Огонь и Лёд

Утро в пещере наступило тихо. Не так, как наступает рассвет в лесу или в горах — с пением птиц, с шелестом листвы, с первыми лучами солнца. Здесь, в глубине горы, утро можно было узнать лишь по едва заметному изменению цвета камня: серый становился чуть теплее, а холод подземелья — чуть мягче. Крот проснулся первым. Какое-то время он просто лежал, глядя в каменный потолок, и пытался понять, почему он всё ещё жив. Последнее, что он помнил — ослепительный свет из скипетра Ледины и холод, которого он не должен был пережить. Потом — темнота. А потом — обрывок воспоминания, смутный, как сон: он открыл глаза, увидел склонившуюся над ним Ледину, увидел Агар-Агар, что-то сказал про обед... и снова провалился в беспамятство. Он пошевелил лапками. Они слушались. Он сжал кирку, что лежала рядом. Она была на месте. Всё было на месте. — О, ты проснулся! — раздался голос сбоку. Крот обернулся и увидел Фрост Квин. Она сидела на камне, положив скипетр на колени, и смотрела на него с тем самым выражением, которое он так и не научился расшифровывать — что-то среднее между облегчением и глубокой, застарелой виной. — Ледина! — воскликнул Крот, садясь. — Ты... ты в порядке? А где все? Что случилось? Я помню, что ты была в пещере, а потом вдруг встала, и всё... А потом я вроде бы просыпался — ты держала меня, и Агар-Агар была рядом, и я что-то говорил... но это было как во сне. Я не уверен, было ли это на самом деле. — Было, — тихо ответила Фрост Квин. — Ты ненадолго пришёл в себя, спросил, в порядке ли я, сказал Агар-Агар про какой-то обед... и снова потерял сознание. Мы испугались, что ты уже не очнёшься. — Ага! — Крот хлопнул себя по лбу. — Точно! Я же оставил ей обед в туннеле! А она его нашла... — он повернул голову и увидел Агар-Агар, сидевшую у входа. — О, ты здесь! Ты правда нашла тот обед? — Нашла, — Агар-Агар повернула голову. — Маленький проснулся. Хорошо. — Погоди, — Крот перевёл взгляд обратно на Фрост Квин, — но что случилось-то? Почему я вообще был во льду? Фрост Квин опустила взгляд. Её голос звучал ровно, но в нём была тяжесть, какой Крот никогда раньше не слышал. — Это сделала я. Тот кристалл, что ты мне принёс, был не просто холодным камнем. В нём была заключена душа древнего ледяного дракона — последнего из своего рода. Когда ты вложил его мне в руки, он подчинил мой разум. Всё, что случилось дальше — ледяные пики, замороженная деревня, нападение на Фаер Спирита, — всё это сделала я. Твоими руками я бы не смогла, потому что у тебя нет магии. Но тебя я заморозила сама. Моей магией. Моим приказом. Крот слушал с широко раскрытыми глазами. — Так это... это был не просто плохой кристалл? Там был настоящий дракон? — Душа дракона, — подтвердила Фрост Квин. — Она ждала подходящего сосуда, чтобы возродиться. И нашла... меня. — Ого, — только и смог выдохнуть Крот. — А я-то думал, что просто нашёл хороший холодный камень... Он замолчал, переваривая услышанное. А затем поднял взгляд на Фрост Квин. — Но ты же не специально, да? — Нет, — покачала она головой. — Но это не снимает с меня вины. Ты пострадал из-за меня. Ты едва не погиб. — Ну... — Крот почесал затылок, — я в шахтах однажды случайно обрушил целый туннель. Чуть не завалил себя и двух других кротов. Я не специально, но всё равно чувствовал себя ужасно. Так что я тебя понимаю. И... я не злюсь. Правда. Фрост Квин долго смотрела на него, и в её глазах что-то дрогнуло. — Ты странный крот, — тихо сказала она. — Мне это часто говорят! — он улыбнулся. Тем временем остальные тоже начали просыпаться. Щербет заворочался на своей ледяной подстилке, заставив ту растаять, а Фаер с громким зевком потянулся и оглядел всех присутствующих. — О, малой очнулся! — он поднялся и подошёл ближе. — Доброе утро, герой дня! Ты как? — Вроде нормально, — Крот пошевелил лапками. — Только есть хочется. — Это мы исправим, — Фаер хлопнул его по плечу. — Но сначала — у нас к тебе разговор. Тот самоцвет, что ты нашёл... ты помнишь, где именно ты его добыл? — Конечно помню! — Крот вскочил на ноги. — Это в новом туннеле, который я копал последние дни. Я могу по казать! — Вот и отлично. Веди. ○○○ Крот привёл их туда всего за несколько минут. Туннель, который он копал, оказался тупиковым, а в самом его конце, в стене, зияла пустая выемка — то самое место, откуда Крот достал проклятый самоцвет. Но сейчас здесь было кое-что ещё. Стена вокруг выемки пульсировала символами. Они были не нарисованы и не высечены — они будто бы горели изнутри камня, как застывшее пламя. Знаки перетекали один в другой, меняли очертания, и смотреть на них долго было почти больно. — Это ещё что? — Щербет шагнул ближе, но Фрост Квин остановила его рукой. — Не прикасайся. Я чувствую в них силу. Древнюю. Не ледяную. Фаер подошёл вплотную и долго вглядывался в символы. Его лицо становилось всё мрачнее. Наконец он выдохнул и произнёс: — Это драконий язык. — Ты можешь его прочесть? — спросила Фрост Квин. — Нет, — он покачал головой. — Я знаю, как он выглядит, но читать не умею. Этому не учат, когда становишься духом по сделке. Но я знаю, кто может. Питайя. Имя повисло в воздухе, как отзвук далёкого грома. — Питайя? — переспросил Крот. — Это кто? — Великий Дракон Огня, — тихо ответил Фаер. — Тот, кто дал мне силу, когда я был обычной печенькой, умиравшей на краю вулкана. Я не видел его с самого своего перерождения. Честно говоря, не планировал видеть ещё столько же. Но эти символы... они могут быть ключом ко всему. К тому, откуда взялся самоцвет, кто его создал и есть ли ещё такие же. Мы не можем это игнорировать. Он помолчал, крутя посох в руке, и добавил уже тише: — К тому же у меня перед ним должок. За сделку. Если я выполню его — может, он будет более сговорчивым. — Тогда отправляйся к нему, — спокойно произнесла Фрост Квин. Фаер повернулся к ней. — А ты? — А я должна вернуться в Ледяной Дворец. За время моего отсутствия накопилось слишком много дел. Территории, пострадавшие от моего холода, нужно восстанавливать. Война с Дарк Энчантресс не будет ждать. И... — она на мгновение замолчала, — мне нужно восстановить силы. После ритуала очищения я слишком слаба. — Тогда решено, — кивнул Фаер. — Мы разделимся. Я возьму Крота и Агар-Агар и отправлюсь к Питайе. — А можно... спросить? — Крот поднял лапку. — Почему я? И почему она? — Ты — потому что ты лучший шахтёр, которого я знаю, — Фаер ухмыльнулся. — А по пути к Питайе есть места, где водятся редкие минералы. Если мы хотим починить зеркало Агар-Агар, нам понадобятся материалы. Кристаллы. Руда. Ты в этом понимаешь больше любого из нас. — О! — Крот просиял. — Это я могу! Я знаю все виды пород! И могу найти что угодно, если оно под землёй! — А я? — спросила Агар-Агар. — А ты, — Фаер повернулся к ней, — можешь пригодиться. Ты поглощаешь магию, пусть и в меньших масштабах без зеркала. Если что-то пойдёт не так с драконом — твоя способность может нас спасти. Плюс, — он наклонился к ней чуть ближе, — если мы добудем материалы и починим твоё зеркало, ты снова сможешь не только поглощать, но и контролировать чужую магию. Это может стать нашим козырем в будущем. Агар-Агар долго смотрела на него. Затем перевела взгляд на осколки зеркала у своего пояса и тихо кивнула. — Я хочу... снова видеть. Контролировать. Помогать. — Значит, договорились, — Фаер выпрямился и повернулся к Фрост Квин. — А вы с Щербетом возвращайтесь во дворец. У вас своих дел хватает. ○○○ Они вышли из пещеры и остановились у входа. Солнце стояло высоко, заливая светом заснеженную равнину. Два пути лежали перед ними. Один — на север, к ледяным шпилям дворца. Другой — на восток, к далёким вулканам Драконьих земель. Настало время прощаться. Фрост Квин повернулась к Фаеру. — Будь осторожен, — произнесла она. — Я всегда осторожен, — он улыбнулся, но улыбка быстро погасла. — Ладно, не всегда. Но я постараюсь. — Питайя — древнее существо. Он может быть опасен даже для тебя. — Знаю. Но я — его наследие. Если бы он хотел меня уничтожить, он бы сделал это давно. И потом, у меня должок. Он любит, когда должки возвращают. Фрост Квин кивнула. Затем подняла свой скипетр — тот самый, изначальный, что прошёл с ней через всё, — и из его навершия начал струиться холодный свет. Она направила скипетр на свою ладонь, и в воздухе перед ней начал формироваться кристалл. Не тёмный, не проклятый, а чистый, прозрачный, с голубоватым сиянием внутри. Маленький, размером с желудь, он парил над её ладонью, переливаясь, как замёрзшая слеза. — На память, — тихо сказала она. — Если твой огонь когда-нибудь начнёт угасать — разбей его. Там частица моего холода. Он поможет тебе продержаться. Фаер осторожно взял кристалл. Он был прохладным, но не обжигал. Его пламя чуть дрогнуло, соприкоснувшись с ледяной магией, но не погасло, а наоборот — стало гореть ровнее, спокойнее. — Никогда не думал, что буду носить с собой лёд, — пробормотал он. — Но... спасибо, Фрост Квин. Я сохраню его. — Я знаю, — она позволила себе лёгкую, едва заметную улыбку. — Береги себя, Фаер Спирит. — Ты тоже, — он шагнул назад и громко, уже своей обычной бравадой, добавил: — И смотри, без меня не скучай! Я скоро вернусь! — Я никогда не скучаю, — ответила она, но в голосе её прозвучало что-то, похожее на тепло. Тем временем Щербет подошёл к Агар-Агар и, чуть замявшись, протянул ей небольшой кристалл — обычный, зелёный, один из тех, что Крот добывал в шахтах. — Вот, — сказал он. — Это не еда, но если проголодаешься в дороге... он холодный. Может, поможет. Агар-Агар взяла кристалл и посмотрела на него с любопытством. — Маленькая холодная палочка даёт мне еду. Это странно. — Я не палочка! — возмутился Щербет. — Меня зовут Щербет! — Щер-бет, — медленно, по слогам произнесла Агар-Агар. — Я запомню. Щербет затем обернулся к Кроту, который как раз закреплял свою кирку на поясе. — Ты там поосторожнее, — сказал он. — И не хватай больше странные кристаллы без проверки! — Не буду! — пообещал Крот. — Я теперь буду проверять всё трижды! И ещё я найду самые лучшие материалы для зеркала! Вот увидишь! — Не сомневаюсь, — улыбнулся Щербет. Крот подбежал к Фрост Квин и задрал голову, чтобы посмотреть ей в лицо. — Ледина... ты поправляйся там. И не вини себя. Пожалуйста. Я же сказал — я не злюсь. И ты всё равно спасла меня потом. Так что мы квиты! Фрост Квин медленно кивнула. — Спасибо, Крот. За всё. — Это тебе спасибо! — он широко улыбнулся. — Без тебя я бы так и остался в том льду. И... знаешь, это было холодно, но зато у меня теперь есть что рассказать другим кротам! — Ладно, малой, хватит болтать, — Фаер хлопнул Крота по плечу и повернулся к Агар-Агар. — Ты с нами? — С вами, — кивнула она. — С маленьким и горячей едой. — Я не еда! — мгновенно вспыхнул Фаер. — Я — Фаер Спирит! Великий Дух Огня! Сколько раз тебе повторять?! — Горячая еда, — повторила Агар-Агар с тем же невозмутимым выражением и первой поплыла в сторону восточного горизонта. — Да чтоб тебя!.. — Фаер закатил глаза, но в голосе его слышалось скорее веселье, чем злость. — Я — легендарный элементаль! Я сражался с драконами, с одержимым Хранителем, я пережил проклятие! А она меня называет едой! — Ну, — Крот засеменил следом, — ты правда очень горячий. Я бы тоже не стал тебя есть, если честно. Слишком жарко. — Спасибо, малой, утешил, — проворчал Фаер и двинулся следом за ними. — Увидимся! — крикнул Крот, обернувшись и помахав на прощание Фрост Квин и Щербету. А Фаер, уже отойдя на несколько шагов, вдруг развернулся и крикнул: — И передайте Штормбрингер, что я помню про дуэль! Скажите, что я её одолею без труда! — Она говорила, что пришлёт письмо с приглашением, — напомнил Щербет. — Вот этого и жду! — расхохотался Фаер. — Только это письмо, — добавила Фрост Квин с лёгкой тенью улыбки, — скорее всего прилетит молнией прямо в лоб. Фаер на мгновение замер, а затем расхохотался ещё громче: — Вся в своём репертуаре! Ладно, пусть присылает! Я уклонюсь! И трое путников двинулись на восток, постепенно исчезая за горизонтом. ○○○ Фрост Квин смотрела им вслед, пока три фигуры не превратились в точки. Затем она подняла скипетр и взмахнула им перед собой. Воздух задрожал, и прямо из земли начало подниматься огромное ледяное зеркало — гладкое, прозрачное, с аркой из переплетённых снежинок. Оно мерцало в лучах солнца, и в его глубине уже угадывались очертания Ледяного Дворца. — Идём, — сказ ала она Щербету. Они шагнули в зеркало вместе, и их отражения на мгновение застыли в ледяной глади, а затем исчезли, растворившись в сиянии. Зеркало погасло и осыпалось снежной пылью, оставив после себя лишь горстку инея на камнях. ○○○ Той же ночью в Ледяном Дворце Фрост Квин сидела на своём троне. Скипетр мерцал в её руке, и по стенам медленно расползался иней — не чёрный, не проклятый, а чистый, живой. Дворец просыпался, приветствуя свою Королеву. Трещины в стенах затягивались, осыпавшиеся колонны выпрямлялись, а в высоких окнах снова загорался голубоватый свет. Щербет стоял рядом, держа наготове свиток со списком первоочередных дел. — Моя Королева, я подготовил перечень задач на ближайшее время. Во-первых: восстановление восточного крыла дворца, оно пострадало сильнее всего. Во-вторых: подготовка к возможной войне с Дарк Энчантресс. В-третьих: поиск информации в старой библиотеке. Там могут быть книги по зеркальным артефактам и их починке, а также записи о драконах — тех, что были здесь до нас. — Хорошо, — кивнула Фрост Квин. — Начни с восстановления восточного крыла. Библиотекой я займусь лично. Чем быстрее мы найдём способ починить зеркало Агар-Агар и узнаем больше о драконах, тем лучше. — Будет сделано, — Щербет поклонился и направился к выходу, но на полпути остановился. — Моя Королева... как вы думаете, у них всё получится? У Фаер Спирита и остальных? Фрост Квин посмотрела в окно, где над далёкими горами на востоке занимался первый рассвет. — Если кто и может договориться с драконом, то это он.