Гарри в плену у Волдеморта или он у его?

Гарри лежал на кровати, уставившись в потолок, но взгляд его был рассеянным. Рука лежала рядом — ладонью вверх. Он медленно сжал пальцы. И тут же поморщился. Ощущение всё ещё оставалось. Чужое. Липкое. Неприятное. Магия Питера. Такая же отвратительная, как и он сам. Гарри провёл рукой по покрывалу, будто пытаясь стереть это чувство, но оно не исчезало. Оно было глубже. Внутри. Что со мной вообще происходит?.. Мысли медленно потекли дальше. Это началось после Министерства. После всего этого. После страха. После боли. После… него. Из-за стресса? Или потому что я… взрослею? Он нахмурился. Интересно… какой сегодня день?.. Гарри приподнялся на локтях, чуть повернув голову в сторону стола. — А сегодня какой день? Волдеморт не оторвался от бумаг. — Первое августа. Что такое? Это важно? Гарри замер на секунду. — Да нет… Он медленно опустился обратно на подушки. Взгляд снова ушёл в потолок. Первое августа… Тишина в комнате стала чуть тяжелее. — Значит… день рождения я пропустил, — тихо сказал он, почти без эмоций. — Жаль… И, похоже, отметил его… круцио. Голос был спокойный. Слишком спокойный. Но в этой ровности что-то трескалось. Волдеморт поднял взгляд. Задержал его на Гарри. — О чём ты думаешь? Гарри на секунду прикрыл глаза. — Да так… — он чуть повёл плечом. — Просто… вчера был мой день рождения. А я даже не знал. Короткая пауза. — Жаль. Он не звучал жалобно. Скорее — пусто. Волдеморт смотрел на него дольше, чем обычно. Оценивающе. Внимательно. Будто видел не только слова. Будто что-то ещё. — Так отпразднуй, — спокойно сказал он наконец. — Что тебе мешает? Гарри резко сел. — В смысле?.. — Таффи в твоём распоряжении. На секунду Гарри просто смотрел на него. А потом— — Правда можно?.. Он сам не заметил, как в голосе появилось что-то живое. И как губы чуть тронула улыбка. Настоящая. Лёгкая. Волдеморт это заметил. — Конечно, — ответил он так же спокойно. — Только магию не используй. Гарри кивнул, уже почти не скрывая настроения. — Хорошо. Он снова лёг на кровать. Но теперь смотрел не в пустоту. Мысли больше не давили так сильно. Странно… Он лежал в поместье врага. В его покоях. Под его контролем. И всё равно— Он не собирается меня убивать… пока. Гарри чуть прикрыл глаза. А значит… можно хотя бы один день не думать об этом. Лёгкая тень улыбки снова появилась на губах. Можно просто… отпраздновать. Сон подкрадывался медленно. Неровно. Словно даже во сне Гарри не мог полностью отпустить контроль. Дыхание выровнялось не сразу. Плечи всё ещё были напряжены, пальцы иногда едва заметно сжимались, будто он продолжал держаться за что-то даже в полудрёме. Прошёл примерно час. Тишина в комнате стала глубже. Волдеморт отложил бумаги. Некоторое время просто сидел, не двигаясь. Затем поднялся. Беззвучно. Почти как тень. Он подошёл к кровати. Остановился рядом. Взгляд скользнул по Гарри — бледное лицо, растрёпанные волосы, лёгкая тень усталости, которая не исчезала даже во сне. На секунду он просто смотрел. А затем — протянул руку. Пальцы коснулись волос. Мягко. Почти осторожно. Он провёл по ним, убирая пряди со лба. Гарри не проснулся. Только дыхание на мгновение сбилось — и снова стало ровным. Волдеморт задержал руку чуть дольше, чем нужно. Интересно… что ты придумаешь на свой день рождения. Лёгкая, едва заметная тень мысли. Посмотрим. Его взгляд стал чуть внимательнее. Он был прав… Он не забирает мою магию сейчас. Это не успокаивало. Это… заинтересовывало. Ещё сильнее. Он медленно убрал руку. Обошёл кровать. Остановился на другой стороне. Несколько секунд — тишина. Затем он лёг. Спокойно. Как будто это было чем-то обычным. Одеяло тихо сдвинулось, укрывая его. Он повернул голову. Взгляд снова остановился на Гарри. Интересно… Как ты отреагируешь на этот раз. В комнате воцарилась тишина. Но теперь она была другой. Более плотной. Более… живой. Как будто что-то уже начало меняться. 2 августа Гарри начал просыпаться медленно. Сознание возвращалось неохотно, словно тело всё ещё не до конца оправилось. Он приоткрыл глаза. И почти сразу почувствовал тяжесть рядом. Тёплую. Реальную. Гарри моргнул, окончательно просыпаясь, и повернул голову. Волдеморт. Он лежал рядом, чуть приподнявшись, и спокойно читал книгу, будто это было самым обычным делом. Гарри несколько секунд просто смотрел на него. Удивился. Но… не настолько, как должен был. — Здравствуй, — хрипло сказал он. — Как спалось? Волдеморт даже не сразу перевёл взгляд. — Я думал, это я должен об этом спрашивать. Он всё же посмотрел на Гарри. — Кстати… почему ты не убегаешь, как в прошлый раз? Гарри отвёл взгляд. Перевернулся на спину, уставившись в потолок. — Просто… — он чуть пожал плечом. — Это странно — спать в одной кровати с Тёмным Лордом. — Но бежать бессмысленно. Я всё равно должен быть здесь. Волдеморт тихо хмыкнул. Без комментариев. Снова опустил взгляд в книгу. — Кстати, Рабастана, Барти и Родольфа нет в поместье. Гарри резко перевернулся на живот и приподнялся на локтях. — Что? Где они? Он нахмурился. — Как я буду праздновать день рождения?.. Волдеморт спокойно перелистнул страницу. — Они отправились навестить семьи, которые были на балу. Короткий взгляд в сторону Гарри. — Можешь подготовиться сегодня. А отпраздновать — завтра. Он чуть помедлил. — В поместье остались Пожиратели. Антонин утром прибыл. Гарри чуть выпрямился. — Антонин? — Да. Гарри нахмурился, вспоминая. — Я его не знаю… хотя Родольф что-то про него говорил. — Я бы хотел с ним познакомиться. Это он, вроде, меня похитил. Волдеморт едва заметно усмехнулся. — Ясно. Он закрыл книгу, отложив её в сторону. — И что ты собираешься делать? Гарри задумался на секунду. — Хочу посмотреть, что стало с тренировочной клеткой после всплеска магии. Он чуть склонил голову. — Потом познакомиться с Антонином. — И… если он мне понравится, начну готовиться к дню рождения. Волдеморт некоторое время смотрел на него. — Я могу приказать Антонину слушаться тебя. Гарри сразу покачал головой. — Не надо. Он чуть усмехнулся, но в этом не было радости. — Я же не ты. — Я просто пленник с привилегиями. Последние слова он произнёс с лёгким акцентом. Волдеморт нахмурился. Чуть сильнее, чем обычно. — Ты слишком недооцениваешь себя. Короткая пауза. — Для героя магической Британии. Гарри закатил глаза и отвернулся к стене. Раздражённо. — Я не герой. И никогда им быть не хотел. Тишина. Волдеморт ничего не ответил. Просто снова взял книгу. Как будто разговор был закончен. Гарри ещё некоторое время сидел, не двигаясь. Смотрел в одну точку. Думал. О себе. О магии. О том, что происходит. И о том, что теперь всё стало… слишком странным, чтобы это можно было просто игнорировать. Всё это время Гарри смотрел на свои руки. На пальцы. На кожу. Словно пытался понять, где именно внутри него всё это скрывается. Магия. Чужая. Своя. Что со мной стало… Он резко выдохнул. — Ладно… пора вставать. Гарри поднялся с кровати и направился в ванную. Дверь тихо закрылась за его спиной. В комнате снова стало тихо. Через пару минут он вышел — уже более собранный, хотя усталость никуда не делась. — Мне нужна одежда, — сказал он, не особо задумываясь о тоне. — Возьму из подземелья. И… скажи Антонину, пусть придёт в гостиную. Ту, где я сидел после бала. На секунду повисла пауза. У Волдеморта едва заметно дёрнулся угол глаза. — Скажи Таффи, — холодно ответил он. — Она передаст. Я тебе не сова. Гарри замер. Осознание пришло почти сразу. Чёрт… Он отвёл взгляд, чувствуя, как появляется неловкость. — Извините… — коротко сказал он. — Я… пойду. Не дожидаясь ответа, Гарри быстро вышел. Дверь закрылась за ним чуть громче, чем обычно. Коридор встретил его прохладой и эхом шагов. Он шёл быстро. Слишком быстро. Глупо получилось… По пути он негромко позвал: — Таффи. Домовик появился почти сразу. — Да, Хозяин Гарри? — Передай Антонину, пусть придёт в гостиную. Ту же, после бала. — Будет сделано. Таффи исчез. Гарри выдохнул и продолжил путь. Подземелья встретили его привычной сыростью и прохладой. Он только успел зайти внутрь — Хозяин Гарри, — тихо произнёс Келвин, протягивая зелье. Гарри на секунду замер. Каждый раз это звучало… странно. Непривычно. Но он ничего не сказал. Просто взял флакон. — Спасибо… — пробормотал он, уже тише. Он сделал глоток — и сразу поморщился. — Фу… Келвин, вы правда не можете делать их хоть немного… нормальными? Эльф склонил голову. — Зелья должны быть действенными, хозяин Гарри. Гарри выдохнул, закатив глаза. — Да, я уже понял… Он вернул пустой флакон. Келвин аккуратно принял его, не поднимая взгляда. — Хозяину Гарри нужно что-нибудь ещё? Гарри на секунду задумался. — Нет… пока нет. Келвин кивнул. — Как прикажете. И исчез. Гарри остался один в подземелье. И тишина здесь ощущалась совсем иначе. Гарри выдохнул и пошёл дальше по подземелью. Шаги отдавались глухо, привычно. Он дошёл до своей клетки. На секунду остановился у входа. Всё здесь было знакомым. Слишком. Он зашёл внутрь, подошёл к шкафу и, не раздумывая, достал несколько вещей. Быстро переоделся, избавляясь от того, что уже успело пропитаться усталостью и зельями. Одежда легла на кожу легче. Свободнее. Закончив, он на мгновение замер. — Келвин, — тихо сказал он. Эльф появился почти сразу. — Да, хозяин Гарри? Гарри протянул вещи. — Отнеси это… в покои Волдеморта. И сам же чуть поморщился. Как это вообще звучит… Глупо и смешно… Келвин принял вещи, не задавая вопросов. — Как прикажете. И исчез. Гарри провёл рукой по затылку. Он развернулся и направился к выходу. И совсем забыл посмотреть на тренировочную клетку и что с ней стало. Поднимаясь наверх, он пытался вспомнить дорогу. Коридоры сменяли друг друга, но память всё же подсказывала направление. Первый этаж. Поворот. Лестница. Второй этаж. Он прошёл ещё немного — и остановился. Та самая дверь. Гарри толкнул её. В комнате уже кто-то был. На диване сидел мужчина — высокий, с чёрными волосами и бородой. Спокойный. Наблюдающий. Он поднял взгляд. И почти сразу встал. — Здравствуй, Гарри… рад тебя видеть. Гарри на секунду замер у входа. Оценивая. Потом прошёл внутрь. — Тебя позвала Таффи? Что она сказала? Антонин слегка приподнял бровь. — Сказала прямо. Что ты ждёшь меня здесь. — Что было немного странно. В его взгляде мелькнуло лёгкое подозрение. Гарри чуть пожал плечом. — Ничего такого. Просто Родольф говорил, что ты… нормальный. Антонин хмыкнул. — Нормальный? В каком смысле? Гарри неловко отвёл взгляд. — Ну… не совсем так. Он сказал… не только его благодарить, но и тебя. За то, что ты меня похитил. На секунду в комнате стало тише. Антонин едва заметно удивился. Но ничего не сказал. Только кивнул. — Ясно. Он снова сел, уже спокойнее, и жестом указал на место напротив. — Я здесь. Спрашивай, что хочешь. Гарри сел. Немного расслабился. — Ты из России? — Верно. Антонин чуть наклонил голову. — Хочешь, расскажу? Гарри кивнул. — Да. Я… почти нигде не был. Антонин на секунду задумался. А потом начал говорить. Спокойно. Размеренно. О холодных зимах. О городах. О традициях. О людях. Гарри слушал. Не перебивал. И впервые за долгое время просто… слушал что-то обычное. И это ощущалось странно. Но… хорошо. Гарри сидел, слушая Антонина. Сначала — про Россию. Потом — про семью. Про детей. Им было тринадцать и восемь, и Антонин рассказывал о них неожиданно спокойно… даже с лёгкой теплотой. Иногда — с усмешкой. Смешные истории. Живые. Гарри поймал себя на том, что слушает внимательнее, чем собирался. — Ты всё это время… после победы над Волдемортом был в России? — спросил он. Антонин кивнул. — Да. Жил там. Спокойно. Гарри хмыкнул. — Неплохо устроился. Он потянулся, слегка разминая плечи. — Ладно… я уже засиделся. Мне ещё готовиться к дню рождения. Антонин чуть нахмурился. — Чьему? Гарри усмехнулся. — Моему. Он был тридцать первого июля. А сейчас… второе августа. Антонин на секунду замолчал. — Хм. Хочешь отметить? — Ну… да. — Помочь? Гарри кивнул. — Было бы неплохо. Он задумался. — Кстати… где тут вообще можно праздновать? Антонин чуть откинулся назад. — В малом бальном зале. Он редко используется. Там достаточно места, можно всё украсить. — Надеюсь, Милорд разрешил тебе это? Гарри махнул рукой. — Да, он сказал — пользуйся Таффи. Антонин моргнул. — Волди? Гарри тут же поморщился. — Ой… извини. Я забываю иногда. Обычно я так не называю его, когда он рядом. Он неловко провёл рукой по затылку. — Прости, если это… как-то задело. Антонин посмотрел на него несколько секунд. А потом неожиданно усмехнулся. — А почему это должно меня задеть? — Звучит даже… забавно. Гарри выдохнул и тоже улыбнулся. — Да… наверное. Он чуть пожал плечами. — Просто Барти в прошлый раз чуть не убил меня взглядом. Ещё и тряс потом: «Как ты назвал Милорда?!» Антонин тихо хмыкнул. — Это Барти. И уже серьёзнее добавил: — Но лучше так не говорить при Фенрире, Беллатрисе… и ещё некоторых. Гарри кивнул. — Понял. Он поднялся. — Ну что, идём украшать зал? Антонин тоже встал. — Идём. Давно мы не устраивали ничего подобного. Гарри улыбнулся. По-настоящему. И вышел из комнаты. Антонин пошёл за ним чуть медленнее. Наблюдая. Думая. Что именно в нём увидел Милорд?.. Только магию?.. Он вспомнил разговоры. Всплеск. Силу. И покачал головой. Нет. Тут что-то большее. И, глядя вслед Гарри, он тихо усмехнулся: Интересно узнать тебя, Гарри Поттер. Они спустились на первый этаж. Несколько коридоров — и Антонин остановился у одной из дверей. — Здесь. Гарри не стал ждать — сразу толкнул её и вошёл внутрь. Помещение оказалось просторным. Но почти пустым. Несколько столов. Пара стульев. Голые стены. Тишина. Гарри медленно прошёл внутрь, оглядываясь. И почти сразу в голове начали складываться идеи. Картины… Свет… Может, поменять пол… Он резко развернулся, открыл ещё одну дверь сбоку, заглянул — пусто. Вернулся обратно. Антонин шёл за ним, наблюдая, не вмешиваясь. Гарри уже почти не замечал его — он был полностью в своих мыслях. — Хм… сюда можно повесить картины… — пробормотал он. — И свет переделать… потолок… может, вообще перекрасить… Он остановился посреди зала. Задумался. Антонин подошёл ближе. — Тебе нужна помощь? Или… идеи? Гарри посмотрел на него. — Я хочу сам всё это украсить.. — Ну… не совсем сам. С эльфами. Он махнул рукой, уже мысленно что-то расставляя. — Картины можно повесить. Свои, например. И ещё… не знаю… много всего. Антонин чуть прищурился. — Я могу позвать эльфов. Они помогут. — А насчёт украшений… я могу подсказать. Я немного разбираюсь в оформлении залов. Гарри кивнул. — Да, ты же аристократ точно.. Антонин спокойно продолжил: — Но это твой день рождения, если я сделаю получится в моей стиле. Гарри пожал плечами. — Мне это не обязательно, чтобы всё было идеально. Он усмехнулся. — Честно… украшать самому — интереснее. Чем когда всё сделали за тебя, а ты просто смотришь. Антонин кивнул. Понимающе. — Тогда поможем тебе сделать так, как ты хочешь. Гарри на секунду задумался, потом добавил: — Завтра отпразднуем. Когда вернутся Барти, Рабастан и Родольф. — И Драко можно позвать. Он вдруг замер. — И… надо написать письмо. Антонин чуть наклонил голову. — Кому? — Лео. Антонин нахмурился, вспоминая. — Из семьи Форестилд? Гарри кивнул. — Да. Мы с ним… подружились. Он отвёл взгляд. — Надеюсь, моё прошлое письмо дошло. — Ладно. Напишу ещё одно. Он резко развернулся. — Таффи! Эльфийка появилась мгновенно. — Да, Хозяин Гарри? — Нужно подготовить зал. Украшения, свет, ткани… всё, что найдёшь. Таффи кивнула. — Как прикажете. Гарри быстро добавил ещё пару указаний, почти на ходу — что куда поставить, какие цвета, где оставить место. Эльфийка исчезла, сразу приступая к делу. Гарри выдохнул. И направился к выходу. — Я пойду писать письмо. Антонин кивнул. — Я здесь. Присмотрю. Гарри уже не ответил. Он шёл быстро. Мысли снова закрутились. Лео… Коридоры сменялись один за другим. И теперь он направлялся туда, где можно было найти пергамент, перо… И, возможно, Волдеморта. Поднявшись на второй этаж, Гарри направился к кабинету. Остановился у двери. Постучал. Тишина. Через пару секунд он всё же открыл её и зашёл внутрь. Пусто. Волдеморта не было. Гарри огляделся, чуть нахмурившись. Наверное, ещё в покоях… или опять в бумагах утонул. Он прошёл к столу. На нём аккуратно лежали пергаменты. Гарри протянул руку, взял один… и замер. Странное чувство. Не страх. Но какая-то неуверенность. А вдруг они… заколдованы?.. Он чуть поморщился. И вообще… я же всё равно не смогу отправить письмо без него. Гарри тихо выдохнул. Положил пергамент обратно. — Ладно… Он развернулся и вышел. Коридор встретил его привычной тишиной. Он направился к покоям Волдеморта — но, зайдя внутрь, снова никого не нашёл. Гарри остановился посреди комнаты. — Интересно… где он?.. Мысль мелькнула быстро. Библиотека? Он покачал головой. — Нет… проще спросить. — Келвин, — негромко позвал он. Эльф появился сразу. — Да, хозяин Гарри. Что желаете? — Где Тёмный Лорд? — В лаборатории, — ответил Келвин. — На третьем этаже, рядом с библиотекой. Готовит зелье. Гарри кивнул. — Спасибо. Можешь идти. Эльф, как обычно, ничего не ответил на благодарность. Просто исчез. Гарри на секунду задержался на месте. Лаборатория… Он направился к лестнице. Поднимаясь, он невольно задумался. Что он там делает?.. Яды? Лечебные зелья? Или просто… отвлекается? Шаги становились медленнее. Любопытство росло. И когда он подошёл к двери лаборатории, Гарри уже точно знал —он хочет это увидеть. Гарри тихо открыл дверь и вошёл. В лаборатории было полутемно, но не мрачно — мягкий свет исходил от котла и нескольких магических источников, отражаясь в стекле флаконов и колб. Воздух был насыщен запахами трав, металла и чего-то едва уловимо горького. И посреди всего этого — Волдеморт. Он стоял у стола, полностью погружённый в процесс. Движения были точными. Выверенными. Каждое — будто заранее просчитано. Он не спешил. Но и не медлил. Рука плавно добавляла ингредиенты, затем останавливалась, выжидая нужный момент, прежде чем снова двинуться. Казалось, он даже не замечал, что кто-то вошёл. Гарри замер у входа. Не из страха. Из… странного ощущения. Он никогда не видел его таким. Не приказывающим. Не угрожающим. Не наблюдающим. А просто… работающим. Сосредоточенным. Человеком. Гарри сделал шаг вперёд. Пол тихо скрипнул. И только тогда Волдеморт слегка повернул голову. — Что тебе нужно, Поттер? — произнёс он спокойно, даже не отрывая взгляда от зелья. Гарри чуть пожал плечами, проходя внутрь. — Я тебя искал. Он остановился рядом, но на безопасном расстоянии. — Хотел взять пергамент… написать письмо. Гарри посмотрел в котёл. — И… что ты готовишь? Волдеморт не ответил сразу. Сначала аккуратно перемешал зелье, наблюдая за его реакцией. И только потом тихо произнёс: — То, что не должно взорваться у меня в руках. Лёгкая, почти незаметная насмешка скользнула в голосе. Гарри хмыкнул. — Обнадёживает. Он ещё раз взглянул на зелье. — Это что-то опасное? Волдеморт чуть прищурился. — Всё опасное, если не знать, что делаешь. И теперь он всё-таки посмотрел на Гарри. Внимательно. — Ты что-то ещё хотел? Гарри на секунду замялся. Потом честно ответил: — Да. Пергамент… и, возможно, твою помощь. Он отвёл взгляд. — Мне нужно отправить письмо. И, после короткой паузы, добавил: — И я не уверен, что могу сделать это сам. — Хорошо. Возьми пергамент — вон там, — спокойно сказал Волдеморт, не отрываясь от зелья, указывая на соседний стол, заваленный свитками, чернилами и перьями. — Пиши. Когда закончу — отправлю. Гарри кивнул. — Ладно. Он подошёл к столу, провёл пальцами по аккуратным стопкам пергамента, выбрал один, взял перо, обмакнул в чернила. На секунду замер. Как это вообще выглядит… Я пишу письмо… находясь у него. И начал. Строки ложились не сразу, но постепенно мысли собрались. Он писал Лео — просто, без лишних деталей. Про день рождения. Про то, что не смог отметить вовремя. Про то, что собирается сделать это третьего августа. «Если сможешь — приходи». Он поставил точку. В этот момент голос Волдеморта прозвучал спокойно: — Кому ты пишешь? Гарри даже не обернулся. — Лео. Из семьи Форестильд. — Ты ведь не против, если он придёт на мой день рождения? Волдеморт медленно перемешал зелье. — Пусть приходит. Он уже тебя видел. И холодным голосом добавил: — Но ни слова о том, где ты. И кем являешься. Гарри чуть повернул голову. — Он знает меня как Магнуса. — Именно, — кивнул Волдеморт. — Пусть так и остаётся. Гарри задумчиво провёл рукой по волосам. — Тогда надо будет их… пригладить. Он усмехнулся. — А то слишком узнаваемо. Волдеморт бросил на него короткий взгляд. — Я сам это сделаю. Твоя магия всё ещё нестабильна. Гарри закатил глаза. — Хорошо, хорошо. Он вернулся к столу. Но не ушёл. Взял второй пергамент. — Зачем тебе ещё один? — спросил Волдеморт. — Хочу позвать Домину. Из семьи Карассель. Волдеморт на секунду замер. — Из семьи Карассель?.. Он прищурился. — Почему? Гарри чуть замялся. — Мы… общались. — Я не помню, чтобы вы были близки, — холодно заметил Волдеморт. — Мы говорили не только тогда, но и в гостиной, — тихо ответил Гарри. Волдеморт повернул голову. — И о чём? Гарри опустил взгляд на пергамент. — О моей магии. — Она сказала… что я должен ей доверять, что это не значило. В лаборатории стало тише. — И? — голос Волдеморта стал холоднее. Гарри выдохнул. — И она знает, что я Гарри Поттер. Рука Волдеморта на мгновение замерла. — Что?.. — тихо произнёс он. Гарри поднял взгляд. — Она знает. Волдеморт медленно убавил огонь под котлом, движения стали медленнее, но точнее. Гарри снова разговорил: — Ты думаешь, это не проблема? — Нет, — спокойно ответил Волдеморт — Это Домина, а она не из тех, кто будет болтать. Волдеморт какое-то время молчал. Затем снова занялся зельем. — Продолжай писать. Гарри кивнул. Но всё же спросил: — Кстати… почему ты вообще скрываешь, что я здесь? Волдеморт усмехнулся. Холодно. — Потому что мне интересно. — Я хочу увидеть лица людей магической Британии… когда они поймут, что их герой исчез и лицо Дамблдора. Гарри нахмурился. — То есть… ты держишь меня, чтобы позлить Дамблдора? — Это… приятный бонус, — спокойно ответил Волдеморт. Гарри отвёл взгляд. — Ясно… Он опустил перо к пергаменту. И начал писать второе письмо. На этот раз — Домине. С чувством, которое он сам до конца не понимал. Любопытство. И… осторожность. Гарри наконец поставил точку. Чернила ещё немного блестели на пергаменте. Он перечитал оба письма — быстро, но внимательно — затем аккуратно сложил их и убрал в конверты. Несколько секунд он просто стоял, держа их в руках, пока позади тихо булькало зелье. Ждал. Волдеморт закончил не сразу. Но когда он наконец отставил последний ингредиент и выпрямился — Гарри уже был готов. Он подошёл ближе. Молча протянул письма. Волдеморт взял их без лишних слов. Достал палочку. Короткое движение. Тихое, почти неслышимое заклинание. И письма исчезли. Как будто их и не было. Гарри выдохнул. — Спасибо. Он чуть потянулся, словно сбрасывая напряжение. — Думаю… мне уже пора готовиться к дню рождения. Он развернулся к двери. — Посмотрю, как там Антонин справился. Волдеморт чуть прищурился. — Вы что, уже подружились? Гарри хмыкнул. — Ну… не совсем. Он пожал плечами. — Но, может быть. — Он рассказал про свою семью. У него… дети. Прикольные, если честно. Он на секунду задумался, будто снова возвращаясь в разговор. — Один раз он— — Стоп. Голос Волдеморта прозвучал резко. Он даже не повернулся. — Я рад, что тебе было весело. Но можешь не продолжать. Мне это неинтересно. Гарри закатил глаза. — Ну и ладно. — Ну и бухти дальше. Он уже взялся за ручку двери. Открыл её. И, обернувшись напоследок, добавил с лёгкой усмешкой: — Кстати, если ты так любишь зелья — приготовь что-нибудь, что исправит твою кислую морду. И вышел. Дверь закрылась. Тишина. На секунду. И вдруг—в дверь ударило заклинание. Глухо. Резко. Волдеморт стоял на месте, опустив палочку. Вот же надоедливый… Он раздражённо выдохнул. Зачем я вообще его держу?.. Хотя бы спасибо сказал… Он нахмурился. Или… говорил?.. Тишина. Зелье тихо зашипело. Волдеморт отвёл взгляд, словно отбрасывая лишние мысли. Нелепость. Он развернулся обратно к столу. Ему не нравится моя внешность… Короткая усмешка. Холодная. Сам не лучше. Он взял следующий ингредиент. И продолжил варить уже другое зелье. Тем временем Гарри шёл по коридору. Шаги были лёгкими. Настроение — неожиданно хорошим. Он даже тихо усмехнулся сам себе. Интересно… как там Антонин справился? И, ускорив шаг, направился обратно к залу. Через некоторое время Гарри дошёл до маленького бального зала. Он открыл дверь — и замер. Помещение изменилось почти полностью. Стены перекрасили — теперь они были теплее, живее. Люстра сменилась — новая, с мягким светом и алыми элементами, напоминающими цвета Гриффиндора. По стенам висели его картины. Настоящие. Рядом — аккуратно расставленные деревянные фигурки: кубок, сова… даже несколько портретов. Он узнал лица. Рабастан. Родольф. И… одна из фигурок была особенно узнаваема. Гарри тихо хмыкнул. — Серьёзно?.. Эльфы даже притащили фигурку Волдеморта который он первый сделал и он выглядел криво, чем остальные. На полу лежал ковёр — мягкий, немного шершавый, но тёплый. И это сразу чувствовалось. Зал больше не был холодным. Он стал… живым. Гарри прошёл внутрь, медленно оглядывая всё вокруг. — Вау… — выдохнул он. — Это… классно. Он улыбнулся. — Прямо реально классно. Антонин подошёл ближе. — Мы старались. Но… еды пока нет. — И ещё кое-чего не хватает. Гарри кивнул, уже мысленно достраивая картину. — С едой не волнуйся. Я приготовлю. Антонин чуть удивился. — Ты умеешь готовить? Гарри усмехнулся. — Я обожаю готовить. — Сделаю всё сам… ну, и с эльфами. Он снова оглядел зал. — И ещё… надо добавить диваны. Маленькие. И много подушек. И пледы на пол. Он уже говорил быстрее, увлекаясь. — Будем сидеть на полу. Так уютнее. Он повернулся к Антонину: — Как думаешь, им зайдёт? Антонин усмехнулся. — Думаю, да. Мы и не в таких условиях сидели. — Особенно после квиддича вообще где угодно сядешь. Гарри фыркнул. — Это точно. Он хлопнул в ладони. — Так. Шарики, гирлянды… ещё украшения. Работы много. Он оглянулся. — Таффи! Эльфийка появилась. — Да, хозяин Гарри? — Где Драко знаешь? — Хозяин Драко ушёл к друзьям,—ответила Таффи. — Ясно… Гарри кивнул. — Тогда передай через Келвина — пусть он скажет Драко, чтобы тот пришёл завтра. На мой день рождения. Таффи слегка склонила голову. — Как прикажете. И исчезла. Гарри тут же начал раздавать указания: — Эти подушки сюда. Нет, больше. — Пледы светлее. — Шторы чуть приоткрыть. — И добавьте ещё света, но мягкого. Антонин всё это время помогал — развешивал украшения, двигал мебель, даже сам поправлял детали. Работа кипела. Цвета смешивались — не только красный, но и зелёный, золотой, тёплые оттенки. Зал постепенно наполнялся жизнью. Тем временем Келвин появился в доме Теодора Нотта. В комнате сидели подростки. Драко что-то рассказывал — увлечённо, с редкой для него живостью. Остальные слушали. Иногда переглядывались. Келвин возник прямо посреди комнаты. Тишина. Он поклонился. — Хозяин Гарри приглашает Драко Малфоя на празднование дня рождения. Драко замер. А затем улыбнулся. — Серьёзно?.. В голосе мелькнуло явное воодушевление. Кто-то из остальных сразу подался вперёд: — А мы? Келвин моргнул. — Мне не было сказано. Он склонил голову. — Я могу спросить. И исчез. Вернуться — за ответом. Гарри устроился на подушках прямо посреди зала. Мягкие, тёплые, разбросанные по полу — совсем не как холодный камень, к которому он привык. Он огляделся. Картины на стенах. Свет люстры. Пледы. Фигурки. Всё это… было для него. И от этой мысли внутри стало неожиданно тихо. Спокойно. Наверное… это самый счастливый день рождения в моей жизни. Он даже сам удивился этой мысли. Потому что раньше… такого не было. Ни украшений. Ни ожидания. Ни этого странного ощущения, что что-то делается специально для него. Гарри медленно выдохнул. И, не думая больше ни о чём, лёг на пледы, закинув одну руку под голову. В другой держал книгу. Открыл. Начал читать. Где-то рядом тихо двигались эльфы, доделывая украшения, переставляя подушки, шурша тканью. Но это уже не мешало. Наоборот — создавало ощущение уюта. Живого, настоящего. Гарри перевернул страницу. И подумал почти лениво: Даже если завтра всё пойдёт не так… Даже если не будет подарков… Он чуть прикрыл глаза. Мне уже все хватает. И впервые за долгое время это было правдой. Гарри лежал на пледах, лениво переворачивая страницу книги, когда рядом с тихим хлопком появился Келвин. — Хозяин Гарри… — начал он, склонив голову. — Друзья хозяина Драко спрашивают, можно ли им прийти на ваш день рождения. Гарри моргнул, отрываясь от чтения. Приподнялся, опираясь на локти, затем сел. — Я… даже не думал об этом, — честно сказал он. Он задумался буквально на пару секунд — и кивнул сам себе. — Думаю, можно. Это же Панси, Драко, Теодор и Блейз, да? — Да, хозяин Гарри. — Тогда пусть приходят. Келвин склонился ещё ниже. — Я передам. И исчез. Гарри снова опустился на пледы, глядя в потолок. Книга осталась открытой, но он уже не читал. Мысли начали перебирать лица. Кто будет?.. Родольф. Рабастан. Антонин. Барти. Лео. Драко… и его друзья. Он тихо выдохнул. И я. Может… Волдеморт тоже зайдёт. Мысль была странной. Но уже не такой невозможной. И, может, ещё кто-то из Пожирателей… Он вспомнил того, кто держал его тогда рядом с Беллатрисой. Он вроде нормальный… Гарри чуть усмехнулся. Как странно это звучит. Он закрыл глаза на секунду, отбрасывая мысли. Потом снова открыл книгу. И вернулся к чтению. Рядом эльфы заканчивали работу, а чуть дальше Антонин, закончив с украшениями, ушёл перекусить. Зал был почти готов. Тем временем в поместье Ноттов атмосфера была совсем другой. В гостиной сидели подростки. Кто-то говорил, кто-то смеялся… Но один человек явно не находил себе места. — Драко, хватит ходить туда-сюда, — лениво протянул Блейз. — Отвали, Блейз, — огрызнулся Драко, не останавливаясь. — Если вы не пойдёте со мной, я там просто… умру от смущения. Он резко повернулся к ним. — Если он меня коснётся, я вообще стоять буду как столб. Панси приподняла бровь, ухмыляясь. — О, так вот в чём дело? Появился шанс, и ты уже паникуешь? Она чуть наклонила голову. — Особенно если Тёмный Лорд его не убивает. — Что? Ничего подобного! — быстро ответил Драко и отвернулся. — Конечно-конечно, — протянула она. Теодор спокойно сидел в кресле, наблюдая за всем этим. — Не волнуйся, Драко. Всё будет нормально. Драко фыркнул. — Ты как всегда спокойный… и это иногда бесит. Тео лишь пожал плечами. И в этот момент с тихим хлопком появился Келвин. Все замерли. — Хозяин Гарри разрешил. Вы можете прийти на праздник. На секунду повисла тишина. А потом Панси резко вскочила. — Так! Всё! Быстро — подарки покупать! Парни переглянулись. — И что ему дарить? — спросил Блейз. Драко махнул рукой. — Поттеру всё понравится. Дарите что угодно. — Нет, — отрезала Панси. — Так не пойдёт. Она уже направлялась к камину. — Быстро по домам. Ищите нормальные подарки. — А какая разница? — спокойно спросил Теодор. Блейз усмехнулся. — О, Тео… она просто обожает покупать подарки. — Эй! — Панси обернулась. — Вы всё ещё здесь?! Она схватила Теодора за руку. — Двигайтесь! — Вообще-то это мой дом… — тихо заметил он. Но его никто не слушал. Через минуту Панси уже заталкивала всех к камину. Камин вспыхнул зелёным пламенем. Первым шагнул Драко. Следом — Блейз. Панси даже не обернулась, просто бросила через плечо: — Тео, не тормози! И исчезла в огне. В комнате стало тихо. Теодор остался стоять на месте. Он посмотрел на камин. Потом — на пустую гостиную. — …Это мой дом, вообще-то, — спокойно произнёс он. Никто, конечно, не ответил. Он вздохнул, провёл рукой по волосам и направился не к камину, а к лестнице. — Сами доберутся, — тихо добавил он. Теодор поднялся к себе в комнату без спешки. Тишина здесь была другой — не как внизу, где всегда кто-то говорит, спорит или смеётся. Здесь было спокойно. Он закрыл за собой дверь и на секунду просто остановился. Потом прошёл к столу. Сел. Достал лист пергамента, перо, чернила. Некоторое время просто смотрел на пустую поверхность. А затем начал писать. Он редко это делал. Ещё реже — кому-то показывал. На самом деле… почти никогда. Только мама знала. Она всегда улыбалась, когда он писал — сама любила творить: шить, лепить украшения из глины, создавать что-то руками. И, наверное, поэтому никогда не задавала лишних вопросов. Теодор чуть сжал перо. Чернила легли на пергамент. Строка за строкой. Без остановки. Он писал не задумываясь — о сегодняшнем дне, о разговоре с друзьями, о странной суете, о Драко… о том, как всё это выглядело со стороны. О чувствах, которые он обычно не озвучивал. Спокойных. Глубоких. Тихих. Иногда он останавливался на секунду, будто прислушиваясь к себе. А потом продолжал. Комната наполнялась только звуком пера по бумаге. И больше ничем. И в этот момент Теодор ни о чём не думал. Просто писал. Сегодня шумно было слишком — не в доме, а среди людей. Слова летали как-то быстро, но смысл терялся меж речей. Драко ходил, как будто в клетке, и сам не знал, чего боится. А Панси — резкая, как ветка, что может в любой миг сломиться. Блейз шутил, как будто проще смеяться, чем всерьёз смотреть. А я… стоял немного в стороне, чтобы всё это рассмотреть. И где-то там, среди всего, есть тот, о ком никто не скажет: он будто центр, но без него всё это сразу станет даже… пустым. Теодор остановился. Чуть нахмурился. Потом добавил ещё одну строку: И странно — мне не всё равно.

***

Волдеморт сидел в своём кабинете. Пергаменты лежали перед ним ровными стопками, чернила уже начали подсыхать на кончике пера, но он всё равно продолжал выводить строки — автоматически, почти не вчитываясь. Мысли были далеко. Не здесь. Не в документах. Он раздражённо сжал перо сильнее, чем нужно. Что подарить Гарри Поттеру? Мысль сама по себе казалась абсурдной. Нелепой. Раздражающей. Он резко откинул перо в сторону. Бумаги сдвинулись, часть из них упала на пол. Волдеморт медленно провёл рукой по лицу… и вдруг опустил голову на стол. Глухо. Тяжело. — О чём я вообще думаю… — тихо, почти сквозь зубы. Пауза. — Я Тёмный Лорд. Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Через некоторое время он выпрямился. Резко. Как будто сам себя оборвал. Поднялся и подошёл к тумбочке. Стекло бутылки тихо звякнуло, когда он взял её в руки. Налил в бокал тёмное вино. Сделал глоток. Медленный. Вдумчивый. Вернулся в кресло. Сел. И снова — мысль. Та же самая. Упрямая. Навязчивая. Подарок. Взгляд его на мгновение стал холоднее, но в глубине появилась тень решения. Основной подарок… будет в покоях. Не для всех. Только для него. А на самом празднике… Волдеморт чуть прикрыл глаза, будто проверяя эту мысль на вкус. Красная камелия. Сдержанный символ. Без лишних слов. Интерес. Внимание. Нечто… недосказанное. Он едва заметно кивнул самому себе. Это подходило. Он сделал ещё один глоток вина. Но где-то глубже оставался вопрос. Зачем? Зачем он это делает? Гарри — пленник. Даже если… с привилегиями. Он уже позволил ему слишком многое. Этого достаточно. Должно быть достаточно. И всё же… Волдеморт поставил бокал. Поднялся. Не раздумывая больше. Как будто решение уже было принято раньше — просто он не хотел этого признавать. Он вышел из кабинета и направился в свои покои. Подготовить подарок. Даже не до конца понимая — почему. В это время Гарри вышел из малого бального зала. Он шёл по коридору, не спеша, проводя пальцами по стене — словно всё ещё мысленно расставлял украшения. Мысли путались. Идеи сменяли друг друга. Он свернул за угол, прошёл дальше… и, наконец, нашёл знакомую гостиную. Выдохнул. И вошёл внутрь. Антонин уже был там. Он поднял взгляд и чуть кивнул: — Снова ты. Гарри усмехнулся и прошёл дальше, опускаясь в кресло: — Ага. Нужен перерыв от всего этого хаоса. Они начали говорить — спокойно, без напряжения. О чём-то простом. Почти обычном. И в этот момент— в коридоре появился Драко Малфой. Он только что вернулся. Шаг замедлился, когда он заметил Гарри. Сердце будто сбилось с ритма. Он замер. А затем резко шагнул назад, прячась за стену, словно его и не было здесь вовсе. Слишком рано. Он не был готов снова его видеть. Не сейчас. Не после всего. Драко тихо выдохнул, прижавшись к холодной стене. И остался там. Слушая. Не решаясь войти. Драко всё же сделал глубокий вдох. Ещё раз посмотрел в сторону гостевой комнаты — дверь была закрыта, тихая, будто там ничего не происходило. Он задержал взгляд на секунду дольше, чем хотел бы сам себе признать. Потом резко отвёл глаза. — Глупо… — тихо пробормотал он и быстро пошёл по коридору. Шаги стали увереннее. Он больше не оглядывался. Слишком много мыслей было и без этого. Вернувшись в свою комнату, Драко закрыл дверь и наконец позволил себе выдохнуть. Тишина. Нормальная, привычная. Он сел на кровать, уставившись в пол, пытаясь привести мысли в порядок. В это же время в поместье Ноттов вечер проходил спокойно. Теодор закончил писать свои заметки и отложил пергамент в сторону. На кровати лежали раскрытые книги, рядом — аккуратно сложенные страницы. Для фона он включил магловский телевизор, который когда-то принёс его отец. — Смотри, — говорил тот тогда строго. — Но никому не показывай, что он у тебя есть. И Теодор действительно не показывал. Сейчас он сидел спокойно, переключая каналы, скорее слушая шум, чем вникая в него. Через некоторое время дверь в комнату открылась. Вошла леди Нотт. — Теодор, тебя зовут, — спокойно сказала она. — Спустись вниз. Следом появился и отец — вернувшийся после дел. Теодор кивнул, выключил телевизор и пошёл за матерью. В столовой было привычно тихо. Семья собралась за ужином. Разговор начался спокойно — о делах, о прошедшем дне, о мелочах. — Как прошёл день? — спросил отец. Теодор немного задумался. — Нормально. Приходили друзья. Он на секунду замолчал, затем добавил: — И Гарри Поттер… приглашает нас на день рождения. Ложка матери на мгновение застыла. Отец медленно поднял взгляд. — Поттер? — спокойно переспросил он. — Да, — кивнул Теодор. — Он будет праздновать завтра. Тишина стала плотнее. — И Тёмный Лорд это разрешил? — уточнил отец. — Да, — спокойно ответил Теодор. — Милорд не против. Это не вызвало паники, но повисло в воздухе как нечто странное. Ещё недавно — в Министерстве — Тёмный Лорд хотел его убить. Это понимали все. Это казалось неизбежным. Но теперь… Он не только не трогал Поттера. Он позволял ему жить в поместье. Разговаривать с Пожирателями. И даже устраивать праздник. Это было нелогично. И именно поэтому — интересно. — Значит, он ему доверяет, — тихо сказала мать. Отец хмыкнул: — Или считает, что это не имеет значения. Теодор пожал плечами: — Рудольф, Рабастан и Барти уже нормально с ним общаются. Думаю, никто не будет против —добавил Отец. Мать слегка улыбнулась: — Тогда ты пойдёшь? — Да. — И мы? Теодор спокойно посмотрел на них: — Думаю, он не будет против. Отец задумался. — Странно всё это… но, возможно, стоит увидеть самому. Позже Теодор вернулся в свою комнату. Родители разошлись. А его отец, Кастин Нотт, задержался в кабинете дольше остальных. Он сидел за столом, медленно постукивая пальцами по поверхности. — Что же в этом мальчике такого… — тихо произнёс он. Гарри Поттер. Тот, кого ещё недавно Тёмный Лорд хотел уничтожить. А теперь — приглашён на праздник. Странно. Слишком странно. Он поднялся, направился в ванную, затем вернулся и лёг спать. Но мысль осталась. Тем временем Гарри вернулся с разговора с Антонином в неожиданно хорошем настроении. Он шёл по коридору поместья уже без прежнего напряжения. — Ладно… сегодня действительно неплохо прошло, — тихо пробормотал он. Поднявшись на этаж, он толкнул дверь покоев Волдеморта. Внутри было тихо. Волдеморт стоял у стола и занимался чем-то странным — тонкие магические нити или линии переплетались в воздухе между пальцами. Гарри даже не стал спрашивать. Просто прошёл мимо, будто так и должно быть. И направился в ванную. Холодная вода смыла усталость с лица. — Вот так… — выдохнул он, глядя в зеркало. Потом зубная щётка, ванна, тепло, расслабление. Он закрыл глаза, откинув голову назад. — Как же… хорошо прошёл день… — тихо сказал он. Никаких мыслей. Никаких тревог. Только тишина и вода. Он вышел, переоделся, даже не глядя на Волдеморта, который всё ещё был в комнате. Мокрые волосы прилипли ко лбу, но ему было всё равно. Он просто лёг на кровать. И почти сразу уснул. Волдеморт закончил работу позже. Он медленно обернулся. Гарри уже спал. Слишком спокойно. Слишком безрассудно. — Невоспитанный мальчишка… — тихо произнёс он, почти без раздражения. — Даже не сказал спокойной ночи. Он посмотрел на него ещё секунду. И уже тише добавил: — Спокойной ночи тебе, Гарри Поттер. Гарри медленно начал просыпаться. Сознание возвращалось лениво, будто через плотный туман. Он сел на кровати, нащупал рукой светильник у тумбочки и включил его. Тёплый свет разлился по комнате. Гарри протёр глаза, зевнул и, немного повернувшись, заметил пустое место рядом. Волдеморта не было. — Странно… — тихо пробормотал он, но почти сразу пожал плечами. — Ладно. Он взял светильник в руки и поднял взгляд к стене. Часы показывали три с чем-то ночи. — Ого… — Гарри прищурился. — Три ночи… Он ещё секунду посмотрел на стрелки, потом встал и направился в ванную. Движения были спокойными, почти сонными — без спешки, без лишних мыслей. Вернувшись, он поставил светильник обратно, выключил его и снова лёг на кровать. Комната погрузилась в темноту. Гарри устроился поудобнее, уставившись в потолок. — И где он шляется в три часа ночи… — пробормотал он себе под нос. Он перевернулся на бок. — Хотя… не моё дело. Мысль ушла так же быстро, как появилась. Гарри закрыл глаза. И почти сразу снова уснул.