ним, чтобы выдавить. Кривая улыбка обнажила белые зубы с брекетами. «Недешевое удовольствие», — подумала она, но вслух произнесла: — Думаю. Нино недоуменно моргнул: — О чем? «О твоей фамилии. О твоем деде. И том, как его открытие привело к моему рождению. Ведь до него считалось, что альбит — просто белый камень, ничего не стоящий. Затем — бум — и цена на него взлетела до небес. Альбия, на чьей территории оказались крупнейшие залежи, вышла на мировую арену. Вскоре вмешалась Ремирия, один из солдат которой влюбился в местную жительницу, и девять месяцев спустя появилась я», — хотелось сказать Каталине, но кто знает, чем это обернется. — Ни о чем, — она попыталась приподнять губы, но не знала, получилось или нет. Однако Нино ретировался и до конца вечера избегал её. Возможно, кривой оскал, вышедший вместо неловкой улыбки, спугнул его. Учащимся Академии нельзя курить или употреблять алкогольные напитки, но никто не следил за соблюдением запрета. По наблюдениям Каталины, каждый третий держал в руках сигареты, каждый второй — выпивку. Наблюдатели из числа работников закрывали на это глаза. Зал наполнился неприятным запахом и дымом. Дарси, схватившись за нос, поспешил на свежий воздух. Амбер проводила его взглядом, затем встретила глаза своей соседки. Хитрая улыбка заиграла на её лице, а в глазах зажегся огонек. Не дожидаясь окончания вечера, Каталина вернулась в комнату и с сожалением заметила запах, пропитавший одежду. Жаль, комната не оснащена балконом, пришлось открыть окно на время душа. А ведь она только недавно стирала блузку. Пятно не въелось в ткань, лишь в нитки, но зелень в них не бросалась в глаза. Ничего, сказала себе девушка, когда-нибудь у меня будут самые лучшие вещи.***
— Черт! — пискнула Амбер. Странно слышать бранные слова из её уст. Словно ребенок услышал и повторял, не зная значение слов. Каталина вспомнила малыша, пропевшего песенку из рекламы прокладок на весь магазин. С красным лицом она топала ножками и бурчала под нос. Заказанная пижама пришла в меньшем размере, чем её хотелось. — Разве там не было написано, что будет маломерить? — уточнила Алекс, оторвавшись от домашнего задания. — Не настолько же! Брюки застряли на уровне бедер, рубашка не застегивалась и давила на подмышки. Девочка бегала по комнате, как будто это могло помочь. В конце концов она рухнула на пол. Открыв дверь Симонетта, застала свою соседку на полу и разразилась хохотом. Затем помогла Амбер подняться: — Я уверена, можно вернуть в магазин и заказать новый. — Нет, — шмыгнула девочка носом, — я порвала чуть-чуть, — затем подняла руки и показала разошедшийся шов на подмышках, — Каталина! — Что? — Каталина удивилась от неожиданности. — Хочешь? Мне мало, но думаю тебе подойдет. Амбер ловко избавилась от одежды и подбежала к соседке, даже не подумав надеть что-то поверх майки и трусов. — Я не знаю… — Бери, — твердо сказала Амбер, — иначе будет пылиться и ждать рождения моей племянницы. — У твоего брата будет ребенок? — Когда-нибудь наверняка будет. Бери! — Хорошо, — ослабевшими руками Каталина приняла подарок. Небесно-голубая ткань с вышитыми белыми цветами была мягкой. Ей стало стыдно, ведь ничего в ответ она дать не могла. Но Амбер, как будто, и не просила. Каталина взглянула на бирку. Имя дизайнера или название магазина ничего ей не говорили. Зоркий глаз Симонетты тоже заметил курсивную подпись. — Это же Долабелла! Амбер, как достала эту пижаму? — Кто такой Долабелла? — спросила Алекс. Каталина мысленно поблагодарила её, ведь её тоже стало интересно, но смелости спросить она не нашла. — Начинающий дизайнер, — ответила Симонетта, словно объясняла новую тему ученикам, — ему лет двадцать, но он уже выпустил несколько коллекций и зарекомендовал себя. Говорят, шьет одежду для Дульсинеи Меллитт и Маргарет Монтгомери. Я хотела попасть в его бутик, но то подготовка к экзаменам, то поездка на море… в общем, сами понимаете, времени не было. Каталина не понимала, но кивнула. Однако даже она знала тех, кого назвала её соседка. Первая была одной из Двенадцати, вторая — женой первого заместителя консула Ричарда Монтгомери. Ходили слухи, что именно его приезд на церемонию открытия сорвался. — В торговом центре «Арка» открылся бутик. У них также есть доставка, — ответила Амбер на заданный вопрос. — Давай сходим? — глаза Симонетты загорелись. Амбер увлеченно согласилась. — Девочки, вы с нами? — Думаю можно. У меня все равно планов нет, — ответила Алекс. Каталине показалось, что она выглядит не особо довольной. Увидев вопросительные взгляды, направленные в свою сторону, она закивала.
