Остаток

Страница 2 Наутро он убедил себя, что это был всего лишь дурацкий сон. Последствия переутомления. Посттравматика. Любая логичная отмазка звучала предпочтительнее леденящей душу правды. Но вечером, стоило Мэйбл нырнуть в душ, напевая что-то веселое, Диппер вытащил из-под кровати проклятый дневник, словно древний артефакт, хранящий в себе тьму, и открыл страницу с рисунком треугольника, перечеркнутого жирной, как приговор, линией. Месяцами он обходил эту страницу стороной, как заминированное поле. И там, где раньше зияла пустота, появилась тонкая приписка, словно ее нанесли невидимыми чернилами, словно шепот из преисподней: "ТЫ ПРАВДА ДУМАЛ, ЧТО ЭТО КОНЕЦ?" Диппер захлопнул дневник с такой силой, будто хотел прихлопнуть надоедливую муху, жужжащую прямо над ухом. Ему стало жутко холодно, несмотря на духоту в комнате, словно его окутали ледяным саваном. Мороз пробирал до костей. – Этого не может быть, – прошептал он одними губами, словно произносил заклинание. – Ты был стерт. Ты… исчез! Ответ не пришел, тишина в комнате давила, и Диппер повторял себе под нос, словно мантру: "Тебя нет" А потом – смех. Тихий, призрачный, словно он звучал изнутри его собственного черепа, словно демон поселился в его разуме. Диппер пулей вылетел на кухню. Налил стакан воды. Выпил залпом, словно пытаясь погасить пожар внутри. Снова налил. Руки дрожали, как у наркомана в ломке, и это бесило его больше всего. Он ненавидел, что Билл до сих пор мог вызывать в нем такую бурную реакцию. Из коридора выглянула Мэйбл: – Эй, ты в порядке? Диппер выдавил из себя улыбку, как у смертельно больного, который не хочет никого впутывать в свои проблемы. – Да, всё норм. Просто… не выспался. Он соврал, потому что если сказать правду, придется признать очевидное: либо он окончательно сошел с ума, и его разум превратился в лабиринт безумия, либо Билл каким-то чудом нашел лазейку в наш мир, словно сквозь трещину в зеркале. И Диппер прекрасно понимал, какой из этих вариантов страшнее, словно стоял перед выбором между чумой и холерой.