Сизый голубь

Рождественское утро в Норе наступило рано, ещё до того как небо окончательно посветлело, и в окнах появился мягкий холодный свет, который ложился на покосившиеся рамы и разноцветные занавески. Дом заскрипел половицами и трубами, наполнился голосами и шагами. На кухне первой уже была Молли, в тёплом свитере и переднике, с убранными волосами и сосредоточенным лицом. Женщина заранее составила план на день и уже мысленно ругалась на всё, что может пойти не так. На столе лежали списки, исписанные плотным почерком, рядом стояли миски, пакеты с мукой, банки со специями и нарезанные с вечера продукты. Катя спустилась почти следом за всеми,ещё сонная, но быстро пришедшая в себя от запахов выпечки и жареного бекона, и с ходу предложила помощь, потому что понимала, что в таком доме спокойно сидеть никто не даст.  — Вот,пример берите,— пробурчала женщина, стукнув по голове Фреда и Джорджа поварешкой,— Хозяюка, какая девочка,а! — женщина притянула её и звонко поцеловала в щеку. Не дав опомниться, в руках Кати уже появился нож и лук. Через какое-то время с верхнего этажа раздался грохот, а следом и смех близнецов. Оттуда же послышался возмущённый голос Рона. — Да идите в задницу,говорю! — кричал парень,— Отдайте мою палочку,идиоты. — Нет, ну ты видишь? — вздохнула Молли, складывая руки на бока,— Вот как с такими жить, ты мне скажи? Ну паразиты же, не дети! Катя усмехнулась, ведь сама не редко участвовала в розыгрышах Уизли, но ничего не ответила, лишь сожалеюще покачав головой. — Артур, ну что ты сел? Я везде бегать должна? Иди и успокой мне этих полудурков! Мужчина медленно встал с кровати,откладывая газету, и поднялся на второй этаж. Джинни спустилась с коробкой украшений, поставила её у стены и начала распутывать гирлянды, которые запутались. Гарри и Гермиона появились вместе, и сразу были отправлены за стульями и дополнительным столом. — Гарри, чудо моё, — подошла к нему женщина и так же звонко поцеловала,— Отправила бы своих, но разнесут же все, пока донесут! — Теть Молли,все в порядке,— смутился тот под насмешливым взглядом Кати,— Мы сходим. Мама Уизли в принципе была легкой на подъем женщиной. Как только Катя переступила порог дома, она тут же ахнула от её рыжих волос и, кажется, именно благодаря этому так быстро приняла её чуть ли не в семью. Того чувства неловкости и смущения от того, что она в гостях с Молли не было, и это заставляло расслабиться. Артур, вернувшись, возился у окна с перегоревшей лампочкой от старой гирлянды и пытался починить её отвёрткой, хотя Джинни три раза сказала, что проще заменить. На кухне становилось всё теснее, потому что каждый заходил что-то спросить, взять или просто понюхать, и каждый раз Молли разворачивала их обратно, не давая стащить еду раньше времени. Катя быстро втянулась в ритм, потому что если одна задача заканчивалась, тут же находилась следующая. Она мыла, резала, мешала, раскладывала по мискам и параллельно слушала, как Молли вслух перечисляет блюда, чтобы ничего не забыть.  — Индейка, картофель, запеканка, салаты, пироги, печенье, соусы, говядина, нарезка,—  бормотала она, проверяя духовку,— Вроде, ничего не забыла. Катя улыбнулась, аккуратно положив на стол сэндвичи с беконом. — Вот это,— сказала девушка,— Рон ненавидит говядину. — Точно! — Молли театрально стукнула себя по лбу,— Каждый раз забываю, что ж за память то такая куриная!  Катя тихо хмыкнула. Близнецы вбежали на кухню с мишурой, обмотанные ею как новогодние ёлки, и спросили, можно ли повесить её на лестницу так, чтобы она падала на голову входящим.  — Уйдите с глаз моих,а — сказала Молли, даже не повернувшись.  — Отлично!— хором ответили они и всё равно куда-то её понесли. Рон попытался стащить кусок теста, получил по руке полотенцем и сделал вид, что его смертельно ранили. Гермиона и Поттер вернулись быстро. Они расставляли тарелки и протирали приборы, проверяя, чтобы всё лежало ровно и симметрично. Гарри таскал коробки с украшениями и пару раз споткнулся о ступеньку. Воронцова и Джинни вместе замешивали тесто, и Молли показывала, какой должна быть консистенция, нажимая пальцами и кивая, когда получалось правильно. Из гостиной доносился шум передвигаемой мебели, потому что стол решили поставить чуть правее, чем обычно. Джинни села на пол и сортировала игрушки по цветам, откладывая треснутые в сторону. Когда включили гирлянду, которую наконец починил Артур, лампочки загорелись неровным тёплым светом, и комната сразу стала выглядеть праздничной, даже несмотря на старые стены и разную мебель. Молли время от времени выбегала из кухни, проверяла, что делают остальные, хваталась за голову и возвращалась обратно. Близнецы начали спорить, кто выше повесит звезду, и в итоге уронили коробку с шарами, которые раскатились по полу. — Я же просила аккуратно! — крикнула Молли. — Вот именно, Фред,— парировал Джордж,— Ну просили же… — Ты чё, ахуел? Это ты до этой звезды докапался! — Я сейчас выйду с кухни! — пригрозила мама и они тут же прекратили спорить. Катя поставила первый противень с печеньем в духовку, и кухня наполнилась сладким запахом. Гермиона включила музыку, негромко и день стал ещё теплее. Рон и Гарри принесли еловые ветки и начали раскладывать их на полках и подоконниках. Джинни развесила носки для подарков и поправляла каждый, если он висел неровно. Артур поставил у стены старый ящик с мандаринами и орехами. — Что-то в этот раз мало приготовили,— размышляла женщина,— Пустой стол.. Катя оглянулась на столы с блюдами кухни со всего мира и вскинула брови. Если это «мало», я боюсь представить, что для неё много. В духовке что-то зашипело, и Молли сорвалась с места. Катя подала ей прихватки, они вместе вытащили форму. На подоконнике уже выстроились готовые пироги, накрытые полотенцами. Пар поднимался от кастрюль, окна запотели, и кто-то время от времени рисовал на стекле смешные рожицы. Лестница была обмотана гирляндами и лентами, которые слегка шуршали от сквозняка. В углу гостиной поставили ёлку, ещё не до конца украшенную, но уже красивую за счёт огней. Катя помогала переносить блюда из кухни на дополнительный стол, и каждый раз Молли добавляла что-то ещё сверху.  Постепенно дом стал выглядеть цельно и празднично, и каждая мелочь встала на своё место. Свет от гирлянд отражался в стекле и посуде. Запахи смешались в один плотный фон. Под ёлкой оставили место для подарков, которые появятся совсем скоро. Все говорили одновременно и всё равно понимали друг друга. Катя поймала себя на мысли, что чувствует себя здесь почти как дома, в такой же суматохе и громких разговорах — и это заставило её отвлечься от мыслей полностью. Стало легко дышать и к вечеру, когда все собирались за столом,Молли сунула ей в руки кружку с горячим чаем и поблагодарила девушку за помощь. Она сидела на диване, когда к ней неожиданно подсел Гарри, доедавший кусок перца. — Ну и денек,— улыбнулся тот. — Рождество всегда такое,— усмехнулась в ответ Катя,— Ничего не появляется на столе просто так. — Ну как…— слегка нахмурился Поттер,— Если использовать магию — появится. Но все мы знаем, что Молли всегда была против этого. А зря, между прочим. — Ты прав,— девушка повернулась к окну, проведя по нему пальцем. Нарисовалась улыбающаяся мордочка. — Как ты, Кать? Она обернулась, смиряя парня легкой улыбкой. — Мне намного лучше. — Нет, правда. Ты всегда так говоришь, если я спрашиваю. — И я не вру. Да, признаюсь, не всегда хочется показывать свою слабость. Но благодаря вам мне стало действительно лучше,— девушка взяла его ладони в свои,— Представляешь, во всем этом пиздеце я даже не успела о нем подумать. Впервые за этот месяц. Поттер расплылся в улыбке и притянул к себе девушку. Она обхватила его двумя руками и обняла в ответ. — Есть планы на этот год? — Безусловно,— кивнула она,— я решила, что первой моей победой станет исчезновение Малфоя из моей жизни. — Что я слышу? Неужели возвращается наша старая Воронцова,м? — Возможно,— она пожала плечами,— Но я буду счастлива, если все будет так. По-крайней мере, ей хотелось так думать. Молли расставляла бокалы по столу, то и дело поправляя блюда. Рон спрыгнул с лестницы и подбежал ближе, оглядывая все тарелки на скатерти. Взгляд зацепился за говядину, и парень грустно усмехнулся. Он принюхался, и только потом, заметив сэндвичи с беконом, подбежал к матери.  — Мам! Молли вздрогнула, хватаясь за сердце. — Господи, что такое? — Ты…— он метнул взгляд на тарелку,— Ты приготовила… Она мотнула головой и стыдливо улыбнулась. Рон поднял одну бровь, и женщина незаметно махнула головой в сторону девушки, сидящей около окна.  — Катя…— прошептал тот и еще раз глянул на сэндвичи. От такой дружеской заботы в груди разлилось тепло, и он, не удержавшись, украл один бутерброд со стола.

***

До того, как начался праздник, все устроились вокруг елки. Подарков к тому времени была целая куча, и их постепенно начали разбирать. Молли первым открыла подарок от Кати, в котором лежала огромная кулинарная книга с русскими рецептами, которая, по словам самой Кати, досталась ей от бабушки. Во второй коробке лежал набор расписных деревянных кухонных принадлежностей в стиле гжель. Женщина крепко обняла девушку, обещая, что обязательно будет этим пользоваться. Артуру девушка при поднесла старый пленочный фотоаппарат, на который они тут же сделали фото. — Откуда этот раритет у тебя, Катюша? — От дедушки,— смущенно ответила она,— В молодости он очень любил нас фотографировать. Гермиона получила от подруги сборник русских мифов и традиций, о которых постоянно спрашивала. И, наверное, Катя впервые видела, чтобы человек мог так сильно радоваться книге. В выборе подарка Рону девушка металась между набором редких сладостей и расписных русских шахматов, и решив подарить оба варианта — точно не прогадала: Уизли запрыгал на месте от радости.  — Ты серьезно? — подошел к Воронцовой Гарри, держащий в руках амулет. Это был один из самых сильных заговоренных лично ею амулетов, которые приносят удачу и накапливают силу. Парень знал о нем по рассказам самой же девушки. — Я подумала, что тебе пригодится. Я заговаривала сама, так что.. Не успела договорить девушка, как Поттер тут же кинулся её обнимать, совсем забывая еще о желтом свитере на дне коробки. Братьям Уизли девушка подобрала подарок под их стиль: русский набор розыгрышей и приколов, которых у них еще не было, и, сто раз жалея — пачку необычных красителей и порошков. Джинни получила от неё огромный набор блестящей косметики и длинное фиолетовое платье в пол. В конце концов, Кате всегда нравилось дарить подарки больше, чем получать, но и её черед распаковывать все же настал. От Кощея и Бабы Яги было новое зеркальце — с золотистой окантовкой и красными розами по краям. Девушка провела по нему рукой, не снимая пленки, и аккуратно сложила обратно в упаковку, чтобы не разбить. Когда ей в руки попал черный свитер ручной вязки с её инициалами, Катя сразу же подняла взгляд на Молли. — Можешь считать, что ты теперь в семье,— усмехнулась Джинни, доставая точно такой же, но синий свитер,— Поздравляю. Катя робко улыбнулась, переводя взгляд на Рона. Он снова натягивал улыбку, сминая в руках бордовую одежду от Молли. Цвет, который он ненавидел. На секунду парня вновь стало жалко, и она, встречаясь с ним взглядом, пожала плечами и сжала губы в тонкую полоску. Расписной сервиз, теплые варежки и шарф, складной розовый нож с блестками, меняющий вкус шоколад и невероятной красоты атласное платье — все это было подарками от людей здесь. Девушка взяла в руки коробку от Полумны, в которой оказалась баночка лунного чая с разными травами. Русские, которым девушка тоже отправила подарок, прислали ей большой синий самовар и несколько браслетов со свечами, заговоренных от каждого на что-нибудь. Когда взгляд переместился на две черные коробки, Катя недоверчиво потянулась к ним, не понимая, от кого были эти подарки. Первый оказался от Блейза, на что Катя тепло улыбнулась и заглянула внутрь: там лежало ожерелье из черного обсидиана и дорогой парфюм в стеклянной упаковке с черепом, пронзенный шпагой. Девушка приложила руку ко рту, показывая содержимое Гермионе. — Я думала ты уже привыкла,— на удивление спокойно пожала она плечами,— Блейз в своем репертуаре, не так ли? Катя сдержанно кивнула Грейнджер и по-удобнее  устроилась на полу возле ёлки, поджав ноги и подтянув к себе коробку со вторым подарком, аккуратно перевязанную тёмной лентой, и как раз подцепила ногтем край узла, когда из гостиной вдруг одновременно раздались голоса: сначала один, потом несколько, а потом уже целый хор. — Катя, где ты там?! — крикнул Джордж. — Иду! Она вздрогнула, машинально прижала коробку к коленям и обернулась, не успев даже прочитать маленькую карточку, которая была подсунута под бант. Молли махала руками и пыталась усадить всех за стол, одновременно смеясь и ругаясь, потому что никто не хотел садиться спокойно и каждый тянулся либо к хлопушке, либо к еде. Девушка поспешила к ним, на ходу хватая бокал с шампанским. Артур торжественно выключил верхний свет, оставив только гирлянды и свечи, и от этого комната сразу стала мягкой и золотистой. В глазах каждого загорелись огоньки. Катя подошла к столу вместе с Джинни, которая сунула ей в руку хлопушку и заговорщически улыбнулась. Когда прозвучал первый тост от главы семьи, все вокруг замолчали. — Я не мастер говорить речи, — начал мужчина, подняв бокал и неловко улыбнувшись, — и в обычный день я бы вообще предпочёл сказать это потом, но Рождество как раз тот момент, когда важно говорить вслух то, что держишь внутри. Год был тяжёлым, и давайте не делать вид, что войны не существует, — он на секунду замолчал, подбирая слова, — но я точно знаю одно: мы её переживём и мы её победим, не только потому что мы самые сильные, а потому что мы держимся вместе и не сдаёмся, даже когда страшно. Для меня семья — это самое ценное, что у меня есть, — продолжил он уже тише, — этот дом, этот стол, эти голоса, и я дорожу каждым из вас больше, чем умею сказать. И я хочу отдельно поднять бокал за Катю, — Артур посмотрел на неё поверх очков и тепло кивнул, — за то, что она появилась в жизни моих детей, стала её частью и сделала её чуть светлее и спокойнее, просто тем, что она есть рядом. Поверь, хоть ты у нас и впервые, но разговоры о тебе здесь точно не в первый раз,— он поднял бокал над головой,— За Рождество, за семью и за то, чтобы следующий год был лучше предыдущего. Тут же хлопушки выстрелили почти одновременно, посыпались бумажные ленты, кто-то вскрикнул, кто-то зааплодировал, и Молли повторила громкое «С Рождеством!». Разговоры пошли сразу во все стороны, кто-то все еще благодарил друзей за подарки, кто-то уже пробовал приготовленные салаты. — А я говорил, что нужно было в хлопушки пауков накидать,— фыркнул Фред. — Брат, перебор. Рон бы по полу катался, будь они в его хлопушке,— усмехнулся тот, привлекая внимание уплетающего салат Рона. — Фто? — с набитым ртом спросил парень,— Фы фто-тт фскафали? — Мы? Упаси Господь, конечно нет. Гарри неловко постучал ложкой по бокалу, подначиваемый Джинни, и постепенно шум стал спадать. — Я не очень умею говорить такие вещи, — сказал Гарри, подняв бокал и чуть неловко усмехнувшись, — так что если выйдет криво — считайте, что я предупреждал. Я правда хочу сказать спасибо мистеру и миссис Уизли… за то, что вы относились ко мне как к своему сыну с самого первого дня, даже когда я сам не понимал, что мне вообще можно где-то быть своим. Поверьте, что вы во многом мне тогда помогли по помогаете по сей день. В этом доме всегда было место за столом и… ну… ощущение, что тебя ждут, — он пожал плечами, — для меня это значит очень много. Рон, Гермиона — без вас я бы давно всё испортил или просто не выдержал всего, что со мной случилось. Мы вместе росли и мне хочется назвать вас семьей, если я имею на это право. Парень глянул на Молли, которая вытирала платком глаза и тут же закивала. — Джинни, спасибо тебе за спокойствие и здравый смысл, особенно когда вокруг всё начинает разваливаться, — он коротко кивнул ей с благодарностью и поцеловал в щеку,— Я люблю тебя до бесконечности и обратно, и если и веду себе как мудак, то… это просто я мудак, а не ты, ты не мудак и… ладно. Девушка положила руку ему на плечо, чтобы Поттер перестал нервничать, и это значительно помогло. Как и помогало всегда. — Катя… — он на секунду замолчал, посмотрел на неё и уже не без улыбки продолжил, — ты очень быстро стала одним из самых близких мне людей, и я даже не заметил, в какой момент это произошло. Ты появилась совсем недавно, резко и непредсказуемо,но как будто всегда была рядом с нами, влилась в наш вечный бардак,споры и приключения, и это вдруг стало… правильным. Я, если честно, очень боюсь тебя потерять, — он сказал это слегка дрожащим голосом, — и не хотел бы, чтобы ты покидало наше «Золотое Трио» — Уже не трио, получается,— хмыкнул Рон,— Золотая четверка? — Верно,— кивнул ему Поттер и продолжил,— Война никуда не делась, и я это помню каждый день, — он криво усмехнулся, — но я всё равно надеюсь, что всё будет хорошо… нам всем это очень нужно. Поэтому давайте хотя бы сегодня не вспоминать её в этих стенах.  За Рождество, за дом и за людей, без которых я бы не справился. Молли утерла глаза и все снова подняли бокалы, поддержали тост уже каждый своими словами.  Катя в этот момент вдруг очень ясно почувствовала, что внутри стало спокойно и тепло, будто долго сжатый узел наконец развязался и можно просто сидеть и дышать, не ожидая ничего плохого. Ей подумалось, что, возможно, впервые за долгое время следующий год не пугает её, а выглядит как чистая страница, на которой ещё ничего не написано.  Когда Катя только приехала сюда, ей было тяжело и непривычно, она постоянно ловила себя на том, что сравнивает всё с домом и Россией, скучает по знакомым запахам, словам и простым вещам, и часто чувствовала себя лишней, будто попала не на свою страницу. Она старалась показать характер, обороняться и держаться от всех подальше. Первое время она так и держалась от всех настороженно, много думала, и почти каждый вечер внутри поднималась тихая тоска, которую она старалась никому не показывать. Но постепенно, день за днём, благодаря Джинни, Рону, Гермионе и Гарри, их упрямой дружбе и простому человеческому теплу, благодаря спокойной поддержке Дамблдора, доброй прямоте Хагрида и общей живой атмосфере Хогвартса, это ощущение чужого места стало слабеть. Школа действительно притягивала к себе, располагала и заколдовывала до такой степени, что не хотелось возвращаться обратно. И пусть в её жизни были те, кто её портил. Пусть было немало грустных и печальных моментов. Это жизнь — и в ней без этого никак. Люди, которые сначала были просто именами и лицами, неожиданно оказались теми, кто вытянул её из тревоги и постоянного внутреннего напряжения, даже не делая ничего героического, а просто оставаясь рядом. Просто есть такие люди, с которыми бесконечно хорошо. Теперь она сидела среди них и понимала, что больше не чувствует себя новенькой и не ищет глазами выход, потому что её приняли такой,какой она была: моментами грубой, агрессивной и главное — настоящей. Все-таки, в конечном итоге,самый лучший подарок, который дарит нам судьба - это люди, которым мы говорим: «Спасибо, что ты есть»

***

Шум снова вырос, разговоры вернулись, кто-то пошёл за добавкой, кто-то начал вскрывать хлопушки второго круга, и на неё уже никто не смотрел. Она тихо встала из-за стола, вернулась к ёлке, снова взяла ту самую коробку с тёмной лентой и осторожно потянула за узел, решив наконец узнать, что же внутри. На красном бархатном полотне лежал металлический кулон, который отражал свет гирлянд. Девушка аккуратно взяла его в ладонь, присмотревшись получше, и это оказался вовсе не обычный медальон. Он был в виде серебряной капли крови, сзади которой было выжжено «фамильный жетон М.» Катя вздрогнула, откладывая его назад. Взяла в руки тонкую белую бумажку, сложенную вдвое и, нахмурившись, раскрыла записку. Как только Катя прочитала содержимое, руки, которые держали лист, задрожали так, что бумага слегка скользнула между пальцами, а пальцы сами по себе не хотели сжиматься, будто внутри что-то застыло. Сердце в груди начало биться чаще, и от этого появилось ощущение странной пустоты между рёбрами, будто кто-то внезапно выбил из них весь воздух. Живот скрутило странным холодным комком, который катился вниз. Дыхание ломалось на хаотичные вздохи и застывшие паузы. Внутри словно открылось множество маленьких точек, каждая из которых трепетала и вибрировала, одновременно от растерянности и недопонимания. Она прошлась по буквам еще раз, прикладывая пальцы к раскрытым губам. «Знай, что их целью являешься ты, и больше никто не имеет значения. Прошу, просто поверь и убей меня после того, как я убью их. Той, что сводит меня с ума.» И только по одной подписи Катя поняла, от кого была эта записка.