Мы с тобой константа

Москва совсем недолго пробыла теплой, и бабье лето вскоре закончилось, сменившись на серую неприветливую осень. Контрольные прокаты были на носу и Оля работала над качеством своих программ с особым рвением. Как ни странно мысли о Илье потихоньку отходили на задний план, сменяясь мыслями о предстоящем сезоне и совмещении учебы и огромного количества поездок. Он в целом тоже не писал, точнее писал, но что-то совсем не то, о чем они обычно раньше говорили. Он писал сухое доброе утро примерно в середине дня Константиновой и стабильно спрашивал про сальхов, чем невероятно раздражал девушку. Оля уже начинала беситься - неужели все показалось?

***

Санкт-Петербург встречал моросящим дождем, серым небом и толпой ревущих фанатов. Оля поёжилась. Рядом самоуверенно шагали и другие москвичи-сборники, которые прошли вместе уже не одни открытые прокаты и были настоящей семьёй. Оля в эту семью не вписывалась. Совсем никак. Как бы ни пытался дружелюбный Марк зазывать гулять, как бы веселая Даша не подшучивала над собой в попытках привлечь внимание, фигуристка лишь тихо хмыкала и продолжала быть все такой же непроницаемой. Хотя исключения, пожалуй, были. Гриша Федоров не пытался угодить или рассмешить олимпийскую чемпионку, он просто помог с чемоданом в холле отеля, просто пропустил вперёд себя на обеде, а потом и сел за один стол, не навязывая разговор, а лишь тихо жуя свой омлет. Они были знакомы давно - пришли в ЦСКА примерно в одно время. Гришу Оля всегда называла "забавным" не более того. А он называл её своей подругой, с которой, к большому его сожалению, нельзя было халтурить на хореографии или сидеть в кустах на кроссе, но она все равно ему нравилась. Два года назад после возвращения с отпуска он к своему удивлению понял, насколько девушка выросла. Худоба никуда не исчезла, зато бёдра стали чуть шире и скрывать своё прекрасное девичье тело за слегка висящими футболками больше не представлялось возможным. Лицо чуть вытянулось, голос стал строже и увереннее. Вообщем она превратилась из занудной девчонки в девушку. Примерно тогда же состоялись и сборы, где Гриша под одобрительное улюлюканье более старших спортсменов пригласил на медляк, Оля, густо красная, не отказала, но и счастливой не выглядела, поэтому свои попытки Федоров оставил. Вообще он ей завидовал, совсем немного, не по злому. Просто сначала два золото этапов с идеальными прокатами, потом победа на чемпионате России и путевка в Милан, после победа и там и на чемпионате мира. Как будто все случилось неожиданно, слишком быстро, почти без усилий. И вот получите, распишитесь новая звезда фигурного катания - девочка для обложек журналов, идеальная студентка, все как надо. Потом ещё и это общение с Малининым. Гриша ревновал немного, но себе в этом нисколечко не признавался. Да и что ревновать к такой девушке? Она может заполучить любого, если хочет. Но увидив вновь сосредоточенное лицо старой знакомой, сердце пропустило один удар и все пошло наперекосяк.

***

Оля раскладывала вещи, когда в дверь постучали. Время почти восемь, кого ещё могло принести? На пороге стоял Гриша, улыбаясь своей счастливой улыбкой. - Не хочешь сходить прогуляться? Оля взглянула ему через плечо. - Вдвоём? - Брови её приподнялись немного удивлённо. - Да, ребята не согласились. Решил тебе предложить. - Гриша врал - никаким ребятам погулять он и не предлагал, а сразу отправился к номеру старой знакомой. - Ну так что? - Не знаю... - Оля замялась. - Надо спросить у Екатерины Владимировны. - А я тебя уже отпросил. - Правда? - Да. - Ну тогда получается у меня не остаётся выбора? - Так и есть. - Сейчас тогда, я оденусь. Только не на долго. - Конечно. Гриша стоял в дверях рассматривая её номер. Он был просторным чистым, раскрытый чемодан стоял в углу комнаты наполовину разобранный, на ручке двери висели чехлы с костюмами. - Я все. - Оля вышла из ванной, одетая в свитер и джинсы. - Новые платья? - Гриша кивнул головой в сторону чехлов. Девушка кивнула. - Покажешь? - Нет, их никто ещё не видел. - И я не стану исключением? Я ведь даже музыку ещё не знаю. - Не станешь. Федоров поморщился. Они вышли из отеля и пошли прогуливаться по бесконечным улочкам Питера. Погода стояла так себе, поэтому Гриша предложил попить кофе. Оля выглядела растерянно, однако на это он не обращал никакого внимания - слишком красива. Она и впрям повзрослела и вытянулась, и больше не было тех смешных торчащих ушей и коленок. Кофейня представляла собой не слишком уютное место, но Оле было плевать. Сейчас она чувствовала себя как-то неловко, неправильно - ей же нравится Илья, так почему она гуляет на едине с другим парнем? Нет, конечно, Гриша просто друг и никаких намёков не делает, но все равно в груди неприятно ныло и пальцы сами непроизвольно щёлкали пару раз в минуту. - Можно сфотографироваться? - Из мыслей вырвала какая-то девушка, подошедшая вплотную к фигуристам. - Конечно. - Оля напряжённо улыбнулась, смотря в камеру, хотя на душе стало ещё паршивее. Он наверняка это увидит. Когда девушка отошла, Константинова вновь взглянула на Гришу, внимательно читавшего что-то в телефоне. - Ну... По домам? - Я смотрю, ты не любительница прогулок. - Нет, я люблю просто... - А, переживаешь перед прокатами? Не волнуйся, в Питере любят фигурное катание, тем более тебя. - Ну можно и так сказать. До отеля дошли молча и по комнатам разошлись тоже. Оля плюхнулась на кровать прямо не переодевшись и залезла в инсту.

Привет, ты как?

Но сообщение осталось непрочитанным до самого вечера, и Константинова заснула чувствуя неприятное жжение на сердце.

***

Утро было туманным. Кое-как запихнув в себя две ложки овсянки и совершенно отвратительный кофе, Оля двинулась в сторону Юбилейного. Тренировки слава Богу были закрытыми и девочки сновали туда сюда, чувствуя напряжение от предстоящего сезона и не обращая внимание на своих сокомандников. Екатерина Владимировна тоже была немногословна, лишь иногда делая замечание по поводу вращений и каскада. Вечером показывать короткую программу. Это мысль создавала короткий разряд тока, будоражащий ленивое тело. Новая музыка, новое платье, новая постановка и новый статус. Даже не один. Все это как-то создавало давление, совсем невидимое, но такое, что воздух казался плотным и тяжёлым. В половине четвертого Оля села краситься. Как краситься идей не было, поэтому решила не рисковать и просто накрасить ресницы и нарисовать маленькие чёрные стрелочки. А вот причёска была выбрана ещё на сборах, на какой-то ночёвке с Соней. Два пучка из косичек и маленькие волоски у лба закрученные на тонкую плойку, позаимвствованную у Гущиной. Раздевалка уже была наполовину заполнена людьми и Оля, стараясь не толкать никого рюкзаком, протиснулась куда-то в центр. Чехол с платьем открывала медленно, дрожащими пальцами. Костюм вышел очень классным, немного необычным, потому что выглядел, честно говоря, как школьная форма. Белая блуза с рукавами три четверти, совсем слегка расшитая стразами. И красная яркая юбка воланами, она была немного тяжёлой, зато совсем не просвечивала. Дополнением были такие же красные подтяжки и короткие перчатки. - Тебе идёт. - Аделия смотрела на воротничок платья. - Спасибо. - Оля поняла, что покраснела от самого простого комплимента. Но раскрывать карты раньше времени она не собиралась, поэтому на шестиминутку вышла в кофте и штанах. Зал после провозглашения её имени взревел настолько громко, что Константиновой показалось, что барабанные перепонки скоро лопнут. Доставшийся вчера номер семь сыграл на руку, и теперь все зрители были готовы лицезреть лидера сборной России. Оля натянула широкую улыбку и прокатала все программу безупречно. Ощущения были отличными - полный контроль своего тела и головы. Шикарные технические элементы, сложные связки, глубокие ребра - где-то во Франции Бенуа, наверное, радуется. Моисеева отдала кофту, чуть улыбаясь и, сказав дежурное хорошо, хлопнула по бедру. - Ну что Оля, - Загитова протянула микрофон, - ты сейчас показала новую программу, она достаточно необычная, расскажи, кому пришла идея этой постановки? - Музыку мне предложил мой постановщик - Бенуа, она для меня и вправду необычная, но я надеюсь, получилось хорошо и всем понравилось. - Зал взревел ежесекундно подтверждая это. - Конечно, нам очень понравилось. Ты исполнила короткую с максимальным набором технических элементов, расскажи в какой сейчас форме находишься и стоит ли нам завтра ожидать снова пять квадов? - Нет, пяти квадов точно не будет, форма хорошая да, но по завтра рассказывать ничего не буду, оставляю интригу. - Спасибо большое. Оля свои выступлением вполне довольна, поэтому сначала смеется с девочками в раздевалке, а потом идет обратно на арену смотреть ритм танцы. Там же раздает и автографы, периодически прося быть потише. Но все отходит на второй план когда телефон вибрирует и на экране высвечивается: Я ничего. Смотрел твой прокат сегодня, ме понравилось

А платье?

Или надо было всё-таки леопард?

Прикольное, но, надеюсь, на произвольную что-то более интересное.

Хочешь скину, как приеду в отель?

Будешь первым, кто увидит.

Давай. По приезде сумка падает на пол и Оля сразу фотографирует платье для произвольной. Оно волшебное - белая тонкая сетка окрашена на поясе и лифе аэрографом в розовый, рукава, менявшиеся пару раз во время создания платья, были не плотно облегающими, а широкими, летящими, маленькие лепестки отделывали верх платья, создавая причудливый узор на лифе и стразы переливались даже в тусклом свете отельного торшера.

Вот.

Оля хрустнула пальцами, ей было важно его мнение, и, наверное, если бы он сказал, что ему не нравится, она бы показала язык, послала куда подальше, но все равно сделала бы новое. Оно очень красивое. Представляю, как оно на тебе на льду смотрится.

Надеюсь завтра увидишь.

Надеюсь увидеть вживую.

***

Утро произвольной выдалось куда более расслабленным, поэтому Константинова в компании питерских девочек и Фёдорова с Кондратюком завтракала нормально. -Даже не верится, что поедем на межнар через каких-то три недели. - Гриша уставился на Олю. - Да, не терпится уже со всеми увидеться. - Девушка мечтательно вздохнула. - Что уж прям скучаешь по нашим конкурентам? - Марк посмеялся. - Там классные ребята. - А мы не классные? - Просто... Не знаю, как объяснить, наверное и не стоит, но по ним я в правду скучаю. Скакалка стучала равномерно, лицо в зеркале было неизменно. А всё-таки макияж хороший получился и что-то новенькое - блестящие тени почти на все веко и губы в кои-то веке накрашенные бледной помадой. Прическа обычная - со жгутиками, зато к платью шел и аксессуар - резинка на пучок с розовой тонкой лентой, он выделялся среди темных волос. На экране мелькала её фотография, сделанная специально для этого мероприятия, а ноги уже прощупывали лед, на котором выступать через двадцать минут. Трибуны были полны, и Оля с удивлением замечала количество постеров в её честь. Плакаты были самые разные - маленькие и большие, самодельные и заказанные, бумажные и тканевые, все они рябили в глазах. Но думать об этом не было времени, поэтому разминка закончилась на попытке исполнить тулуп, который вышел лишь двойным. Не рисковать - это была тактика на прокаты, да и на начало сезона в целом. Поэтому обошлось лишь двумя четверными - лутцом и тулупом и двумя акселями, один из которых, конечно же был в каскаде и стоял во второй половине. Дорожка шагов вызвала бурю эмоций на трибунах, как в целом и последнее вращение в кольцо. Программа получилась достойная, и Константинова отметила, что совсем не устала - это хороший знак - значит форма рабочая и можно переходить на более сложный контент. - Оля, ну просто потрясающая постановка, произведения оба о любви, это больше из твоего личного опыта или это просто задумка хореографа ? - Не знаю. - Оля подняла в непонимании брови. - Наверное больше мое, потому что музыку предлагала я. - Расскажи пожалуйста, вот сегодня мы увидели третьим прыжковым элементом тройной сальхов, идёт работа над четвёрным? - Не могу пока рассказать. - Долго собиралась на прокат? - Минут 50. - Какого выходить в роли лидера сборной? - Немного волнительно, но я стараюсь от этого абстрагироваться.

***

Контрольные прокаты завершились прогулкой с рандомными ребятами из сборной, с которыми раньше Оля лично не была знакома, карамельным латте и чизкейком. А завтра домой - снова работать, ведь сезон уже начался.