Может то было любовью

— Чувак, это лучший тирамису в моей жизни! — воскликнул Исак, возможно, слишком театрально. — Ты так говоришь только потому, что он бесплатный, — сухо парировал Гаспар. — Спасибо, Гаспар. Очень признателен, — с сарказмом ответил Кими. Олли рядом хихикнул, зачерпывая ещё один щедрый кусок торта. Они расслаблялись в углу паддока, когда закончился их первый медиа-день после летнего перерыва, деля принесённый Кими тирамису. Мама Кими решила, что это отличная идея — провести последние дни каникул, делая несколько порций десерта, и Кими не возражал. — Нет, серьёзно, это несравненно. Передай респект своей маме, — настаивал Олли. Кими кивнул. Хотя технически тоже помогал маме его готовить, он в основном был там для моральной поддержки или чтобы перекусить, так что сейчас был не против, чтобы вся слава досталась ей. — Кстати, когда ты говоришь «твоя мама», ты имеешь в виду свою мать дома, да? — спросил Лиам, вытирая рот салфеткой. Кими посмотрел на него так, будто у того выросла дополнительная пара рук, потому что, какого чёрта это должно было значить? — А о ком ещё может идти речь? — парировал Кими. Исак толкнул Лиама, подавляя смех. — Просто уточняем, — подтвердил Лиам, смеясь вместе с Исаком. Они что, пару винтиков в голове потеряли за перерыв? Кими просто отмахнулся; дурачиться всегда было их неофициальным братским кодексом. — Ты получил подарок на день рождения, который Макс приготовил для тебя вчера? — спросил Исак, когда они доели десерт. Кими мгновенно представил фигурку Чоппера, выставленную на его холодильнике в отеле. — Да, — просто кивнул Кими. — А эти ребята не могли бы больше походить на твоих родителей? — пошутил Лиам. Вызвав смех вокруг стола, даже Олли рассмеялся. — Что? Вы что, никогда не получали подарков от коллег? — уклонился Кими, полностью осознавая, какие намёки несли его слова. — Ну-у, — откинулся на спинку стула Исак. — Уверен, никто из наших коллег не бегал по паддоку, выспрашивая у людей сюжеты аниме, потому что знал, что твоя задротская задница это любит, и не хотел подарить не тот подарок. И Кими также был уверен, что никто из них не проходил через ужас быть свидетелем странных драм с непонятными отношениями своих коллег через неделю, но Кими ничего об этом не сказал. — И это же Макс Ферстаппен, боже, у парня наверняка есть дела поважнее, — добавил Гаспар, слегка качая головой. Кими попытался скрыть нарастающее смущение пожиманием плеч. — Это просто фигурка. Я их коллекционирую. Он это знает. Неужели это такой мудрёный подарок? — Конечно, малыш, — сказал Лиам, подмигнув. Кими просто закатил глаза, решив не давать больше ответов, позволяя им строить любые выводы в своих головах. Было всего несколько часов с начала сезона, и он не хотел сходить с ума так рано. Как только Кими подумал, что его страдания закончились, он увидел, как ещё несколько гонщиков направляются к ним. Чёрт, не могла бы FIA быть полезной хоть раз и запретить сплетни в паддоке, пока он не облысел? Вместо того чтобы прижать Кими голодными взглядами, недавно прибывшие гонщики, к удивлению, просто поздоровались за столом и завязали светскую беседу о перерыве и предстоящей гонке. Кими немного расслабился. Но его облегчение было недолгим. — Кими, — начал Карлос, его выражение лица стало серьёзнее. — Извини за то, что произошло на вечеринке. Мы не ожидали, что всё так обернётся. — Да, я мало что помню, но слышал, было жёстко, — добавил Ландо, выглядя искренне пристыженным. Кими вспомнил сагу с «чуланом» и стресс от охраны двери. Кими вздрогнул. — Мы просто хотели повеселиться, может, нам не стоит совать нос во что-то, чего мы ещё до конца не понимаем. Кими просто пожал плечами. — Да, я тоже не знал, что всё так обернётся. — Они искренне звучали расстроенными, и он почувствовал небольшое облегчение, потому что, по крайней мере, ему не придётся сейчас иметь дело с их назойливыми задницами. — Но... всё в порядке? То есть, что произошло после всего этого фиаско с правдой или действием? — надавил Шарль, облокотившись на Карлоса, сидевшего перед ним. Олли и Исак обменялись многозначительными взглядами. Кими на мгновение уставился в пустоту. Он не собирался объяснять всю историю с туалетом, рыданиями на полу, экзистенциальным кризисом той ночи. Никому, даже под дулом пистолета. — Всё в порядке, — всё, что он смог выдавить. — Видишь? Говорил же, Джордж весь перерыв был в хорошем настроении. Ни разу не пришёл ко мне поныть. Должно быть, они всё уладили, — вставил Алекс. — Это облегчение, — сказал Шарль. — А достаточно ли мы смелы, чтобы предположить, что у них было несколько интимных встреч за перерыв? — голос Карлоса повысился, намеренно пытаясь разжечь дерьмо. О, пожалуйста, не начинайте, внутренне закричал Кими. — Не при детях, дружище, — напомнил ему Алекс, кивая в сторону новичков. — Они знают, что такое секс, Алекс, — съязвил Ландо, закатывая глаза, отхлёбывая воды. — А как же наши ставки? — щебетнул Шарль. — Их снять? Чёрт, только не эти ставки снова. Кими даже не был уверен, знает ли он точно, на что они ставят, но, может, им стоит начать ставить на то, кто профукает гонку в воскресенье. — Нам всё ещё нужно знать, на каком они уровне, — размышлял Карлос, постукивая пальцем по подбородку. — Кими... — Э-э, извините, ребята, — перебил Кими. Кими был так готов просто сорваться с места и бежать. Он вцепился в край стола, его костяшки побелели. Это не моё дело. Он правда не хотел знать, где они в своих головах проводят черту в отношениях Макса и Джорджа. — У меня съёмки с командой. — Он услышал, как другие новички смеются, когда он вскочил на ноги и сбежал с места происшествия. Как только он оказался в своём мотохоме, его уже встретил смех Макса. Он заглянул в комнату Джорджа и увидел, как Макс хихикает над чем-то в своём телефоне. Они всё ещё в той же позе, в которой были, когда Кими дал им тирамису ранее. Джордж рядом с ним уставился на него. — Ты пятый раз смеёшься над одной и той же шуткой, хватит уже. — Они такие смешные, — сказал Макс. Джордж просто закатил глаза. Затем он заметил Кими между дверями. — Привет, парень. Макс резко поднял на него голову. — А вот и он! — Он что, ждал его? Стоило ли Кими бежать? — Зайди на секунду! — Да, что ж, уже поздно. — Как дела, ребята? — поздоровался он, проходя внутрь и выбирая место на свободном стуле в углу. Вместо ответа Макс снова разразился серией смеха. Джордж игриво шлёпнул его по рукам. — Боже, у тебя такой плохой юмор. — Над чем он смеётся? — у Кими проснулось любопытство. — Какие-то шутки в твиттере, в первый раз было смешно, но он уже десять минут над ними ржёт — прекрати! — Джордж снова шлёпнул Макса по предплечью, когда голландец снова покатился со смеху. — Лол, всё ещё смешно, они рисуют тебя как лошадь и жеребёнка, — объяснил он, жестикулируя между Джорджем и Кими. Неужели Кими хочет это знать? — Ничем не отличается от той истории с яблоком, не понимаю, почему это снова смешно, — придрался Джордж, но позволил себе погрузиться глубже в сторону Макса. Так для чего же Кими здесь? — Это мило, знаешь. Ты видел этот тренд? — Макс наконец признал существование Кими в комнате и сунул ему в руки свой телефон. — Какой тренд? — На его телефоне был пост с фотографией его и Джорджа на подиуме в Канаде вместе с подписью «давай выиграем гонку с мамой». Что? — Ты это не видел? — спросил Макс. Кими никогда не был особенно активен на этом сайте — иногда он даже не сам управлял своими соцсетями. Для него не было необычным отставать от последних трендов. — Нет. — Он вроде везде, — пролистал Макс свой телефон, прежде чем снова сунуть его ему. Там было много постов с похожим шаблоном, как и предыдущий. В основном это были фотографии его и Джорджа, что-то делающих, а подпись гласила: «давай сделаем что-нибудь с мамой». Внезапно он вспомнил шутку Лиама ранее. Неужели это было об этом? — Да, Лиам пошутил об этом раньше, — сказал Кими, возвращая телефон Максу. Он посмотрел на Джорджа, который был просто занят своим телефоном. — Это мило, правда? Говорят, ты его ребёнок, — сказал Макс, толкнув Джорджа в плечо, который просто пробормотал что-то. — Наверное, — сказал Кими, но это прозвучало скорее как вопрос, и он почесал затылок. Не уверенный, что чувствовать по поводу тренда, поскольку Джордж не выглядел в восторге. После этого в комнате воцарилась тишина. Только изредка раздавался смешок Макса и фырканье Джорджа на его несмешные шутки. И несколько раз Джордж говорил «хватит говорить "лол" вслух!» Максу. — Кими, у нас всё ещё съёмки позже. Приготовься, если хочешь, у нас ещё есть время, — напомнил ему Джордж. Кими проверил время на телефоне; до запланированного времени ещё много. Затем он извинился и вышел из комнаты, оставив двоих спутанных на кровати. Когда он услышал, как Джордж говорит: «Макс, не делай этого сейчас!» — он ушёл быстрее. Съёмки прошли гладко, ничего серьёзного, просто какой-то контент вокруг паддока для TikTok, предположил Кими. Когда съёмки закончились, он и Джордж пошли обратно в их мотохом. Когда они остались вдвоём, Кими спросил: — Ты злишься? Джордж посмотрел на него с недоумённым взглядом за своими солнечными очками. — Злюсь на что? — На то, что тебя называют мамой? — выпалил Кими. Даже не уверенный в своём вопросе, но он предпочёл бы принять удар, чем жить с этим. Шаг Джорджа на мгновение остановился. — Что? Я что, должен злиться на это? — Его голос звучал так, будто он был искренне сбит с толку. — Я-я не знаю, ты не выглядел довольным, — Кими пожал плечами, не желая выдавать своё беспокойство слишком сильно. Джордж посмотрел на него мгновение, прежде чем рассмеяться. — Чёрт возьми, я просто был раздражён этим придурком. С какой стати мне злиться на это? Меня обзывали всякими именами, так что я знаю, что это не оскорбление, глупыш, — легко ответил Джордж. — И это мило, я не против, — сказал он, обняв его за плечи. — О. Ну и хорошо, — ответил Кими. Немного успокоившись от этого откровения. К тому времени, как они добрались до своего гаража, Макс уже ждал снаружи. — Хочешь поехать с нами в отель? — предложил Джордж. Кими покачал головой; его мама уже пообещала отвезти его раньше. Джордж кивнул, потрепал Кими по голове и направился к Максу. Голландец уже держал сумку Джорджа, и, когда Джордж подошёл, вместо того чтобы вернуть её, Макс небрежно перекинул ремень через своё плечо, будто это было само собой разумеющимся. После того как они немного поговорили, Макс посмотрел на него. — Кими, удачи завтра, парень. — Кими просто ответил ухмылкой и большим пальцем вверх. Прежде чем они ушли слишком далеко, Кими мог слышать, как Макс щебечет: — Знаешь, я видел один, где меня называют папой. — Джордж ничего не ответил, просто пнул его по заднику ботинка и продолжил идти.

***

Хоть и правда, что здоровье всегда было главным приоритетом для спортсмена, к сожалению, оно никого не было константой. Когда подошёл Гран-при Баку, его напарника сразила вирусная инфекция в горле. Кими не был врачом, так что, возможно, этого объяснения ему было достаточно. Джордж был вынужден пропустить весь медиа-день, чтобы отдохнуть. И некоторые люди, например, Макс Ферстаппен, не очень хорошо восприняли эту новость. Джордж провёл весь четверг в постели, заблокированный для медиа-дня. И один конкретный человек воспринял новости тяжелее, чем сам пациент. — Джордж — тот, кто заболел, — сказал Исак, плюхаясь на скамейку рядом с Кими. — Но почему тогда Макс выглядит так, будто у него высосали душу? Олли фыркнул. — Апгрейды «Ред Булла» были полным бардаком. Наверное, переживает за свою позицию в чемпионской гонке. — Да, логично, — пробормотал Кими, тихо благодарный, что хотя бы один человек не использовал возможность, чтобы допросить его. Остальные мычали в знак согласия, разговор перетекал в другое русло. Затем Кими услышал знакомый смех, приближающийся. Группа гонщиков прохаживалась, хихикая над чем-то на телефоне Алекса. — Что, если он беременен? — рассмеялся Ландо. Что? — Вы, болваны. Разве вы не читали сообщение? Он сказал, что у него в горле какая-то вирусная инфекция, — поправил Алекс. — Может быть и то, и другое, — предложил Карлос, мёртво серьёзный. Шарль заметил Кими и вспыхнул, как сигнальная ракета. — Он что, Кими? Мама в преддверии некого события на свет? — Кими серьёзно подумывал сымитировать медицинскую чрезвычайную ситуацию. — Что... — Кто беременна? — Как будто вселенная ненавидела Кими; Макс просто должен был появиться позади него в самый неподходящий момент. Юки следовал за ним. В этом сезоне лучше хорошо относиться к Кими, иначе он был уверен, что облысеет к его концу. Группа замолчала при его внезапном появлении. — Э-э. Ландо, — сказал Карлос, не теряя ни секунды. — Какого хрена? — взвизгнул Ландо. Макс даже не выглядел смущённым этим. — Окей, я просто останусь в стороне от вашего фрик-шоу, — сказал он, затем посмотрел на Кими. — Пройдёшься со мной на секунду? Кими не потратил ни секунды на кивок. Хотя он и слышал, как кто-то сказал: «папа и сын будут проводить воспитательную беседу», он просто проигнорировал это. Они остановились возле станции питания, достаточно далеко, чтобы группа не могла слышать. — Ты в том же отеле, что и Джордж? — спросил Макс, переходя к сути. Кими медленно кивнул. — Да... А что? — Где? Странно. Обычно они обменивались такой информацией, так что было необычно, что Макс не знал, где остановился Джордж. — Ты не знаешь? — Он не говорит мне, где он. Не позволяет мне видеться с ним. Даже не отвечает на мои сообщения ничем длиннее «я в порядке». — Макс провёл рукой по волосам, сняв кепку. — Я знаю, что он болен, но он ведёт себя странно по этому поводу. Типа, конкретно по отношению ко мне... Я что-то сделал не так? Кими замешкался. — Он, наверное, не хочет, чтобы ты заразился. — Увидев его? — Его голос звучал немного раздражённо. — Когда ты видел его в последний раз? Кими обдумал вопрос. Размышляя, стоит ли просто быть честным или солгать, — Э-э, на прошлой неделе? — Не ври мне. — Вчера вечером. — Видишь? — Макс развёл руками в отчаянии. — Я почти уверен, что Алекс тоже его навещал. Что с ним не так? — Среди раздражения Кими мог слышать беспокойство в его голосе. Чёрт, стоит ли ему просто сказать? — Извини, Макс. Если Джордж не хочет, чтобы ты навещал, то, думаю, мне придётся уважать его причину, — сказал Кими после некоторых раздумий. Макс уставился на него на долю секунды, что-то сырое мелькнуло на его лице, прежде чем он снова взял себя в руки. — Правильно, — сказал он в конце концов, голос плоский. — Да. Конечно. — Он повернулся, чтобы уйти, но рот Кими двинулся прежде, чем мозг успел догнать. Да, чёрт с ним. — Вообще-то, ты знаешь, сколько сезонов бывает? — спросил Кими, почти крича. — Ну, в общем? — Что? — Макс моргнул. — Четыре? Кими торжественно кивнул. — Именно. Четыре сезона. 410. Они уставились друг на друга. Глаза Макса расширились, когда он пришёл к выводу. Затем он рассмеялся, и его раздражение испарилось. — Чёрт, — сказал он, ухмыляясь. — А ты скользкая маленькая заноза. Он просто улыбнулся в ответ. Он облысеет до конца сезона в любом случае. И он не ошибся. Три часа спустя телефон Кими завибрировал. Джордж > Можешь прийти ко мне в номер, парень? Пожалуйста Кими уставился на экран, вздохнул и начал идти, оставив своё оставшееся свободное время для очередного циркового представления. Один цирковой номер за другим. Макс уже был там, прислонившись к стене рядом с 410, как бездомный кот, которому слишком много раз сказали «нет». В одной руке он держал бумажный пакет, а в другой — поражение. — Ты здесь, чтобы сопроводить меня отсюда? — спросил блондин. — Он просто сказал мне прийти. Он тебя не пускает? Макс посмотрел на него так, словно это было очевидно. С чего бы ещё он просто стоял снаружи, словно потерянный кот? Насколько серьёзно Джордж настроен на это? Он уже собирался написать Джорджу, когда услышал его голос из-за двери. — Кими, это ты? — Он звучал ужасно. — Да, тебе помочь? — Он говорил в глазок, предполагая, что Джордж смотрит оттуда. — Выгони его отсюда, — прохрипел Джордж, его голос едва держался. Макс простонал. — Можешь хотя бы взять суп, который я купил? — Раздражение снова просочилось в его голос. — Я говорил, просто оставь его у двери. — По тому, как он говорил, было понятно, как Джорджу тяжело было просто говорить. — Я возьму его позже. Макс простонал, но на этот раз скорее с отчаянием. — Могу я хотя бы увидеть тебя? — сказал он, почти умоляя, прислонившись лбом к двери. — Нет, — прохрипел Джордж. — Пожалуйста, Макс, мне сейчас тяжело просто говорить. Я буду на тренировке завтра. — А я хочу увидеть тебя сейчас, — пробормотал Макс. Кими неловко переминался с ноги на ногу. — Макс, он правда ужасно звучит. Может, просто... — Кими замолчал, жестикулируя руками. Просто иди домой и перестань быть таким упрямым? И, конечно, Макс проигнорировал его. Он услышал мягкий стук с другой стороны двери, предположив, что это тоже Джордж прислонился лбом к двери. Кими чувствовал себя застрявшим в школьной любовной постановке. — Ты не уйдёшь, пока я не открою дверь, да? — Можем попробовать, — бросил вызов Макс. Джордж вздохнул с поражением. — Кими, когда я открою дверь, тебе придётся немедленно вытащить его, хорошо? Прежде чем Кими успел что-либо осознать, он услышал щелчок дверного замка, достаточно, чтобы мельком увидеть его. — Джордж... — Макс не успел среагировать, прежде чем дверь снова начала закрываться, но его нога была достаточно быстрой, чтобы застрять в щели и остановить её. — Кими, помоги... — зашипел Джордж, толкая дверь, но его слабое тело почти не сдвинуло её. Кими искренне не знал, что делать, наблюдая, как двое взрослых мужчин ведут тихую, нелепую войну в перетягивание каната с дверью отеля. — Ты нечестен, — всхлипнул он, его голос сорвался. Макс надавил, приоткрыв дверь ещё на дюйм. — Чёрт, ты выглядишь ужасно, — сказал Макс, морщась, разглядывая призрачную бледность Джорджа, тёмные круги под его опухшими глазами. Джордж издал придушенный звук, нечто среднее между рыданием и смехом. — Спасибо. Его колени подкосились. Дверь распахнулась шире. Макс поймал его, прежде чем тот упал на пол, обхватив обеими руками потного, дрожащего, совершенно сломленного Джорджа. Кими поймал бумажный пакет, прежде чем тот смялся на земле. Когда они все оказались внутри, Макс пяткой захлопнул дверь, Джордж уже наполовину обмяк у него на груди. В комнате пахло эвкалиптовой мазью. — В кровать, — приказал Макс, его голос тихий, но твёрдый. Джордж попытался протестовать, но его тело предало его, и он облокотился на Макса для поддержки. Макс уложил Джорджа на одеяло, словно тот ничего не весил. — Ты горишь. — Спасибо, что просветил, — ответил Джордж с сарказмом, но его голос сорвался, полностью подрывая ответ. Макс проигнорировал сарказм. — Кими, можешь, пожалуйста, разогреть суп, дружище? — Кими кивнул, наконец сдвинувшись с места в прихожей. Он видел, как Макс ходит по комнате, спрашивая: «Ты принял лекарство?», «Хочешь переодеться во что-нибудь потеплее?», «Сделать кондиционер похолоднее или потеплее?» — на что Джордж толком не отвечал. — Хватит вести себя, будто я умираю, — в какой-то момент оживился Джордж. — Тогда не заставляй меня, блять, сходить с ума от волнения?! — наконец вспылил Макс. Сдержанное замешательство и эмоции взорвались. Кими сосредоточил всё внимание на грибах, плавающих в супе. — Какого чёрта вообще твой план, отгораживаться от меня вот так?! Гребанная нелепость! Джордж, всё ещё сидевший на своей кровати, смотрел на свою руку. Глаза слезились, Кими не знал, был ли он на грани слёз или это просто от отёка. — Больно, — пискнул он. — Что? — Голова болит, — вот и всё, что он сказал, но этого было достаточно, чтобы плечи Макса обвисли. — Чёрт. Прости, — голландец звучал побеждённо. Затем он сел на край кровати Джорджа, спиной к Джорджу. Без слов Джордж наклонился вперёд на спину Макса и позволил своему лбу упереться между его лопаток. Кими всё ещё был занят супом. Последовавшая тишина больше не была злой. Она была тяжёлой, измученной и почти хрупкой, но также мягкой и тёплой. Макс позволил собственной голове опуститься назад, оперевшись на голову Джорджа. Его руки поднялись, пальцы слабо вцепились в ткань худи Макса. — Перестань быть таким, блять, загадочным, Джордж. Джордж не ответил, лишь медленно вдохнул, его дыхание было прерывистым. — Я не хочу зависеть от тебя, — выдохнул Джордж, словно говорить было больно. — Но ты можешь. — Не всегда, — Джордж позволил своим словам повиснуть, прежде чем продолжить. — Ты же не всегда рядом. — Ну, сейчас-то я здесь?! — Макс пошевелился, слегка повернув голову, чтобы попытаться увидеть Джорджа, но Джордж оставался на месте, пряча лицо в пространстве между лопаток Макса. — В конце концов, мы соперничаем за одно и то же, Макс, — пробормотал Джордж. Фраза была тяжёлой от веса всего сезона, их карьер и медийного ажиотажа, окружавшего их. Кими задался вопросом, достаточно ли тёплый суп. Макс ничего не сказал. Словно он тоже сомневался. Кими случайно коснулся кастрюли, выключая плиту. — Чёрт возьми! — выругался он шёпотом. — Можно мне хотя бы попытаться? — спросил Макс, наконец повернувшись. На этот раз, однако, это он опустил голову на плечо Джорджа. — Я же старался, — он вдохнул. — Я не позволю, чтобы всё повторилось, как в первый раз. О. Это было ново. У них что, уже была общая история? Ещё до того, как Кими попал в пелотон? Не потому ли их взаимодействия с его точки зрения всё это время казались какой-то работой над ошибками из прошлого. Для него это реально обрело смысл. Что ж, видишь ли, Кими больше не был просто восемнадцатилетним, так что, возможно, он начинал учиться связывать точки воедино. Затем они на мгновение погрузились в тишину. Кими перелил суп в миску. Оказалось, он, возможно, его перегрел. И он так вкусно пах. Всё ещё не зная, что делать, Кими начал рыться в холодильнике в поисках перекуса. — Хватит смотреть на меня так, — услышал он хриплый голос Джорджа. Казалось, они наконец-то осмелились снова смотреть друг другу в лицо. — Ненавижу видеть тебя таким больным. Думаю, я предпочитаю твоё надоедливое, капризное обычное «я». Немного требовательное, конечно, но видеть тебя таким я ненавижу, — сказал он с усмешкой. — Я скоро вернусь к своему надоедливому состоянию, — ответил Джордж усталой улыбкой. Словно мимолётный ветерок, они уже вернулись к своим привычным ролям, тяжёлая атмосфера рассеялась в их обычных перепалках. Какая бы проблема у них ни была — решённая или нет — её уже затолкали под ковёр, в надежде, что она не всплывёт. Кими просто знал, что если это однажды случится, ему достанется лучший зрительный ряд. Кими, всё ещё пытавшийся найти крендельки, которые, как он клялся, Джордж обычно держал в запасе, не заметил поднос, уже стоявший на краю стола, так что, когда он задел его, тот с металлическим грохотом упал на пол. — Бля. Чёрт. — Ты оставил своего ребёнка без присмотра на моей кухне? — прохрипел Джордж. — Чёртов ребёнок, ты в порядке? — спросил Макс одновременно. — Да, просто поднос упал. — Кими подошёл ближе к ним с миской в руке, убедившись, что ничего не повреждено. — Ты голоден? — спросил его Джордж, его голос всё ещё был хриплым. — Ешь суп тогда. — Что? Ты разве не будешь? — Макс посмотрел на Джорджа с недоумением. — Я уже ел, Алекс заходил, прежде чем вы все вломились непрошенными, — защищался Джордж, указывая на мусорное ведро. — Я полчаса торчал под дверью, чтобы ты уже у другого покормился?— драматично спросил Макс. — ...больше никогда так не говори. — Эй, ты сам меня позвал, — защищался Кими, усаживаясь перед журнальным столиком со своим обжигающим супом. — Да, и считай это своей оплатой, — пошутил Джордж. Кими затем поглотил суп до последней капли; он был немного слишком горячим, но дать ему постоять минуту помогло. Стараясь не обращать слишком много внимания на сцену, разворачивающуюся за его телефоном. Был момент, когда Макс, казалось, наклонился, чтобы поцеловать Джорджа, но остановился, когда его собственные руки Джорджа преградили ему путь. — Ты заразишься вирусом, — сказал он. — Если я выиграю в это воскресенье, ты позволишь? — А если выиграю я? — Я позволю, — пробормотал Макс, не думая. Джордж закатил глаза, прежде чем наклониться, всё ещё с рукой между ними, и поцеловать её. — Вот. Макс застыл на несколько мгновений, глаза расширились, прежде чем рассмеяться. — Это мило. — И получил подушкой в лицо. Вечер закончился тем, что Макс убедился, что Джордж укутан в одеяло, лекарство выпито, в комнате достаточно тепло, и что Тото знает, через что Джордж прошёл ради своей команды. Джордж также позаботился о том, чтобы сказать Максу не драматизировать во время гоночной недели и просто вести себя нормально, вместо того чтобы внезапно превращаться в медбрата. Что ему отчасти удалось, к удивлению Кими. Хотя он и вёл себя так, будто готов был броситься к нему каждый раз, когда слышал, как Джордж кашляет где-то в паддоке. В воскресенье оба оказались на подиуме вместе. Гараж гудел от эйфории при виде Джорджа, всё ещё выздоравливающего от болезни, вырвавшего тяжёлое второе место. Макс, занявший первое место, после празднования своей победы с командой ворвался в их гараж. — Я выиграл, — объявил он. — Я не так уж далеко позади, — ответил Джордж, голос уже не такой разбитый, как несколько дней назад. — Знаю, я видел. Поздравляю, — улыбнулся Макс. Кими подсматривал из-за угла дивана и не мог не чувствовать гордости за своего напарника. Но затем он увидел, что рука Макса уже добралась до талии Джорджа, и уже планировал свой следующий побег. — Ты лучше, — сказал Джордж, слегка прижимаясь к прикосновению. — Чтобы ты знал, я могу справляться сам, даже с парой вирусов во мне. Макс медленно опустил голову на плечо Джорджа, прежде чем сказать: — Да. Я учту. — Его голос был тихим и, возможно, усталым. — Тогда, — он сделал паузу, прежде чем продолжить. — Может, используем наше шампанское по применению? — Я всё ещё болен, Макс, — напомнил Джордж. — Я могу побороть пару вирусов, — парировал Макс, его взгляд был напряжённым. И, скажем так, Кими кое-чему научился — не околачиваться поблизости, когда ситуация становится скользкой. Хотя он и знал, когда остаться и позволить себе оказаться в центре хаоса, когда это необходимо, но это? Да, это было не то. Он быстро вскочил на ноги, хватая свою сумку. Он был готов сбежать, прежде чем любой из мужчин снова втянет его в роли невольного сопровождающего. Макс и Джордж, однако, просто повернулись к выходу, казалось, по взаимному молчаливому согласию. Им не нужно было вовлекать в это Кими на этот раз, или кого-либо ещё. — Мы уходим, Кими. Увидимся позже, — объявил Джордж, исчезая за раздвижной дверью. Кими был более чем рад, что они, впервые, учли его существование и покинули комнату прежде, чем он узнал больше, чем спрашивал. Хотя Кими знал, что это не конец его саги о третьем лишнем. Он просто молился, чтобы ничего не пошло «слишком», иначе он точно облысеет к концу сезона.