Пляж, слухи, и тень над городом
31 января 2026 г., 18:30
Изуку не знал, где тренироваться.
Дом был слишком тесным.
Улицы — слишком живыми.
Школа — слишком полной шёпотов.
Он бродил по городу без цели, позволяя ногам вести себя туда, где людей было меньше.
Туман шёл рядом, иногда растворяясь, иногда возвращаясь.
— Ты ищешь место, — сказал он. — Но на самом деле ты ищешь оправдание, чтобы быть один.
— Мне нужно тренироваться, — ответил Изуку.
— Одно другому не мешает.
Он остановился у края района, где город словно сдавался.
Старые ограждения.
Ржавые контейнеры.
Запах соли, гниющих водорослей и заброшенности.
Пляж.
Тот самый.
Горы мусора тянулись вдоль берега, будто океан устал возвращать людям их же отходы.
Изуку стоял и смотрел.
— Это… — начал он.
— Идеально, — закончил Туман. — Никто не придёт. Никому не нужно. Как и тебе сейчас.
Он шагнул вперёд.
Первый мешок дался тяжело.
Второй — чуть легче.
К третьему он уже не думал.
Он работал до темноты.
Руки болели. Спина ныла.
Песок забивался в кроссовки.
Но мысли были тише.
На следующий день он вернулся.
И на следующий.
Три дня прошли, словно один длинный,
одинаковый вдох.
Мешки складывались в аккуратные ряды.
Груды уменьшались.
Примерно одна девятая пляжа была очищена.
Изуку выпрямился, вытирая пот со лба.
— Медленно, — сказал Туман. — Но честно.
— Я не спешу, — ответил Изуку.
— Врёшь.
Он не стал спорить.
— Ты чувствуешь? — спросил Туман.
— Что?
— Взгляд.
Изуку обернулся.
На краю пляжа стоял высокий мужчина в жёлтом костюме.
Даже издалека он был… слишком заметным.
— Всемогущий, — выдохнул Изуку.
Герой смотрел на пляж.
На мешки.
На мальчика с грязными руками и уставшими глазами.
Изуку замер.
— Не беги, — сказал Туман. — Он не враг. Пока.
Всемогущий сделал шаг вперёд.
— Это ты всё это убрал? — спросил он.
— Часть, — честно ответил Изуку.
Герой улыбнулся.
— Хорошая работа, юный человек.
Изуку кивнул.
Слова застряли где-то в груди.
Всемогущий смотрел на него дольше, чем нужно.
Слишком внимательно.
— Ты здесь один?
— Да.
— Упорство — редкая вещь, — сказал герой. — Особенно в твоём возрасте.
Туман тихо усмехнулся.
— Он чувствует.
— Что?
— Потенциал. Или опасность. Иногда это одно и то же.
Всемогущий ушёл, но его взгляд остался.
Как обещание.
Или предупреждение.
В другом конце города Кацуи сидела на лавочке, покачивая ногами.
Рядом с ней — девушка с каштановыми волосами и открытой улыбкой.
— Значит… вы с Изуку… — осторожно начала Очако.
Кацуи вздохнула.
— Были, — сказала она. — Сейчас сложно.
Очако кивнула.
— Он изменился.
— Да.
— Но он всё ещё… добрый, — сказала Очако, будто проверяя свои слова.
Кацуи посмотрела на неё внимательнее.
— Ты его любишь?
Очако замерла.
Потом выдохнула.
— Да.
Сказала тихо, но уверенно.
— Я поняла это не сразу. Он… странный. Иногда пугающий. Но он защищает. Даже когда сам на грани.
Кацуи молчала.
— Я не хочу отнимать его, — поспешно добавила Очако. — Я просто… хотела быть честной.
Кацуи улыбнулась слабо.
— Я подумаю, — сказала она.
И это было правдой.
Изуку двигался по крышам, как тень.
Ночью город был другим.
Медленнее.
Честнее.
Туман был рядом.
— Ты ищешь жертв, — сказал он.
— Я ищу проблемы, — ответил Изуку.
— Они обычно идут вместе.
Он перепрыгнул на соседний дом,
приземлившись мягко.
Где-то внизу кто-то кричал.
Он остановился.
Слухи появились быстро.
Сначала — шёпоты.
— Ты слышал?
— Кто-то прыгает по крышам.
— Говорят, он защищает людей.
Потом — страх.
— Он не герой.
— Он не зарегистрирован.
— Он смотрит сверху.
Изуку слышал это краем уха.
— Им нужно имя, — сказал Туман.
— Мне не нужно, — ответил Изуку.
— Пока.
Он спрыгнул вниз, туда, где трое подростков окружили мужчину.
— Отойди, — сказал Изуку спокойно.
Они обернулись.
— Ты кто такой?
— Никто.
И этого оказалось достаточно.
Они ушли.
Мужчина дрожал.
— Спасибо…
Изуку уже уходил.
— Ты видишь? — сказал Туман. — Они говорят о тебе.
— Пусть.
— Слухи — это семена.
Изуку прыгнул дальше.
Город принимал его.
Не как героя.
Как тень.
И где-то далеко, на пляже, мешки мусора стояли ровными рядами, словно напоминание:
он ещё не сломался.
Но уже начал меняться.
