Половина порции на двоих

Ужин прошел в теплой, почти семейной обстановке. Когда тарелки опустели, а чай был допит, ребята дружно поблагодарили маму Баджи. — Спасибо большое, было очень вкусно, тётя Рёко! — Чифую вежливо поклонился, помогая составить посуду в раковину. — Да, мам, круто, как всегда, — бросил Баджи, потирая сытый живот. — Ладно, мы спать. Завтра вставать рано, а этот блондин меня живым не отпустит, если я опоздаю. Рёко лишь усмехнулась, провожая их взглядом. Когда дверь в комнату сына закрылась, она тихо вздохнула и покачала головой, на её губах играла хитрая ухмылка. «Ох, Кейске...» — подумала она. — «Надеюсь, когда-нибудь ты наберешься смелости и признаешься ему. Ты ведь смотришь на него так, будто он — весь твой мир». В комнате уже воцарился полумрак. Баджи, не долго думая, с разбегу завалился на свою кровать, даже не расправив одеяло. Чифую же привычным движением достал из шкафа футон. Он аккуратно расстелил его на полу, прямо рядом с кроватью Кейске. — Спокойной ночи, Баджи-сан, — тихо произнес Чифую, забираясь под одеяло. — Угу... спи уже, — донеслось сверху сонное бурчание. Ночь прошла спокойно, но утро наступило слишком быстро. Первым, как и ожидалось, проснулся Чифую. Солнечный луч настырно щекотал ему веки. Он сел, потирая глаза, и посмотрел на Баджи. Тот спал в совершенно невообразимой позе: одна нога свисала с кровати, волосы разметались по подушке, а лицо выглядело на удивление мирным. — Баджи-сан... — Чифую легонько потряс его за плечо. — Вставай. Мы опоздаем. — Еще пять минут... я убью этот будильник... — прохрипел Кейске, натягивая подушку на голову. — Я не будильник, я Чифую. И если мы опоздаем, учитель химии убьет нас обоих. Вставай! Спустя десять минут уговоров и одного падения с кровати, Баджи всё же принял вертикальное положение. Он лениво натянул школьную форму, то и дело зевая так широко, что, казалось, челюсть вот-вот хрустнет. Застегивая пуговицы рубашки, он вдруг замер и посмотрел на Чифую. — Слышь, а ты чего? Где твоя форма? Тебе что, домой за ней бежать? Чифую, который уже выглядел идеально опрятным, лишь усмехнулся и похлопал по своей сумке. — Я вчера всё предусмотрел и взял запасную форму с собой. Так что давай быстрее, завтрак не ждет! На кухне их уже ждал горячий мисо-суп и рис. Они ели быстро, перебрасываясь короткими фразами. На выходе Чифую еще раз поблагодарил Рёко, и они выскочили на улицу, вливаясь в поток спешащих людей. Школьный день тянулся невыносимо долго. Для Баджи уроки были настоящей пыткой, а Чифую то и дело ловил себя на том, что вместо доски смотрит на затылок друга, сидящего впереди. Время тянулось, как густая патока, но всё же звонок с последнего урока прозвенел. — Наконец-то! — Баджи вскочил с места, едва учитель успел закрыть рот. — Пошли отсюда, Чифую. У меня уже мозги плавятся. Вечернее солнце окрашивало улицы в золотисто-оранжевые тона. Они шли по привычному маршруту, когда Баджи вдруг резко свернул в узкий переулок между старыми кирпичными зданиями. — Эй, ты куда? Нам же прямо! — крикнул Чифую, догоняя его. — Спокойно, пацан. Я знаю короткий путь. Срежем через дворы и будем у дома через пять минут, — уверенно заявил Кейске, сверкнув глазами. Чифую с недоверием прищурился, но всё же пошел следом. Они петляли между мусорными баками, перелезали через невысокие заборы и обходили спящих котов. Спустя десять минут активной ходьбы они... уперлись в глухую кирпичную стену, увитую плющом. Тупик. Тишина. Было слышно только, как где-то вдалеке гудят машины. Чифую медленно повернул голову к Баджи. Его лицо выражало крайнюю степень сарказма. — И это твой «короткий путь»? — спросил он, сложив руки на груди. Баджи замер, глядя на стену так, будто надеялся пробить её взглядом. Он почувствовал, как уши начинают гореть от смущения. Великий Баджи Кейске облажался в такой простой вещи, как дорога домой. Он чувствовал себя абсолютно пораженным и нелепым. — Ну... — он кашлянул, отводя взгляд. — Стена тут раньше... наверное, её недавно построили. — Ага, лет двадцать назад, — хмыкнул Чифую, разворачиваясь. — Всё, Баджи-сан. Больше я с тобой на «короткие пути» не подписываюсь. Идем обратно. Чифую пошел вперед, едва сдерживая смех от того, каким надутым выглядел Баджи. Кейске плелся сзади, что-то ворча себе под нос про «неправильные карты» и «дурацкие тупики». Когда они, наконец, добрались до дома Баджи, небо уже стало темно-синим. У подъезда они остановились. — Ну, мне пора, — сказал Чифую, поправляя лямку сумки. Он помахал рукой, улыбнувшись на прощание. — Увидимся завтра в школе. Не проспи! Чифую развернулся и пошел в сторону своего дома. Баджи стоял у входа и смотрел ему в спину. Только когда фигура друга начала скрываться в сумерках, он едва слышно, почти одними губами, произнес: — Да... завтра увидимся. Он еще долго стоял там, вдыхая прохладный вечерний воздух, прежде чем зайти внутрь.