Сердце Молнии

Услышав стук в дверь, Агнесс тяжело вздохнула, раздумывая, стоит ли вообще открывать. В том, что это Оин, она не сомневалась ни на секунду. Но на сей раз намеревалась оставить его за порогом. Когда стук не прекратился, став настойчивее, это её обеспокоило. Вытерев руки от масла, Агнесс сняла рабочий пояс и поднялась из мастерской. – Знаешь, что, Оин… – угрюмо бормотала она на ходу, репетируя слова, которые давно собиралась высказать. Едва она распахнула дверь, уверенность её улетучилась. Оин впустил себя сам, шагнув внутрь – вид у него был крайне встревоженный. – Что стряслось? – Агнесс быстро прикрыла дверь и последовала за ним. Ей показалось, он тащит на себе какую-то невидимую ношу. И не прогадала. Как только Оин очутился в гостиной, знаки неприсутствия над его плечом расползлись, открыв взору безжизненное тело девушки. – Ах… – Несс потрясённо прижала ладонь ко рту. – Кто она? Кто эта девушка? Она хоть?.. – Жива, – заверил Оин. Он уложил девчонку без сознания на кушетку, где несколькими часами ранее сам предавался безмятежности. Знал бы, чем завершится день, не двинулся бы с места. Левое плечо ныло от перенесённой тяжести. Он выпрямился и размял его. – Зачем ты наложил на неё неприсутствие? – спросила Несс шёпотом, будто опасаясь, что может разбудить внезапную гостью. – Думаешь, стоило открыто провезти девчонку без сознания через весь город? – Оин фыркнул. – Даже в столице такое вызвало бы вопросы. Чары сползали слишком медленно. Не дождавшись завершения, Оин принялся отстёгивать ножны с пояса девушки. Он не хотел оставлять ей шанс, дотянуться до оружия, раньше, чем разрешит возникшее недоразумение. Несс в это время вертелась у него за спиной: – Ты собираешься объяснить мне, кто она? – Я этого не знаю. – Она мару? – Не знаю. – А что Чутьё? – вопросы сыпались на него, как каменная крошка перед большим камнепадом. – Чутьё промолчало. – Значит, не мару, – заключила Несс. Оин не был так уверен. В каменоломне он чувствовал что-то… странную энергию, исходящую от девчонки. Несс перестала расхаживать взад-вперёд и снова спросила: – Так, что стряслось? Он уклончиво поморщился: – Сама знаешь. Агнесс сложила руки на груди в ожидании более развёрнутого ответа. – Хорошо, – нехотя произнёс Оин. – Я нашёл очаг. А там рядом – эта, – он указал на девчонку. – Она что, тоже Теневая? – Нет. Уверен, что нет. Она просто охотилась там... на агмару, – подробности он опустил. – А потом вылезла эта тварь из Пекла, клятый Соммард... При упоминании о хозяине, Агнесс осела на подлокотник кресла, стоявшего напротив кушетки. Оин чувствовал, как её взгляд, сверлит ему затылок. – Сколько ещё это будет продолжаться? – спросила она. – Я не понимаю, Оин. Зачем ты снова и снова подставляешься под клыки и когти? – А что мне нужно было делать? Бросить девчонку на растерзание? – Я не… – Агнесс сжала напряжённые губы и отвела глаза. – У тебя кровь на плече. Оин стянул с себя куртку и обнаружил на ней слева тёмное пятно. – Проклятье… – Что задумал? – всполошилась Несс, увидев, как он откинул куртку и потянулся к неизвестной. – Хочу осмотреть её. – Дай-ка лучше я. Несс отпихнула его в сторону, опустилась рядом с девушкой, затем нащупала край её туники, ещё скрытый неприсутствием, и быстро справилась с завязками. Затем аккуратно обнажила часть её окровавленного бока. – Милостивые всебоги, – выругалась она, увидев рану. – Это… это от теневой? – Не говори глупости, – отмахнулся Оин. – Это Соммард. Пихнул её хвостом. Наверное, зацепил шипом. Агнесс протяжно выдохнула. – Может, позовём Дэйзи? – предложила она. – Обойдёмся, – отрезал Оин. – Тащи лекарства и тёплую воду.  Несс унеслась в мастерскую, исполнять поручение. Сам он опустился на колени рядом с кушеткой. Заметив, что обивка под раненой тоже пропиталась кровью, громко поторопил Несс. Девушка перед ним лежала тихо, неподвижно и казалась совсем беззащитной. Оин держал в голове, что впечатление это обманчиво, и внимательно рассматривал каждый дюйм её облика, пытаясь понять, откуда она такая свалилась на его голову. Она выглядела старше, чем показалась сперва – лет девятнадцать-двадцать. Поначалу Оина сбили с толку несуразные косички на её голове, прям как у ребёнка – пять штук все разной толщины и сложности. Одни – с нанизанными крупными бусинами, другие – оплетённые шнурками, некоторые и вовсе без украшений. Все пять шли от левого виска и собирались в узел на затылке вместе с остальными верхними прядями. Оин не удержался, и тронул волосы цвета блёклой меди, пропустив через пальцы одну прядь… Индуирская кровь? Но одежда не соответствовала его предположению. Оин задержал взгляд на открытом угловатом плече девушки, не из-за наготы – в той не было ничего вызывающего – из-за самой формы одежды, которая выглядела какой-то… архаичной. Странный крой туники он отметил сразу: правое плечо и рука были обнажены, будто на них не хватило ткани, левую, напротив, покрывал широкий рукав, опавший на кушетку, как поникшее зелёное крыло. И никакой вышивки, ни герба, ни намёка на принадлежность к какому-либо клану. Обычно мару, держались своих. За редким исключением. Оин снял с себя Чутьё и поднёс к девушке, совсем близко. Ничего. Никакого сигнала, говорящего о наличии у неё магических способностей. Либо он ошибся насчёт её мару-происхождения, либо магия его кулона выдохлась. Что не удивительно за столько-то лет. Агнесс вернулась в гостиную с больши́м подносом всего необходимого для оказания первой помощи: нагретой водой, стопкой хлопковой ткани, баночками с мазями и травами – всё это она давно привыкла держать в доме для Оина. – А ты, погляжу, становишься законодателем моды, – буркнула она, кивнув на безрукавную тунику девушки. Оин покривил губы, с облегчением заметив, что к Несс вернулось чувство юмора и подвинул к кушетке не занятый барахлом столик, чтобы она могла поставить поднос. Пока он рвал тряпки на длинные полоски, помогая себе зубами. Несс промыла рану, счищая с кожи вокруг неё запёкшуюся кровь. – Дальше давай сам, – сказала она, закончив. Сплюнув приставшую к губе нитку, Оин сменил сестру возле кушетки. Как он и полагал: в ране застрял кусок сломанного шипа Соммарда, оттого та не затягивалась и продолжала кровоточить. Оин взял щипцы, осторожно подцепил агмарову занозу и медленно вытащил. Агнесс подала мазь. Затем – порошок для заживления. Следом – повязки и помогла наложить их. Раненая при этом ни разу не шелохнулась. Даже когда Оин прощупывал ей рёбра, желая убедиться, что те целы. Её жизни теперь ничто не угрожало. Кроме его желания поквитаться за потраченный день. Оин вздохнул, подумав о потерянном заработке. – Когда ты уже приведёшь свою жизнь в порядок? – ворчала Несс, хмуро складывая окровавленные тряпки со столика обратно на поднос. – И это говоришь мне ты? – он охватил рукой хаос в её гостиной. – Не переводи тему. И вообще, у меня здесь система. – Как же. – Именно. Тут всё на своих местах. Разве не видишь? – она выпрямилась, указывая пальцем: – Детали – по коробкам. Хлам – в углу. И голова моя – на плечах. А не в Пекле, как у некоторых. – Понимая, что слова не пронимают его, она добавила: – Не знаю, чьи боги каждый раз спасают тебя, но они знатно стараются. И вряд ли им нравится наблюдать, как ты из раза в раз напарываешься на одни и те же неприятности. – Боги тут ни при чём, Несс. Оин устал повторять это ей. Он не желал думать, что его судьбой может править кто-либо, кроме него самого. Несс со вздохом взяла поднос. – Слушай, раз теневое дело перестало даваться тебе, – осторожно продолжила она, – может, всё-таки стоит обратиться за помощью к Дэшу?.. – В Пекло Дэша, – отозвался Оин. – Тогда, надеюсь, разум проснётся в тебе, прежде чем скверна окончательно исказит его! Она ушла в мастерскую, обиженно гремя баночками. Её вера в опасность теневой, исходила из одного неудачного случая и бесконечного множества неподтверждённых суеверий. Какой только ерунды не повторяли друг за другом несведущие люди: будто скверна оставляет след на душе – делая её уязвимой для Зла. – Глупости, – буркнул Оин. Единственной опасностью теневой магии была её крайняя нестабильность. Если та случайно контактировала с силой, подобной себе последствия могли быть непредсказуемыми. Всё равно, что капнуть масла в огонь. Зная об этом, можно было избежать многих бед. Оин упал в кресло. Тело ныло после бестолковой беготни по каменоломне – он чувствовал, что так и не восстановился до конца после Мунрана. День за днём он тщетно старался наверстать всё, чего лишился в прошлом году, и с каждой новой попыткой откатывался всё дальше от цели. Не промотай он деньги на лечение, сидел бы сейчас в таверне, попивая эль, а не прислушивался к дыханию незнакомой девчонки. Взгляд его упал на меч, отставленный в сторону. Оин взял его, вытащил из ножен и покрутил перед собой. Впечатляюще. Рукоять без гарды с нефритовыми вставками хорошо ложилась в руку. Клинок был выкован из прочной булатной стали. Дорогой, должно быть. Откуда такой у простой девчонки? Украла? Припомнив, как мастерски она владела им, Оин засомневался в своём поспешном суждении. Проклятое Пекло. Всё в этой девчонке ломало ему голову. Он с силой потёр лоб. В гостиную вернулась Несс, принеся с собой стопку чистых вещей. – Меня волнует, что она так долго не приходит в себя, – сказала она, приглядываясь к раненой. – Очнётся, – отозвался Оин. – Может, всё-таки отправим весть Дэйзи? Пусть посмотрит её. – Нет. – Что, если рана куда серьёзнее, чем мы думаем? – Несс… – он устало провёл по лицу ладонью. – Девчонка спит, потому что я усыпил её «Пленителем». Да начнётся камнепад… – Милостивые всебоги, – Несс сбросила вещи на столик и развернулась к нему, уперев руки в боки. – Ты что теперь у нас далирский растлитель?! Оин откинул голову на спинку кресла. – Послушай, – сказал он, – девчонка брыкалась, как раненая антилопа. А на подходе были мироделы. Что мне оставалось делать? Агнесс всплеснула руками, собираясь прочитать ему очередную мораль, но со стороны кушетки вовремя послышался тихий стон. Оин быстро убрал меч обратно в ножны и сосредоточился на том, как напротив проясняется взгляд девчонки – от загадочного мерцания в том не осталось и следа, ничего особенного, только живая растерянность. – Тебе лучше лежать, – предупредил Оин. Казалось, всё произошедшее в каменоломне – их стычка – не более, чем странный сон. Но иллюзия быстро распалась. Девчонка толком не пришла в себя, но её рука уже потянулась к поясу. – Верни, – потребовала она хрипло, не обнаружив меча на привычном месте. – Чтобы ты зарубила меня? – Я и голыми руками с тобой справлюсь. Оин молча поднялся, собираясь убрать оружие подальше. Девчонка рванула на него в тот же миг – напрыгнула со спины, едва не сбив с ног. – Что происходит? – взвизгнула Агнесс, отскакивая от них, чтобы не попасть под раздачу. Меч выскользнул из руки Оина. Своей хозяйке он тоже не достался – упал на пол – когда ту скрутили крепким захватом. – Пусти, подлец! – девчонка дёргалась, как пойманная птица. – Угомонись, – прошипел Оин ей прямо в ухо и тут же получил её затылком в переносицу. – Ах ты… Он стиснул зубы, пережидая боль. – Пусти немедленно!.. Несмотря на удар, захвата Оин не ослабил. Пусть и всего с одной рукой, он превосходил безоружную, раненую девчонку по силе. – Отпущу после того, как успокоишься, – предупредил он. – И поблагодаришь за спасение. Последнее условие стало лишним, только придав его пленнице сил. Она взвыла от ярости и затрепыхалась с новой силой. Если бы не чары, ослабившие её ранее, он бы не удержал. – Проклятый шан’друк. А-дан тэйл’на ва тар! – она перешла на незнакомую речь. Оин удивился, ранее не заметив у неё акцента, а слетевшая с её губ брань, не походила ни на один знакомый язык. Его терпение лопнуло. Он сильнее сжал захват. Девушка в его руках пискнула, как мышь, но не сдалась – повалилась на него всем телом. Оин качнулся вместе с ней, налетев спиной на что-то позади себя. Но устоял. Послышался стук, словно по полу рассыпались камешки. – Прекратите немедленно! – Агнес бросилась собирать фигурки божеств, скатившихся с алтаря. Пленница Оина вдруг утихла – то ли осознав, что слишком разбушевалась в чужом доме, то ли не в силах продолжать борьбу. – Ладно… – проговорила она хрипло. – Твоя взяла, Теневой. Оин почувствовал, как тяжелеет её тело, выждал ещё несколько вдохов и медленно ослабил хватку. В ту же секунду девушка отскочила от него на безопасное расстояние, белая, как люксаровый мел, и схватилась за бок. С её губ сорвался еле слышный стон. – Сказал же – надо лежать. – Иди ты… – отозвалась она. Оин пожал плечами. Он подобрал меч. Подумал немного, глядя на простые без украшений ножны. И протянул хозяйке. – Сдурел? – прошипела Несс, прячась за его спину, держав в охапке кучку резных божеств. Но гостья уже выхватила оружие из его рук, как утерянную драгоценность, и… благоразумно оставила в ножнах. Убедившись, что продолжения не последует, Оин решил представиться первым. – Я – Оин Сприт, – сказал он. – Это моя сестра – Агнесс. Девушка выпрямилась и с недоверием глянула на обоих. Неудивительно – они совершенно не походили друг на друга, как выходцы с двух разных краёв Магнатара: тёплая, солнечная Агнесс с копной тёмных волос, и он – будто слепленный из пепла. – Названая сестра, – добавила Несс, внося ясность. Оба они замерли в ожидании, пока незнакомка назовёт себя, но та сопротивлялась какой-то внутренней борьбе. – Я Рэйна, – наконец произнесла она. – Рэйна из Сэл’Тарна. Оин нахмурился – он не слышал о таком месте и ждал подробностей. Но она замолчала, скованно поправляя на себе окровавленную тунику. – Я приготовила тебе чистую одежду, – сказала Несс, выходя из-за спины Оина. Теперь, когда все представились, она немного осмелела. Вернув на место фигурки всебогов, она обернулась к гостье и предложила помощь с одеждой. Рэйна кивнула, но продолжила недоверчиво коситься в сторону Оина. Он вздохнул и благородно отвернулся. Ему было совершенно неинтересно, что эта девчонка прячет под своей странной туникой. Он мечтал поскорее разобраться в возникшем недопонимании. А ещё поесть и выспаться. – Ну так, что там у тебя стряслось, Рэйна из Сэл’Тарна? – бросил он через плечо. – Уже сказала – я здесь затем, чтобы вернуть артефакт, который ты украл у моего клана. Оин покачал головой: вот же заело. – Повторяю, ты обозналась. – Только если у тебя есть злобный близнец, – огрызнулась она. – Слушай, Теневой, я выслеживала тебя почти год. Все ниточки вели меня к тебе. Всё совпало. Да что там – я лично видела, как ты… ай, – она прервалась, когда петелька туники зацепилась за бусины в её волосах. Несс быстро их поправила. – В общем, я видела тебя. Я была в храме, на служении, когда ты проник туда и вырвал Шэйна Аэл из Штормового Древа. Всё, что она говорила, звучало для Оина, как полная чушь. Он не знал эту девушку. Не знал о местах, которые она упоминала. Не знал ничего о самом артефакте: что тот из себя представляет, для чего предназначается? Но и девчонка была уверена в своей правоте. Оин прислушивался к шуршанию ткани за спиной и перебирал про себя варианты: что, если тут замешана магия? Кто-нибудь мог украсть его личность – некий сильный заклинатель или мару с особым даром… Мысли прервало новое обвинение. – Из-за тебя чуть не погибли люди, – проговорила Рэйна. Оин закатил глаза. – Раз ты так беспокоишься за чужие жизни, – сказал он, не потрудившись оспорить её слова, – тогда, где была твоя голова, когда ты распалила очаг размером с Эруанскую Пустошь? Если бы те твари выбрались из каменоломни, кто-нибудь мог… – Теневой отчитывает меня за раскрытый очаг? – перебила она. – Если хочешь знать, брешь уже вскрылась, когда я пришла. Я просто знала, что она там, и понадеялась, что смогу выманить тебя. – А могла просто прийти поговорить. – Просто поговорить? – фыркнула Рэйна. – После того, что ты сделал со мной, с моим кланом… – Сколько повторять – это не я! Он обернулся и метнул в неё злой взгляд. Рэйна с вызовом встретила его, сверкнув в ответ своим, как клинком. Они схлестнулись в немой борьбе. Она – доказывая свою правоту. Он – отрицая. На самом же деле Оин не отводил взгляд ещё по той причине, что пытался найти в её глазах то странное, что привиделось ему в первый момент их встречи, что заставило его застыть на месте. Но как ни вглядывался, не ощутил никакой магии. Ничего особенного, повторил он себе. В её глазах не было ни намёка на дар. Только невыносимое упрямство. – Перестаньте вы собачиться, – пробормотала Несс. Она уже переодела Рэйну в свою старую тунику. Та оказалась великовата по размеру, хотя длиной доходила только до середины голени, обнажая тонкие щиколотки.  – Хорошо. Если, по-твоему, я злодей, – проговорил Оин, всё не сводя глаз с Рэйны, – зачем мне было спасать тебя? Зачем было тащить сюда, когда я мог просто скормить тебя Соммарду? Рэйна помотала головой, сама недоумевая. С ответом тоже не торопилась. Вместо этого вся белая отступила к окну, упёрлась спиной в подоконник и потянулась к раненому боку. Но остановила руку на полпути, будто не желая выдать что ей больно. – Дай ей настойку из ивы, – Оин обратился к сестре. Агнесс замерла в нерешительности, мечась взглядом между ним и гостьей, размышляя, не начнётся ли между ними новая потасовка без её присмотра. Оин уловил это и кивнул, дав понять, что всё под контролем. Тогда она скрылась за дверью мастерской. Оставшись наедине, Оин сделал пару шагов по гостиной, под бдительный взгляд Рэйны. Она держалась на ногах, несмотря на очевидную слабость, и не выпускала его из виду, точно загнанный в ловушку зверь. Он и сам не мог отделаться от назойливого беспокойства, вызванного её присутствием – оно закралось под рёбра и неприятно ворочалось там. – Я столько времени потратила на твои поиски, – тихо проговорила Рэйна, – и не уйду, пока не узнаю правду.  Он устало потёр лоб. – Ну так, давай поскорее во всём разберёмся. Кто сообщил тебе моё семейное имя? – Я спрашивала многих, идя по твоему следу от Таламира. И только, когда добралась до Пеоны, мне, наконец, удалось узнать его, – она на мгновение умолкла, пережидая боль. – Здесь по описанию тебя выдали сразу. Мне сказали, что вы, Сприты, «редкая порода». Её взгляд скользнул по его лицу и задержался на волосах, будто касаясь каждой пряди. Ему послышалось или она действительно прошептала: «странные»? Оин невольно провёл ладонью по волосам, чтобы сгладить это незримое прикосновение. Агнесс вернулась со стаканом разбавленного ивового настоя, подала гостье и отошла к Оину. – Не спрашивал у неё, сколько рук было в наличие у того вора? – проговорила она шёпотом. Он как-то не подумал об этом, полагая, что его увечье и без того бросается в глаза, чтобы заметить разницу, если таковая имелась. Но, заметив, как Рэйна поджала губы, прислушиваясь к ним, он прищурился и спросил: – Сколько? Она смерила его взглядом. Затем ещё. И ещё. Будто пыталась сопоставить образ, запечатлённый в памяти, с представленным оригиналом. Потом выдохнула: – Две. Он усмехнулся. Вот и всё. – Это ничего не доказывает, – тут же возразила Рэйна. – Ты мог потерять руку после кражи. Я слышала, у Теневых это в порядке вещей. – Что верно, то верно, – согласилась Агнесс, бросив укор в сторону брата. – Но, когда именно это произошло, ты можешь сказать точный день? – О да, – Рэйна стукнула стаканом о подоконник. – День я запомнила. Это произошло прямо во время второго Цветения. – Погоди-ка, – Несс поправила очки. – Если всё случилось в праздник, твоим вором был кто угодно, только не Оин. В тот день он уже находился в мунранском лазарете. Я сама выхаживала его и могу заверить – он был беспомощнее щеночка. – Оин не порадовался такому сравнению, но промолчал, потому что она была права. – Можешь проверить записи о нём в Ордене Милосердия или новостные архивы – весь город тогда стоял на ушах из-за… Заметив предупреждающий взгляд Оина, Агнесс замолчала. Она сказала достаточно, чтобы Рэйна поверила и всерьёз задумалась. – Не понимаю… Ты так похож на него, – она удручённо покачала головой. – Как я могла так ошибиться? – Бывает, – Оин пожал плечами.  Теперь, когда вопрос об участии в краже был снят с повестки, он потерял интерес к этой истории. Он и так сделал всё, что мог – спас и залатал неосмотрительную девчонку. Остальное не его забота. Теперь он мог с чистой совестью подумать об ужине. Заметив его ухмылку, Рэйна переменилась в лице, вспомнив что-то ещё. – Мой амулет, – сказала она. – Он ведь среагировал на тебя в каменоломне. – Даже лучшие устройства дают сбой, – заметила Агнесс. – Это не устройство. Это… Ах! Рэйна подняла руку, собираясь продемонстрировать вещь, о которой говорила, но не застала её на запястье. – Где он? Её пронзительный взгляд метнулся сразу к Оину. – Я ни при чём, – он поднял ладонь в жесте, призывающем к спокойствию. – Иди, поищи в каменоломне. Наверняка обронила там, пока возилась с Соммардом. Так она и поступила. Схватила в охапку меч, свои окровавленные вещи, бросила Агнесс торопливое «спасибо», и выскочила из квартиры, оставив за собой распахнутую дверь. Вслед за Рэйной Оина покинуло напряжение, висевшее над ним тяжёлой грозовой тучей. – Ну и денёк… Он медленно выдохнул, взял куртку и бросил на кушетку, прикрыв ею пятно крови – с этим он разберётся утром, а пока… Он рухнул сверху, чувствуя, как приятно расслабляются мышцы спины. В животе громко заурчало. – У тебя есть что-нибудь съедобное? – спросил он. Закрыв дверь, Несс уже вернулась в гостиную и встала рядом с кушеткой. Увидев, как она подбоченилась, Оин понял, что буря ещё не миновала. – Не знаю, в какое дерьмо ты влип на сей раз, – сурово проговорила она, – но, чтобы завтра же отправился с этим к Дэшу. – К нему? С чего вдруг? – Как тебе такой повод: вооружённая девчонка ищет кого-то крайне похожего на тебя. Она сделала паузу, давая словам осесть, будто Оин и без неё не догадался, кто подходил под описание. Отец. Неужели вляпался во что-то? От этого внутри всё неприятно сжалось, будто кто-то задел кожу на едва затянувшемся шраме. Оин обещал себе, не ввязываться в семейные дела Спритов, потому что больше не хотел идти на поводу у прошлого. Сейчас он пытался заново начать жизнь. В который раз. И всё же… Но Агнесс продолжала упёрто стоять над ним, пока он не кивнул, надеясь, что к утру она остынет и отстанет от него. А он займётся наконец своими делами.