Эхо пустых комнат

      Пак Чимин не спал после первого сеанса с Мистером Чоном, квартира в Каннаме казалась слишком тихой, тишина давила на виски. Он трижды переслушал запись, голос Чонгука ровный, деловой, с лёгким акцентом, но в конце сеанса тембр упал — стал ниже, грубее. Чимин включил диктофон снова, надел наушники, пальцы замерли на кнопке воспроизведения. — 17:43. “Оно улыбается, а я нет”, — голос Чона дрогнул, затем пауза — 4 секунды тишины.       Чимин сделал глоток виски, уставился в потолок, веки потяжелели. Диссоциативное расстройство? Но система слишком организованна для классического раздвоения: записка с именем, зеркало, дыхание — всё складывалось в тревожный узор. В 23:47 телефон завибрировал, номер Мистера Чона. Чимин ответил мгновенно, адреналин выжег любой намек на сон. — Мистер Пак? — голос Чонгука был сиплым, прерывистым, дыхание рваное, — Мне… плохо, не могу дышать, — Чимин встал, схватил ключи, голос стал профессионально твёрдым. — Где вы, Мистер Чон? — спросил он, уже надевая куртку. — Пентхаус, NeoTech Tower, — Чон выдохнул с хрипом, — Оно… дышит, за спиной, — после этого звонок сбросился.       Чимин рванул к машине, Сеул в час пик — ад  пробок, он не переставал сигналить, нервно стуча пальцами по рулю. И через 27 минут он был у башни NeoTech — стеклянного монстра, сияющего в ночи. Охрана пропустила без вопросов, плечи расслабились на миг, — Мистер Чон ждёт, — лифт на 45-й этаж, секунды растянулись в вечность, стены словно сжимались вокруг Пака от волнения.       Дверь пентхауса была приоткрыта, тёмный коридор пах дорогим парфюмом и виски. Чимин вошёл, сердце колотилось ровно, профессиональная броня на месте. Чон Чонгук сидел на краю стеклянного стола, спиной к панораме города, костюм помят, волосы растрёпаны, в руке — разбитый стакан. Пол усеян осколками, ступни босые, взгляд пустой. — Мистер Чон! — Чимин шагнул ближе, голос ровный, успокаивающий. Чон поднял голову, глаза — чёрные провалы, зрачки расширены до предела. Но когда он заговорил, голос изменился, стал ниже октавой, с хрипотцой, как гравий под шинами, плечи расправились агрессивно, подбородок приподнялся. — Ты пришёл быстро, док, — Чон усмехнулся, улыбка не дошла до глаз, а пальцы сжали осколок стакана. Чимин замер на полушаге, дыхание выровнялось, это был не голос Чонгука, тембр тяжелее, интонация угрожающая, поза сменилась — доминантная, как у хищника. — Чон Чонгук? — Чимин сохранил спокойствие, сел на стул напротив, руки расслаблены на коленях. Чон Хисон, — фыркнул мужчина , откинулся назад, стеклянный стол скрипнул под весом, глаза сузились, дыхание стало слышимым и тяжёлым. —Хисон я, — он сплюнул слово, пальцы разжали осколок, кровь капнула на пол, — Гук спит, он слабак, поэтому я тут, — Чимин достал диктофон из кармана — рефлекс, нажал запись, и голос стал  профессионально нейтральным. — Хисон, расскажи о себе, — попросил Доктор, наклоняясь чуть ближе, налаживая зрительный контакт. Мужчина наклонился вперёд, глаза хищно блеснули, дыхание ударило в лицо Чимина —горячее, с запахом виски и злости. —Хисон защищает, — прорычал он, кулак сжался, вены на руке вздулись, — Этот слабак Чон позволяет им лезть в башку, Саран шепчет, Мина ноет, Архитектор планирует, а я бью. Чимин кивнул, блокнот мысленно заполнялся: Хисон — защитник, агрессия, осведомлён о других личностях. — Кого ты имеешь в виду?, — спросил он, голос ровный, не провоцирующий, — Кто “они”? Мужчина рассмеялся — звук резал стекло, голова запрокинулась, осколки на полу хрустнули под ногой. — Четверо нас, док, — он ткнул пальцем в грудь Чимина, кровь мазнула его рубашку, —Хисон, Саран, Мина, Архитектор и Чонгук,  — оболочка, пустой костюм без нас. Чимин почувствовал холод по спине, дыхание Хисона стало громче, ближе, ритм не совпадал с грудью Чонгука, воздух в комнате сгустился. — Почему ты вышел сейчас? — спросил Чимин, пальцы незаметно сжали край стула. Хисон прищурился, дыхание замедлилось, глаза стали цепкими, изучающими. — Гук позвонил, паника меня разбудила, — он усмехнулся криво, — И уже я взял трубку, хотел посмотреть на тебя, док, любопытный ты, лезешь не туда. Чимин взглянул на часы — 00:14, нужно стабилизировать, голос стал директивным, но спокойным. — Хисон, давай договоримся, — сказал он, наклоняясь вперёд, — Ты возвращаешь тело Гуку, а завтра сеанс, полный и с записью. Мужчина прищурился ещё сильнее, дыхание стало рваным, глаза моргнули — медленно, как в кабинете вчера, тело Чонгука обмякло, голова упала на руки, плечи ссутулились. — Доктор Пак…, — прошептал Гук слабым голосом, пальцы дрожали, взгляд затуманен, — Спасибо, оно… ушло? — Чимин кивнул, хотя знал, что Хисон просто затаился. В углу пентхауса, у панорамного окна, воздух шевельнулся, дыхание продолжалось — теперь ритмичнее, выжидающее. Чимин встал, сердце стучало ровно, профессиональная броня все еще твёрдая. Ночь только начиналась.