Ему своё время

      Гудение ламинара, создающего обратный поток холодного, пахнущего озоном воздуха, заглушало мысли. Н держал в руках автоматическую пипетку и раскапывал образцы по пробиркам. Крохотные ряды однотипных прозрачных пробирок составляли в его голове список задач, с которым он неспешно расправлялся. Над его головой к ламинару был прикреплён таймер. 2 минуты инкубации, затем 3 минуты сушки, 5 минут элюции — всё это он с хирургической точностью мог прикинуть сам. Однако писк таймера уже был частью процедуры, и он сопровождал не только рабочие дела. Н представил, что глубоко-глубоко в его голове стоит такой же таймер: протяжный писк проходит через слои нервных клеток, передаётся по черепу прямо к барабанной перепонке через слуховые косточки.       Н нажал на кнопку, и таймер затих. Жаль, так нельзя было сделать с таймером внутри.       2:36 — показывал один из таймеров, ведущих обратный отсчёт до выхода с работы.       15:00 — ещё один таймер, который он заведёт, когда распахнёт дверь здания и вдохнёт свежий морозный воздух.       Да, точно. Таймеров было много. Их писк пока не накладывался друг на друга, но Н чувствовал, как в голове становится всё меньше места.       С недавних пор он перестал выходить из дома не по работе. Бассейн стал скорее помехой, он перестал добиваться успехов в плавании, но это раздражало меньше, чем то, что он не успевает укладываться в 45 минут. Выходить за продуктами стало опасно, так как за каждым углом он чувствовал таящуюся опасность. Периферическим зрением он часто ловил тёмную фигуру, следующую за ним по пятам. Фигура не отставала, а он не мог ускориться, так как зайти в дом следовало ровно через десять минут. Фигура знала об этом, подгоняя его к дверям подъезда. В конце концов он рисковал оказаться в ловушке между временем и страхом.       Поэтому неожиданное и настойчивое предложение встречи от Дэна казалось таким пугающим. Н получалось игнорировать его, не отвечая на сообщения и отмахиваясь от разговоров, однако с каждым днём он чувствовал, как сопротивление снижается. Отчасти потому, что он устал, отчасти из-за страха одиночества, но главной причиной было то, как Дэн связывал его кровавой нитью с преступлениями.       Два убийства… В венах вскипала кровь при воспоминании деталей. Н ощущал в груди давящее чувство предвкушения, с каждым ударом его сердца оно росло, отсчитывая моменты до следующего кровопролития.       Работы было немного. В основном Н занимался судебным установлением родства, что было рутинной процедурой в их лаборатории. Все образцы по двум убийствам были проанализированы и, судя по успехам следственной группы, не дали особых результатов. Н слышал, что сейчас упор ведётся на окружение жертв.       Н почувствовал вибрацию телефона в кармане.       «Всё в силе?» — Дэн       Пальцами в перчатках Н набрал короткий ответ и убрал телефон, продолжив работу.       Дэн уже ждал его у бюро, когда Н вышел на улицу, и, не замедляя шага, прошёл мимо Дэна.       — Привет, — неловкость выдавал не только тон, но и кривая улыбка Дэна. Он ускорился, чтобы не отставать от Н.       — Привет.       Н нехотя признался себе, что рядом с Дэном чувствует себя в безопасности. Несмотря на острую противоречивость его фигуры, Дэн всё-таки был настоящим человеком из плоти и тёплой крови.       — У нас так и не получилось нормально поговорить после… — Дэн мотнул головой, — после того вечера. Я знаю, что поступил неправильно, позволив…       — Мне узнать материалы дела? Или ты про часть после этого? — перебил его Н. Дэн слегка улыбнулся, уловив саркастичные, но безобидные нотки.       — Я про всё сразу, Н. Может, поужинаем? — он обогнал Н и стал идти задом, заглядывая в серые глаза парня напротив. Весь его вид напоминал нашкодившего щенка.       — Только не у тебя дома, — парировал Н, но сам уже понял, что сдался. Дэн тоже это заметил, поравнялся с ним и смело взял его за руку.       — Давай я сбегаю в магазин, а потом поднимусь к тебе? — предложил Дэн, когда они подходили к многоэтажному зданию, где Н снимал свою скромную однокомнатную квартиру.       Яркий тёплый свет фонаря подчёркивал резкие черты Дэна, высвечивал светлые пряди волос и пушистые ресницы. Его тёплый и заботливый взгляд оставлял безоружным.       — Хорошо, — Н посмотрел на часы и с удовлетворением отметил, что успевает зайти в квартиру. Но ноги налились свинцом, когда он увидел, как Дэн сворачивает за угол. В горле собрался комок, который не получалось сглотнуть, и защипало глаза.       — Держись, — умолял он сам себя, прикладывая ключи к двери.       Он почувствовал спиной чей-то взгляд, и по шее пробежали мурашки.       Трясущимися руками он вытащил из кармана ключ от двери и приложил к считывателю, затем пулей залетел внутрь, громко захлопывая дверь. Сердце разогналось до безумия, испарина покрыла лоб. Н пытался отдышаться, но задерживал дыхание, пытаясь прислушаться к тому, что происходило за дверью.       Тишина. Никто не ломился в дверь, не слышалось никаких шагов. Н вспомнил о камерах перед дверью, вытащил телефон и зашёл в приложение. Выбрав тайминг, он просмотрел запись. Вот они вдвоём с Дэном подошли к подъезду, немного постояли. Низкое качество камеры и плохое освещение не позволяли увидеть, что они разговаривают. Затем Дэн развернулся и отошёл, а Н поднял руку, чтобы оценить время.       Н снова задышал чаще, всматриваясь в рябь пикселей по краям. Ему показалось, или тьма в верхнем углу сгустилась?       Его фигура в светло-сером пальто приближалась к камере. Даже в записи было видно, как он нервничает, словно скованный болью.       На заднем фоне картинка оставалась статичной. Никто не проходил мимо, не слышно никаких посторонних шумов. Н громко выдохнул. Тем временем Н из записи резко открыл дверь, его лицо с горящими глазами приблизилось к камере. Взгляд его упал на камеру — Н посмотрел в свои же глаза и ощутил нереальность происходящего.       — Беги! — громко скомандовал его голос. Н дёрнулся от неожиданности, чуть не выронив из рук телефон.       Но он не успел обдумать случившееся, так как дверь подъезда резко распахнулась. Н стоял как вкопанный, ожидая увидеть вторую версию себя, вошедшую в подъезд. Он едва сдержал вскрик испуга, но затем увидел, что это Дэн. В руках он нёс пакет из круглосуточного магазина.       — Ты чего тут стоишь? — Дэн выгнул бровь.       — Я… — Н не знал, что ответить. Он мысленно отсчитал три секунды, чтобы успокоиться.       — Мне показалось, кто-то шёл за мной. Решил на месте проверить камеру.       — Эм… — лицо Дэна выразило неразгаданную эмоцию, он начал подниматься по лестнице. — Ну и как? Увидел кого-то? Я не помню, чтобы вообще видел людей в округе. Пустовато у вас тут.       Болтовня Дэна успокоила Н, и он поплёлся следом, оглушённый страхом, как тяжёлой дубинкой.       — Да нет. Никого, кроме… себя.       Н расположился на диване, пока Дэн разбирал покупки. Из пакета появились пачка спагетти, свежее мясо, зелень и масло. Н следил, как Дэн по-хозяйски расставлял всё на столе, заглядывал в холодильник, доставал кухонную утварь. Однако его мысли витали в другом месте.       Показалось? Н был уверен, что если он воспроизведёт запись камеры снова, то ничего не увидит. Следы страха ещё оставались в его душе, осели перьями на дне, щекоча адреналином.       — Если у тебя есть на что-то аллергии, самое время сказать, — Дэн принялся шинковать овощи. Сковорода уже стояла на конфорке, кусочек масла в ней постепенно таял.       — Нет вроде, — рассеянно ответил Н.       — Точно ничего не случилось? Тебя как будто побили, пока я был в магазине, — Дэн кинул на него взволнованный взгляд.       Можно ли что-то утаить от следователя?       — Не знаю, — Н поднялся и, протиснувшись между Дэном и кухонным столом, прошёл к холодильнику. Там, насколько он помнил, оставалась банка сауэра. Разлился яркий лимонный аромат, Н сразу отпил треть банки. Ледяная газировка обожгла горло.       — Ну и дрянь же ты пьёшь, — Дэн развернулся к нему, отобрал банку и отпил немного. — Ужас.       Отставив банку, он приблизился и взял лицо Н в свои руки. От него приятно пахло одеколоном с пачули. Н ощутил тепло, просачивающееся в него через тёплые сухие руки Дэна. Он сглотнул и поднял взгляд. В тот же момент Дэн приблизился, нежно поцеловал в губы, потом крепко обнял.       — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё, что бы это ни было? — прошептал Дэн ему в ухо.       Н почувствовал, как щиплет глаза. Ему нравилось стоять вот так, в тепле чужого тела, окутанным чужим запахом и заботой.       — Спасибо, — голос предательски задрожал, — только у тебя сейчас масло сгорит.       Дэн издал смешок, потрепал его по голове и вернулся к сковородке. Скоро на ней зашипело мясо, и кухню наполнил аппетитный запах.       Ужин был прекрасный, Н показалось, что он никогда не ел пасты вкуснее. Он понял, что сегодняшний вечер был своеобразным «прости». Что ж, он не мог отказаться от прощения. Алкогольные нотки уже принялись играть первую скрипку в его голове, поэтому он расслабился. Паранойя ушла, уступив место приятному опустошению. Когда они засыпали в объятиях друг друга, Н подумал, что это лучшее лекарство от бессонницы.

***

      Посреди ночи Н разбудил повторяющийся писк. С тяжёлой головой вырвавшись из сновидений, Н разлепил глаза и посмотрел на настольные часы. Ровно час ночи. Он что, завёл будильник? В комнате было темно, только отсветы фонарей отпечатывались на стене. Дэн крепко спал, повернувшись на бок.       Н нахмурился, нашарил рукой телефон, но там тоже не было никаких будильников.             Окончательно проснувшись, Н понял, что это писк таймера. Но это был рабочий мелкий таймер, и Н никогда не забирал его домой.       Н снова посмотрел на часы. Час и одна минута. Писк в голове прекратился.       «Я рехнулся…»