Excel и хаос

Контролируемый хаос «Субботы фидбека» обернулся хаосом неконтролируемым. Квартира была битком набита. Давид GSPD что-то яростно доказывал, чертя линии в воздухе пальцем. Слава КПСС в углу, отгородившись наушниками, монотонно бубнил в диктофон, вылавливая рифмы из гула голосов. В центре комнаты, на импровизированном «подиуме» из двух табуреток, стоял Коля. Он не пришел обсуждать музыку. Он пришел с миссией. «...и вот так, на самом пике бита, когда все твои чикры уже в ауте, ты понимаешь — это она!» — он широко жестикулировал, обращаясь в основном к Лерке, которая пыталась за стойкой кухонного острова организовать хоть какой-то буфет. Борька, чувствуя накал страстей, улегся в самом дальнем углу, прикрыв нос лапой. «Что «она», Коля?» — спросил Руся, разливая какой-то энергетик по пластиковым стаканчикам. «Суть! Истина! Муза!» — воскликнул Коля, не сводя глаз с Лерки. — «Ты посмотри на нее! Холодная, собранная, с этим… блокнотиком! Она как суровый северный ветер с берегов логики! Меня это безумно вдохновляет!» Лерка почувствовала, как все взгляды в комнате, кроме, пожалуй, погруженного в себя Славы, устремились на нее. Даже Давид прервал свою тираду. Она медленно положила на тарелку очередной бутерброд. «Коля, ты вдохновлен, вероятно, дефицитом сна и избытком… этого, — она кивнула на бутылку в его руке. — Я не ветер. Я человек, который пытается накормить орду гениев, пока они не начали есть обои». «Видишь! Видишь, как она парирует?!Остроумно! Холодно! Я пишу про тебя трек. Он будет называться… «Логика». Или «Excel моего сердца». В припеве будут звуки клавиатуры и выстрелы!» В дверях, только что пришедший, замер Даня. Он услышал последнюю фразу. Его взгляд встретился с взглядом Лерки. В его глазах мелькнуло что-то быстрое — удивление, потом понимание, и наконец — чистейшей воды, безобидное, но едкое веселье. Он поднял бровь. «Серьезно, Коля? «Excel сердца»? Это даже для тебя мрачно», — сказал Даня, пробираясь к кухне. «Это гениально!» — парировал Коля. — «Лерка, дай мне твой номер! Я скину тебе демку! Ты будешь бэк-вокалом! Точнее, бэк-спичем! Ты просто будешь говорить: «дедлайн», «ротация», «конверсия» на фоне моего вокала!» Лерка вздохнула. Стратегический расчет подсказывал, что грубое игнорирование может обидеть коллегу брата и испортить атмосферу. Нужен был дипломатичный ход. «Коля, — начала она максимально официально. — Я рассматриваю твое предложение как арт-проект. Для принятия решения мне необходимо ознакомиться с коммерческим предложением, видением по саунд-продакшену и графиком записи. В письменном виде. Без вот этого всего, — она обвела рукой его и всю комнату. — Творческий беспорядок — это прекрасно, но документооборот должен быть четким». Воцарилась тишина. Даже Слава на секунду оторвался от диктофона. Коля замер с открытым ртом. Потом медленно, с почтительным ужасом, кивнул. «Официально. Письменно. Да… Да, это еще круче. Это как получать любовное письмо от… от налоговой! Я сделаю! Я оформлю все как надо!» Он решительно шагнул прочь, видимо, чтобы немедленно начать творить в каком-нибудь приложении для заметок. Руся фыркнул. «Ты его победила. С ним только так и надо». Даня, наливая себе воды, стоял теперь рядом с Леркой. Он наклонился чуть ближе и сказал так тихо, что слышала только она: ««Документооборот должен быть четким». Это гениально. Я запомню. На случай, если кто-то начнет признаваться в любви в донатах». От его близости и шепота по спине пробежали мурашки. Она взяла поднос с бутербродами, чтобы чем-то занять руки. «Это просто базовый менеджмент. Отсев неперспективных инициатив». «Неперспективных? — Даня усмехнулся. — По моим наблюдениям, ты только что превратила потенциальную катастрофу в… рабочий процесс. Пусть и безумный. Это талант». «Спасибо, — сказала Лерка, и, к своему ужасу, в голосе прозвучала не деловая сухость, а какая-то непривычная мягкость. — Но если он действительно пришлет ТЗ , мне понадобится юридическая консультация». «Обращайся, — с легкой, почти невесомой улыбкой ответил Даня. — Мои услуги по ведению переговоров с возбужденными поп-рейв-исполнителями сегодня бесплатны». Он взял с подноса бутерброд и отошел, растворяясь в гуле голосов. Лерка осталась стоять у островка, чувствуя, как жар щек постепенно сходит, оставляя после себя странное чувство — смесь облегчения и легкого головокружения. Борька в углу тихо хрюкнул во сне. Похоже, его северный ветер с берегов логики только что успешно прошел первое боевое крещение в виде абсурда. И, кажется, заслужил чье-то неподдельное уважение.